Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

– Ты кто? И где я?

Я от шока даже рот приоткрыла. Вот это нормально начальника приложило…

- А ты кто? – Увидел он, видимо, мою дочь.

Я уже хотела сказать Дмитрию Константиновичу, что он мой босс, поскользнулся, упал, и, кажется, немножко потерял память, как услышала...

- Пап, ты что, нас забыл? – И, да. Это был голос моей дочери. А я вся словно заледенела от её слов. Что она несла? Какой папа?

- Папа? – Расширились глаза начальника. Он смотрел на Улю, потом медленно перевёл взгляд на меня. – Ты моя дочь, а ты…

- Ты мой папа, а это моя мамуля. Ты нас не помнишь?


Пышка Светлана просто решила немного проучить своего начальника-тирана, подыграв дочери, когда она сказала боссу, упавшему, и потерявшему память, что они одна семья.

Но, кажется, розыгрыш зашёл слишком далеко, потому чтоб босс поверил!

#ХЭ

- Меня мужчина содержит, - хвасталась мне бывшая одноклассница. - Просто идеальный: богатый, щедрый и офигенный любовник. Жду не дождусь, когда он женится на мне.
- Как женится? Ты же сказала, что он женат…
Она отмахнулась:
- Ой, да жена не стена - подвинем!

Но "стеной" оказалась я, и я совсем не хочу, чтобы меня двигали…
Я подвинусь сама, но после себя оставлю выжженное пекло, а муж с любовницей будут рыдать крокодильими слезами!

— Лю-ба, — повторяет Богдан моё имя по слогам. — Звучит так же вкусно.
— Так же как что? — напрягаюсь я. Мы не одни в вагоне.
— Как ты сама.
— Не слишком ли смелый комплимент для пяти минут знакомства.
— Я говорю то, что вижу, ощущаю. От твоих волос вкусно пахнет, ты вся вкусная.
Спорить с ним вкусная я или нет точно не стоит.
— Её зовут Гуччи, — киваю на переноску с кошкой породы сфинкс, что стоит между ног.
— Хорошая у тебя киска, лысая такая, — склонив голову набок, Богдан вроде смотрит на Гуччи, а вроде как и выше. Уголки его губ подрагивают. — Я бы её погладил.
— Она не очень любит незнакомцев, — одёргиваю подол и задвигаю переноску подальше под сиденье. Полгода назад я застала мужа с подругой дочери. Он выставил меня из дома, оставив буквально ни с чем. А ещё посоветовал взять у кого-нибудь уроки любви, Но мой новый учитель подарил мне больше чем любовь.

Нажимаю кнопку селектора, чтобы сказать Егору, что я пришла, но то, что я слышу, лишает меня дара речи.
Муж признаётся в любви какой-то дамочке.
— Никуся, я так люблю тебя, милая.
— Почему тогда ты не бросишь её и не женишься на мне?
— Всему своё время!
— Но я хочу, чтобы твой сын родился в браке.
Не могу сказать, что для меня больнее: узнать, что муж мне изменяет, или то, что у него будет ребёнок от другой женщины.
Захожу без стука в кабинет.
На диване, широко расставив ноги, сидит Егор.
Рубашка расстегнута, галстук болтается.
А его мадам преданно сидит у его ног, живот уже заметно округлился, значит, срок и правда не маленький.
— Что же вы сидите на полу? В вашем положении это неприемлемо!
— Кто вы вообще такая? Почему врываетесь в кабинет Егорушки без стука? Как вам не стыдно!
— Ну, раз уж вы спросили, то это мой кабинет и моя фирма! А я теперь уже бывшая жена этого кобеля.

- У меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться, - заявляю уверенно и внимательно слежу за реакцией Ани.
- Да ладно?
Усмехается, не верит. Зря.
- Я устраню причину, по которой ты работаешь на Бурого. Ты станешь абсолютно свободна, неприкосновенна, вернёшься к своим трудным подросткам….
Я вижу, как она вся подбирается. Не верит, но в глазах вспыхивает надежда. От волнения она прикусывает губу.
- Взамен? – всё же спрашивает она.
- Ты только моя на месяц. Вылетаем в Питер на этой неделе.
Я замираю в предвкушении, скрещиваю руки на груди, смотрю на неё. Жду, когда она приоткроет свои пухлые губы и скажет: «Я согласна».
- Минута на размышление. Выбирай. Свободная жизнь или жизнь в постоянном страхе. Принимаешь моё предложение? Да или…
- Нет! – она обрывает меня, даже не дав договорить.
Тут же поднимается и быстрым шагом идёт к двери.
НЕТ???
Какого..???

Володя будет приятно удивлен, увидев меня дома.
Я медленно поднялась по оставшимся ступеням, чувствуя, как холодеет кожа. Дверь в спальню была приоткрыта. Я толкнула дверь.
То, что я увидела, разбило мой мир на осколки за одну секунду.
На нашей кровати, на белоснежном постельном белье, лежали двое. Обнаженные, переплетенные, не заметившие моего появления.
Володя — мой муж, отец моих будущих детей, человек, с которым я прожила десять лет. И Ксения — моя младшая сестра, тридцатилетняя, яркая, всегда немного легкомысленная.
Она встала с кровати, накинула на себя шелковый халат — тот самый, кремовый, который Володя подарил мне на прошлый день рождения — и подошла ближе. Ее голубые глаза смотрели прямо на меня, и в них не было ни капли раскаяния.
— Наконец-то, — произнесла она, и ее голос звучал почти радостно. — Наконец-то ты знаешь все.
Она сделала еще шаг вперед, и я увидела, как ее взгляд скользнул вниз, к моему животу.
— И я должна сказать еще кое-что. Я беременна. От Володи.

Как там у классика? Ночь. Улица. Фонарь…
Любовники.
Он и Она. Мой жених и моя лучшая подруга.
Кто там кого отбил, я разбираться не стала. Вышла замуж за первого встречного. Я из мести, он – от необходимости.
И все бы хорошо. Расписались и разошлись, как в море корабли. Но оказалось, что мой муж - новый владелец фирмы, где я работаю.

***
Кирилл Мамонтов – «Снеговик». Он темная лошадка в мире бизнеса. Одни его боготворят, другие ненавидят. Случайная встреча на набережной, фиктивный брак и головокружительные эмоции на грани, которых никто не ждал.

– Динара! – голос Лены врывается в мои воспоминания. – ДТП везут! Две жертвы, тяжелые! Минут пять!
– Лобовое столкновение на трассе! Мужчина, без сознания, ЧМТ, множественные ушибы! Давление падает! Девушка, в сознании, но в шоке, жалуется на спину и ногу!
Я автоматически шагаю вперед, взгляд скользнул по пострадавшему – и мир остановился.
Нет.
Этого не может быть.
Мартин.
Мой муж лежит на носилках, лицо в крови.
Голос второй пострадавшей – истеричный, надрывный – достигает моих ушей:
– Мартин! Мартин, где он?! Мне нужно к Мартину!
– Не двигайтесь! – рявкает на нее Лена. – У вас возможна травма позвоночника!
– Мне плевать! – девушка рыдает. – Мартин! Скажите мне, что с ним! Он жив?! Он должен быть жив! Мы должны были... У нас планы... Свадьба...
Свадьба.
Это слово ударяет как током. Я смотрю на Мартина, потом на девушку. И все встает на свои места с ужасающей ясностью.

— А твоя мымра не узнает о нас? — ядовито спрашивает девица.

— Моя жена тупая, как бревно! Она вечно в своей работе! — с отвращением скривил свое лицо Дима, как будто съел протухший лимон. — В ней плюс только один — то, что ей деньги перечисляет ее богатенький отец! И я имею все в этой фирме! Совсем скоро она станет моей!

Я была готова доверять ему слепо, а он оказался подлым негодяем, изменяя с моей лучшей подругой! Но пусть пожалеют оба… Я объявляю войну обоим предателям! Обоих ждет жестокая расплата!

- Тот, кто выиграет – получит мою дочь! И сможет делать с ней что захочет!
Я смотрел туда, в клетку.
Все видели просто запуганную зареванную девушку, жмущуюся к прутьям и закрывающую от ужаса уши руками. А я видел ее...
Девчонку из моего сна.
Шоколадного цвета крупные кудри, распахнутые голубые глаза, в которых плескалась дикая боль. И такой же, как сейчас, раскрытый в душераздирающем крике рот:
- Помоги мне!