Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
Я уже собираюсь выключить ноутбук, и тут всплывает уведомление программы мессенджера.
"Без БАБ". Знакомое название, я видела такие уведомления на телефоне Дениса, моего мужа. Их чат с друзьями.
Я уже хотела было закрыть окно, но внизу мигнуло новое сообщение.
Андрей: "Денчик же завел себе новую молодую куклу, а я чем хуже!"
Я замираю. Холод медленно ползёт от затылка вниз по позвоночнику. Что за кукла у моего Денчика? Может, глупая шутка? Андрей всегда отличался пошлостью и остротами ниже пояса.
И тут я увидела сообщение, которое отправил мой муж:
Денис: "Да, могу себе позволить молодую любовницу!"
Мне становится дурно. Двадцать пять лет брака проносятся у меня перед глазами, и я читаю дальше...
"Без БАБ". Знакомое название, я видела такие уведомления на телефоне Дениса, моего мужа. Их чат с друзьями.
Я уже хотела было закрыть окно, но внизу мигнуло новое сообщение.
Андрей: "Денчик же завел себе новую молодую куклу, а я чем хуже!"
Я замираю. Холод медленно ползёт от затылка вниз по позвоночнику. Что за кукла у моего Денчика? Может, глупая шутка? Андрей всегда отличался пошлостью и остротами ниже пояса.
И тут я увидела сообщение, которое отправил мой муж:
Денис: "Да, могу себе позволить молодую любовницу!"
Мне становится дурно. Двадцать пять лет брака проносятся у меня перед глазами, и я читаю дальше...
— Я развожусь с тобой, — прозвучали слова мужа, а я выронила плюшевого медведя из рук.
—Макар, что ты такое говоришь… —заикаясь, едва выдавила. —Как же мы, как же наша семья?
— Теперь для меня это неважно, — цинично выдал муж. — Надеюсь у тебя хватит ума не устраивать истерики…
Сердце затопило льдом.
—Ты о нашей Асе подумал? — задрожал мой голос. Макар усмехнулся и качнул головой.
—Дочь можешь оставить себе, не претендую. Кристина мне все равно скоро родит нового ребенка.
Быстрый развод.
Мы с дочерью на улице.
Два с половиной года, чтобы научиться жить, стать сильной, но бывший муж разрушил все в один вечер.
— Вещи собирай. Я хочу свою семью обратно.
—Макар, что ты такое говоришь… —заикаясь, едва выдавила. —Как же мы, как же наша семья?
— Теперь для меня это неважно, — цинично выдал муж. — Надеюсь у тебя хватит ума не устраивать истерики…
Сердце затопило льдом.
—Ты о нашей Асе подумал? — задрожал мой голос. Макар усмехнулся и качнул головой.
—Дочь можешь оставить себе, не претендую. Кристина мне все равно скоро родит нового ребенка.
Быстрый развод.
Мы с дочерью на улице.
Два с половиной года, чтобы научиться жить, стать сильной, но бывший муж разрушил все в один вечер.
— Вещи собирай. Я хочу свою семью обратно.
Никогда не думала, что изысканный золотой браслет разобьет мне сердце!
– Ну хорошо. Ты все знаешь! Что дальше?! — он складывает руки на груди.
– Я хочу развод, - спокойно отвечаю я.
— Я не дам тебе развод, Ника! - с нажимом говорит он, — я не позволю тебе разрушить мою карьеру.
— Я тебя и спрашивать не буду, - хмыкаю я.
— Тогда я превращу твою жизнь в ад! Ты еще не знаешь на что я способен! - он понижает голос.
Я не испугаюсь, я справлюсь. А поможет мне...запах свежего хлеба.
– Ну хорошо. Ты все знаешь! Что дальше?! — он складывает руки на груди.
– Я хочу развод, - спокойно отвечаю я.
— Я не дам тебе развод, Ника! - с нажимом говорит он, — я не позволю тебе разрушить мою карьеру.
— Я тебя и спрашивать не буду, - хмыкаю я.
— Тогда я превращу твою жизнь в ад! Ты еще не знаешь на что я способен! - он понижает голос.
Я не испугаюсь, я справлюсь. А поможет мне...запах свежего хлеба.
Я приехала поздравить маму, но стала свидетельницей того, чего не должна была видеть. В этот день перевернулся мой мир, потому что это была лишь первая страница в этой истории, полной шокирующих открытий.
- Ну где же она? – шепотом произношу я.
И вдруг - за толстым морщинистым стволом старой ивы – движение. Два силуэта. Слитые воедино.
Я останавливаюсь и замираю.
Они целуются. Их поцелуй кажется таким страстным, таким… интимным, как целуются только влюбленные.
Моя мама и…
Сердце стукнуло раз, гулко, как колокол, и замерло. Ноги стали ватными.
Нет. Не может быть. Это игра света, тени.
Я прищуриваюсь, делаю шаг ближе, не веря глазам.
Черный смокинг, знакомый до каждой складочки на спине. Волосы, которые я так любила перебирать пальцами.
Его профиль, резко вырисовывающийся в свете фонаря. И мама… моя мама – ее руки в его волосах, ее тело прижато к нему, ее губы…
Максим?!
Мой муж. Муж, который этим утром целовал меня в макушку, бормоча: «Я тебя очень люблю».
- Ну где же она? – шепотом произношу я.
И вдруг - за толстым морщинистым стволом старой ивы – движение. Два силуэта. Слитые воедино.
Я останавливаюсь и замираю.
Они целуются. Их поцелуй кажется таким страстным, таким… интимным, как целуются только влюбленные.
Моя мама и…
Сердце стукнуло раз, гулко, как колокол, и замерло. Ноги стали ватными.
Нет. Не может быть. Это игра света, тени.
Я прищуриваюсь, делаю шаг ближе, не веря глазам.
Черный смокинг, знакомый до каждой складочки на спине. Волосы, которые я так любила перебирать пальцами.
Его профиль, резко вырисовывающийся в свете фонаря. И мама… моя мама – ее руки в его волосах, ее тело прижато к нему, ее губы…
Максим?!
Мой муж. Муж, который этим утром целовал меня в макушку, бормоча: «Я тебя очень люблю».
— Сколько он тебе платит? — презрительно цедит, оглядывая меня с ног до головы. — Назови цену, и я удвою.
— Я с твоим отцом не сплю!
— Думаешь, со стороны не видно? — ухмыляется нагло. — Еще раз, девочка. Цену назови. Сколько я должен тебе заплатить, чтобы ты к чертям убралась из нашего дома?
После смерти родителей я была вынуждена обратиться за помощью к их другу. Он приютил меня в своем доме. Помог устроиться на работу. И все бы хорошо, но его сын решил, что я эскортница. Содержанка, которая подбирается к богатству отца через постель.
И чем больше времени мы проводим под одной крышей, тем сильнее друг друга ненавидим… И тем яростнее пытаемся друг другу это доказать.
— Я с твоим отцом не сплю!
— Думаешь, со стороны не видно? — ухмыляется нагло. — Еще раз, девочка. Цену назови. Сколько я должен тебе заплатить, чтобы ты к чертям убралась из нашего дома?
После смерти родителей я была вынуждена обратиться за помощью к их другу. Он приютил меня в своем доме. Помог устроиться на работу. И все бы хорошо, но его сын решил, что я эскортница. Содержанка, которая подбирается к богатству отца через постель.
И чем больше времени мы проводим под одной крышей, тем сильнее друг друга ненавидим… И тем яростнее пытаемся друг другу это доказать.
– Подожди… Сейчас… – звякает пряжка ремня, и сердце мое проваливается вниз, в пустоту.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
– Что ты делаешь? – хрипло, сдавленно спрашивает Саша.
Он звучит чужим. Незнакомым. Не моим.
– Я делаю тебе хорошо, – мурлычет Арина с подчеркнутым превосходством. – Делаю то, чего никогда не делала она…
Я больше не могу терпеть. Резко шагаю вперед, толкаю незапертую дверь… и мгновенно об этом жалею.
– Я подготовил документы на развод.
– Развод?.. – у меня дыхание перехватывает.
– Я обрёл истинную любовь, – заявляет муж и жестом манит любовницу к себе.
Меня же будто ледяной волной окатили – муж привёл её в наш дом!
– Что ты делаешь?! Очнись! Какая у вас разница в возрасте? Тридцать лет?
– Ей уже можно, если ты об этом. Не переживай, – улыбается муж, крепко прижимая к себе наглую девицу.
– Он давно сделал выбор в мою пользу, – победоносно улыбается она. – Мы любим друг друга.
– Ты с ума сошёл! Что скажут наши дети?! – пытаюсь остановить это безумие.
– Папа, будь счастлив! – тут же раздаётся голос со стороны двери, а затем появляется наша дочь. – А ты, мама, больше не хозяйка в этом доме! Вот твой чемодан, я уже и вещи собрала.
Вернулась домой пораньше и застала мужа в объятиях любовницы! Мало того, что она увела у меня мужа, так ещё и детей настроила против. Дочь назвала меня “уборщицей” и собрала чемодан, объявив любовницу отца новой хозяйкой дома!
– Развод?.. – у меня дыхание перехватывает.
– Я обрёл истинную любовь, – заявляет муж и жестом манит любовницу к себе.
Меня же будто ледяной волной окатили – муж привёл её в наш дом!
– Что ты делаешь?! Очнись! Какая у вас разница в возрасте? Тридцать лет?
– Ей уже можно, если ты об этом. Не переживай, – улыбается муж, крепко прижимая к себе наглую девицу.
– Он давно сделал выбор в мою пользу, – победоносно улыбается она. – Мы любим друг друга.
– Ты с ума сошёл! Что скажут наши дети?! – пытаюсь остановить это безумие.
– Папа, будь счастлив! – тут же раздаётся голос со стороны двери, а затем появляется наша дочь. – А ты, мама, больше не хозяйка в этом доме! Вот твой чемодан, я уже и вещи собрала.
Вернулась домой пораньше и застала мужа в объятиях любовницы! Мало того, что она увела у меня мужа, так ещё и детей настроила против. Дочь назвала меня “уборщицей” и собрала чемодан, объявив любовницу отца новой хозяйкой дома!
- Что происходит, Володь? – я же вижу, что последнее время его всё раздражает, ходит шипит, фыркает…то я ему чем-то не угодила, то дети ему мешают…уже не могу выносить эту неопределённость, надоело постоянно прогибаться.
Ведь чувствую же, что что-то случилось…, но ничего поделать не могу, мужа как будто подменили…
- Да я просто больше так не могу! – швырнул свою ковбойскую шляпу прямо на стол. – Надоело всё: ты, дети, вечная нехватка денег, кредит…ухожу я от тебя! Я здесь просто задыхаюсь! С работы домой идти не хочу…опостылело всё…
Каждое слово, как острая стрела, ранит и рвёт душу до крови…
Уходит? Куда? А дети? Четверо их у нас…
- Женщина у меня есть…без этого ярма на шее…, - продолжает муж, схватив свою шляпу и нахлобучивая. – Дом я тебе оставляю, поэтому алиментов от меня не жди, вещи я уже собрал…потом приеду остальное заберу…
Ведь чувствую же, что что-то случилось…, но ничего поделать не могу, мужа как будто подменили…
- Да я просто больше так не могу! – швырнул свою ковбойскую шляпу прямо на стол. – Надоело всё: ты, дети, вечная нехватка денег, кредит…ухожу я от тебя! Я здесь просто задыхаюсь! С работы домой идти не хочу…опостылело всё…
Каждое слово, как острая стрела, ранит и рвёт душу до крови…
Уходит? Куда? А дети? Четверо их у нас…
- Женщина у меня есть…без этого ярма на шее…, - продолжает муж, схватив свою шляпу и нахлобучивая. – Дом я тебе оставляю, поэтому алиментов от меня не жди, вещи я уже собрал…потом приеду остальное заберу…
– Хорошо, что ты узнала, – холодно чеканит муж, когда я застаю его с лучшей подругой в нашей кровати.
– Хорошо? – усмехаюсь я, пересиливая слезы.
– Да, – отвечает он. – Потому что теперь мы можем развестись, и мне больше не нужно жить с тобой из жалости…
Я считала себя счастливой женщиной: любимый муж, чудесная дочь, прекрасная работа… Он разрушил нашу семью в один миг и теперь… Теперь мне придется начать все сначала в 44.
Но я обязательно справлюсь. С ним или нет, но я буду счастлива.
– Хорошо? – усмехаюсь я, пересиливая слезы.
– Да, – отвечает он. – Потому что теперь мы можем развестись, и мне больше не нужно жить с тобой из жалости…
Я считала себя счастливой женщиной: любимый муж, чудесная дочь, прекрасная работа… Он разрушил нашу семью в один миг и теперь… Теперь мне придется начать все сначала в 44.
Но я обязательно справлюсь. С ним или нет, но я буду счастлива.
- Ах ты, кобелина! – со всей дури бью полотенцем его по спине. - Сестре моей изменять вздумал! Свинья ты, зятёк, свинья, как есть!
Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит.
- Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина!
- Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?!
Он выглядывает из-под локтя своими синими глазами.
- Судя по всему аппетитная и довольно симпатичная… - несёт ерунду, и я уже замахиваюсь снова, как тут… Синими? У моего зятя другие глаза…
- Стоп. Ты Макару кто? – полотенце пролетает мимо, не коснувшись, и мужчина, который безумно похож на моего зятя, но всё же не он, выпрямляется.
- А извиниться сначала не хочешь, красивая? – его губы выгибаются в насмешливой ухмылке,а наглый взгляд проходится по моей фигуре. Хм… Ну я тебе сейчас...
Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит.
- Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина!
- Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?!
Он выглядывает из-под локтя своими синими глазами.
- Судя по всему аппетитная и довольно симпатичная… - несёт ерунду, и я уже замахиваюсь снова, как тут… Синими? У моего зятя другие глаза…
- Стоп. Ты Макару кто? – полотенце пролетает мимо, не коснувшись, и мужчина, который безумно похож на моего зятя, но всё же не он, выпрямляется.
- А извиниться сначала не хочешь, красивая? – его губы выгибаются в насмешливой ухмылке,а наглый взгляд проходится по моей фигуре. Хм… Ну я тебе сейчас...
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги