Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «vlastnyy-geroy»
– Давай начистоту, Есень? Ты особенная для меня, но на таких, как ты, не женятся. Ты сладкая девочка для души, понимаешь? А в семью мы берем только своих женщин.
– Но как же так, Ислам? Я ведь отдала тебе свою невинность!
Слезы подступают к глазам, но я сглатываю их, силой заставляя себя держать лицо.
– Ну, хорошо отдохнула ведь со мной? Удовольствие получила? Тогда в чем претензия?
– Уходи! Не хочу тебя больше видеть. Никогда!
Его глаза темнеют от ярости. Он делает большой шаг, и я отступаю назад, пока не упираюсь спиной в стену.
– Нет, Еся. Ты никуда от меня не денешься, – припечатывает он с собственническим упрямством, присущим кавказским мужчинам. – Ты всегда будешь принадлежать мне, даже после моей свадьбы с другой!
– Но как же так, Ислам? Я ведь отдала тебе свою невинность!
Слезы подступают к глазам, но я сглатываю их, силой заставляя себя держать лицо.
– Ну, хорошо отдохнула ведь со мной? Удовольствие получила? Тогда в чем претензия?
– Уходи! Не хочу тебя больше видеть. Никогда!
Его глаза темнеют от ярости. Он делает большой шаг, и я отступаю назад, пока не упираюсь спиной в стену.
– Нет, Еся. Ты никуда от меня не денешься, – припечатывает он с собственническим упрямством, присущим кавказским мужчинам. – Ты всегда будешь принадлежать мне, даже после моей свадьбы с другой!
— Никуда ты не пойдешь, — медленно протянул Михаил, — ты моя жена и твое место рядом со мной!
— Да, босая и на кухне, — покивала она, горько усмехнулась, — и чтобы тапочки в зубах приносила по щелчку пальцев. Вот мое место по-твоему, да?
Было так горько. Катя делала всё, чтобы угодить мужу, ведь он бедненький много работает, их обеспечивает, а он еще над секретаршей своей упорно трудится. Неудивительно, что из офиса Миша возвращался сильно уставшим. Кариночка сильно его выматывала поди. Молодая, резвая, раскованная.
— Ерунды не говори, — раздраженно отозвался он. — Не всем дано работать в офисе, кто-то должен и за домой ухаживать.
— Ну да, я же не Кариночка, буфера у меня не столь огромные, чтобы пройти собеседование, — ехидно отозвалась и подбоченилась. — Ты всех сотрудников через постель подбираешь?
— Катя-я-я, — рыкнул он, — не выводи меня!
— Хорошо, сейчас закрою чемодан и уйду, и не буду тебя выводить! — выпалила Катя.
— Только через мой труп, женщина!
— Да, босая и на кухне, — покивала она, горько усмехнулась, — и чтобы тапочки в зубах приносила по щелчку пальцев. Вот мое место по-твоему, да?
Было так горько. Катя делала всё, чтобы угодить мужу, ведь он бедненький много работает, их обеспечивает, а он еще над секретаршей своей упорно трудится. Неудивительно, что из офиса Миша возвращался сильно уставшим. Кариночка сильно его выматывала поди. Молодая, резвая, раскованная.
— Ерунды не говори, — раздраженно отозвался он. — Не всем дано работать в офисе, кто-то должен и за домой ухаживать.
— Ну да, я же не Кариночка, буфера у меня не столь огромные, чтобы пройти собеседование, — ехидно отозвалась и подбоченилась. — Ты всех сотрудников через постель подбираешь?
— Катя-я-я, — рыкнул он, — не выводи меня!
— Хорошо, сейчас закрою чемодан и уйду, и не буду тебя выводить! — выпалила Катя.
— Только через мой труп, женщина!
Я никогда не думала о нём как о мужчине - пока не проснулась в его постели.
Он вернулся из армии возмужавшим, наглым и чертовски притягательным.
Младший брат моей лучшей подруги смотрит на меня так, будто я уже его. И кажется, моё «нельзя» его вообще не волнует.
Но между нами - разница в возрасте, бывший муж и страх потерять единственную подругу. У нас нет ни единого шанса... Или он готов сжечь всё ради одного «да»?
Он вернулся из армии возмужавшим, наглым и чертовски притягательным.
Младший брат моей лучшей подруги смотрит на меня так, будто я уже его. И кажется, моё «нельзя» его вообще не волнует.
Но между нами - разница в возрасте, бывший муж и страх потерять единственную подругу. У нас нет ни единого шанса... Или он готов сжечь всё ради одного «да»?
- Ты кое-что у меня украла, малая.
Его горячая ладонь ложится на мой еще плоский живот. Головой мотаю. Он не может знать. Не должен был узнать.
- Будешь послушной, оставлю в качестве няни, - вздрагиваю от его холодного тона. - Если нет, то ты горько пожалеешь, что скрыла от меня беременность.
***
Я спасла его, а он бросил мне пачку денег, оставив под сердцем напоминание о себе. Сейчас он решил, что имеет право вернуться. Я больше не позволю сломать себя. Тем более, отнять моего ребенка!
Его горячая ладонь ложится на мой еще плоский живот. Головой мотаю. Он не может знать. Не должен был узнать.
- Будешь послушной, оставлю в качестве няни, - вздрагиваю от его холодного тона. - Если нет, то ты горько пожалеешь, что скрыла от меня беременность.
***
Я спасла его, а он бросил мне пачку денег, оставив под сердцем напоминание о себе. Сейчас он решил, что имеет право вернуться. Я больше не позволю сломать себя. Тем более, отнять моего ребенка!
— Быстро целуй меня! — Богдан прижимает меня к стене, опаляя дыханием губы. — Живее! Тётка уже поднимается на лифте!
— Вы с ума сошли, Богдан Романович?! — упираюсь ладонями в его грудь и пугаюсь того, как бешено колотится его сердце. Или это моё? — Мы так не договаривались! Этого не было в договоре!
— Считай, что я меняю условия в одностороннем порядке, — нагло усмехается он, облизывая свои губы и устремляя взгляд на мои.
Я вся сжимаюсь от страха и возмущения. Разве так можно?!
— Пора пересмотреть часть условий, — ещё тише произносит он. — Я передумал. Так что стой смирно, Канарейкина.
Выдыхает и впивается в мой рот, заставляя меня широко распахнуть глаза и возмущённо мычать в этот неожиданный поцелуй.
Простой договор. Простые условия. Сыграть роль жены для босса перед его родственниками. Взамен он поможет мне и решит мои проблемы.
Но когда фальшивый поцелуй внезапно превращается в настоящий пожар, мы оба понимаем, что наша игра зашла слишком далеко.
— Вы с ума сошли, Богдан Романович?! — упираюсь ладонями в его грудь и пугаюсь того, как бешено колотится его сердце. Или это моё? — Мы так не договаривались! Этого не было в договоре!
— Считай, что я меняю условия в одностороннем порядке, — нагло усмехается он, облизывая свои губы и устремляя взгляд на мои.
Я вся сжимаюсь от страха и возмущения. Разве так можно?!
— Пора пересмотреть часть условий, — ещё тише произносит он. — Я передумал. Так что стой смирно, Канарейкина.
Выдыхает и впивается в мой рот, заставляя меня широко распахнуть глаза и возмущённо мычать в этот неожиданный поцелуй.
Простой договор. Простые условия. Сыграть роль жены для босса перед его родственниками. Взамен он поможет мне и решит мои проблемы.
Но когда фальшивый поцелуй внезапно превращается в настоящий пожар, мы оба понимаем, что наша игра зашла слишком далеко.
Феликс Громов – нападающий хоккейной команды, наследник бизнес-империи и мой ночной кошмар.
Я не искала с ним встреч. Наоборот – обходила стороной. Но одна случайная встреча и секрет, который я не должна была узнать, изменили все.
Теперь у него есть повод быть рядом. А у меня – причина играть по его правилам.
Я не искала с ним встреч. Наоборот – обходила стороной. Но одна случайная встреча и секрет, который я не должна была узнать, изменили все.
Теперь у него есть повод быть рядом. А у меня – причина играть по его правилам.
Что делать, если твой враг слишком могущественен и противостоять ему невозможно? Для меня ответ один: всё равно не сдаваться. Я готова поставить на кон всё, даже собственную жизнь, лишь бы стереть его с лица Земли.
Что... Вариант только влюбить его в себя?
Ну что ж... Я ведь поклялась не отступать.
Что... Вариант только влюбить его в себя?
Ну что ж... Я ведь поклялась не отступать.
Я влюбился в нее, как в долбанных сказках. Ехал мимо, а она на остановке, под дождем... С огромным медведем.
И всё. Пропал. Провалился в любовь. В похоть. В одержимость.
Но я отпустил ее, не позволив никому тронуть пальцем. Ни один волос не упал с ее головы.
Я знал - этот шарик слишком мал для нас двоих.
И мы встретимся. Рано или поздно.
И тогда наступит ад. Её. Мой. Наш общий.
Содержит нецензурную брань
И всё. Пропал. Провалился в любовь. В похоть. В одержимость.
Но я отпустил ее, не позволив никому тронуть пальцем. Ни один волос не упал с ее головы.
Я знал - этот шарик слишком мал для нас двоих.
И мы встретимся. Рано или поздно.
И тогда наступит ад. Её. Мой. Наш общий.
Содержит нецензурную брань
– Захар, что ты творишь?! Я ведь твоя жена, что подумают люди?..
– Жена? – презрительно усмехнулся он. – Т-ы-ы – кость в горле! Думала всю жизнь прятаться в своей гребаной комнате, существуя за мой счет?! Нет, милая, у всего есть цена. Собирайся – он ждет!
– Я никуда не поеду, – вытолкнула твердым голосом.
– Поедешь! Даже если мне придется за волосы тебя тащить в его машину, поэтому хватить ныть! Хоть какую-то пользу принесешь…
***
Когда я проснулась среди ночи и увидела возле своей кровати бизнес-партнера мужа, решила, что мне все почудилось. Ведь этот мрачный мужчина всегда был невероятно холоден со мной, словно не выносил одного только присутствия. Но однажды он сделал моему мужу предложение, от которого тот не смог отказаться и в один вечер моя жизнь перевернулась…
– Жена? – презрительно усмехнулся он. – Т-ы-ы – кость в горле! Думала всю жизнь прятаться в своей гребаной комнате, существуя за мой счет?! Нет, милая, у всего есть цена. Собирайся – он ждет!
– Я никуда не поеду, – вытолкнула твердым голосом.
– Поедешь! Даже если мне придется за волосы тебя тащить в его машину, поэтому хватить ныть! Хоть какую-то пользу принесешь…
***
Когда я проснулась среди ночи и увидела возле своей кровати бизнес-партнера мужа, решила, что мне все почудилось. Ведь этот мрачный мужчина всегда был невероятно холоден со мной, словно не выносил одного только присутствия. Но однажды он сделал моему мужу предложение, от которого тот не смог отказаться и в один вечер моя жизнь перевернулась…
— ТЫ МОЯ! — рычал я, впиваясь пальцами в её мокрые от дождя плечи.
— Я НЕ ДЛЯ ТЕБЯ! — выдохнула она едкое отчаяние.
Максим Савин — хоккейный бог, для которого мир — это пьедестал побед. Он привык брать силой, ломать сопротивление и не выносит отказов. Таня Чумак - его рок, его наказание и единственная, кто способен сказать настоящему бабнику и мажору «нет».
Их встреча — это поединок, где каждое касание разрядом тока вскрывает старые шрамы.
Он разорвал её сердце три года назад, когда не пришёл на первое свидание. Теперь её очередь вернуть должок...
— Я НЕ ДЛЯ ТЕБЯ! — выдохнула она едкое отчаяние.
Максим Савин — хоккейный бог, для которого мир — это пьедестал побед. Он привык брать силой, ломать сопротивление и не выносит отказов. Таня Чумак - его рок, его наказание и единственная, кто способен сказать настоящему бабнику и мажору «нет».
Их встреча — это поединок, где каждое касание разрядом тока вскрывает старые шрамы.
Он разорвал её сердце три года назад, когда не пришёл на первое свидание. Теперь её очередь вернуть должок...
Подборка романтической эротики с властным героем
Выберите полку для книги