Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»
❤️🤍❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ❤️🤍❤️
— Сколько тебе? — Артём смотрит мне в лицо. — Тридцать два, да? Ты старая, Лиза.
Десятая годовщина свадьбы.
Тридцать гостей.
Белые лилии, которые он выбирал сам.
Моя мама с больным сердцем за соседним столом.
Утром я дарила ему серебряные запонки. Он поцеловал меня в висок. А карты заблокировал ещё накануне вечером.
— Я не люблю врать, — говорит он залу. — С Елизаветой мы расходимся.
Квартиру освободить до конца недели. Машину — сдать водителю. Десять лет жизни — выбросить в мусор под звон бокалов.
Я смотрю на человека, которого любила. И не узнаю ни одной чёрточки.
— Сколько тебе? — Артём смотрит мне в лицо. — Тридцать два, да? Ты старая, Лиза.
Десятая годовщина свадьбы.
Тридцать гостей.
Белые лилии, которые он выбирал сам.
Моя мама с больным сердцем за соседним столом.
Утром я дарила ему серебряные запонки. Он поцеловал меня в висок. А карты заблокировал ещё накануне вечером.
— Я не люблю врать, — говорит он залу. — С Елизаветой мы расходимся.
Квартиру освободить до конца недели. Машину — сдать водителю. Десять лет жизни — выбросить в мусор под звон бокалов.
Я смотрю на человека, которого любила. И не узнаю ни одной чёрточки.
Она — редактор любовных романов, пышка, разведена и мечтает о ребёнке. Он — бандит с чёрными глазами и татуировкой волка. Их встреча — случайность. Их страсть — взрыв. Их история — проверка на прочность.
«Пошёл ты», — сказала я бандиту, глядя снизу вверх. И он улыбнулся.
Он смотрел на меня так, будто я была единственной женщиной в мире. А потом сказал: «А у тебя, Рыжая, есть ещё какие-нибудь фантазии? Мне бы хотелось их все услышать».
«Пошёл ты», — сказала я бандиту, глядя снизу вверх. И он улыбнулся.
Он смотрел на меня так, будто я была единственной женщиной в мире. А потом сказал: «А у тебя, Рыжая, есть ещё какие-нибудь фантазии? Мне бы хотелось их все услышать».
В сорок пять мой муж решил, что я стала прошлым.
Двадцать пять лет брака, двое детей, общий дом, привычная жизнь — всё это Виктор перечеркнул спокойно и почти деловито. Он ушёл к молодой Кире и был уверен, что я, как всегда, поступлю удобно: промолчу, подпишу документы, сохраню лицо семьи и не устрою сцен.
А потом он сказал главное:
— Тебе без меня всё равно некуда.
Именно в этот момент мне позвонили из компании его главного конкурента.
Артём Власов не предложил мне жалость. Не стал спасать. Он дал мне работу, в которой я должна была доказать не бывшему мужу, не его новой женщине и не всему свету — себе самой, что моя жизнь не закончилась вместе с браком.
Но Виктор не готов отпустить женщину, которую слишком поздно научился видеть. Кира не готова признать, что “прошлая жена” сильнее, чем казалась. А я больше не хочу быть чьей-то тенью, удобной женой или призом в мужской войне.
Я выбираю себя.
И мужчину, рядом с которым мне не нужно просить разрешения быть счастл
Двадцать пять лет брака, двое детей, общий дом, привычная жизнь — всё это Виктор перечеркнул спокойно и почти деловито. Он ушёл к молодой Кире и был уверен, что я, как всегда, поступлю удобно: промолчу, подпишу документы, сохраню лицо семьи и не устрою сцен.
А потом он сказал главное:
— Тебе без меня всё равно некуда.
Именно в этот момент мне позвонили из компании его главного конкурента.
Артём Власов не предложил мне жалость. Не стал спасать. Он дал мне работу, в которой я должна была доказать не бывшему мужу, не его новой женщине и не всему свету — себе самой, что моя жизнь не закончилась вместе с браком.
Но Виктор не готов отпустить женщину, которую слишком поздно научился видеть. Кира не готова признать, что “прошлая жена” сильнее, чем казалась. А я больше не хочу быть чьей-то тенью, удобной женой или призом в мужской войне.
Я выбираю себя.
И мужчину, рядом с которым мне не нужно просить разрешения быть счастл
Муж привёл любовницу в наш дом.
Не в ресторан. Не в чужую квартиру. Не “поговорить”.
В наш дом. С чемоданом.
Сергей стоял у камина так спокойно, будто уже всё решил за меня: кому достанется спальня, кто останется хозяйкой кухни, где будут жить дети и почему я должна “уйти достойно”.
— Подпишешь документы, Ирина. Дом останется мне. Не усложняй.
Он был уверен, что после двадцати трёх лет брака я промолчу. Что я испугаюсь суда, чужих разговоров, слёз детей и молодой Алисы, которая уже примеряла мою жизнь как новое платье.
Но Сергей забыл одну вещь.
Этот дом строился не только на его деньгах. Его успех начинался не только с его фамилии. А женщина, которую он решил выставить за дверь, слишком долго молчала не потому, что была слабой.
Просто она слишком долго любила.
Теперь бывший хочет дом.
Любовница хочет моё место.
Дети хотят правду.
А рядом появляется мужчина, который впервые не требует от меня быть удобной.
Но прежде чем выбрать новую любовь, мне придётся
Не в ресторан. Не в чужую квартиру. Не “поговорить”.
В наш дом. С чемоданом.
Сергей стоял у камина так спокойно, будто уже всё решил за меня: кому достанется спальня, кто останется хозяйкой кухни, где будут жить дети и почему я должна “уйти достойно”.
— Подпишешь документы, Ирина. Дом останется мне. Не усложняй.
Он был уверен, что после двадцати трёх лет брака я промолчу. Что я испугаюсь суда, чужих разговоров, слёз детей и молодой Алисы, которая уже примеряла мою жизнь как новое платье.
Но Сергей забыл одну вещь.
Этот дом строился не только на его деньгах. Его успех начинался не только с его фамилии. А женщина, которую он решил выставить за дверь, слишком долго молчала не потому, что была слабой.
Просто она слишком долго любила.
Теперь бывший хочет дом.
Любовница хочет моё место.
Дети хотят правду.
А рядом появляется мужчина, который впервые не требует от меня быть удобной.
Но прежде чем выбрать новую любовь, мне придётся
Тесса Уолш — бедная студентка, разрывающаяся между учёбой и подработкой и живущая в общежитии с соседками по комнате. Она увлекается фотографией, ведёт свой маленький блог и питается быстрорастворимой лапшой. Когда однажды один из подписчиков её блога отправляет ей донат в пять тысяч долларов, Тесса даже не думает, к чему это может привести. «Поздравляю, вот ты и нашла своего папочку», — шутит Лорен, но Тессе совсем не смешно. Или история о том, как бедная студентка, которой очень нужны деньги, и богатый бизнесмен, в чьей жизни деньги давно заменили душевное тепло, находят друг друга самым неожиданным образом.
СЮЖЕТНЫЕ МЕТКИ: sugar daddy; соблазнения/ухаживания; разница в возрасте; от незнакомцев к возлюбленным; романтика; очень горячо; эротика; неравные отношения; покровительство; забота и поддержка; счастливый финал
СЮЖЕТНЫЕ МЕТКИ: sugar daddy; соблазнения/ухаживания; разница в возрасте; от незнакомцев к возлюбленным; романтика; очень горячо; эротика; неравные отношения; покровительство; забота и поддержка; счастливый финал
ВТОРАЯ КНИГА ДИЛОГИИ "ЗАПРЕТНЫЕ"
— У нас только рабочий контракт, Романов. Ничего личного. К тому же, у меня скоро свадьба.
— Твоя свадьба — дешевый фейк, мелкая, — он безжалостно вжимает меня в стену, и его шепот обжигает. — Ты можешь врать прессе, своему жениху и даже себе. Но твое тело всё еще помнит только меня.
Семь лет назад чемпион ММА Рома Романов улетел за океан с разбитым сердцем. Теперь он — владелец империи бойцовских клубов.
Семь лет назад Кира выжила, но заморозила свою душу. Теперь она — недосягаемая топ-модель, скрывающая старые шрамы за вспышками камер и фиктивной помолвкой.
Они не должны были встретиться, но безжалостный контракт сталкивает их лбами. Между ними пропасть из чужой лжи, боли и обжигающей ненависти. Но что делать, если безумная зависимость друг от друга никуда не исчезла?
В тексте есть:
#встреча_через_годы
#от_ненависти_до_любви
#властный_герой
#разница_в_возрасте
#очень_эмоционально
— У нас только рабочий контракт, Романов. Ничего личного. К тому же, у меня скоро свадьба.
— Твоя свадьба — дешевый фейк, мелкая, — он безжалостно вжимает меня в стену, и его шепот обжигает. — Ты можешь врать прессе, своему жениху и даже себе. Но твое тело всё еще помнит только меня.
Семь лет назад чемпион ММА Рома Романов улетел за океан с разбитым сердцем. Теперь он — владелец империи бойцовских клубов.
Семь лет назад Кира выжила, но заморозила свою душу. Теперь она — недосягаемая топ-модель, скрывающая старые шрамы за вспышками камер и фиктивной помолвкой.
Они не должны были встретиться, но безжалостный контракт сталкивает их лбами. Между ними пропасть из чужой лжи, боли и обжигающей ненависти. Но что делать, если безумная зависимость друг от друга никуда не исчезла?
В тексте есть:
#встреча_через_годы
#от_ненависти_до_любви
#властный_герой
#разница_в_возрасте
#очень_эмоционально
Я уже почти закрыла окно, но взгляд зацепился за нижний угол экрана. Папка «Загрузки». Сверху списка лежал свежий файл, сегодняшний:
“KRIO_dogovor_final.pdf”
У Влада на работе занимаются проектированием отопительных систем для производств. При чём здесь «крио»?
Я кликнула.
Открылась первая страница. Шапка. Клиника репродукции. “ДОГОВОР № 247/24” о криоконсервации эмбрионов
«…криоконсервации подвергаются эмбрионы в количестве 6 (шести) штук…»
Сторона 1: Нефедов Владислав Андреевич, паспорт серия…
Я читала это медленно, как будто на иностранном языке. Нефедов Владислав Андреевич, это мой муж, тот, который сейчас в соседней комнате читает сыну сказку про крота.
Сторона 2: Селезнёва Анна Игоревна, паспорт серия…
Анна. Анна Селезнёва. Этой фамилии я не знала.
“KRIO_dogovor_final.pdf”
У Влада на работе занимаются проектированием отопительных систем для производств. При чём здесь «крио»?
Я кликнула.
Открылась первая страница. Шапка. Клиника репродукции. “ДОГОВОР № 247/24” о криоконсервации эмбрионов
«…криоконсервации подвергаются эмбрионы в количестве 6 (шести) штук…»
Сторона 1: Нефедов Владислав Андреевич, паспорт серия…
Я читала это медленно, как будто на иностранном языке. Нефедов Владислав Андреевич, это мой муж, тот, который сейчас в соседней комнате читает сыну сказку про крота.
Сторона 2: Селезнёва Анна Игоревна, паспорт серия…
Анна. Анна Селезнёва. Этой фамилии я не знала.
Арина — хозяйка цветочной студии, которая всего добилась сама. Дмитрий — кардиохирург из известной династии. Их случайная встреча в парке перерастает в настоящее чувство. Но мать Дмитрия, бывшая телезвезда Элеонора Аркадьевна, не готова принять в семью «провинциалку». Она объявляет невестке войну: унижения, интриги, фальшивый компромат — и удар, после которого выживают не все.
Чтобы спасти свою любовь, Арине придётся не просто выстоять, а разорвать порочный круг ненависти, который тянется в семье Воронцовых через поколения.
История о любви, которая сильнее предрассудков, о выборе между местью и прощением, и о семье, которую можно построить заново.
Чтобы спасти свою любовь, Арине придётся не просто выстоять, а разорвать порочный круг ненависти, который тянется в семье Воронцовых через поколения.
История о любви, которая сильнее предрассудков, о выборе между местью и прощением, и о семье, которую можно построить заново.
Клякса — это грязное бесформенное пятно, которое возникает на бумаге при неосторожном обращении с чернилами или красками и говорит о случайности или неаккуратности. Только кляксы бывают разными: пятнами на репутации, брызгами чужой гневной слюны на коже, плевками на асфальте и в душу, которые говорят об унизительном намерении замарать. Кляксу от чернил и краски можно удалить спиртом или лимонной кислотой. Следы пренебрежения в человеке удалить гораздо сложнее. Однако, в них можно не пачкаться, потому что чист тот, чей собственный след — чист.
– Лика?..
Она смотрела на него. На неё. На их сплетённые пальцы.
– Чёрт. – он отпустил руку женщины, сделал шаг вперёд. – Что ты здесь делаешь, ты…
– Не ожидал? Не хотел, чтобы я узнала так, да? Узнала, - тихо продолжала она, – Что ты мне врёшь? Или что у тебя есть другая?
Он молчал, смотрел как-то странно.
– Я хочу развод.
– Развод? Зачем? Мне с тобой удобно. Я не собираюсь тебя отпускать. Если уйдёшь – лишу всего. Адвокаты оставят без копейки. Без квартиры. Без будущего.
– У меня ничего не было без тебя, – Лика посмотрела ему в глаза. – Была только я. Мне хватит.
Она сняла кольцо, то, с розовым бриллиантом. Протянула ему.
Она уже знала о беременности, а ему знать уже было не обязательно. Только вот живыми своих малышей она не увидела. А он сказал – «ты наказана».
А через десять лет ей подбросили письмо:
«Ваши дети живы».
Она смотрела на него. На неё. На их сплетённые пальцы.
– Чёрт. – он отпустил руку женщины, сделал шаг вперёд. – Что ты здесь делаешь, ты…
– Не ожидал? Не хотел, чтобы я узнала так, да? Узнала, - тихо продолжала она, – Что ты мне врёшь? Или что у тебя есть другая?
Он молчал, смотрел как-то странно.
– Я хочу развод.
– Развод? Зачем? Мне с тобой удобно. Я не собираюсь тебя отпускать. Если уйдёшь – лишу всего. Адвокаты оставят без копейки. Без квартиры. Без будущего.
– У меня ничего не было без тебя, – Лика посмотрела ему в глаза. – Была только я. Мне хватит.
Она сняла кольцо, то, с розовым бриллиантом. Протянула ему.
Она уже знала о беременности, а ему знать уже было не обязательно. Только вот живыми своих малышей она не увидела. А он сказал – «ты наказана».
А через десять лет ей подбросили письмо:
«Ваши дети живы».
Выберите полку для книги