Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
"На первом свидании не подаю и не даю", - звучит в ушах на реверсе…
Ирина открывает глаза с ощущением человека, сбитого поездом. Ещё время лежит. Пытается понять: жива или нет…Пошевелив пальчиками ног, чувствует - все же жива. Вернее, душа жива, а вот тело однако сбито товарняком.
"Вонючий случай, это кто?" - думает женщина, упершись локтем в чье-то горячее тело. Второй рукой она ощупывает себя. "Очешуеть! Я - голая! Готдемет, нет, не может быть, - в мозгу пролетают мысли. - Не могла я дать незнакомому мне мужику. Со мной такого в жизни не случалось."
Потрогав развилку ног и ощутив в ней липкость и некоторую болезненность, Ириха поняла, что ещё как дала…
Ирина открывает глаза с ощущением человека, сбитого поездом. Ещё время лежит. Пытается понять: жива или нет…Пошевелив пальчиками ног, чувствует - все же жива. Вернее, душа жива, а вот тело однако сбито товарняком.
"Вонючий случай, это кто?" - думает женщина, упершись локтем в чье-то горячее тело. Второй рукой она ощупывает себя. "Очешуеть! Я - голая! Готдемет, нет, не может быть, - в мозгу пролетают мысли. - Не могла я дать незнакомому мне мужику. Со мной такого в жизни не случалось."
Потрогав развилку ног и ощутив в ней липкость и некоторую болезненность, Ириха поняла, что ещё как дала…
- Ты скрыла от меня ребенка! - он безжалостно бьет словами. - А теперь хочешь снова спрятать его от меня?
- Я не могла поступить иначе, и не стану…
- Нет, Полина. Ты могла прийти ко мне и рассказать правду.
- Серьезно? И ты бы поверил мне? После всего? Да ты выгнал меня на улицу, не став даже слушать, когда увидел те фото!
Мне больно от воспоминаний. Я же и правда не предавала мужа. А он не услышал, не поверил. Просто закрыл передо мной двери, забыв о клятвах, которые давал.
- Ты знала, как я мечтал о сыне, и утаила его. Думаешь, теперь я войду в твое положение?
- Пожалуйста, Назар. Это ведь и мой ребенок тоже...
- Я не могла поступить иначе, и не стану…
- Нет, Полина. Ты могла прийти ко мне и рассказать правду.
- Серьезно? И ты бы поверил мне? После всего? Да ты выгнал меня на улицу, не став даже слушать, когда увидел те фото!
Мне больно от воспоминаний. Я же и правда не предавала мужа. А он не услышал, не поверил. Просто закрыл передо мной двери, забыв о клятвах, которые давал.
- Ты знала, как я мечтал о сыне, и утаила его. Думаешь, теперь я войду в твое положение?
- Пожалуйста, Назар. Это ведь и мой ребенок тоже...
— Миша, нельзя, слышишь? Тебе нельзя подходить ко мне. Я теперь замужем, — шепчу и жмурюсь от страха. — Не надо, пожалуйста. Будут проблемы, — вжимаюсь в стену. Отступать больше некуда. Он загнал меня в ловушку.
— Меня задолбало твоё «нельзя»! — рявкает он мне в лицо. — Ты моя, Аиша. Моя, ясно тебе?!
— Но… — кусаю губы, чтобы не плакать.
— Никаких больше «но», «нет» и «нельзя». Я так решил.
***
Он не знает слова «нет». Больше его не слышит. Мое вынужденное замужество сорвало все тумблеры в его голове, сожгло тормоза. Мы из разного мира. Мне даже смотреть нельзя в его сторону, а он желает сделать меня своей и кажется, теперь ни перед чем не остановится.
— Меня задолбало твоё «нельзя»! — рявкает он мне в лицо. — Ты моя, Аиша. Моя, ясно тебе?!
— Но… — кусаю губы, чтобы не плакать.
— Никаких больше «но», «нет» и «нельзя». Я так решил.
***
Он не знает слова «нет». Больше его не слышит. Мое вынужденное замужество сорвало все тумблеры в его голове, сожгло тормоза. Мы из разного мира. Мне даже смотреть нельзя в его сторону, а он желает сделать меня своей и кажется, теперь ни перед чем не остановится.
Я застала мужа в постели с моей сестрой в день, когда узнала, что смогу забеременеть.
А еще выяснилось, что у нашей фирмы огромные долги, и требовать их пришел мой бывший жених. Он предлагает сделку, а я не знаю, смогу ли пойти на неё. Ведь в прошлом бывший меня предал.
Но наш договор мой единственный шанс на спасение.
В тексте будет:
#циничный, но харизматичный герой
#героиня, которую предал муж и сестра
#очень эмоционально и непросто
#обязательный ХЭ и раздача слонов всем, кто виноват.
А еще выяснилось, что у нашей фирмы огромные долги, и требовать их пришел мой бывший жених. Он предлагает сделку, а я не знаю, смогу ли пойти на неё. Ведь в прошлом бывший меня предал.
Но наш договор мой единственный шанс на спасение.
В тексте будет:
#циничный, но харизматичный герой
#героиня, которую предал муж и сестра
#очень эмоционально и непросто
#обязательный ХЭ и раздача слонов всем, кто виноват.
– Что ты здесь делаешь? – страх, который вызывает во мне Максим, пасует перед злостью.
Бросаюсь к нему, не обращая внимания на охрану и выхватываю из рук своего сына. Я успокаивающе глажу Лёшку по голове и целую в теплую, розовую щечку. Как он посмел заявиться ко мне, да еще и так бесцеремонно.
– У тебя очаровательный ребенок, – изображает некое подобие улыбки, дергая уголком губ.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Ежусь под его внимательным взглядом, потому что Макс нагло меня рассматривает.
– Тогда, в офисе мы так и не поговорили, – мужчина бегло оглядывает небольшую гостиную. Наверное, у него уборная больше, чем вся моя квартира.
– Нам не о чем разговаривать, – отрезаю я.
– Ошибаешься, Ася, – он скидывает пиджак и небрежно бросает его на спинку дивана. Так, словно это его диван. И вообще вся эта квартира и я, в придачу к ней, тоже его. — У меня много тем накопилось за то время, что мы не виделись…
Бросаюсь к нему, не обращая внимания на охрану и выхватываю из рук своего сына. Я успокаивающе глажу Лёшку по голове и целую в теплую, розовую щечку. Как он посмел заявиться ко мне, да еще и так бесцеремонно.
– У тебя очаровательный ребенок, – изображает некое подобие улыбки, дергая уголком губ.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Ежусь под его внимательным взглядом, потому что Макс нагло меня рассматривает.
– Тогда, в офисе мы так и не поговорили, – мужчина бегло оглядывает небольшую гостиную. Наверное, у него уборная больше, чем вся моя квартира.
– Нам не о чем разговаривать, – отрезаю я.
– Ошибаешься, Ася, – он скидывает пиджак и небрежно бросает его на спинку дивана. Так, словно это его диван. И вообще вся эта квартира и я, в придачу к ней, тоже его. — У меня много тем накопилось за то время, что мы не виделись…
- Папа, ты зачем меня оторвал от мультиков! Там Царевны приехали!
Я резко оборачиваюсь…Сердце, как чечётка, так быстро, так сильно, удар за ударом. Позади стоит сердито насупившись на меня и смотрит она. Она, а у неё его глаза.
- Владимира познакомься, это тоже по стечению таких обстоятельств Владимира Николаевна!
Я сглатываю. Не поверишь, но я знаю, я знаю её лучше, чем он, чем любой другой или любая другая. Я знаю её изнутри…. Ведь это я её родила. Я её настоящая мать, я родила и такое сделала, а сейчас смотрю и понимаю, что жизнь готова отдать лишь бы всё исправить.
Я резко оборачиваюсь…Сердце, как чечётка, так быстро, так сильно, удар за ударом. Позади стоит сердито насупившись на меня и смотрит она. Она, а у неё его глаза.
- Владимира познакомься, это тоже по стечению таких обстоятельств Владимира Николаевна!
Я сглатываю. Не поверишь, но я знаю, я знаю её лучше, чем он, чем любой другой или любая другая. Я знаю её изнутри…. Ведь это я её родила. Я её настоящая мать, я родила и такое сделала, а сейчас смотрю и понимаю, что жизнь готова отдать лишь бы всё исправить.
– Никакого аборта не будет. Ты родишь моего ребёнка, – сухо чеканит босс.
– Ты забыл, что я через неделю выхожу замуж за Стаса, – вкрадчиво напоминаю, поймав на себе его гневный взгляд.
– Забудь об этом, Алёна, – цедит сквозь стиснутые зубы. – Станешь моей женой, – не спрашивает, а ставит перед фактом. – И будешь ею, пока не родишь!
Одна случайная ночь… и теперь я беременна, но не от жениха, а от его друга. Он холодный и циничный мерзавец, и не отпустит меня, пока не получит наследника.
– Ты забыл, что я через неделю выхожу замуж за Стаса, – вкрадчиво напоминаю, поймав на себе его гневный взгляд.
– Забудь об этом, Алёна, – цедит сквозь стиснутые зубы. – Станешь моей женой, – не спрашивает, а ставит перед фактом. – И будешь ею, пока не родишь!
Одна случайная ночь… и теперь я беременна, но не от жениха, а от его друга. Он холодный и циничный мерзавец, и не отпустит меня, пока не получит наследника.
— Кого это ты притащил мне, Ахмед? - от звука низкого надменного голоса внутри всё сжимается.
— Подарок, Зейн. Посмотри.
Словно физически чувствую на себе колкий цепкий взгляд. Прозрачные одежды совсем не скрывают моё нагое тело.
— Ну что, Зейн, братец, угодил я тебе подарком? Ты, ведь, хотел новую игрушку?
Игрушку? Боже… это они обо мне?
— Ты ошибся. Она не нужна мне. У меня свадьба на носу, а ты даришь мне такое искушение. Забери её себе, насладись сам этим юным телом. Мне это неинтересно.
Шейх отказывается, но пожирает глазами. Медленно отворачивается, и…
Стоящий позади мужчина резко толкает меня на колени. В ноги тому, кто только что от меня отказался. Хватаюсь за подол его одежд и чуть ли не целую туфли.
У меня просто нет иного выбора.
— Умоляю, господин, возьмите меня…
— Подарок, Зейн. Посмотри.
Словно физически чувствую на себе колкий цепкий взгляд. Прозрачные одежды совсем не скрывают моё нагое тело.
— Ну что, Зейн, братец, угодил я тебе подарком? Ты, ведь, хотел новую игрушку?
Игрушку? Боже… это они обо мне?
— Ты ошибся. Она не нужна мне. У меня свадьба на носу, а ты даришь мне такое искушение. Забери её себе, насладись сам этим юным телом. Мне это неинтересно.
Шейх отказывается, но пожирает глазами. Медленно отворачивается, и…
Стоящий позади мужчина резко толкает меня на колени. В ноги тому, кто только что от меня отказался. Хватаюсь за подол его одежд и чуть ли не целую туфли.
У меня просто нет иного выбора.
— Умоляю, господин, возьмите меня…
Чувствую какой-то тошнотворный, мерзкий запах, от которого меня едва не выворачивает. Руки связанны за спиной, на глазах повязка. Стараюсь сменить положение своего тела. Все болит.
– Сиди тихо, – слышу на ломанном русском и вздрагиваю от неожиданности.
– Где я? – сглатываю вязкую слюн. – Куда Вы меня везете?
– Тебе хорошо, – стоит очень близко, – чистая. Сам эмир тебя выбирать. Наложницей самого Ирфана эль-Джафари будешь, Камалия. Если покорной станешь, а нет, так шармутой, – мерзко смеётся.
– Что? Какая ещё шармута? И я не Камалия, меня Лиза зовут. Елизавета Фомина. Вы меня перепутали с кем-то! – с надрывом кричу на него.
Щёку резко опаляет болью, падаю на пол. Во рту вкус крови.
– Тебе надо рот закрыть и молчать! – кричит мужчина, – иначе хуже будет.
«Только вот куда ещё хуже?» – думала я.
Но, как оказалось, очень ошибалась.
– Сиди тихо, – слышу на ломанном русском и вздрагиваю от неожиданности.
– Где я? – сглатываю вязкую слюн. – Куда Вы меня везете?
– Тебе хорошо, – стоит очень близко, – чистая. Сам эмир тебя выбирать. Наложницей самого Ирфана эль-Джафари будешь, Камалия. Если покорной станешь, а нет, так шармутой, – мерзко смеётся.
– Что? Какая ещё шармута? И я не Камалия, меня Лиза зовут. Елизавета Фомина. Вы меня перепутали с кем-то! – с надрывом кричу на него.
Щёку резко опаляет болью, падаю на пол. Во рту вкус крови.
– Тебе надо рот закрыть и молчать! – кричит мужчина, – иначе хуже будет.
«Только вот куда ещё хуже?» – думала я.
Но, как оказалось, очень ошибалась.
- Раздевайся! - рявкает мужик, глядя на меня налитыми кровью глазами. Я пячусь назад и упираюсь спиной в стену. - Быстро!
- Что… что вы собираетесь делать? Мне сказали, что здесь я дождусь своего парня.
- Ты уже дождалась, - скалится он по-звериному, подбираясь ко мне, словно хищник к своей добыче. Становится вплотную и, сжав обеими руками воротник платья, одним резким рывком разрывает его пополам. Я задыхаюсь от ужаса и пытаюсь удержать ткань на месте, но это животное уже хватает меня за шею и, переместив, бросает на кровать и нависает сверху.
Никогда не думала, что могу попасть в тюрьму, еще и в клетку с разъяренным, окровавленным мужиком. И уж точно не могла предположить, что буду полагаться на его помощь, чтобы покинуть это ужасное место - закрытую тюрьму Золотой пик. Но больше мне надеяться не на кого, потому что выхода из этого ада нет.
- Что… что вы собираетесь делать? Мне сказали, что здесь я дождусь своего парня.
- Ты уже дождалась, - скалится он по-звериному, подбираясь ко мне, словно хищник к своей добыче. Становится вплотную и, сжав обеими руками воротник платья, одним резким рывком разрывает его пополам. Я задыхаюсь от ужаса и пытаюсь удержать ткань на месте, но это животное уже хватает меня за шею и, переместив, бросает на кровать и нависает сверху.
Никогда не думала, что могу попасть в тюрьму, еще и в клетку с разъяренным, окровавленным мужиком. И уж точно не могла предположить, что буду полагаться на его помощь, чтобы покинуть это ужасное место - закрытую тюрьму Золотой пик. Но больше мне надеяться не на кого, потому что выхода из этого ада нет.
Выберите полку для книги