Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «razvod»
— Папа, мы же договаривались! Ты прикрываешь меня, а я — тебя! — слышу возмущенный голос дочери.
— Получился форс-мажор, но сегодня все будет, как надо.
— Хорошо бы! — говорит дочь. — Иначе я расскажу ей, куда ты тратишь семейные деньги…
Больше стоять и слушать я не в силах, сердито распахиваю дверь.
— А теперь поделитесь со мной! Куда же ты тратишь семейные деньги? Или, вернее, на кого, дорогой?
Я видела какую-то девицу в его машине.
Примерно возраста нашей дочери!
Он отбрехался в тот раз, но интуиция не давала покоя.
Теперь я дожму муженька и узнаю правду…
— Получился форс-мажор, но сегодня все будет, как надо.
— Хорошо бы! — говорит дочь. — Иначе я расскажу ей, куда ты тратишь семейные деньги…
Больше стоять и слушать я не в силах, сердито распахиваю дверь.
— А теперь поделитесь со мной! Куда же ты тратишь семейные деньги? Или, вернее, на кого, дорогой?
Я видела какую-то девицу в его машине.
Примерно возраста нашей дочери!
Он отбрехался в тот раз, но интуиция не давала покоя.
Теперь я дожму муженька и узнаю правду…
— Ты быстрый как молния, еще одну девку охмурил!
— Видел бы ты ее дойки, сам бы охмурил, — хмыкает в ответ мой муж,
— Покажи... — просит и восклицает. — Вах, вот это телка! А как же жена? Не заподозрила, что у неё под носом…
— Не заподозрила. Во-первых, я идеальный муж, а во-вторых, работы ей наваливаю. Некогда ей ерундой страдать.
***
Муж нагло пользуется моей верностью, считая, что из-за работы я не узнаю о его интрижках.
Но настало время отвечать за свои поступки.
И наш развод я проведу так, словно это — зажигательная вечеринка, на которой я буду в красном…
— Видел бы ты ее дойки, сам бы охмурил, — хмыкает в ответ мой муж,
— Покажи... — просит и восклицает. — Вах, вот это телка! А как же жена? Не заподозрила, что у неё под носом…
— Не заподозрила. Во-первых, я идеальный муж, а во-вторых, работы ей наваливаю. Некогда ей ерундой страдать.
***
Муж нагло пользуется моей верностью, считая, что из-за работы я не узнаю о его интрижках.
Но настало время отвечать за свои поступки.
И наш развод я проведу так, словно это — зажигательная вечеринка, на которой я буду в красном…
Я вернулась раньше — встречу отменили. В прихожей — чужие туфли.
Слышу смех. Тихий, нервный. Подхожу ближе.
— Лев, не могу поверить, что мы это делаем. Хорошо, что твоя ослиха ничего не подозревает, — шепчет она.
— Тише, времени мало...
— Я люблю тебя, Лев. Я рожу тебе наследника, мы будем вместе.
Я прислоняюсь к стене. Наследника? А наш двадцатилетний сын тогда, по ее мнению, кто?
Дышу медленно, чтобы не выдать себя. Они не замечают.
Вдох — выдох. Пальцы сжимают ручку двери до боли. Я захожу.
— Продолжайте. Прости, не предупредила, что вернусь пораньше. Вам надо было, наверное, табличку на дверь повесить: «Не входить, идёт постельная сцена».
Он вздрагивает, отскакивает от кровати.
— Варя… это не то, что ты…
— Только попробуй договорить эту фразу.
— Я всё объясню. Я не хотел, чтобы всё вот так.
— Не надо. Всё и так понятно.
Он стоит, не двигается. А я смотрю на кровать, на которой спали мы.
И понимаю — уже никогда не смогу на ней уснуть.
Слышу смех. Тихий, нервный. Подхожу ближе.
— Лев, не могу поверить, что мы это делаем. Хорошо, что твоя ослиха ничего не подозревает, — шепчет она.
— Тише, времени мало...
— Я люблю тебя, Лев. Я рожу тебе наследника, мы будем вместе.
Я прислоняюсь к стене. Наследника? А наш двадцатилетний сын тогда, по ее мнению, кто?
Дышу медленно, чтобы не выдать себя. Они не замечают.
Вдох — выдох. Пальцы сжимают ручку двери до боли. Я захожу.
— Продолжайте. Прости, не предупредила, что вернусь пораньше. Вам надо было, наверное, табличку на дверь повесить: «Не входить, идёт постельная сцена».
Он вздрагивает, отскакивает от кровати.
— Варя… это не то, что ты…
— Только попробуй договорить эту фразу.
— Я всё объясню. Я не хотел, чтобы всё вот так.
— Не надо. Всё и так понятно.
Он стоит, не двигается. А я смотрю на кровать, на которой спали мы.
И понимаю — уже никогда не смогу на ней уснуть.
Я стою у окна с дочкой на руках, и мир замер в этот момент совершенного счастья. Соне три месяца, она тихо посапывает, уткнувшись носиком мне в грудь, её крошечные пальчики сжимают край моей футболки. В такие моменты время останавливается — есть только мы с ней и это утро, залитое золотым светом.
За окном рассвет медленно раскрашивает Екатеринбург в тёплые тона. Солнце поднимается над крышами, бросает длинные тени от домов, заставляет блестеть окна высоток. Город просыпается — где-то внизу уже слышен шум первых машин, спешащих по своим делам людей. А я стою и смотрю на этот новый день, прижимая к себе самое дорогое существо на свете.
Два года. Всего два года прошло с того дня, когда я приехала сюда — сломанная, растерянная, с двумя сумками и разбитым вдребезги сердцем. Тогда мне казалось, что жизнь кончена. Как же я ошибалась...
За окном рассвет медленно раскрашивает Екатеринбург в тёплые тона. Солнце поднимается над крышами, бросает длинные тени от домов, заставляет блестеть окна высоток. Город просыпается — где-то внизу уже слышен шум первых машин, спешащих по своим делам людей. А я стою и смотрю на этот новый день, прижимая к себе самое дорогое существо на свете.
Два года. Всего два года прошло с того дня, когда я приехала сюда — сломанная, растерянная, с двумя сумками и разбитым вдребезги сердцем. Тогда мне казалось, что жизнь кончена. Как же я ошибалась...
— Вторая беременность со Ланой у нас была запланирована, — бросил мне муж. — А первый раз... осечка, но мальчишка мой... родной... Я от него никогда не отказывался.
— Мы с тобой одиннадцать лет в браке, — шепотом произнесла. — И за это время ты не захотел со мной детей. А с любовницей завел двух…
— Она моя первая любовь. Не мог отказать, — усмехнулся муж. — Но ты не переживай. Ты не коснешься моей второй семьи. Хочешь, можешь тоже родить, чтобы тебе не обидно было…
Я хотела развод. И получила его.
Из одиннадцати лет брака муж изменял мне десять.
Такое не простить.
Я вырвала из сердца свою любовь к предателю, но спустя год после развода бывший вернулся.
— Откуда у тебя сын? Сколько ему? Девять, десять? Что, тоже изменяла, стерва?
— Мы с тобой одиннадцать лет в браке, — шепотом произнесла. — И за это время ты не захотел со мной детей. А с любовницей завел двух…
— Она моя первая любовь. Не мог отказать, — усмехнулся муж. — Но ты не переживай. Ты не коснешься моей второй семьи. Хочешь, можешь тоже родить, чтобы тебе не обидно было…
Я хотела развод. И получила его.
Из одиннадцати лет брака муж изменял мне десять.
Такое не простить.
Я вырвала из сердца свою любовь к предателю, но спустя год после развода бывший вернулся.
— Откуда у тебя сын? Сколько ему? Девять, десять? Что, тоже изменяла, стерва?
– У Алены появился мужчина! Все серьезно, – произносит с нажимом сестра.
Я вскидываю брови в удивлении:
– Я не знала, что у твоей дочери есть парень… Сокурсник?
Зина лишь улыбается и выдает задумчиво, слегка растягивая слова:
– Говорят, месть подают холодной, Диночка, слышала?!
– Зина, ты про что?! Я тебя не понимаю! – отвечаю удивленно
– А ничего! Можешь меня поздравить! Алена беременна!
– Беременна?! – спрашиваю в шоке. – Девушка она, конечно, взрослая, но я не знала, что у моей племянницы отношения…
Зина окидывает меня каким-то взглядом победительницы и оглушает:
– Моя дочь беременна от твоего мужа! От Прокофьева, а ты соберешь свои манатки и выкатишься из особняка! Время настоящей хозяйке вступить в свои права!
Я вскидываю брови в удивлении:
– Я не знала, что у твоей дочери есть парень… Сокурсник?
Зина лишь улыбается и выдает задумчиво, слегка растягивая слова:
– Говорят, месть подают холодной, Диночка, слышала?!
– Зина, ты про что?! Я тебя не понимаю! – отвечаю удивленно
– А ничего! Можешь меня поздравить! Алена беременна!
– Беременна?! – спрашиваю в шоке. – Девушка она, конечно, взрослая, но я не знала, что у моей племянницы отношения…
Зина окидывает меня каким-то взглядом победительницы и оглушает:
– Моя дочь беременна от твоего мужа! От Прокофьева, а ты соберешь свои манатки и выкатишься из особняка! Время настоящей хозяйке вступить в свои права!
– Я надеюсь, тебе всё понятно. Я с тобой развожусь.
– Борь, – слова царапают горло. – Ты в своём уме?
– Лена, – морщится. – Если ты не прекратишь истерику, мне придется принять меры. Подумай, что тогда будет с сыном. Неуравновешенная мать, безработная и бездомная – не лучший исход. Не доводи до крайности.
– Ты не посмеешь! Я пойду в суд!
– Будешь психовать, сын поедет в интернат. Дома ни мне, ни моей любимой он не нужен.
– Не старайся разжалобить Борясика, – смеётся мерзавка. – Ты, тётя Лена, отработанный материал.
А Борис кладёт ладонь на талию дочери своего лучшего друга и притягивает её к себе...
После шестнадцати лет брака муж изменил мне с дочерью своего лучшего друга. Который считает, что они отличная пара, а я – неудачница.
Моя жизнь разрушена, но я не позволю себя сломить. Потому что мне есть, ради кого бороться. Я заберу своё и накажу тех, кто разрушил мою жизнь!
– Борь, – слова царапают горло. – Ты в своём уме?
– Лена, – морщится. – Если ты не прекратишь истерику, мне придется принять меры. Подумай, что тогда будет с сыном. Неуравновешенная мать, безработная и бездомная – не лучший исход. Не доводи до крайности.
– Ты не посмеешь! Я пойду в суд!
– Будешь психовать, сын поедет в интернат. Дома ни мне, ни моей любимой он не нужен.
– Не старайся разжалобить Борясика, – смеётся мерзавка. – Ты, тётя Лена, отработанный материал.
А Борис кладёт ладонь на талию дочери своего лучшего друга и притягивает её к себе...
После шестнадцати лет брака муж изменил мне с дочерью своего лучшего друга. Который считает, что они отличная пара, а я – неудачница.
Моя жизнь разрушена, но я не позволю себя сломить. Потому что мне есть, ради кого бороться. Я заберу своё и накажу тех, кто разрушил мою жизнь!
– Твой муж тебе изменяет, – свекровь смотрит мне прямо в глаза и оглушает словами.
– Что?! Что вы такое говорите, Тамара Николаевна?!
– Говорю то, что знаю. Ты наскучила Игнату. Да и… знаешь ли, с годами никто не молодеет.
Прикусываю нижнюю губу, свекровь бьет по больному, еще раз пытается доказать, что я не пара ее сыну!
– Я не верю.
– Да прекрати ты! Гуляет от тебя муж. Но… знаешь… я вот думаю, что шило на мыло менять не нужно.
– Что?!
Вновь не понимаю, и свекровь указывает бокалом в сторону, а я поворачиваю голову в нужную сторону и вижу… как моя двоюродная сестра буквально вешается на моего мужа…
А затем до меня долетает ее обиженная фраза:
-Игнат! Я устала! Может уже сказать всем правду?!
– Что?! Что вы такое говорите, Тамара Николаевна?!
– Говорю то, что знаю. Ты наскучила Игнату. Да и… знаешь ли, с годами никто не молодеет.
Прикусываю нижнюю губу, свекровь бьет по больному, еще раз пытается доказать, что я не пара ее сыну!
– Я не верю.
– Да прекрати ты! Гуляет от тебя муж. Но… знаешь… я вот думаю, что шило на мыло менять не нужно.
– Что?!
Вновь не понимаю, и свекровь указывает бокалом в сторону, а я поворачиваю голову в нужную сторону и вижу… как моя двоюродная сестра буквально вешается на моего мужа…
А затем до меня долетает ее обиженная фраза:
-Игнат! Я устала! Может уже сказать всем правду?!
История Романа — это история мужчины, которого предали самым жестоким образом. Но его борьба — это не месть, а стремление сохранить своих детей и построить для них надежное будущее. Это роман о том, как из пепла старой жизни можно создать новую — ту, где есть место и карьерному росту, и настоящей любви, и взаимопониманию между детьми и родителями.
Путь героя от автомеханика до успешного юриста, взросление его детей, появление рядом сильной и мудрой женщины — все это части большой мозаики под названием «жизнь», где утраты и испытания закаляют, а не ломают. Это книга о том, что главные богатства — это не деньги, а любящие сердца рядом и свой, нерушимый дом.
Путь героя от автомеханика до успешного юриста, взросление его детей, появление рядом сильной и мудрой женщины — все это части большой мозаики под названием «жизнь», где утраты и испытания закаляют, а не ломают. Это книга о том, что главные богатства — это не деньги, а любящие сердца рядом и свой, нерушимый дом.
Открываю дверь и становлюсь свидетелем измены.
Пакеты с продуктами падают на пол, а муж прекращает целовать постороннюю женщину в спальне моей дочки, оборачиваясь ко мне.
Вина в глазах? Раскаянье? Нет, он усмехается довольно, прикрывая простыней свою любовницу.
- Будешь отрицать? – спрашиваю довольно тихо.
- Нет. Признаю. Виновен по всем статьям. Выйди, пока моя девочка оденется и поговорим, как цивилизованные люди, - с усмешкой проговорил.
Дочь на его стороне, а напоследок муж сказал:
- Маш, тебя волновать не должно. Был я с одной или тремя – не твое дело. Бабская обязанность отвечать за климат в семье. Мужик свернул налево? Твое же упущение. Семья уже из-за тебя развалилась.
Мы расстались, но прошел год, и он увидел меня с коляской в парке…
Пакеты с продуктами падают на пол, а муж прекращает целовать постороннюю женщину в спальне моей дочки, оборачиваясь ко мне.
Вина в глазах? Раскаянье? Нет, он усмехается довольно, прикрывая простыней свою любовницу.
- Будешь отрицать? – спрашиваю довольно тихо.
- Нет. Признаю. Виновен по всем статьям. Выйди, пока моя девочка оденется и поговорим, как цивилизованные люди, - с усмешкой проговорил.
Дочь на его стороне, а напоследок муж сказал:
- Маш, тебя волновать не должно. Был я с одной или тремя – не твое дело. Бабская обязанность отвечать за климат в семье. Мужик свернул налево? Твое же упущение. Семья уже из-за тебя развалилась.
Мы расстались, но прошел год, и он увидел меня с коляской в парке…
Подборка романов о разводе
Выберите полку для книги