Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
– Что‑то не так?
– Ты очень напряжена, расслабься. Это мешает осмотру.
– А ты думаешь, легко лежать тут и делать вид, что мы незнакомы? – невольно вырвалось у меня прежде, чем я успела остановиться.
Он выпрямился, иронично глядя мне в глаза, но… не убирая руки.
– Да, я тоже помню ту ночь. Помню всё. И сейчас мне чертовски сложно сосредоточиться на работе, но я пытаюсь, – голос опустился до пробирающего шёпота. – Или ты хочешь, чтобы я дал волю своим желаниям?
Вот так попала! Пошла на приём к врачу, а по итогу угодила в гинекологическое кресло к парню, от которого сбежала несколько лет назад без объяснений. Теперь он хочет получить ответы на свои вопросы. Вот только методы их получения далеки от приличных…
– Ты очень напряжена, расслабься. Это мешает осмотру.
– А ты думаешь, легко лежать тут и делать вид, что мы незнакомы? – невольно вырвалось у меня прежде, чем я успела остановиться.
Он выпрямился, иронично глядя мне в глаза, но… не убирая руки.
– Да, я тоже помню ту ночь. Помню всё. И сейчас мне чертовски сложно сосредоточиться на работе, но я пытаюсь, – голос опустился до пробирающего шёпота. – Или ты хочешь, чтобы я дал волю своим желаниям?
Вот так попала! Пошла на приём к врачу, а по итогу угодила в гинекологическое кресло к парню, от которого сбежала несколько лет назад без объяснений. Теперь он хочет получить ответы на свои вопросы. Вот только методы их получения далеки от приличных…
Она думала, что слишком толстая для любви.
Оказалось — слишком хорошая для его лжи.
Развод.
Красное платье.
Незнакомец, который целует растяжки.
И предательство, которое она не заметила, потому что смотрела не туда.
Эта книга — не про то, как найти мужчину.
А про то, как не потерять себя, даже когда все вокруг предают.
18+. Очень откровенно. Очень честно.
Оказалось — слишком хорошая для его лжи.
Развод.
Красное платье.
Незнакомец, который целует растяжки.
И предательство, которое она не заметила, потому что смотрела не туда.
Эта книга — не про то, как найти мужчину.
А про то, как не потерять себя, даже когда все вокруг предают.
18+. Очень откровенно. Очень честно.
Я пришла взять интервью для спортивного журнала. А попала в руки горячим хоккеистам.
Никогда не думала, что смогу полюбить спорт так сильно.
Александр и Дмитрий помогли мне в этом 🥰
Никогда не думала, что смогу полюбить спорт так сильно.
Александр и Дмитрий помогли мне в этом 🥰
Он останавливается на мгновение, подходит ближе. Чувствую его дыхание на своей шее, его пальцы скользят по плечу — осторожно, почти нежно. От этого прикосновения меня бросает в дрожь.
— Завтра, — шепчет он мне на ухо, и в этом шёпоте столько угрозы, что кровь стынет в жилах, — я хххххххх тебя во все ххххххх. А пока… наслаждайся ожиданием.
Ещё один удар — последний, самый сильный. Боль взрывается внутри, заполняет всё существо, вытесняет мысли, волю, силы.
Сознание ускользает. Мир темнеет. Звуки отдаляются, будто доносящиеся издалека. Последнее, что я слышу, — его смех. Жёсткий, торжествующий, пропитанный властью и жестокостью.
Проваливаюсь в забытье. В темноте, где нет боли, нет Рената, нет цепей. Только тишина. И где‑то далеко — голос Вахида: «Я иду, Катя. Держись. Я уже близко».
— Завтра, — шепчет он мне на ухо, и в этом шёпоте столько угрозы, что кровь стынет в жилах, — я хххххххх тебя во все ххххххх. А пока… наслаждайся ожиданием.
Ещё один удар — последний, самый сильный. Боль взрывается внутри, заполняет всё существо, вытесняет мысли, волю, силы.
Сознание ускользает. Мир темнеет. Звуки отдаляются, будто доносящиеся издалека. Последнее, что я слышу, — его смех. Жёсткий, торжествующий, пропитанный властью и жестокостью.
Проваливаюсь в забытье. В темноте, где нет боли, нет Рената, нет цепей. Только тишина. И где‑то далеко — голос Вахида: «Я иду, Катя. Держись. Я уже близко».
Пока Демьян вытаскивает из машины вещи, мы с Хэппи наперегонки несёмся к дому. Кот, выгнувшись в дугу, шипит на дверь.
– Эй, ты чего? Что там? – спрашиваю, присев на корточки. – Не шипи.
– Эва, – раздаётся тихий, собранный голос сзади, – беги.
Даже не думая, пячусь назад, когда дверь открывается, и из темноты раздаётся женский голос:
– Плохая идея. Очень. Плохая. Идея, – а спустя бесконечное количество мгновений, вспарывает всю нашу жизнь: – Тень.
Я обманула всех. Пошла одна против мира и устоявшейся системы правопорядка, чтобы спасти любимого человека. Много месяцев я вынашивала план, но когда мне удалось воплотить его в жизнь, Демьян забрал всю ответственность на себя.
Мы сбежали и укрылись в глухой деревне на краю света, где смогли быть обычными людьми. Мы учились быть вместе, счастливыми тем, что у нас есть. Пока его прошлое не постучалось в дверь.
И оно забрало у меня всё, ради чего я так боролась. Осталась только месть, новый план и понимание: я уничтожу Систему цено
– Эй, ты чего? Что там? – спрашиваю, присев на корточки. – Не шипи.
– Эва, – раздаётся тихий, собранный голос сзади, – беги.
Даже не думая, пячусь назад, когда дверь открывается, и из темноты раздаётся женский голос:
– Плохая идея. Очень. Плохая. Идея, – а спустя бесконечное количество мгновений, вспарывает всю нашу жизнь: – Тень.
Я обманула всех. Пошла одна против мира и устоявшейся системы правопорядка, чтобы спасти любимого человека. Много месяцев я вынашивала план, но когда мне удалось воплотить его в жизнь, Демьян забрал всю ответственность на себя.
Мы сбежали и укрылись в глухой деревне на краю света, где смогли быть обычными людьми. Мы учились быть вместе, счастливыми тем, что у нас есть. Пока его прошлое не постучалось в дверь.
И оно забрало у меня всё, ради чего я так боролась. Осталась только месть, новый план и понимание: я уничтожу Систему цено
Он глубоко, шумно втянул воздух — мой запах. Запах волос, кожи, страха. Ноздри раздулись, в горле родился низкий, почти рычащий звук.
Я округлила глаза. Язык онемел. «Что за ужасный мужик… Откуда он вылез? Из какой чёрной дыры? И зачем… зачем он меня нюхает?!»
– Ты должна быть в моей постели, женщина, – сказал он низко, грубо. Голос был как камень, скрежещущий по скале. Не просьба. Приказ.
Она хотела идеальные кадры.
Получила — идеальный кошмар.
Заблудиться в горах — уже плохо.
Нарваться на дикаря, который смотрит как хищник ещё хуже.
А согласиться стать его «собственностью», чтобы выжить…
Ошибка, за которую придётся платить телом и душой.
Он хозяин этих гор.
Жестокий. Дикий. Привыкший брать, а не просить.
И теперь она его добыча.
Цепь на шее, страх в глазах и ненависть в сердце…
Но самое страшное не это.
Самое страшное, когда тело начинает предавать.
Сможет ли она вырваться?
Или сама захочет остаться?
Я округлила глаза. Язык онемел. «Что за ужасный мужик… Откуда он вылез? Из какой чёрной дыры? И зачем… зачем он меня нюхает?!»
– Ты должна быть в моей постели, женщина, – сказал он низко, грубо. Голос был как камень, скрежещущий по скале. Не просьба. Приказ.
Она хотела идеальные кадры.
Получила — идеальный кошмар.
Заблудиться в горах — уже плохо.
Нарваться на дикаря, который смотрит как хищник ещё хуже.
А согласиться стать его «собственностью», чтобы выжить…
Ошибка, за которую придётся платить телом и душой.
Он хозяин этих гор.
Жестокий. Дикий. Привыкший брать, а не просить.
И теперь она его добыча.
Цепь на шее, страх в глазах и ненависть в сердце…
Но самое страшное не это.
Самое страшное, когда тело начинает предавать.
Сможет ли она вырваться?
Или сама захочет остаться?
У Кирилла Белова просрочка по кредитам, убыточные клубы и команда, которая тянет его на дно.
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
— А, вернулась? — хрипло бросает он, преграждая нам путь. — Пришла за тряпками? Или за деньгами?
Никита мгновенно загораживает меня собой. Его голос звучит холодно и твёрдо:
— Уйди с дороги.
Но Денис не унимается. Он начинает выкрикивать оскорбления, старается унизить меня при соседях. Его голос разносится по всему двору, привлекая внимание. Я чувствую, как краска стыда заливает лицо, слёзы катятся по щекам.
Никита мгновенно загораживает меня собой. Его голос звучит холодно и твёрдо:
— Уйди с дороги.
Но Денис не унимается. Он начинает выкрикивать оскорбления, старается унизить меня при соседях. Его голос разносится по всему двору, привлекая внимание. Я чувствую, как краска стыда заливает лицо, слёзы катятся по щекам.
Говорят, браки заключаются на небесах. Чушь! В их мире брак - обычная сделка, договоренность между семьями. И никого не волнует, что жених с невестой не стремятся связывать себя брачными узами. Что Динара делает спортивную карьеру, а Муса с головой увяз в отношениях с другой женщиной. Договоренности. Надо. Выполнять.
И они, конечно, подчинятся этому правилу. Вопрос - что дальше? Ведь Муса не собирается менять свою жизнь ради новоиспеченной жены, а Динара не привыкла сдаваться.
И они, конечно, подчинятся этому правилу. Вопрос - что дальше? Ведь Муса не собирается менять свою жизнь ради новоиспеченной жены, а Динара не привыкла сдаваться.
Она — пышка из захолустной кофейни. Он — мажор, который не умеет любить. Их история началась с поцелуя на темной парковке — и изменила всё.
Прасковья привыкла быть невидимой. Работа в уютной кофейне возле бизнес-центра, съемная однушка на окраине, насмешки богатого клиента, который каждое утро называет ее Пышечкой. Она не ждет чуда. Она просто живет.
Марк Липатов — крутой юрист, наследник миллиардного состояния, мужчина, который привык брать то, что хочет. И он хочет Прасковью. С первого дня, как увидел ее за стойкой. Но вместо признания — колкости, вместо нежности — насмешки. Он не умеет иначе.
Но весенний вечер меняет всё.
Прасковья привыкла быть невидимой. Работа в уютной кофейне возле бизнес-центра, съемная однушка на окраине, насмешки богатого клиента, который каждое утро называет ее Пышечкой. Она не ждет чуда. Она просто живет.
Марк Липатов — крутой юрист, наследник миллиардного состояния, мужчина, который привык брать то, что хочет. И он хочет Прасковью. С первого дня, как увидел ее за стойкой. Но вместо признания — колкости, вместо нежности — насмешки. Он не умеет иначе.
Но весенний вечер меняет всё.
Подборка самой откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги