Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
Травма. Страх. Лёд, который больше не зовёт.
Лиза потеряла всё, что любила. Но Марк, человек, который просто решил быть рядом, помог ей увидеть: падение — это ещё не конец. Это шанс начать заново.
История о возвращении на лёд, о дружбе, ставшей опорой, и о любви, которая рождается там, где есть доверие и поддержка. Когда ты не один — ты можешь всё.
Лиза потеряла всё, что любила. Но Марк, человек, который просто решил быть рядом, помог ей увидеть: падение — это ещё не конец. Это шанс начать заново.
История о возвращении на лёд, о дружбе, ставшей опорой, и о любви, которая рождается там, где есть доверие и поддержка. Когда ты не один — ты можешь всё.
Она зашла в купе, чтобы проиграть дурацкий спор подруге, а выходить не захотела — потому что незнакомец с хриплым голосом пообещал держать её в плену, пока она не рассмеётся до слёз. Чужие вагоны, рискованные ставки и такое невыносимо нежное напряжение, что сердце пропускает каждый стук колёс. Честно, трогает до мурашек и будоражит — эту поездку вы не забудете, даже когда поезд остановится.
Саша — столичная штучка, блогерша, привыкшая к беззаботной жизни и достатку и мечтающая о славе. Устав бороться со своей дочерью, родители решают отправить её на лето в глухую деревню к деду в надежде на исправление. Но именно там, вдалеке от дома и цивилизации, судьба сталкивает её с обаятельным, но амбициозным местным жителем, который, похоже, получает особое удовольствие, наблюдая за её неприспособленностью и неудачами. И, несмотря на попытки избежать «радостей» загородной жизни, Саша постепенно втягивается в этот деревенский вайб, открывая для себя настоящие чувства и ценности.
— Ты бесплодна, Лера. Пустоцвет, — бывший муж швыряет мне в лицо фальшивую карту. — Пять лет я жил с бракованной. Убирайся. Моя новая невеста беременна, она займет твое место в клинике. А ты уволена по статье. Пошла вон!
В один день я потеряла всё: брак, карьеру врача и честное имя. Свекровь и муж растоптали меня, подставив на смене, и выставили на улицу без гроша.
Но они не знали одного. Их диагноз — чудовищная ложь.
Узнав, что под сердцем уже бьется ребенок, я возвращаюсь, чтобы швырнуть бывшему в лицо тест с двумя полосками. Но прямо на глазах у толпы он с ухмылкой толкает меня со ступеней холла.
Я лечу вниз, прощаясь с жизнью малыша… пока у самого пола меня не подхватывают сильные, татуированные руки.
— Ты только что подписал себе смертный приговор, щегол, — Руслан Даваров, самый опасный, циничный и могущественный хирург страны, прижимает меня к своей груди. — Тронул мою женщину? Теперь я заберу у тебя всё.
Даваров — злейший враг моего бывшего. Он обещает уничтожить моих оби
В один день я потеряла всё: брак, карьеру врача и честное имя. Свекровь и муж растоптали меня, подставив на смене, и выставили на улицу без гроша.
Но они не знали одного. Их диагноз — чудовищная ложь.
Узнав, что под сердцем уже бьется ребенок, я возвращаюсь, чтобы швырнуть бывшему в лицо тест с двумя полосками. Но прямо на глазах у толпы он с ухмылкой толкает меня со ступеней холла.
Я лечу вниз, прощаясь с жизнью малыша… пока у самого пола меня не подхватывают сильные, татуированные руки.
— Ты только что подписал себе смертный приговор, щегол, — Руслан Даваров, самый опасный, циничный и могущественный хирург страны, прижимает меня к своей груди. — Тронул мою женщину? Теперь я заберу у тебя всё.
Даваров — злейший враг моего бывшего. Он обещает уничтожить моих оби
Мажор из столицы сослан отцом в деревню – спасать семейный яблочный бизнес. Встреча на безлюдной проселочной дороге изменит его жизнь. Теперь он не может забыть ясную лазурь ее взгляда и ту дерзость, с которой она его отшила.
Лето. Яблоки. Мажор в ссылке. И одна девчонка, которая таскает его яблоки!
Лето. Яблоки. Мажор в ссылке. И одна девчонка, которая таскает его яблоки!
В тихом гарнизоне, где капитан медслужбы Мария Бережная пыталась начать жизнь с чистого листа, всё летит под откос с прибытием легендарного отряда «Тайфун». Его командир, подполковник Зимин по прозвищу Филин, видит людей насквозь — и на Машу у него срабатывает звериное чутье. Слишком молода, слишком красива для капитанских погон. Вывод однозначный: постель, протекция, блат. Он намерен вывести «штабную фифу» на чистую воду.
Но база превращается в банку с пауками, когда следом прибывает второй отряд — «Цербер». Два командира, люто ненавидящих друг друга. Два спецназа на одной территории. А между ними — Маша.
Теперь ей нужно не просто отстоять честь перед циничным «Филином», но и выжить, когда прошлое в лице «Цербера» врывается в настоящее. Самый опасный враг — тот, кто знает твое сердце изнутри.
Но база превращается в банку с пауками, когда следом прибывает второй отряд — «Цербер». Два командира, люто ненавидящих друг друга. Два спецназа на одной территории. А между ними — Маша.
Теперь ей нужно не просто отстоять честь перед циничным «Филином», но и выжить, когда прошлое в лице «Цербера» врывается в настоящее. Самый опасный враг — тот, кто знает твое сердце изнутри.
Два года чистой, незамутненной ненависти. Лена и Артём. Принципиально, до скрежета зубовного и вечных скандалов на летучках.
Но у друзей свои планы на эту парочку. Решили, блин, причинить добро — организовали для них шикарный ретрит «Гармония для двоих». Локация — необитаемый остров. В комплекте: уединённое бунгало, коробка с едой и обещание тотального исцеления отношений.
Правда, самого психолога они в глаза не видели. Вместо него на подушке нашлась записка. Красивая такая, с логотипом. Текст — чистый издевательский бред: «Я на секунду, уплыл на сап-борде за смузи на соседний остров. Буду через час! Не ссорьтесь».
Пошёл третий день. Психолога нет. Сап-борда на горизонте тоже.
Зато кокосы стремительно подходят к концу, а терпение Лены испарилось ещё в первое утро. Лодок нет, связи нет, бежать некуда. Приходится сидеть на песке и делать вид, что они просто ждут. Ну на бумаге же написано, что вернётся? Или это был развод?
Но у друзей свои планы на эту парочку. Решили, блин, причинить добро — организовали для них шикарный ретрит «Гармония для двоих». Локация — необитаемый остров. В комплекте: уединённое бунгало, коробка с едой и обещание тотального исцеления отношений.
Правда, самого психолога они в глаза не видели. Вместо него на подушке нашлась записка. Красивая такая, с логотипом. Текст — чистый издевательский бред: «Я на секунду, уплыл на сап-борде за смузи на соседний остров. Буду через час! Не ссорьтесь».
Пошёл третий день. Психолога нет. Сап-борда на горизонте тоже.
Зато кокосы стремительно подходят к концу, а терпение Лены испарилось ещё в первое утро. Лодок нет, связи нет, бежать некуда. Приходится сидеть на песке и делать вид, что они просто ждут. Ну на бумаге же написано, что вернётся? Или это был развод?
— Я сплю с твоим мужем, — выдает «подруга» монотонно, будто читает рецепт борща, который так и не научилась готовить. — Уже давно.
«Давно?!» — выстреливает в сознание очагом новой боли.
— Сколько?!
— Года два.
Меня обдает жаром.
Боже мой, два года, как я готовлю, стираю, глажу рубашки неблагодарному негодяю. Два года, как Алексей приходит домой, целует меня и идет ужинать как ни в чем не бывало после нее! Два года, как я дарю ему свое тепло, свои мысли, свое тело, а он одновременно спит с моей лучшей подругой!
Уму непостижимо…
— Ты… ты… — слова застревают в горле. Не могу выдавить ни одного. Только смотрю в бесстыжие глаза напротив, на знакомое до боли лицо, которое всегда было рядом, которое менялось вместе с моим все эти годы.
Она была одноклассницей, с которой мы сидели за одной партой много лет.
Свидетельницей на моей свадьбе...
А потом, в какой-то момент перечеркнув все хорошее, стала удовлетворять моего мужа.
Как так случилось?!
— Почему ты это сделала? Разве мало д
«Давно?!» — выстреливает в сознание очагом новой боли.
— Сколько?!
— Года два.
Меня обдает жаром.
Боже мой, два года, как я готовлю, стираю, глажу рубашки неблагодарному негодяю. Два года, как Алексей приходит домой, целует меня и идет ужинать как ни в чем не бывало после нее! Два года, как я дарю ему свое тепло, свои мысли, свое тело, а он одновременно спит с моей лучшей подругой!
Уму непостижимо…
— Ты… ты… — слова застревают в горле. Не могу выдавить ни одного. Только смотрю в бесстыжие глаза напротив, на знакомое до боли лицо, которое всегда было рядом, которое менялось вместе с моим все эти годы.
Она была одноклассницей, с которой мы сидели за одной партой много лет.
Свидетельницей на моей свадьбе...
А потом, в какой-то момент перечеркнув все хорошее, стала удовлетворять моего мужа.
Как так случилось?!
— Почему ты это сделала? Разве мало д
– Виктор Борисович, ну что вы... Ох... Ммм... Виктор Борисович... – задушенно хихикала в гостиной наша новая горничная Дина. – Нас увидят, Виктор Борисович... Ну что вы... Отпустите.
Виктор рыкнул что-то нечленораздельное, и девица ахнула. Протяжно, с наслаждением, а у меня тошнота подкатила к горлу.
Пальцы сжались в кулаки. С трудом подавила первое желание – ворваться в гостиную, хлопнуть по выключателю, чтобы свет огромной хрустальной люстры ослепил, застал врасплох горе-любовников, и закатить грандиозный скандал.
Я шумно втянула носом воздух и закрыла глаза. Дышать! Несмотря ни на что дышать. Мне даже почти не больно. Противно, брезгливо, мерзко, но не смертельно. Я Инга Яровая, дочь генерала Ярового. Я жена депутата Виктора Волошина. Умная, сдержанная, холодная. Мне не к лицу прилюдные скандалы и драмы.
Но я устала от циничных измен мужа, устала держать лицо. Я больше не хочу и не могу соответствовать. Я выбираю себя!
Виктор рыкнул что-то нечленораздельное, и девица ахнула. Протяжно, с наслаждением, а у меня тошнота подкатила к горлу.
Пальцы сжались в кулаки. С трудом подавила первое желание – ворваться в гостиную, хлопнуть по выключателю, чтобы свет огромной хрустальной люстры ослепил, застал врасплох горе-любовников, и закатить грандиозный скандал.
Я шумно втянула носом воздух и закрыла глаза. Дышать! Несмотря ни на что дышать. Мне даже почти не больно. Противно, брезгливо, мерзко, но не смертельно. Я Инга Яровая, дочь генерала Ярового. Я жена депутата Виктора Волошина. Умная, сдержанная, холодная. Мне не к лицу прилюдные скандалы и драмы.
Но я устала от циничных измен мужа, устала держать лицо. Я больше не хочу и не могу соответствовать. Я выбираю себя!
— Я ухожу. У меня есть другая, она беременна от меня, — холодно бросил мой муж, с которым я прожила столько лет душа в душу.
— Вадим, ты в уме? — я попятилась. — Готов перечеркнуть тридцать лет брака, ради какой-то молодухи?
— Она не какая-то, — защищая ее произнёс,— Она — моя невеста. А «нас» нет давно. Ты была для меня просто привычкой. Близость с тобой… как пользоваться вещью, которая износилась. Надоела. Мне хочется яркой жизни, а не этой пыльной привычки.
— Убирайся! — сорвался на крик мой голос.
***
Я училась жить заново. Пока однажды двери моего родильного отделения не распахнулись…
На каталке — она. Его новая "невеста" с преждевременными схватками. А за ней — он, с мольбой в глазах. Теперь жизнь их ребенка в моих руках. В руках женщины, которую он назвал "пыльной привычкой"».
— Вадим, ты в уме? — я попятилась. — Готов перечеркнуть тридцать лет брака, ради какой-то молодухи?
— Она не какая-то, — защищая ее произнёс,— Она — моя невеста. А «нас» нет давно. Ты была для меня просто привычкой. Близость с тобой… как пользоваться вещью, которая износилась. Надоела. Мне хочется яркой жизни, а не этой пыльной привычки.
— Убирайся! — сорвался на крик мой голос.
***
Я училась жить заново. Пока однажды двери моего родильного отделения не распахнулись…
На каталке — она. Его новая "невеста" с преждевременными схватками. А за ней — он, с мольбой в глазах. Теперь жизнь их ребенка в моих руках. В руках женщины, которую он назвал "пыльной привычкой"».
Выберите полку для книги