Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
– Артем, что происходит? Кто эта девушка?
Брюнетка хищно улыбнулась.
– Я его любовница, – она брезгливо осмотрела меня. – Пока ты булки трескала, толстуха, я соблазнила твоего мужика, и теперь у нас будет ребенок.
Мой взгляд сосредоточился на муже.
– Ты… Ты мне изменил? Почему? – спросила, не понимая, ведь у нас все было хорошо.
Муж ничего не ответил, лишь виновато отвёл глаза.
Сердце болезненно заныло, воздух словно стал густым, тяжёлым.
Молчание Артема подтвердило слова незнакомки.
Брюнетка фыркнула, привлекая мое внимание, и закатила глаза.
– Ну ты в зеркало на себя посмотри, корова. Он тебя даже не хочет. Такую, – она усмехнулась. – Никто не захочет. Если только из жалости.
Брюнетка хищно улыбнулась.
– Я его любовница, – она брезгливо осмотрела меня. – Пока ты булки трескала, толстуха, я соблазнила твоего мужика, и теперь у нас будет ребенок.
Мой взгляд сосредоточился на муже.
– Ты… Ты мне изменил? Почему? – спросила, не понимая, ведь у нас все было хорошо.
Муж ничего не ответил, лишь виновато отвёл глаза.
Сердце болезненно заныло, воздух словно стал густым, тяжёлым.
Молчание Артема подтвердило слова незнакомки.
Брюнетка фыркнула, привлекая мое внимание, и закатила глаза.
– Ну ты в зеркало на себя посмотри, корова. Он тебя даже не хочет. Такую, – она усмехнулась. – Никто не захочет. Если только из жалости.
Девочка: люблю не могу, умру без него, романтичный герой.
Женщина: пузо, свекровь и безденежье в придачу возьмешь?
Женщина: пузо, свекровь и безденежье в придачу возьмешь?
В одном маленьком городке, в котором каждый уголок пронизан историей, два сердца бьются в одиночестве, ожидая чего-то большего. Мия, свободолюбивая певица, находит утешение в мелодиях, которые она создает, в то время как Макс, поэт, направляет свои эмоции в слова. Их жизнь переплетается в один роковой вечер на местном «Открытом микрофоне», где очаровательное выступление Мии захватывает сердце Макса. Когда их глаза встречаются, между ними пробегает искра, которая может перейти во что-то большее.
Что важнее - долг перед родителями или собственной семьёй? История Марины и Сергея - это история о выборе, который приходится делать каждый день. Когда накопленные на ремонт деньги уходят на машину для свекрови, простое бытовое решение превращается в проверку отношений на прочность. Удастся ли героям найти баланс между чувством долга и личным счастьем?
— А ты и в самом деле настоящий?.. — смотрю на незнакомого парня в костюме Деда Мороза, с которым еду в лифте.
— Не веришь? — забавно приподнимает брови. — Давай загадывай желание.
Прикрыв глаза, думаю о том, что не хочу встречать Новый год в компании с бывшим и его новой девушкой, как вдруг лифт останавливается, и кабина зависает между этажами.
История о том, когда в самый неожиданный момент, среди суеты праздника, рождаются новые чувства.
— Не веришь? — забавно приподнимает брови. — Давай загадывай желание.
Прикрыв глаза, думаю о том, что не хочу встречать Новый год в компании с бывшим и его новой девушкой, как вдруг лифт останавливается, и кабина зависает между этажами.
История о том, когда в самый неожиданный момент, среди суеты праздника, рождаются новые чувства.
Семён — обычный мужчина средних лет, живущий размеренной жизнью в небольшом советском селе. Его мир стабилен и предсказуем: любимая работа агрономом в колхозе, уютный дом и прелестная жена. Однако всё меняется, когда в его жизни появляется загадочная и страстная Серафима. Их встреча становится искрой, разжигающей пламя запретной любви.
Случайная связь перерастает в бурную страсть, которую невозможно контролировать. Семёна больше не волнуют ни клятвы верности, данные жене, ни осуждение окружающих. Он погружается в омут новых ощущений, забывая обо всём, кроме Серафимы. Но эта любовь приносит не только радость, но и боль, заставляя Семёна выбирать между долгом перед семьёй и желанием следовать своему сердцу.
Роман затрагивает вечные темы любви, предательства и выбора. История с погружением в атмосферу советской деревни с её простыми радостями и сложными моральными дилеммами.
Случайная связь перерастает в бурную страсть, которую невозможно контролировать. Семёна больше не волнуют ни клятвы верности, данные жене, ни осуждение окружающих. Он погружается в омут новых ощущений, забывая обо всём, кроме Серафимы. Но эта любовь приносит не только радость, но и боль, заставляя Семёна выбирать между долгом перед семьёй и желанием следовать своему сердцу.
Роман затрагивает вечные темы любви, предательства и выбора. История с погружением в атмосферу советской деревни с её простыми радостями и сложными моральными дилеммами.
- Анита Романовна, я к вам… - незнакомый женский голос заставил меня остановиться, я шла в кабинет мужа, посмотреть, что он мог забыть.
- Вы кто и что вам надо?
- Я студентка вашего мужа и его любовница. Вы не знали обо мне? – нагло заявила девица.
- Положим, а должна была знать? Вы-то точно обо мне знали, - не растерялась я. – Так что вам нужно, милочка?
- Вы мне не верите?
- А с какой стати я должна вам верить?
- Так убедитесь сами – сегодня после зачёта Юра будет со мной в своём кабинете. Дверь заперта, поэтому вот вам ключ, - нахалка демонстративно положила ключ на тумбочку.
- Это всё или есть что ещё добавить, - уже еле сдерживала я себя.
- Юра разведётся с вами и женится на мне. Я молодая и рожу ему детей, а вы уже не в том возрасте…
- У нас есть сын, если вы не в курсе.
- О, он далеко и к тому же взрослый, а мужчины в определённом возрасте любят молодых жён и хотят повозиться с малышами, - с чувством превосходства рассмеялась эта дрянь.
Ключ притягивал взгляд...
- Вы кто и что вам надо?
- Я студентка вашего мужа и его любовница. Вы не знали обо мне? – нагло заявила девица.
- Положим, а должна была знать? Вы-то точно обо мне знали, - не растерялась я. – Так что вам нужно, милочка?
- Вы мне не верите?
- А с какой стати я должна вам верить?
- Так убедитесь сами – сегодня после зачёта Юра будет со мной в своём кабинете. Дверь заперта, поэтому вот вам ключ, - нахалка демонстративно положила ключ на тумбочку.
- Это всё или есть что ещё добавить, - уже еле сдерживала я себя.
- Юра разведётся с вами и женится на мне. Я молодая и рожу ему детей, а вы уже не в том возрасте…
- У нас есть сын, если вы не в курсе.
- О, он далеко и к тому же взрослый, а мужчины в определённом возрасте любят молодых жён и хотят повозиться с малышами, - с чувством превосходства рассмеялась эта дрянь.
Ключ притягивал взгляд...
– А вот и Натали! – слышу по возвращении домой. – Сейчас я вас познакомлю.
У нас что, новая уборщица?
Захожу и как-то даже сразу теряюсь. Не похожа. Совсем девочка.
– Привет, Наташ! – радостно восклицает Гена, тут же кидаясь навстречу и заключая меня в объятия. – Это Саша. И она только что согласилась помочь нам с ребенком.
– Эм... Могу поинтересоваться, каким образом? – вообще перестаю хоть что-то понимать.
– Конечно. Она подготовит меня, а потом мы это сделаем! – восторженно восклицает супруг и, как ни в чем не бывало, продолжает: – Мы уже даже потренироваться успели. Все получилось. Осталось только с тобой пару моментов обсудить и...
Муж продолжает восторгаться любовницей, и своей гениальной идеей. А я смотрю на широко улыбающуюся мне хищной улыбкой сопливую девицу и могу думать только об одном: что именно из кухонной утвари поможет мне подкорректировать это наглое выражение на бесстыжем лице.
У нас что, новая уборщица?
Захожу и как-то даже сразу теряюсь. Не похожа. Совсем девочка.
– Привет, Наташ! – радостно восклицает Гена, тут же кидаясь навстречу и заключая меня в объятия. – Это Саша. И она только что согласилась помочь нам с ребенком.
– Эм... Могу поинтересоваться, каким образом? – вообще перестаю хоть что-то понимать.
– Конечно. Она подготовит меня, а потом мы это сделаем! – восторженно восклицает супруг и, как ни в чем не бывало, продолжает: – Мы уже даже потренироваться успели. Все получилось. Осталось только с тобой пару моментов обсудить и...
Муж продолжает восторгаться любовницей, и своей гениальной идеей. А я смотрю на широко улыбающуюся мне хищной улыбкой сопливую девицу и могу думать только об одном: что именно из кухонной утвари поможет мне подкорректировать это наглое выражение на бесстыжем лице.
Сначала ничего не происходит. Потом, прижавшись ухом к двери, я слышу, как открывается соседская, и зажмуриваюсь.
Щелк! — мышеловка, что я разложила на его придверном коврике, захлопывается на босых ногах соседа.
— Ай, су-у-у… — орет он, потом раздается еще один щелчок.
Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.
Бах!
В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает по подсолнечному маслу и падает, матерясь на весь подъезд.
Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.
— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.
— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?
— Тебе хана, цыпа.
По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.
Щелк! — мышеловка, что я разложила на его придверном коврике, захлопывается на босых ногах соседа.
— Ай, су-у-у… — орет он, потом раздается еще один щелчок.
Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.
Бах!
В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает по подсолнечному маслу и падает, матерясь на весь подъезд.
Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.
— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.
— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?
— Тебе хана, цыпа.
По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.
- Не трогай меня своими мерзкими лапами.
- Аленка, успокойся. – Шептал мне муж.
- Не называй меня так. – Я не просто кричала, я визжала, закрывая ладонями уши.
- Ладно, все, я не буду.
Марк встал, и отошел на шаг назад. А мне стало так плохо. Нет, мне и до этого было невероятно гадко, но теперь голова начала кружиться и я чувствовала, как теряю сознание. Помню, что подняла глаза на мужа, и он начал двоиться, а затем шум в ушах и темнота.
- Аленка, успокойся. – Шептал мне муж.
- Не называй меня так. – Я не просто кричала, я визжала, закрывая ладонями уши.
- Ладно, все, я не буду.
Марк встал, и отошел на шаг назад. А мне стало так плохо. Нет, мне и до этого было невероятно гадко, но теперь голова начала кружиться и я чувствовала, как теряю сознание. Помню, что подняла глаза на мужа, и он начал двоиться, а затем шум в ушах и темнота.
Выберите полку для книги