Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»

Вера привыкла быть невидимкой для собственного мужа — Кирилл давно не смотрит на неё, не трогает, не замечает. Летняя поездка к его отцу обещает лишь душную комнату и недели безвылазного быта. Но дом свёкра хранит совсем другую атмосферу: здесь двое мужчин смотрят на неё так, как Кирилл не смотрел никогда. Вере предстоит узнать, что чувствовать себя красивой порой опаснее, чем быть одинокой.

– Ты не похожа на проститутку, – говорит Макс, разглядывая меня. – И на наркоманку. Кто ты?
– Студентка, – шепчу я. – Бывшая. Я хотела работать официанткой….или няней.
– Няней, – бородатый давится смехом. – Макс, ты слышал? Она няней хочет работать.
– У нас тут не няньки нужны, – цепь скалится, –Тут бойцы нужны.
– Молчать, – Макс поднимает руку и все замолкают мгновенно, даже дышать стали тише.
Он подходит ко мне и садится на подлокотник кресла.
– Смотри на меня, – приказывает он.
Я смотрю в его серые, ледяные глаза и вижу в них любопытство…..Или голод. Я не понимаю.
– Ты боишься меня? – спрашивает он.
Я киваю.
– Правильно, – он улыбается. – Бойся. Это поможет тебе выжить.

Ростислав Смолов – майор полиции, работая под прикрытием, оказался в ночном клубе Дьяволица.
Рената – хореограф молодежной танцевальной студии. И чтобы спасти брата от долгов, согласилась на откровенный танец в ночном клубе, но понятия не имела чем обернется её попытка подработать.
***
- Что ты тут делаешь? – испуганно шепчет и мечется взглядом по залу – возвращается обратно.
Я не удерживаюсь от шутки и на полном серьезе, отвечаю:
- Как что, арестовывать тебя пришел.
- Арестовывать?! За что? – выдавливает из себя и учащенно дышит.
Мне хочется заржать от ее неподдельной реакции, но я перебарываю смех и нахмурив брови, предельно четко говорю:
- За разврат, – мой взгляд ползет с ее лица на глубокий вырез в корсете, неодобрительно цокаю и опускаю ниже – на подол, открывающий коленки. – Вот это разве не разврат? – максимально неодобрительно кривлюсь.

— Сейчас ты возьмёшь свои вещи и свалишь отсюда! — рычит нахал, надвигаясь на меня.
— Ни за что! Я имею право здесь жить! Я за это заплатила!
Я отступаю, пока спина не упирается в стену.
— Не зли меня, девочка.
— А то что?!
Он наклоняется ближе, так, что мне приходится сжиматься.
— А то заплатишь еще раз, но не деньгами…

Я попала в зависимость от наглого, самоуверенного мажора, не привыкшего к отказам.
И он уверен, что все принадлежит ему.
И даже я…

Насколько плоха идея попросить друга лишить тебя невинности? Да на сто тысяч миллиардов, и плевать, что таких процентов нет! Но увы, я собираюсь сделать именно это. И ничто не меня не остановит. Разве что только...

– Свали с дороги, Литицкий.
– С чего бы мне тебя отпускать непонятно к кому, когда я сам могу… – он раздел меня взглядом сверху вниз. Ботильоны, кажется, решил оставить, глядя на них довольно хмыкнул и ухмыльнулся. Как же бесит! Самоуверенный индюк!
– Да кто ты такой, чтоб заявлять подобное? Может быть муж? Или парень? – сложила руки на груди и смотрела на него как на таракана, – точно ни один из них. А это значит свалил с дороги!
Попыталась обойти перегородившего пространство между этажами парня, но он поймал меня в капкан рук. Прижал к себе.
Ягодицами чувствовала, что-то недоброе замыслил. И оно, это недоброе, агрессивно упиралось в вышеупомянутую пятую точку. Она у меня на приключения очень чувствительная. Вот и теперь чувствовала, что ничем хорошим подобные обнимашки не закончатся. Для меня.

– Вы врываетесь ко мне в квартиру с какими-то мешками! Вы ломаете мне дверь! Тащите меня куда-то и заявляете, что вы – мой мужчина! Я ничего не упустила?
– Все так, солнце.
– Да какое я вам солнце? – она всплеснула руками.
– Зубастое. Но симпатишное. Вещи собирай, ты за меня замуж выходишь.
Я встретил ее случайно. Упрямую своевольную докторицу, что вытеснила все мысли. Она пытается сопротивляться, но попробуйте оттащить медведя от меда, если он уже его попробовал.
Все равно моей будешь, бедовая!

– У тебя очень длинный язык, – подцепил ее за щеку, и она тут же вырвалась, крутанув головой, – как тебя зовут?
– Решил нажаловаться на меня, козел? Попросишь приват в качестве моральной компенсации за свой же мужской тупизм?
Она привстала на носочки, потому что я ростом метр девяносто пять, а она…окинул ее взглядом, примерно, метр шестьдесят три.
– Я привык сам решать проблемы, – обхватил ее за талию и затянул в любимую тьму, – и я уже знаю, что сделаю с тобой...

– Тише, мымра, – вминаю ее в стенку у книжного шкафа, – ты же не хочешь, чтобы твой папочка-ректор узнал, что мы веселимся в его кабинете?
Зеленоглазку трясет. Хлеще чем лодку в цунами.
– Ты придурок! Накачанный шизик!
Сгибает ногу и целится мне в живот. Я влегкую перехватываю ее и прижимаю к своему бедру. Теперь цинично короткая юбчонка, вообще не мешает мне любоваться «so hot» прелестями дерзкой малыхи.
– Именно поэтому, наши предки вообразили, что ты спасёшь меня и мою черную душу от позора.
Качаю головой влево-вправо. Как маятником на столе мозгоправа.
– Не от позора, идиот, а от кучки мамаш, которые после недавней вечеринки, хотят подвесить тебя за бубенчики. Ведь ты тра...
Я психованно смеюсь. Аж грудину ломит.
– Называй как хочешь наш союз, ведь итог один: я твой самый опасный грех...тебе придется покаяться, чтобы я отстал или...

- Сколько тебе пообещали? Говори, ну?
Я уперлась ему в грудь ладонями, замотала головой от ужаса.
- Вы больной! Пустите, я буду жаловаться!
- Ты, кукла, теперь даже дышать будешь только с моего разрешения. А если я узнаю, что ты замешана в этом, я не хозяином твоим буду, я стану твоим палачом, поняла?
-----
Работа ветеринаром в горах Кавказа обернулась кошмаром. Элитные лошади погибают одна за другой, а приехавший домой сын хозяина подозревает в травле поголовья меня. Его угрозы пугают, но по-настоящему я боюсь только одного – жгучего мужского голода в черных глазах.