Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
– Ну, кто? Давай, жги, Остапенко! – усмехается грязно, орет в окно моей машины. – Ты влюбилась, как соплячка! Мне даже не составило труда тебя окучить. Ты ни черта не замечала. Заглядывала мне в рот, словно тебе пятнадцать. Наивная дура. Никому не нужна! Мужиков волнует только твой банковский счет. И за то, что ты испортила мне романтический вечер, ударила мою любимую женщину, я…
– Иди к черту, Серов! – жму на педаль газа, закусив губу и тараню его внедорожник все ближе и ближе к кювету. – Я буду счастлива, а вот ты?..
– Иди к черту, Серов! – жму на педаль газа, закусив губу и тараню его внедорожник все ближе и ближе к кювету. – Я буду счастлива, а вот ты?..
– Пока не время заводить детей, – заявляет муж категорично.
Смотрю на него и не могу поверить своим ушам.
– Ты серьезно? Мы же хотели…
– Есть веские причины поменять наши планы, – прерывает, но тут же будто понимает, что погорячился.
Притягивает меня к себе, обнимает, нежно целует мои волосы.
– А что, если… – шумно сглатываю. – Если я уже… беременна? – поднимаю на мужа растерянный, отчего-то виноватый взгляд.
Он хмурится. Его красивые темные глаза становятся непроницаемыми.
– Плохая шутка, Амели.
Я ушла от этого мерзавца. Подала на развод. Порвала с ним все связи.
А спустя несколько лет мы встретились вновь.
Я, он, наш маленький сын и… его новая пассия. Мы вынуждены провести вместе отпуск.
И я даже представить не могу, чем это все закончится…
Смотрю на него и не могу поверить своим ушам.
– Ты серьезно? Мы же хотели…
– Есть веские причины поменять наши планы, – прерывает, но тут же будто понимает, что погорячился.
Притягивает меня к себе, обнимает, нежно целует мои волосы.
– А что, если… – шумно сглатываю. – Если я уже… беременна? – поднимаю на мужа растерянный, отчего-то виноватый взгляд.
Он хмурится. Его красивые темные глаза становятся непроницаемыми.
– Плохая шутка, Амели.
Я ушла от этого мерзавца. Подала на развод. Порвала с ним все связи.
А спустя несколько лет мы встретились вновь.
Я, он, наш маленький сын и… его новая пассия. Мы вынуждены провести вместе отпуск.
И я даже представить не могу, чем это все закончится…
– Я сплю с вашим мужем, – произносит молодая женщина в белом халате, надетом поверх красного кружевного белья.
От неожиданности я замираю. Я пришла в кабинет к своему мужу, главному врачу этой больницы и всемирно известному нейрохирургу. А наткнулась на полуголую нахалку, которая разлеглась на рабочем столе моего супруга!
– Врёшь, – цежу я.
– Нет, не вру. Ваш муж хотел, чтобы я помогла ему с подбором лекарств для одного пациента. Но вместо разработки плана лечения, мы занялись любовью. Потом ещё и ещё!
– Не верю…
– Как хотите. Кстати, тот самый пациент – это вы! О диагнозе муж вам сам расскажет. В ЗАГСе, когда будете разводиться! Зачем ему старая и больная жёнушка, если рядом есть молодая и горячая любовница?
Двадцать пять лет брака. Двое прекрасных детей. Счастливая семейная жизнь. Измена, ложь и предательство! Муж не только завёл бурный роман с молодой коллегой, но и скрыл от меня тайну, которая чуть не стоила мне жизни.
От неожиданности я замираю. Я пришла в кабинет к своему мужу, главному врачу этой больницы и всемирно известному нейрохирургу. А наткнулась на полуголую нахалку, которая разлеглась на рабочем столе моего супруга!
– Врёшь, – цежу я.
– Нет, не вру. Ваш муж хотел, чтобы я помогла ему с подбором лекарств для одного пациента. Но вместо разработки плана лечения, мы занялись любовью. Потом ещё и ещё!
– Не верю…
– Как хотите. Кстати, тот самый пациент – это вы! О диагнозе муж вам сам расскажет. В ЗАГСе, когда будете разводиться! Зачем ему старая и больная жёнушка, если рядом есть молодая и горячая любовница?
Двадцать пять лет брака. Двое прекрасных детей. Счастливая семейная жизнь. Измена, ложь и предательство! Муж не только завёл бурный роман с молодой коллегой, но и скрыл от меня тайну, которая чуть не стоила мне жизни.
– Мы с твоим мужем будем жить вместе, – спокойно сообщает незнакомка по телефону. – Он чувствует себя невидимкой в собственном доме, – безжалостно продолжает двадцативосьмилетняя Юля. – Я хочу детей, семью. Можешь начинать подыскивать жилье, мы останемся в вашем доме.
– Я не собираюсь просто так отдавать мужа, – слова вылетают резче, чем планировала.
Но каждое последующее слово этой женщины о нашем браке попадает в цель. Да, я воспринимала Олега как данность, корпела над учебниками искусствоведения, строила карьеру в галерее. А он искал поддержки и получил её от другой.
Уже через час приходит сообщение от мужа:
“Поздно вернусь, не готовь ужин.”
Теперь я знаю, где он проведет ночь. Как объяснить нашим дочерям-подросткам, что их привычный мир рассыпается? Можно ли вернуть любовь, которую я сама погубила своим равнодушием?
Кажется, восемнадцать лет брака не переживут этот неожиданный звонок от любовницы...
– Я не собираюсь просто так отдавать мужа, – слова вылетают резче, чем планировала.
Но каждое последующее слово этой женщины о нашем браке попадает в цель. Да, я воспринимала Олега как данность, корпела над учебниками искусствоведения, строила карьеру в галерее. А он искал поддержки и получил её от другой.
Уже через час приходит сообщение от мужа:
“Поздно вернусь, не готовь ужин.”
Теперь я знаю, где он проведет ночь. Как объяснить нашим дочерям-подросткам, что их привычный мир рассыпается? Можно ли вернуть любовь, которую я сама погубила своим равнодушием?
Кажется, восемнадцать лет брака не переживут этот неожиданный звонок от любовницы...
— Андрей, это ужасно! Непростительно! — причитает она своим странным тоном. Как будто меня не обвиняет. — Твоя жена — такая подлая! Как она могла?!..
— Что могла? — не понимаю, о чем это Алина.
— Изменить тебе! — припечатывает она с размаху.
— Что-о? — Я просто в ярости.
Что за бред Алина несет? Настя не способна мне изменить! Она верная, как полагается порядочной жене.
— Ты же клялся, что не спишь с ней! — её голос режет уши. — Что вы живете, как соседи! — начинаю догадываться, куда она клонит. — А она беременна! А ты такой порядочный, Андрей! Даже не сказал мне, что твоя жена беременна от другого, так трогательно заботишься о ней… Ты решил признать ребенка? Чужого?
Андрей удобно устроился: у него есть жена-домохозяйка Настя и красавица-любовница Алина, которой он обещает, что вот-вот разведется… Уже пять лет. Но в один прекрасный день Алина прозревает, и месть ее будет страшна! Андрей еще пожалеет, что много лет вешал ей лапшу на уши…
— Что могла? — не понимаю, о чем это Алина.
— Изменить тебе! — припечатывает она с размаху.
— Что-о? — Я просто в ярости.
Что за бред Алина несет? Настя не способна мне изменить! Она верная, как полагается порядочной жене.
— Ты же клялся, что не спишь с ней! — её голос режет уши. — Что вы живете, как соседи! — начинаю догадываться, куда она клонит. — А она беременна! А ты такой порядочный, Андрей! Даже не сказал мне, что твоя жена беременна от другого, так трогательно заботишься о ней… Ты решил признать ребенка? Чужого?
Андрей удобно устроился: у него есть жена-домохозяйка Настя и красавица-любовница Алина, которой он обещает, что вот-вот разведется… Уже пять лет. Но в один прекрасный день Алина прозревает, и месть ее будет страшна! Андрей еще пожалеет, что много лет вешал ей лапшу на уши…
Я уже собиралась уходить, когда дверь в салон мягко открылась.
Я услышала знакомый голос, тихий, тёплый, родной:
– Милая, ты закончила?
Я повернула голову. На пороге стоял мой муж.
Я не говорила ему, где буду. Не называла название салона. А он – вот. На пороге.
Но секунду спустя воздух в помещении вспыхнул от визга:
– Виитя!!!
Голос – тот самый, визгливый – взлетел к потолку. И прежде чем я осознала, что происходит, обладательница этих стонов уже сорвалась с кресла и бегом бросилась к моему мужу, как героиня дешёвой мелодрамы.
– Я не верю! Ты приехал за мной! Ты такой идеальный, мой любимый медвежонок! – Она буквально прыгнула ему на шею, вцепившись в него, как плющ и оставив след помады на его губах.
Я не двинулась. Я смотрела. Мы оба смотрели. Витя – на меня, я – на него. И в этих двух взглядах было столько кричащего молчания, что, кажется, даже дышать стало тяжелее.
Я услышала знакомый голос, тихий, тёплый, родной:
– Милая, ты закончила?
Я повернула голову. На пороге стоял мой муж.
Я не говорила ему, где буду. Не называла название салона. А он – вот. На пороге.
Но секунду спустя воздух в помещении вспыхнул от визга:
– Виитя!!!
Голос – тот самый, визгливый – взлетел к потолку. И прежде чем я осознала, что происходит, обладательница этих стонов уже сорвалась с кресла и бегом бросилась к моему мужу, как героиня дешёвой мелодрамы.
– Я не верю! Ты приехал за мной! Ты такой идеальный, мой любимый медвежонок! – Она буквально прыгнула ему на шею, вцепившись в него, как плющ и оставив след помады на его губах.
Я не двинулась. Я смотрела. Мы оба смотрели. Витя – на меня, я – на него. И в этих двух взглядах было столько кричащего молчания, что, кажется, даже дышать стало тяжелее.
- Марк!
- Прости Марин, - своим признанием Марк не хотел к чему то обязывать Маришку, но после этих слов стало легче. Те чувства, что он бережно хранил в своем сердце, прорвались сквозь мощную дамбу бурным потоком нежности и любви. Он больше не мог и не хотел скрывать от девушки свои истинные намерения. Хотя в глубине души боялся, что сильно рискует их дружбой.
- Ты меня любишь? – переспросила Марина, сама не зная, что ходит по лезвию ножа. Ей хотелось забыться, утешения. Марина чувствовала себя грязной, недостойной, жалкой.
- Люблю, - твердо ответил Марк, глядя в глаза девушке, - не просто как друга, а как любимую женщину.
- Прости Марин, - своим признанием Марк не хотел к чему то обязывать Маришку, но после этих слов стало легче. Те чувства, что он бережно хранил в своем сердце, прорвались сквозь мощную дамбу бурным потоком нежности и любви. Он больше не мог и не хотел скрывать от девушки свои истинные намерения. Хотя в глубине души боялся, что сильно рискует их дружбой.
- Ты меня любишь? – переспросила Марина, сама не зная, что ходит по лезвию ножа. Ей хотелось забыться, утешения. Марина чувствовала себя грязной, недостойной, жалкой.
- Люблю, - твердо ответил Марк, глядя в глаза девушке, - не просто как друга, а как любимую женщину.
— Любопытно, чем сейчас занята твоя домашняя курочка? — мурлычет голая блондинка, протягивая мужу клубничку. — Сидит с вязанием и мечтает о твоем возвращении?
Михаил расхохотался, слизывая сливки с её запястья:
— Хватит её дразнить... хотя, она и правда предсказуема. Серая как придорожная пыль. Противоположность тебе, моя дикая кошечка!
— Боже, представляю её сейчас! — Алина изобразила мой голос с утрированной слащавостью: — "Мишенька, борщика подогреть? Мишенька, тапочки принести?" Как же достала эта рабская преданность!
— Да ладно тебе, — Михаил подтащил её ближе, расплываясь в довольной ухмылке. — Зато удобно. Дом блестит, харчи готовы, никаких капризов и истерик. А для настоящих развлечений есть ты, красавица.
***
У мужа скоро решающий банкет, а я застала его за изменой.
Съедутся городские "шишки", от которых зависит его карьера. Он так волнуется, так тщательно готовится. Что ж, получит незабываемое шоу!
Я была идеальной женой. Теперь я сотворю идеальную месть.
Михаил расхохотался, слизывая сливки с её запястья:
— Хватит её дразнить... хотя, она и правда предсказуема. Серая как придорожная пыль. Противоположность тебе, моя дикая кошечка!
— Боже, представляю её сейчас! — Алина изобразила мой голос с утрированной слащавостью: — "Мишенька, борщика подогреть? Мишенька, тапочки принести?" Как же достала эта рабская преданность!
— Да ладно тебе, — Михаил подтащил её ближе, расплываясь в довольной ухмылке. — Зато удобно. Дом блестит, харчи готовы, никаких капризов и истерик. А для настоящих развлечений есть ты, красавица.
***
У мужа скоро решающий банкет, а я застала его за изменой.
Съедутся городские "шишки", от которых зависит его карьера. Он так волнуется, так тщательно готовится. Что ж, получит незабываемое шоу!
Я была идеальной женой. Теперь я сотворю идеальную месть.
– Э... здравствуйте, мы тут, это…– выдавил, чувствуя, как голос звучит хрипло. – Это Грей. Он, похоже, вашу морковь... того... выкопал, ну и вот, за одно и нашел кое-кого.
Женщина улыбнулась шире, и я вдруг понял, что мой план «успокоить нервы» только что дал трещину.
Сердце стукнуло раз, другой, и где-то в глубине души мелькнула мысль: а может, друг был прав насчет дачных романов?
И глядя на эту красивую женщину, я вдруг захотел поверить, что, может, не все потеряно.
Может, этот дом, пес, покосившийся забор – это не конец, а только начало.
Женщина улыбнулась шире, и я вдруг понял, что мой план «успокоить нервы» только что дал трещину.
Сердце стукнуло раз, другой, и где-то в глубине души мелькнула мысль: а может, друг был прав насчет дачных романов?
И глядя на эту красивую женщину, я вдруг захотел поверить, что, может, не все потеряно.
Может, этот дом, пес, покосившийся забор – это не конец, а только начало.
"Люб, срочно посмотри видео" - прилетает сообщение от подруги
Пальцы дрожат, когда открываю видеофайл.
На экране — коридор гостиницы. Камера трясется, видно, что снимают украдкой, из-за угла. Качество не очень, но достаточно хорошее, чтобы разглядеть...
Кирилл. Мой муж. За ним шествует женщина. Высокая, стройная, в коротком платье. Блондинка. Она смеется, придерживая его под руку.
Мир начинает плыть перед глазами.
Кирилл останавливается у двери номера, возится с ключ-картой. Женщина прижимается к нему сзади, гладит по груди. Он оборачивается, хватает ее за талию и прижимает к себе. Целует. Долго, страстно.
Я не могу дышать.
Дверь номера открывается. Кирилл что-то говорит женщине, показывает рукой вглубь комнаты. Она смеется и затаскивает его внутрь. Дверь захлопывается.
Видео заканчивается. И моя жизнь тоже.
После такого предательства не выживают.
Пальцы дрожат, когда открываю видеофайл.
На экране — коридор гостиницы. Камера трясется, видно, что снимают украдкой, из-за угла. Качество не очень, но достаточно хорошее, чтобы разглядеть...
Кирилл. Мой муж. За ним шествует женщина. Высокая, стройная, в коротком платье. Блондинка. Она смеется, придерживая его под руку.
Мир начинает плыть перед глазами.
Кирилл останавливается у двери номера, возится с ключ-картой. Женщина прижимается к нему сзади, гладит по груди. Он оборачивается, хватает ее за талию и прижимает к себе. Целует. Долго, страстно.
Я не могу дышать.
Дверь номера открывается. Кирилл что-то говорит женщине, показывает рукой вглубь комнаты. Она смеется и затаскивает его внутрь. Дверь захлопывается.
Видео заканчивается. И моя жизнь тоже.
После такого предательства не выживают.
Русские романы
Выберите полку для книги