Книги в жанре «Романы о неверности»
— Лия переезжает сюда. Мы с ней ждем ребенка. Мне нужен наследник, а не твое унылое прозябание у плиты.
— А я?
— Поживешь в гостевой комнате. Поможешь Лие освоиться, покажешь, где что лежит, приготовишь еду. У нее токсикоз.
— Лия крутая! — влезла Кира. — Она меня понимает, а ты старая и скучная! От тебя тошнит! Папа заслужил нормальную женщину!
Рука поднялась сама. Звонкая пощечина обожгла щеку дочери.
— Ненавижу тебя!
Демид замахнулся, наступая на меня:
— Ты посмела поднять руку на мою дочь?!
— Я беременна, Демид.
Демид замер, а потом зашелся в глумливом хохоте:
— Беременна? В тридцать девять лет?! Ты врешь, чтобы удержать меня! Десять лет бесплодная ходила после чистки, а тут вдруг залетела? Какая дешевая комедия!
— Купила справку в переходе, сто пудов! — поддакнула Кира.
— А я?
— Поживешь в гостевой комнате. Поможешь Лие освоиться, покажешь, где что лежит, приготовишь еду. У нее токсикоз.
— Лия крутая! — влезла Кира. — Она меня понимает, а ты старая и скучная! От тебя тошнит! Папа заслужил нормальную женщину!
Рука поднялась сама. Звонкая пощечина обожгла щеку дочери.
— Ненавижу тебя!
Демид замахнулся, наступая на меня:
— Ты посмела поднять руку на мою дочь?!
— Я беременна, Демид.
Демид замер, а потом зашелся в глумливом хохоте:
— Беременна? В тридцать девять лет?! Ты врешь, чтобы удержать меня! Десять лет бесплодная ходила после чистки, а тут вдруг залетела? Какая дешевая комедия!
— Купила справку в переходе, сто пудов! — поддакнула Кира.
— Есь, подожди, не устраивай цирк. Мы просто выпили. Закрой дверь, дай одеться. Поговорим спокойно.
— Ну а что ты хотела, дорогая? Ты на себя в зеркало давно смотрела? Вечно с калькулятором, вечно в долгах. От тебя веет не женщиной, а налоговой проверкой. Родиону нужно вдохновение, страсть! А ты превратила его в завхоза.
— Замолчи.
— Есения, прекрати хамить! Алиса права! Ты задушила меня своими претензиями! Я архитектор, художник, а не твой мальчик на побегушках!
— Художник? Ты три года живёшь на доходы с моих банкетов. Я оплачивала твои запои и долги.
— Родя останется со мной, Есенька. Мы всё решили. Долгов выше крыши, проверки вам не пережить.
Я разжала ладонь. Золотистый тюбик помады со стуком покатился по полированному дереву:
— Забери. Ты забыла в его машине.
— Ну а что ты хотела, дорогая? Ты на себя в зеркало давно смотрела? Вечно с калькулятором, вечно в долгах. От тебя веет не женщиной, а налоговой проверкой. Родиону нужно вдохновение, страсть! А ты превратила его в завхоза.
— Замолчи.
— Есения, прекрати хамить! Алиса права! Ты задушила меня своими претензиями! Я архитектор, художник, а не твой мальчик на побегушках!
— Художник? Ты три года живёшь на доходы с моих банкетов. Я оплачивала твои запои и долги.
— Родя останется со мной, Есенька. Мы всё решили. Долгов выше крыши, проверки вам не пережить.
Я разжала ладонь. Золотистый тюбик помады со стуком покатился по полированному дереву:
— Забери. Ты забыла в его машине.
— Я беременна.
Тишина зазвенела в ушах. Родион поставил стакан. Дно коснулось стойки без звука.
— Чей он? — спросил ровным тоном.
Воздух выбило из легких.
— Что ты сказал?
— Ты оглохла? Чей этот ребенок?
— Твой, Родион! Ты с ума сошел?
— Не повышай голос в моем доме.
Он шагнул вплотную. Пальцы перехватили мой подбородок, жестко зафиксировали лицо:
— Последние три месяца ты торчишь в кабинете у Лебедева трижды в неделю.
— Он разрабатывает мне сустав! У меня контрактура, Родион! Ты сам оплатил этот курс!
— Я оплатил физиотерапию, а не регулярную случку.
Я ударила его ладонью по запястью:
— Ты мерзавец. Я ни разу не посмотрела на другого мужчину. Ни разу за три года.
— Ты слишком усердно оправдываешься. Виновные всегда много говорят.
Тишина зазвенела в ушах. Родион поставил стакан. Дно коснулось стойки без звука.
— Чей он? — спросил ровным тоном.
Воздух выбило из легких.
— Что ты сказал?
— Ты оглохла? Чей этот ребенок?
— Твой, Родион! Ты с ума сошел?
— Не повышай голос в моем доме.
Он шагнул вплотную. Пальцы перехватили мой подбородок, жестко зафиксировали лицо:
— Последние три месяца ты торчишь в кабинете у Лебедева трижды в неделю.
— Он разрабатывает мне сустав! У меня контрактура, Родион! Ты сам оплатил этот курс!
— Я оплатил физиотерапию, а не регулярную случку.
Я ударила его ладонью по запястью:
— Ты мерзавец. Я ни разу не посмотрела на другого мужчину. Ни разу за три года.
— Ты слишком усердно оправдываешься. Виновные всегда много говорят.
– Тебе не надо было копаться в моём телефоне, – сухо ответил муж, как ни в чём не бывало поставив чайник на плиту. – И у меня с Алёной нет ничего серьёзного. Она девочка для развлечений, вот и всё.
– И ты так спокойно мне об этом говоришь?
– Если ты ждёшь извинений, то их не будет. Я не виноват, что тебя постоянно нет рядом и ты не можешь удовлетворить мои потребности, когда мне это необходимо. Если бы ты не работала...
– То я бы сейчас и пискнуть не посмела из страха потерять мужа, крышу над головой и остаться без денег?
– Диана, успокойся. Как видишь, я возвращаюсь домой, к тебе, и не планирую от тебя уходить. Просто с момента, как ты стала моей женой, у меня исчез азарт охотника, понимаешь? Мы, мужчины, по своей природе хищники, самцы. Нам нравится добиваться и укрощать женщин. Это у нас в крови. А тебя я уже добился, ты моя.
– Так у нас свободные отношения? Может тогда я позволю другому мужчине укротить меня?
– И ты так спокойно мне об этом говоришь?
– Если ты ждёшь извинений, то их не будет. Я не виноват, что тебя постоянно нет рядом и ты не можешь удовлетворить мои потребности, когда мне это необходимо. Если бы ты не работала...
– То я бы сейчас и пискнуть не посмела из страха потерять мужа, крышу над головой и остаться без денег?
– Диана, успокойся. Как видишь, я возвращаюсь домой, к тебе, и не планирую от тебя уходить. Просто с момента, как ты стала моей женой, у меня исчез азарт охотника, понимаешь? Мы, мужчины, по своей природе хищники, самцы. Нам нравится добиваться и укрощать женщин. Это у нас в крови. А тебя я уже добился, ты моя.
– Так у нас свободные отношения? Может тогда я позволю другому мужчине укротить меня?
— Я люблю тебя. А она к нашей семье не относится, — уверенно произнёс мой муж.
«Она» — женщина, которая два года спала с ним, поздравляла меня с годовщинами и теперь носит его ребёнка.
Двенадцать лет я считала себя счастливой женой Тимура Арсанова. Он помнил, какой кофе я люблю, укладывал сына и держал меня за руку в больнице. И успевал жить в другом доме.
Его мать знала и уверяла, что оберегала меня. Теперь семья требует молчать, а муж вызывает меня на сцену перед четырьмястами гостями, чтобы поблагодарить за верность.
Я беру микрофон и объявляю о разводе.
К утру нас обсуждает весь Кавказ. Арсановы уверены, что без их денег я приползу обратно. Только работу мне предлагает мужчина, которого Тимур считает врагом. И смотрит он на меня совсем не как на обманутую жену.
Муж готов сделать всё, чтобы вернуть меня. Самое страшное — я всё ещё его люблю.
Но кто сказал, что это обязывает меня остаться?
«Она» — женщина, которая два года спала с ним, поздравляла меня с годовщинами и теперь носит его ребёнка.
Двенадцать лет я считала себя счастливой женой Тимура Арсанова. Он помнил, какой кофе я люблю, укладывал сына и держал меня за руку в больнице. И успевал жить в другом доме.
Его мать знала и уверяла, что оберегала меня. Теперь семья требует молчать, а муж вызывает меня на сцену перед четырьмястами гостями, чтобы поблагодарить за верность.
Я беру микрофон и объявляю о разводе.
К утру нас обсуждает весь Кавказ. Арсановы уверены, что без их денег я приползу обратно. Только работу мне предлагает мужчина, которого Тимур считает врагом. И смотрит он на меня совсем не как на обманутую жену.
Муж готов сделать всё, чтобы вернуть меня. Самое страшное — я всё ещё его люблю.
Но кто сказал, что это обязывает меня остаться?
Пятнадцать лет мой муж просил меня подождать с ребенком.
Моя лучшая подруга ждать не стала.
Три месяца назад она плакала у меня на кухне после развода. Я приютила ее, утешала, помогала начать новую жизнь.
Теперь она беременна от моего мужа. И, кажется, уже решила, что вместе с ребенком ей полагается мой дом, моя семья и мое место рядом с ним.
Но есть одна проблема.
Муж почему-то уверен, что я его прощу. Что поплачу, успокоюсь и вернусь домой. И мы продолжим жить как прежде.
А то, что моя лучшая подруга ждет от него ребенка... Ну, как-нибудь разберемся!
Вот только у меня на этот счет совсем другие планы.
Забирай его, подруга!
Если получится.
Моя лучшая подруга ждать не стала.
Три месяца назад она плакала у меня на кухне после развода. Я приютила ее, утешала, помогала начать новую жизнь.
Теперь она беременна от моего мужа. И, кажется, уже решила, что вместе с ребенком ей полагается мой дом, моя семья и мое место рядом с ним.
Но есть одна проблема.
Муж почему-то уверен, что я его прощу. Что поплачу, успокоюсь и вернусь домой. И мы продолжим жить как прежде.
А то, что моя лучшая подруга ждет от него ребенка... Ну, как-нибудь разберемся!
Вот только у меня на этот счет совсем другие планы.
Забирай его, подруга!
Если получится.
Четыре года после внематочной беременности Тая не могла забеременеть. Операция, таблетки, автобус в пять утра до областного центра, очередь на ЭКО. И сегодня врач на УЗИ сказала: беременность есть, в матке, сердце бьётся.
Тая — военный хирург. Она идёт к воротам автопарка встречать мужа с полигона. Капитан Антон Ершов выпрыгивает из кабины бензовоза вместе с прапорщицей со склада. Тая тихо говорит ему про ребёнка — а он хохочет на всю площадку, при жёнах и солдатах:
— Мужики, слыхали? Меня два месяца дома не было. Так что ребёнок не мой. Нагуляла, пока муж на полигоне.
В мае он три ночи спал дома. Но у него «рота свидетелей», а у неё — только лист с результатами УЗИ.
При всех он объявляет, что разводится, уезжает с другой и велит к ночи убраться из квартиры. Гарнизон отворачивается. Не отворачивается только командир бригады — полковник, который тут же, при всех, задаёт Антону очень неудобный вопрос.
Тая — военный хирург. Она идёт к воротам автопарка встречать мужа с полигона. Капитан Антон Ершов выпрыгивает из кабины бензовоза вместе с прапорщицей со склада. Тая тихо говорит ему про ребёнка — а он хохочет на всю площадку, при жёнах и солдатах:
— Мужики, слыхали? Меня два месяца дома не было. Так что ребёнок не мой. Нагуляла, пока муж на полигоне.
В мае он три ночи спал дома. Но у него «рота свидетелей», а у неё — только лист с результатами УЗИ.
При всех он объявляет, что разводится, уезжает с другой и велит к ночи убраться из квартиры. Гарнизон отворачивается. Не отворачивается только командир бригады — полковник, который тут же, при всех, задаёт Антону очень неудобный вопрос.
В тот вечер я впустила в мастерскую испуганную женщину. За ней приехали двое мужчин, которые требовали ее выдать.
А через несколько минут незнакомка призналась: она уже полгода встречается с моим мужем.
Я могла выставить любовницу за дверь. Но тогда отдала бы ее людям, от которых она пыталась спастись.
Филипп уверяет, что беглянка опасна. Требует не верить ей и ни во что не вмешиваться. Только почему его больше волнует не то, что с ней произошло, а то, что она успела мне рассказать?
Вскоре я узнаю о женщинах, которых находят по адресам, известным лишь немногим. Компания моего мужа обслуживает эти квартиры. И чем ближе я подбираюсь к правде, тем страшнее становится.
Я хотела разобраться в измене. Но теперь мне предстоит выяснить, на что способен человек, с которым я прожила шестнадцать лет.
И главное — смогу ли я снова кому-то доверять, когда даже собственный муж оказался чужим?
А через несколько минут незнакомка призналась: она уже полгода встречается с моим мужем.
Я могла выставить любовницу за дверь. Но тогда отдала бы ее людям, от которых она пыталась спастись.
Филипп уверяет, что беглянка опасна. Требует не верить ей и ни во что не вмешиваться. Только почему его больше волнует не то, что с ней произошло, а то, что она успела мне рассказать?
Вскоре я узнаю о женщинах, которых находят по адресам, известным лишь немногим. Компания моего мужа обслуживает эти квартиры. И чем ближе я подбираюсь к правде, тем страшнее становится.
Я хотела разобраться в измене. Но теперь мне предстоит выяснить, на что способен человек, с которым я прожила шестнадцать лет.
И главное — смогу ли я снова кому-то доверять, когда даже собственный муж оказался чужим?
Виктория и Виталий не могут иметь общих детей, поэтому стали профессиональными приёмными родителями...
40 - это новые 20!
40 - это новые 20!
✨ПОЛНЫЙ ТЕКСТ✨
✨МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА✨
— Я не собираюсь превращаться в сиделку, — холодно заявляет муж.
— Ты бросаешь меня сейчас, когда я могу умереть в любую минуту? А как же наша четырёхлетняя дочь, Максим?
Муж отводит глаза и отворачивается. Пожимает плечами.
— У меня другая… я давно хотел тебе сказать, и так просто совпало. Мне надо двигаться дальше, прости.
Муж собирает чемодан, а не в силах поверить в происходящее.
Ещё вчера я была любимой женой, а сегодня осталась с маленькой дочерью на руках один-на-один перед смертельным диагнозом…
✨МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА✨
— Я не собираюсь превращаться в сиделку, — холодно заявляет муж.
— Ты бросаешь меня сейчас, когда я могу умереть в любую минуту? А как же наша четырёхлетняя дочь, Максим?
Муж отводит глаза и отворачивается. Пожимает плечами.
— У меня другая… я давно хотел тебе сказать, и так просто совпало. Мне надо двигаться дальше, прости.
Муж собирает чемодан, а не в силах поверить в происходящее.
Ещё вчера я была любимой женой, а сегодня осталась с маленькой дочерью на руках один-на-один перед смертельным диагнозом…
Выберите полку для книги
Романы о неверности: истории любви, боли и выбора
Романы о неверности — это эмоциональные книги о людях, которые сталкиваются с предательством, сомнениями, тайнами и последствиями сложных решений. В таких историях измена редко бывает просто сюжетным поворотом: чаще она становится испытанием для чувств, семьи, доверия и самого представления героев о любви.
На Литмаркет собраны книги, в которых отношения показаны без сахарной глазури: с ревностью, обидами, внутренними противоречиями, неожиданными признаниями и непростым выбором. Одни герои пытаются сохранить брак, другие — начинают жизнь заново, третьи понимают, что правда иногда приходит слишком поздно.
Что почитать в жанре романов о неверности
В подборке можно найти современные любовные романы, семейные драмы, истории о вторых шансах, запретных чувствах и отношениях на грани разрыва. Такие книги подойдут читателям, которым важны сильные эмоции, психологическая глубина персонажей и напряжение между «простить», «уйти» и «попробовать снова».
Если вам интересны истории, где любовь проходит проверку предательством, а герои вынуждены честно взглянуть на себя и свои чувства, выбирайте книгу из жанра «Романы о неверности» и читайте онлайн на Литмаркет.