Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnyy-treugolnik»
Я думала, что худшее уже случилось. Я пережила запретную любовь, предательство, потерю ребёнка и конец своей мечты. Собрала себя по кускам и вышла замуж за мужчину, рядом с которым наконец стало спокойно.
Но на моей свадьбе появился Назар - женатый мужчина из прошлого.
Моя ошибка, моя боль и моя тайна.
Он не должен был быть там.
Не должен был смотреть на меня так.
Не должен был иметь никакого отношения к моей новой жизни.
Но оказалось, прошлое умеет возвращаться не через дверь, иногда оно входит в твою семью.
ЭМОЦИОНАЛЬНО
НЕОДНОЗНАЧНО
ХЭ
Продолжение - ПРАВО НА НАДЕЖДУ (история Назара)
Книги можно читать отдельно
Но на моей свадьбе появился Назар - женатый мужчина из прошлого.
Моя ошибка, моя боль и моя тайна.
Он не должен был быть там.
Не должен был смотреть на меня так.
Не должен был иметь никакого отношения к моей новой жизни.
Но оказалось, прошлое умеет возвращаться не через дверь, иногда оно входит в твою семью.
ЭМОЦИОНАЛЬНО
НЕОДНОЗНАЧНО
ХЭ
Продолжение - ПРАВО НА НАДЕЖДУ (история Назара)
Книги можно читать отдельно
— Кто это был? — глаза Кости налиты яростью, на скулах гуляют желваки. — Какого хрена он здесь трется?
— Это не твое дело, — чеканю я, хотя внутренности сводит от страха. — Он меня по крайней мере уважает и не относится как к вещи.
— Ты моя, разве не ясно?! — оглушительно рявкает он и с размаху всаживает кулак в стену. — Я был твоим первым, им и останусь. Узнаю, что ты…
Закрыв лицо ладонями, я громко и истерично смеюсь.
— Я тоже так думала, прикинь. Что ты будешь моим единственным. Шесть лет, Костя! Целых шесть лет я на тебя молилась. Но для тебя острые ощущения были важнее наших отношений. Если тебе нужно напоминание, кто все испортил — загляни в зеркало своей долбанной тачки.
Предупреждение!!! В книге есть сцена мжм
— Это не твое дело, — чеканю я, хотя внутренности сводит от страха. — Он меня по крайней мере уважает и не относится как к вещи.
— Ты моя, разве не ясно?! — оглушительно рявкает он и с размаху всаживает кулак в стену. — Я был твоим первым, им и останусь. Узнаю, что ты…
Закрыв лицо ладонями, я громко и истерично смеюсь.
— Я тоже так думала, прикинь. Что ты будешь моим единственным. Шесть лет, Костя! Целых шесть лет я на тебя молилась. Но для тебя острые ощущения были важнее наших отношений. Если тебе нужно напоминание, кто все испортил — загляни в зеркало своей долбанной тачки.
Предупреждение!!! В книге есть сцена мжм
– Так зачем вы меня вызвали, Максим Сергеевич? – переспросила я.
Невольно коснулась черного пушистого свитера, словно проверяя, на месте ли он. Слишком пристальным и жадным был взгляд Максима.
– Лучше бы ты сегодня оделась так же, как вчера, – улыбнулся он и положил на стол перед собою какие-то фотографии. – Подойди, посмотри.
Его голос звучал будоражаще. В коленях была такая зыбкость, что я боялась, что грохнусь, не дойдя.
Что он хочет мне показать? Пока я медленно приближалась, Максим не сводил с меня глаз, заставляя гореть изнутри от смущения и страха.
Чем я ближе подходила, тем яснее видела то, что на фотографиях. Тем сильнее хотелось убежать. В горле встал ком.
Когда я подошла, Максим положил мне на поясницу ладонь и провел вверх, чуть-чуть залезая под свитер.
– Сними его, – тихо, но очень четко сказал он, а я даже не могла вздохнуть, не то, что сопротивляться, сбросить с себя его ладонь. – Я же говорил, что возьму за срочный кредит…
Невольно коснулась черного пушистого свитера, словно проверяя, на месте ли он. Слишком пристальным и жадным был взгляд Максима.
– Лучше бы ты сегодня оделась так же, как вчера, – улыбнулся он и положил на стол перед собою какие-то фотографии. – Подойди, посмотри.
Его голос звучал будоражаще. В коленях была такая зыбкость, что я боялась, что грохнусь, не дойдя.
Что он хочет мне показать? Пока я медленно приближалась, Максим не сводил с меня глаз, заставляя гореть изнутри от смущения и страха.
Чем я ближе подходила, тем яснее видела то, что на фотографиях. Тем сильнее хотелось убежать. В горле встал ком.
Когда я подошла, Максим положил мне на поясницу ладонь и провел вверх, чуть-чуть залезая под свитер.
– Сними его, – тихо, но очень четко сказал он, а я даже не могла вздохнуть, не то, что сопротивляться, сбросить с себя его ладонь. – Я же говорил, что возьму за срочный кредит…
— Боишься меня?
Он резко развернул меня лицом. Лютый холод и слепящая ярость, глухое отчаяние и боль, мутное возбуждение и превосходство, я собирала этот паззл из всех оттенков его эмоций, пытаясь сложить единую картину, но перед глазами то и дело всплывала пелена и скрывала от меня его лицо. Он провел пальцем по моим губам.
— Теперь ты будешь бояться меня еще сильнее.
Я ничего не чувствовала. Ничего совершенно. Он уничтожил меня. Меня, и себя, и Артёма.
Регина Ваганова, помощник прокурора, знакомится на вечеринке с бывшим капитаном армии. У молодых людей завязываются романтические отношения. Когда они съезжаются, Артём рассказывает ей о том, где он работает на самом деле и своём лучшем друге детства и сослуживце, чья судьба и карьера сложилась не так блестяще, как у него.
У Димы за плечами плен, комплексное ПТСР и бионический протез вместо руки, а ещё у него гипнотический, леденящий взгляд и тёмная, бездонная пропасть вместо души, в которую так легко упасть...
Он резко развернул меня лицом. Лютый холод и слепящая ярость, глухое отчаяние и боль, мутное возбуждение и превосходство, я собирала этот паззл из всех оттенков его эмоций, пытаясь сложить единую картину, но перед глазами то и дело всплывала пелена и скрывала от меня его лицо. Он провел пальцем по моим губам.
— Теперь ты будешь бояться меня еще сильнее.
Я ничего не чувствовала. Ничего совершенно. Он уничтожил меня. Меня, и себя, и Артёма.
Регина Ваганова, помощник прокурора, знакомится на вечеринке с бывшим капитаном армии. У молодых людей завязываются романтические отношения. Когда они съезжаются, Артём рассказывает ей о том, где он работает на самом деле и своём лучшем друге детства и сослуживце, чья судьба и карьера сложилась не так блестяще, как у него.
У Димы за плечами плен, комплексное ПТСР и бионический протез вместо руки, а ещё у него гипнотический, леденящий взгляд и тёмная, бездонная пропасть вместо души, в которую так легко упасть...
— У меня есть для тебя задача.
— О чём идёт речь? - осторожно переспрашивает парень.
— Я хочу, чтобы ты познакомился с одной женщиной. Моей женой.
Его лицо меняется, становясь растерянным. Он явно не понимает, к чему я клоню.
— С вашей женой? Но для чего?
— Хочу, чтобы ты за ней поухаживал. – Я откидываюсь в кресле, оценивая, насколько глубоко он заглотил наживку. -- Сделал так, чтобы она увлеклась тобой. Лена должна безоговорочно поверить, что небезразлична тебе.
— А вам это зачем? — его вопрос звучит настороженно.
— Мой брак давно себя изжил, но уйти просто так я не могу. Мой жена не заслуживает боли расставания, поэтому ее нужно отвлечь. Немного ухаживаний и романтики.
— И как вы себе это представляете? — наконец, произносит он.
— Просто будь собой. Лена изголодалась по мужскому вниманию. Напомни ей, что она все еще красива и желанна.
- Мне нужно с ней спать?
Я задумываюсь. Да какая к черту разница, переспят они или нет? Я просто хочу развода без лишних проволочек.
— О чём идёт речь? - осторожно переспрашивает парень.
— Я хочу, чтобы ты познакомился с одной женщиной. Моей женой.
Его лицо меняется, становясь растерянным. Он явно не понимает, к чему я клоню.
— С вашей женой? Но для чего?
— Хочу, чтобы ты за ней поухаживал. – Я откидываюсь в кресле, оценивая, насколько глубоко он заглотил наживку. -- Сделал так, чтобы она увлеклась тобой. Лена должна безоговорочно поверить, что небезразлична тебе.
— А вам это зачем? — его вопрос звучит настороженно.
— Мой брак давно себя изжил, но уйти просто так я не могу. Мой жена не заслуживает боли расставания, поэтому ее нужно отвлечь. Немного ухаживаний и романтики.
— И как вы себе это представляете? — наконец, произносит он.
— Просто будь собой. Лена изголодалась по мужскому вниманию. Напомни ей, что она все еще красива и желанна.
- Мне нужно с ней спать?
Я задумываюсь. Да какая к черту разница, переспят они или нет? Я просто хочу развода без лишних проволочек.
– Аль, ну, чего ты ломаешься, а? Ну, не хочешь в кафешку, поехали, в рестик свожу тебя, на обед? – вручая цветы, заявил мне самый приставучий и надоедливый студент, непривыкший к отказам.
– Уберите это, – прошипела, чувствуя, как глаза наполняются слезами, а дышать становится тяжело. – Я – ваш преподаватель. Оставьте свою активность для однокурсниц, а меня от вашего внимания избавьте!
– Ты пожалеешь! Слышишь? Я тебе не сопляк какой-то или унылый маменькин сынок. Я отомщу!
И ведь отомстил же, наглец!
Но никто не мог и подумать, что спокойную жизнь скромной пышки Али – молодого преподавателя философии, так круто изменит «месть» отверженного поклонника.
Что эта месть принесет с собой: нежданное счастье или разочарование и боль предательства?
Давайте разбираться!
– Уберите это, – прошипела, чувствуя, как глаза наполняются слезами, а дышать становится тяжело. – Я – ваш преподаватель. Оставьте свою активность для однокурсниц, а меня от вашего внимания избавьте!
– Ты пожалеешь! Слышишь? Я тебе не сопляк какой-то или унылый маменькин сынок. Я отомщу!
И ведь отомстил же, наглец!
Но никто не мог и подумать, что спокойную жизнь скромной пышки Али – молодого преподавателя философии, так круто изменит «месть» отверженного поклонника.
Что эта месть принесет с собой: нежданное счастье или разочарование и боль предательства?
Давайте разбираться!
Я ждала три месяца, чтобы попасть на приём к доктору Харперу, лучшему психотерапевту в этом городе.
– С чем вы хотели бы поработать, Амалия?
– Со своим прошлым. Оно меня не отпускает.
– В вашем прошлом было что-то страшное?
– Скорее наоборот.
– Значит, что-то очень хорошее?
– Да. Пожалуй, можно назвать это так.
– И это хорошее мешает вам жить дальше. Каким образом?
– У меня был жених, лучшая портниха в этом городе шила моё подвенечное платье, а я… Вернее, он. Ник. Я буду называть его Ник. Не спросите, почему?
– Думаю, на то есть причина.
– Я вам скажу. Причина заключается в том, что я до сих пор не могу спокойно произносить его имя. Оно жжёт мне язык, как будто я говорю нечто запретное, неслыханное. Он смотрел на меня так, будто уже всё знал. Будто я уже принадлежала ему вся, от корней волос до кончиков ногтей. Это было абсурдно. Немыслимо…
– С чем вы хотели бы поработать, Амалия?
– Со своим прошлым. Оно меня не отпускает.
– В вашем прошлом было что-то страшное?
– Скорее наоборот.
– Значит, что-то очень хорошее?
– Да. Пожалуй, можно назвать это так.
– И это хорошее мешает вам жить дальше. Каким образом?
– У меня был жених, лучшая портниха в этом городе шила моё подвенечное платье, а я… Вернее, он. Ник. Я буду называть его Ник. Не спросите, почему?
– Думаю, на то есть причина.
– Я вам скажу. Причина заключается в том, что я до сих пор не могу спокойно произносить его имя. Оно жжёт мне язык, как будто я говорю нечто запретное, неслыханное. Он смотрел на меня так, будто уже всё знал. Будто я уже принадлежала ему вся, от корней волос до кончиков ногтей. Это было абсурдно. Немыслимо…
Я спасла ему жизнь.
Худшее, что могло случиться после этого, — он выжил.
Теперь мой самый безрассудный пациент уверен, что мы созданы друг для друга. Он флиртует со мной, выводит из себя и заставляет забывать главное правило хирурга: между врачом и пациентом не может быть ничего личного.
Но куда опаснее другой мужчина.
Мой наставник. Лучший хирург клиники. Холодный, безупречный и совершенно недоступный. Мужчина, рядом с которым я давно научилась прятать собственное сердце.
Я каждый день спасаю чужие жизни.
Только кто спасет меня, если однажды придется выбирать между долгом и любовью... и между двумя мужчинами, которых я не должна любить?
Худшее, что могло случиться после этого, — он выжил.
Теперь мой самый безрассудный пациент уверен, что мы созданы друг для друга. Он флиртует со мной, выводит из себя и заставляет забывать главное правило хирурга: между врачом и пациентом не может быть ничего личного.
Но куда опаснее другой мужчина.
Мой наставник. Лучший хирург клиники. Холодный, безупречный и совершенно недоступный. Мужчина, рядом с которым я давно научилась прятать собственное сердце.
Я каждый день спасаю чужие жизни.
Только кто спасет меня, если однажды придется выбирать между долгом и любовью... и между двумя мужчинами, которых я не должна любить?
Это слишком неправильно – любить его, парня своей сестры. Я привыкла ненавидеть свои чувства к нему, но не смогла их убить, даже когда у меня появился другой. И теперь я знаю точно, что безответная любовь – не самое сложное испытание. Быть его врагом – вот, что может сделать по-настоящему больно.
Второй том истории о Демиде
Первый том - " Я твой враг"
В тексте вы найдете:
- эмоциональные качели героев;
- постельные сцены;
- сложные характеры и куча тараканов в головушках у героев=)
- бои, спорт, криминал;
Второй том истории о Демиде
Первый том - " Я твой враг"
В тексте вы найдете:
- эмоциональные качели героев;
- постельные сцены;
- сложные характеры и куча тараканов в головушках у героев=)
- бои, спорт, криминал;
Молодая российская журналистка- арабистка Влада Пятницкая приезжает в охваченную гражданской войной Сирию, надеясь сделать себе имя на хорошем репортаже или громком материале. Ее самонадеянный шаг получить эксклюзивное интервью с одним из видных представителей действующего режима, молодым, притягательным, но во всех смыслах опасным мужчиной Васелем Увейдатом с его стороны был встречен непристойным предложением- интервью в обмен на первую ночь с невинной Владой. Влезая в эту авантюру, они оба, каждый движимый своими целями, не предполагали, какой силы страсть захватит их. И хотя оба они пытаются бороться с нахлынувшими чувствами, взаимная тяга постоянно приводит их друг к другу. Вот только у Васеля и Влады разные взгляды на этот мир, на происходящее в стране и на свое будущее...
Подборка книг с любовным треугольником
Выберите полку для книги