Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🔥
— Я беременна. Ты рад?
— Чего? Я не готов к детям, — говорит он резко, отчеканивая каждое слово. — Я вообще влюбился в другую и собираюсь на ней жениться, а твой ребенок только все испортит…
Моя улыбка меркнет.
Вместо радости на лице мужа возникает злость, а я узнаю, что у моего мужа есть любовница.
— Ты сделаешь аборт, чтобы мне перед Каришей стыдно не было…
Кариша?..
Муж достает из кармана деньги.
— Вот! Этих денег хватит на клинику.
— Нет, я не сделаю этого…
— Ты что, совсем не слышишь меня?! Я не буду с тобой из-за ребёнка! Что я Карише скажу?! — взрывается он. — И вообще: тебе еще нужно доказать, что это мой ребенок! Нагуляла, а на меня хочешь повесить.
— Ты пожалеешь о своих словах, — тихо говорю я. — Ты захочешь нас вернуть, но будет поздно.
— Ха-ха! — смеется муж, презрительно скривившись. — Насмешила. Кому ты теперь нужна, с прицепом?
— Я беременна. Ты рад?
— Чего? Я не готов к детям, — говорит он резко, отчеканивая каждое слово. — Я вообще влюбился в другую и собираюсь на ней жениться, а твой ребенок только все испортит…
Моя улыбка меркнет.
Вместо радости на лице мужа возникает злость, а я узнаю, что у моего мужа есть любовница.
— Ты сделаешь аборт, чтобы мне перед Каришей стыдно не было…
Кариша?..
Муж достает из кармана деньги.
— Вот! Этих денег хватит на клинику.
— Нет, я не сделаю этого…
— Ты что, совсем не слышишь меня?! Я не буду с тобой из-за ребёнка! Что я Карише скажу?! — взрывается он. — И вообще: тебе еще нужно доказать, что это мой ребенок! Нагуляла, а на меня хочешь повесить.
— Ты пожалеешь о своих словах, — тихо говорю я. — Ты захочешь нас вернуть, но будет поздно.
— Ха-ха! — смеется муж, презрительно скривившись. — Насмешила. Кому ты теперь нужна, с прицепом?
❄️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! ❄️
— Я перепутал номера. Это смс было для Лики.
— Кто она? — спрашиваю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Муж смотрит на меня с фанатичным блеском в глазах. Словно не он только что разрушил наш брак одной фразой.
— Пойми, Вер, она как глоток воздуха. Ей двадцать три. Она — это ты пятнадцать лет назад. Легкая, наивная, живая... А ты стала слишком правильной. Слишком удобной. Мы закисли, а с ней я чувствую драйв. Это мой второй шанс прожить молодость с чистого листа.
Он говорит это мне в лицо. Он называет десять лет нашей жизни «черновиком», а меня — «скучной копией» его новой молодой любовницы.
Он уходит строить идеальную семью, уверенный, что с деньгами и опытом не совершит ошибок.
— Иди к ней, — говорю я. — Только одно запомни. Не ищи меня в ней. Она другая. И когда ты это поймешь — а ты поймешь, Андрей, очень скоро, — назад дороги не будет.
— Я перепутал номера. Это смс было для Лики.
— Кто она? — спрашиваю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Муж смотрит на меня с фанатичным блеском в глазах. Словно не он только что разрушил наш брак одной фразой.
— Пойми, Вер, она как глоток воздуха. Ей двадцать три. Она — это ты пятнадцать лет назад. Легкая, наивная, живая... А ты стала слишком правильной. Слишком удобной. Мы закисли, а с ней я чувствую драйв. Это мой второй шанс прожить молодость с чистого листа.
Он говорит это мне в лицо. Он называет десять лет нашей жизни «черновиком», а меня — «скучной копией» его новой молодой любовницы.
Он уходит строить идеальную семью, уверенный, что с деньгами и опытом не совершит ошибок.
— Иди к ней, — говорю я. — Только одно запомни. Не ищи меня в ней. Она другая. И когда ты это поймешь — а ты поймешь, Андрей, очень скоро, — назад дороги не будет.
Я — врач акушер-гинеколог. Я спасаю жизни, вижу патологии на ранних стадиях и умею принимать жесткие решения.
Но свою собственную жизнь я запустила.
Симптомы были налицо: чужой волос на пиджаке, пароль на телефоне, не мои заколки в машине, след помады. Я ставила ложный диагноз, чтобы не проводить операцию по удалению мужа из сердца.
Всё изменилось в один вечер. Аудиозапись. Чужой смех. И мой муж, который шепчет другой те же слова, что и мне двадцать лет назад.
Он изменял мне. Грязно, банально, пошло.
Он думал, я не узнаю. А когда я узнала — был уверен, что прощу. Ведь «мы столько лет вместе», «у нас дочь», «я же мужчина».
Больно? Адски! Страшно? До дрожи!
Но я не моя пациентка из пятой палаты, которая готова умереть, лишь бы удержать мужчину. Я выбираю себя.
Только вот судьба — хирург с извращенным чувством юмора. И когда я решила поставить точку, она подкинула мне неожиданные осложнения.
Но свою собственную жизнь я запустила.
Симптомы были налицо: чужой волос на пиджаке, пароль на телефоне, не мои заколки в машине, след помады. Я ставила ложный диагноз, чтобы не проводить операцию по удалению мужа из сердца.
Всё изменилось в один вечер. Аудиозапись. Чужой смех. И мой муж, который шепчет другой те же слова, что и мне двадцать лет назад.
Он изменял мне. Грязно, банально, пошло.
Он думал, я не узнаю. А когда я узнала — был уверен, что прощу. Ведь «мы столько лет вместе», «у нас дочь», «я же мужчина».
Больно? Адски! Страшно? До дрожи!
Но я не моя пациентка из пятой палаты, которая готова умереть, лишь бы удержать мужчину. Я выбираю себя.
Только вот судьба — хирург с извращенным чувством юмора. И когда я решила поставить точку, она подкинула мне неожиданные осложнения.
ЗАВЕРШЕНО!
Подхожу к машине мужа и замираю, заметив, как ритмично она покачивается, словно на волнах. Через слабо тонированное стекло вижу смазанные, но абсолютно понятные силуэты полуобнаженных тел.
Тошнота подкатывает к горлу, а мир теряет краски, пока мое сердце рвется на части.
И вдруг женщина, которая в такой сладкой истоме извивается под моим мужем, поворачивает голову в мою сторону. И наши взгляды встречаются сквозь стекло.
Время растворяется в тумане осознания случившегося, и вот он, мой благоНЕверный, во всей своей красоте распахивает дверь машины и выскакивает на улицу, глядя на меня круглыми от удивления и неожиданности глазами.
А дальше лишь банальные и совершенно бессмысленные фразы: «Дай мне все объяснить» и «Это не то, что ты подумала».
Подхожу к машине мужа и замираю, заметив, как ритмично она покачивается, словно на волнах. Через слабо тонированное стекло вижу смазанные, но абсолютно понятные силуэты полуобнаженных тел.
Тошнота подкатывает к горлу, а мир теряет краски, пока мое сердце рвется на части.
И вдруг женщина, которая в такой сладкой истоме извивается под моим мужем, поворачивает голову в мою сторону. И наши взгляды встречаются сквозь стекло.
Время растворяется в тумане осознания случившегося, и вот он, мой благоНЕверный, во всей своей красоте распахивает дверь машины и выскакивает на улицу, глядя на меня круглыми от удивления и неожиданности глазами.
А дальше лишь банальные и совершенно бессмысленные фразы: «Дай мне все объяснить» и «Это не то, что ты подумала».
— Я пойду! Не уверена, что доверяю вашей квалификации!
Сейчас я готова сделать всё, чтобы оказаться как можно дальше от бывшего, сломавшего мне жизнь. Как вообще так вышло, что он оказался моим врачом-репродуктологом?
— Всё, прекрати! Ты знаешь, что я лучший специалист в этой области. Давай приступим к осмотру!
От одной мысли, что сейчас придётся предоставить на обозрение предателю все свои прелести, кровь приливает к лицу, а потом вдруг стремительно уносится вниз живота.
Бывший тем временем считывает моё возбуждение и подкрадывается ко мне, как дикий хищник.
— Лена… — шепчет страстно.
— Дай пройти, не доводи до греха!
Ладони Андрея ложатся на мою талию по-хозяйски, и понимаю, что скучала по его сильным, но удивительно нежным рукам.
Ну ладно, я предупреждала, просила дать мне уйти. Ну что же, не хочешь по-хорошему...
Голову туманит, глаза застилает алым, а затем точным и коротким движением заряжаю бывшему прямо между ног.
Думал, что прощу измену? Да никогда!
Сейчас я готова сделать всё, чтобы оказаться как можно дальше от бывшего, сломавшего мне жизнь. Как вообще так вышло, что он оказался моим врачом-репродуктологом?
— Всё, прекрати! Ты знаешь, что я лучший специалист в этой области. Давай приступим к осмотру!
От одной мысли, что сейчас придётся предоставить на обозрение предателю все свои прелести, кровь приливает к лицу, а потом вдруг стремительно уносится вниз живота.
Бывший тем временем считывает моё возбуждение и подкрадывается ко мне, как дикий хищник.
— Лена… — шепчет страстно.
— Дай пройти, не доводи до греха!
Ладони Андрея ложатся на мою талию по-хозяйски, и понимаю, что скучала по его сильным, но удивительно нежным рукам.
Ну ладно, я предупреждала, просила дать мне уйти. Ну что же, не хочешь по-хорошему...
Голову туманит, глаза застилает алым, а затем точным и коротким движением заряжаю бывшему прямо между ног.
Думал, что прощу измену? Да никогда!
На праздновании пятнадцатилетней годовщины брака сестра мужа решила мне раскрыть глаза на его измены.
— Я думаю, Анька, ты просто трусиха. Ты не удержала брата. Ты дала ему всё, и этого оказалось недостаточно. Потому что ты — недостаточно хороша для него.
«Недостаточно»? Я старалась пятнадцать лет. Была удобной, понимающей, красивой, хозяйственной. Родила ему Нику, поддерживала в кризисах, терпела его командировки. И вот те нате…. приговор: «недостаточно».
— Я не верю тебе.
— Скажи лучше, тебе нужно время, чтобы всё переварить. И знаешь, Ань? Я не желаю тебе зла. Ты просто не подходишь моему брату. Лана тоже не походит. Дешёвка она по сути… Фото мужа с любовницей всё-таки посмотри. Когда будешь готова.
Я не смотрю, убираю телефон в карман платья и иду к гостям.
Я не верю, что муж мне изменяет, но слышу голос бывшей лучшей подруги.
— Антон, я устала ждать… Пора бы сказать правду!
— Я думаю, Анька, ты просто трусиха. Ты не удержала брата. Ты дала ему всё, и этого оказалось недостаточно. Потому что ты — недостаточно хороша для него.
«Недостаточно»? Я старалась пятнадцать лет. Была удобной, понимающей, красивой, хозяйственной. Родила ему Нику, поддерживала в кризисах, терпела его командировки. И вот те нате…. приговор: «недостаточно».
— Я не верю тебе.
— Скажи лучше, тебе нужно время, чтобы всё переварить. И знаешь, Ань? Я не желаю тебе зла. Ты просто не подходишь моему брату. Лана тоже не походит. Дешёвка она по сути… Фото мужа с любовницей всё-таки посмотри. Когда будешь готова.
Я не смотрю, убираю телефон в карман платья и иду к гостям.
Я не верю, что муж мне изменяет, но слышу голос бывшей лучшей подруги.
— Антон, я устала ждать… Пора бы сказать правду!
Вместо радостных известий о поле малыша - видео с изменой моего мужа на огромном экране. И это видели все гости, включая свекровь после инсульта, с которой я занималась реабилитацией почти год.
- Вырубай! – кричит, покрасневший от злости Сеня, а я отшатываюсь от него, словно меня ударили током.
- Ты что творишь? - сразу начинает шипеть Арсений, как только утаскивает в соседнюю комнату. Голос злой, сдавленный, будто я - причина всех его проблем. - Ты вообще соображаешь, что сейчас устроила? – его трясёт от гнева и эмоций.
Он не оправдывается, не просит прощения, не объясняется, а нападает, словно именно я во всём виновата.
- Я устроила? – спрашиваю с горечью.
- Да! Это семейное, понимаешь? Семейное, Валя! Такие вещи не выносят на люди. Можно было промолчать, сделать вид, что шутка.
*****
В детском доме я мечтала о крепкой семье и выжила только благодаря подругам. Чтобы потом, спустя несколько лет, одна из них забрала у меня мужа…
Но я сильнее бо
- Вырубай! – кричит, покрасневший от злости Сеня, а я отшатываюсь от него, словно меня ударили током.
- Ты что творишь? - сразу начинает шипеть Арсений, как только утаскивает в соседнюю комнату. Голос злой, сдавленный, будто я - причина всех его проблем. - Ты вообще соображаешь, что сейчас устроила? – его трясёт от гнева и эмоций.
Он не оправдывается, не просит прощения, не объясняется, а нападает, словно именно я во всём виновата.
- Я устроила? – спрашиваю с горечью.
- Да! Это семейное, понимаешь? Семейное, Валя! Такие вещи не выносят на люди. Можно было промолчать, сделать вид, что шутка.
*****
В детском доме я мечтала о крепкой семье и выжила только благодаря подругам. Чтобы потом, спустя несколько лет, одна из них забрала у меня мужа…
Но я сильнее бо
❤️РОМАН ЗАВЕРШЁН❤️
— За нас. Двенадцать лет вместе…
Я улыбаюсь.
— Мы пережили многое, — продолжает он, глядя на меня так, будто репетировал это не раз. — И неважно, что… мы с тобой не смогли. У нас всё ещё впереди.
Слова режут по живому.
Восемь лет назад наша дочь умерла — не в один день и не внезапно. Врачи говорили правильные, пустые слова, а я слышала только одно: поздно.
— Мы оставим прошлое в прошлом, — улыбается муж. — И будем жить дальше.
И в этот момент распахиваются двери ресторана.
Янка — моя сестра, за ней несётся её сын.
— Димуля! — встаю резко. Я не видела его три года. Димка бежит быстрее… но не ко мне.
Он пролетает мимо — и бросается к моему мужу.
— Папо-о-очка! — звонко кричит он на весь зал.
Мир замирает, лица гостей вытягиваются — но я вижу только одно: как рука моего мужа, слишком привычно, ложится мальчику на голову.
Яна улыбается, подходит ближе и, глядя не на меня — на него, говорит сладко, спокойно, будто ставит точку:
— А вот и мы, любимый
— За нас. Двенадцать лет вместе…
Я улыбаюсь.
— Мы пережили многое, — продолжает он, глядя на меня так, будто репетировал это не раз. — И неважно, что… мы с тобой не смогли. У нас всё ещё впереди.
Слова режут по живому.
Восемь лет назад наша дочь умерла — не в один день и не внезапно. Врачи говорили правильные, пустые слова, а я слышала только одно: поздно.
— Мы оставим прошлое в прошлом, — улыбается муж. — И будем жить дальше.
И в этот момент распахиваются двери ресторана.
Янка — моя сестра, за ней несётся её сын.
— Димуля! — встаю резко. Я не видела его три года. Димка бежит быстрее… но не ко мне.
Он пролетает мимо — и бросается к моему мужу.
— Папо-о-очка! — звонко кричит он на весь зал.
Мир замирает, лица гостей вытягиваются — но я вижу только одно: как рука моего мужа, слишком привычно, ложится мальчику на голову.
Яна улыбается, подходит ближе и, глядя не на меня — на него, говорит сладко, спокойно, будто ставит точку:
— А вот и мы, любимый
— Ты мучился?! Пока делал ребенка на стороне? Бедный, несчастный!
— Не надо ироний, — рявкает он. — Это не идет тебе!
— А тебе идет ложь, верно? — кричу я. — Мы удочерили ребенка! Твоего ребенка! И ты ни слова не сказал! Ты привел меня в тот детдом, показал на эту девочку и сказал: «Давай возьмем ее». Как будто это была случайность! Как будто судьба!
— Я хотел все исправить! — Денис делает еще один шаг, его глаза сверкают. — Я хотел вернуть свою дочь и сделать тебя счастливой одновременно! Где здесь преступление?!
— Преступление в том, что ты изменял мне! — мое горло болит от криков, но я не могу остановиться. — Использовал мою мечту о ребенке! Мое отчаяние! Мою боль!
— Никого я не использовал! — взрывается он наконец. — Я дал тебе то, что ты хотела! Дочь! Семью! Ты была счастлива все это время, не отрицай!
— Не надо ироний, — рявкает он. — Это не идет тебе!
— А тебе идет ложь, верно? — кричу я. — Мы удочерили ребенка! Твоего ребенка! И ты ни слова не сказал! Ты привел меня в тот детдом, показал на эту девочку и сказал: «Давай возьмем ее». Как будто это была случайность! Как будто судьба!
— Я хотел все исправить! — Денис делает еще один шаг, его глаза сверкают. — Я хотел вернуть свою дочь и сделать тебя счастливой одновременно! Где здесь преступление?!
— Преступление в том, что ты изменял мне! — мое горло болит от криков, но я не могу остановиться. — Использовал мою мечту о ребенке! Мое отчаяние! Мою боль!
— Никого я не использовал! — взрывается он наконец. — Я дал тебе то, что ты хотела! Дочь! Семью! Ты была счастлива все это время, не отрицай!
— Ты куда собралась? — Малика вцепилась в мою сумку и дёрнула на себя.
— Отпусти, — я вырвала ремень, пальцы дрожали, но голос уже нет.
— Он тебя всё равно вернёт. Ты без него никто.
Я посмотрела на неё и впервые за всё время не опустила глаза.
— Смотри внимательно. Я ухожу. И назад не вернусь.
Я ушла ночью. Без денег. Без телефона. С одной сумкой и паспортом, спрятанным в наволочке. Через заднюю калитку, пока в доме спали те, кто уже решил мою судьбу за меня.
Муж сказал, что я сама виновата. Что если бы я родила — он бы не искал другую. Что без него я пропаду. А его мать уже выбирала мне замену, пока я лежала в больнице.
Но они ошиблись во мне. Я молчать не стану.
— Отпусти, — я вырвала ремень, пальцы дрожали, но голос уже нет.
— Он тебя всё равно вернёт. Ты без него никто.
Я посмотрела на неё и впервые за всё время не опустила глаза.
— Смотри внимательно. Я ухожу. И назад не вернусь.
Я ушла ночью. Без денег. Без телефона. С одной сумкой и паспортом, спрятанным в наволочке. Через заднюю калитку, пока в доме спали те, кто уже решил мою судьбу за меня.
Муж сказал, что я сама виновата. Что если бы я родила — он бы не искал другую. Что без него я пропаду. А его мать уже выбирала мне замену, пока я лежала в больнице.
Но они ошиблись во мне. Я молчать не стану.
Подборка эмоциональных коротких любовных романов
Выберите полку для книги