Книги по тегу «богатый парень простая девушка»: ""
ЗАВЕРШЕНО! ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! ❤️
— Ты моя должница, Лазарева. А я в благотворительность не играю. Будешь моей. Полностью. Во всех смыслах. Сегодня ночью, — говорит Дамиан громко, — придешь ко мне...
— Это шантаж!
— Это договор. Альтернативу хочешь? Альтернативу хочешь? Тогда сама разбирайся с теми, от кого я тебя спас…
Слёзы подкатывают, и я их давлю изо всех сил.
— Это нечестно, — шепчу я.
Дамиан берёт меня за подбородок и медленно проводит большим по моей нижней губе. Туда-обратно. У меня в животе всё переворачивается.
— Не придёшь сегодня ночью отдавать долг — пеняй на себя, птичка.
— Ты моя должница, Лазарева. А я в благотворительность не играю. Будешь моей. Полностью. Во всех смыслах. Сегодня ночью, — говорит Дамиан громко, — придешь ко мне...
— Это шантаж!
— Это договор. Альтернативу хочешь? Альтернативу хочешь? Тогда сама разбирайся с теми, от кого я тебя спас…
Слёзы подкатывают, и я их давлю изо всех сил.
— Это нечестно, — шепчу я.
Дамиан берёт меня за подбородок и медленно проводит большим по моей нижней губе. Туда-обратно. У меня в животе всё переворачивается.
— Не придёшь сегодня ночью отдавать долг — пеняй на себя, птичка.
— Ну чего молчишь? — спросил тихо. — Язык проглотила? А минуту назад такая смелая была.
— Отвали, — прошептала она. Но это даже не серьёзное «отвали». Это так, для порядка, потому что в глазах у неё уже совсем другое написано.
Провёл большим пальцем по её шее. Рита вздрогнула всем телом. Губы приоткрылись, и она снова их прикусила, а я заметил, как блеснул влажный след на нижней губе.
У меня внутри что-то перемкнуло, и я медленно наклонился, давая ей время оттолкнуть меня, уйти или хотя бы закричать. Но она не оттолкнула. Просто стояла, вжавшись спиной в холодный металл, и смотрела на меня, дышала часто-часто.
Ещё немного. Ещё пара сантиметров.
Почувствовал её запах — бензин, мятная жвачка и что-то ещё… цветочное. Едва уловимое.
Рита замерла, её губы уже были приоткрыты. Она ждала и хотела этого не меньше, чем я.
Почти коснулся её губ своими.
Она уже закрыла глаза и…
— Отвали, — прошептала она. Но это даже не серьёзное «отвали». Это так, для порядка, потому что в глазах у неё уже совсем другое написано.
Провёл большим пальцем по её шее. Рита вздрогнула всем телом. Губы приоткрылись, и она снова их прикусила, а я заметил, как блеснул влажный след на нижней губе.
У меня внутри что-то перемкнуло, и я медленно наклонился, давая ей время оттолкнуть меня, уйти или хотя бы закричать. Но она не оттолкнула. Просто стояла, вжавшись спиной в холодный металл, и смотрела на меня, дышала часто-часто.
Ещё немного. Ещё пара сантиметров.
Почувствовал её запах — бензин, мятная жвачка и что-то ещё… цветочное. Едва уловимое.
Рита замерла, её губы уже были приоткрыты. Она ждала и хотела этого не меньше, чем я.
Почти коснулся её губ своими.
Она уже закрыла глаза и…
— Ты ошиблась дверью, Кудрявая, приют для бездомных в другом здании.
— Корону сними, Принц, а то потолок царапает.
Марк Вершинин — элита. Холодный, расчетливый мажор, который привык, что мир вертится вокруг него. Я на спортивной стипендии бью грушу до кровавых костяшек, потому что победа — мой единственный шанс вырвать младшую сестру из ада.
Он попытался отнять мой зал, а я прилюдно растоптала его эго. Но чтобы сохранить место для тренировок, мне пришлось согласиться на его сделку.
Я думала, это просто изощренная месть.
Мы не должны были даже смотреть друг на друга, но ввязались в игру, в которой не может быть выигравших. Мы или потеряем всё, или разобьемся о собственные чувства, только прежними мы уже точно никогда не будем.
— Корону сними, Принц, а то потолок царапает.
Марк Вершинин — элита. Холодный, расчетливый мажор, который привык, что мир вертится вокруг него. Я на спортивной стипендии бью грушу до кровавых костяшек, потому что победа — мой единственный шанс вырвать младшую сестру из ада.
Он попытался отнять мой зал, а я прилюдно растоптала его эго. Но чтобы сохранить место для тренировок, мне пришлось согласиться на его сделку.
Я думала, это просто изощренная месть.
Мы не должны были даже смотреть друг на друга, но ввязались в игру, в которой не может быть выигравших. Мы или потеряем всё, или разобьемся о собственные чувства, только прежними мы уже точно никогда не будем.
– Диану трогать не вздумай, – на полном серьезе предупреждает лучший друг. – Спи, с кем хочешь, но сестры моей не касайся.
Я лишь ухмыляюсь:
– Расслабься, папаша. Хороших девочек не порчу.
Тогда я еще не знал, что из нескладной мелочи, которая когда–то призналась мне в любви, вырастет чертовски красивая малышка. С самой первой встречи Диана стала моей одержимостью. Запретная, хорошая девочка.
Я ее не трону. Если вовремя смогу остановиться…
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ! В КНИГЕ ПРИСУТСТВУЕТ НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА И ПОСТЕЛЬНЫЕ СЦЕНЫ! СТРОГО 18+
#Обаятельный, горячий герой
#Нежная героиня
#Откровенные сцены, запретные отношения
❤️ Хэппи энд гарантирован. Будет горячо и эмоционально!
Я лишь ухмыляюсь:
– Расслабься, папаша. Хороших девочек не порчу.
Тогда я еще не знал, что из нескладной мелочи, которая когда–то призналась мне в любви, вырастет чертовски красивая малышка. С самой первой встречи Диана стала моей одержимостью. Запретная, хорошая девочка.
Я ее не трону. Если вовремя смогу остановиться…
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ! В КНИГЕ ПРИСУТСТВУЕТ НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА И ПОСТЕЛЬНЫЕ СЦЕНЫ! СТРОГО 18+
#Обаятельный, горячий герой
#Нежная героиня
#Откровенные сцены, запретные отношения
❤️ Хэппи энд гарантирован. Будет горячо и эмоционально!
— Мой брат встанет на одно колено, и ты скажешь ему «нет», — говорит Арс тихо и делает шаг ко мне.
Я отступаю.
— Нет! Я не буду этого делать! — говорю, стараясь что бы голос не дрожал. — Я люблю Мирона!
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Любишь? Тогда давай проверим, как долго он будет любить тебя… Когда узнает, какая на самом деле его невеста?
Он — брат моего парня.
Человек без тормозов.
Чудовище.
Я ненавижу его.
И теперь между нами секрет, который может разрушить мою жизнь. Или мне придется подчиниться ему…
Я отступаю.
— Нет! Я не буду этого делать! — говорю, стараясь что бы голос не дрожал. — Я люблю Мирона!
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Любишь? Тогда давай проверим, как долго он будет любить тебя… Когда узнает, какая на самом деле его невеста?
Он — брат моего парня.
Человек без тормозов.
Чудовище.
Я ненавижу его.
И теперь между нами секрет, который может разрушить мою жизнь. Или мне придется подчиниться ему…
— Отпусти, Золотарёв, ты больной что ли?!
— А если не отпущу, что сделаешь, лисенок? — нарочно растягиваю это прозвище, которое сам же ей и дал, словно облизывая каждую букву.
Знаю, что ее это выбешивает.
А мне нравится, когда глаза у неё горят от ярости.
— Закричу! — угрожает она, дрожащим голосом.
— Давай, детка. Кричи. Покажи, всем насколько я хорош, — ухмыляюсь и свободной рукой резко хватаю её за подбородок, заставляя смотреть прямо в мои глаза. — Только учти, сюда никто не войдет. Ты сама прекрасно знаешь почему.
— Ненавижу тебя! — шепчет она едва слышно, закрывая глаза.
— Отлично, — шепчу в её губы, проводя по ним языком, дразня и не позволяя отвернуться. — Ненавидь меня сильнее, детка. Это чертовски заводит...
— А если не отпущу, что сделаешь, лисенок? — нарочно растягиваю это прозвище, которое сам же ей и дал, словно облизывая каждую букву.
Знаю, что ее это выбешивает.
А мне нравится, когда глаза у неё горят от ярости.
— Закричу! — угрожает она, дрожащим голосом.
— Давай, детка. Кричи. Покажи, всем насколько я хорош, — ухмыляюсь и свободной рукой резко хватаю её за подбородок, заставляя смотреть прямо в мои глаза. — Только учти, сюда никто не войдет. Ты сама прекрасно знаешь почему.
— Ненавижу тебя! — шепчет она едва слышно, закрывая глаза.
— Отлично, — шепчу в её губы, проводя по ним языком, дразня и не позволяя отвернуться. — Ненавидь меня сильнее, детка. Это чертовски заводит...
— Эй, клуша, ты че, глухая что ли?!
Я вздрагиваю, и в этот момент передо мной возникает высокий, широкоплечий парень. Смотрит на меня так, будто я — мусор, который внезапно оказался у него под колёсами. Медленно прихожу в себя и поднимаюсь на ноги.
— Ну и че молчишь?! Ты ещё и немая?!
Слова долетают до меня с запозданием.
И тут до меня доходит: он правда думает, что я его игнорирую.
— Я не заметила, — выдавливаю я.
— Глаза разуй, и уши почисти, — фыркает он язвительно. — Скажи спасибо, что жива осталась.
Если бы он знал… Но говорить о своём дефекте не решаюсь, хотя это могло быть оправданием. Нет, только не для этого мажора. Автоматически касаюсь волос, где спрятан аппарат. Он на месте. Но, судя по всему, дал сбой, и я ничего не услышала.
— С-спасибо… — сбивчиво выдаю я, сама не понимая, за что именно благодарю.
Наверное за то, что осталась жива. Делаю шаг вперёд, но вдруг ощущаю резкую боль. В следующую секунду мир окончательно теряет чёткость… И я падаю.
Я вздрагиваю, и в этот момент передо мной возникает высокий, широкоплечий парень. Смотрит на меня так, будто я — мусор, который внезапно оказался у него под колёсами. Медленно прихожу в себя и поднимаюсь на ноги.
— Ну и че молчишь?! Ты ещё и немая?!
Слова долетают до меня с запозданием.
И тут до меня доходит: он правда думает, что я его игнорирую.
— Я не заметила, — выдавливаю я.
— Глаза разуй, и уши почисти, — фыркает он язвительно. — Скажи спасибо, что жива осталась.
Если бы он знал… Но говорить о своём дефекте не решаюсь, хотя это могло быть оправданием. Нет, только не для этого мажора. Автоматически касаюсь волос, где спрятан аппарат. Он на месте. Но, судя по всему, дал сбой, и я ничего не услышала.
— С-спасибо… — сбивчиво выдаю я, сама не понимая, за что именно благодарю.
Наверное за то, что осталась жива. Делаю шаг вперёд, но вдруг ощущаю резкую боль. В следующую секунду мир окончательно теряет чёткость… И я падаю.
Смотрит на меня снизу вверх. Недоумение сменяется узнаванием. Взгляд светло-голубых, почти прозрачных глаз становится прохладнее. Чуть поджимает губы, но не отворачивается. Может, ждёт от меня реакции, это ведь я привлёк её внимание. Но я молчу, как контуженный, залипнув на её лице: светлая кожа, россыпь едва заметных веснушек... В первую нашу встречу я запомнил её другой. Сейчас же медленно осознаю, насколько она красивая. Нежная, хрупкая и холодная. И правда, Льдинка.
— Преследуешь меня? — выдаю первое, что приходит в голову.
— Зачем мне это?
В её голосе всё та же прохлада — ни капли интереса или флирта. Я к такому не привык. Любая девчонка, до которой я снисхожу, по щелчку пальцев готова выпрыгнуть из трусов.
Льдинке же всё равно.
Это бесит. Это же цепляет.
— Преследуешь меня? — выдаю первое, что приходит в голову.
— Зачем мне это?
В её голосе всё та же прохлада — ни капли интереса или флирта. Я к такому не привык. Любая девчонка, до которой я снисхожу, по щелчку пальцев готова выпрыгнуть из трусов.
Льдинке же всё равно.
Это бесит. Это же цепляет.
— Тоже не спится, Алина? — тихо спросил отец подруги, протягивая руку.
Я замерла, боясь пошевелиться. Его пальцы, медленно, почти невесомо коснулись моего плеча, а затем скользнули ниже, по воротнику халата. Я почувствовала, как по телу прошла волна дрожи.
— В доме нет света… Я проснулась от грома за окном и пришла выпить воды, — мой голос сорвался на жалкий шепот.
— Выключили, — согласился он, но его это, казалось, совершенно не волновало. Его пальцы продолжали медленно опускаться вниз, ведя по шёлковой ткани, пока не остановились у самой груди. — А мне кажется, дело не в свете. Ты дрожишь, малыш. И эта дрожь... она ведь не от страха бури? Верно?
Я замерла, боясь пошевелиться. Его пальцы, медленно, почти невесомо коснулись моего плеча, а затем скользнули ниже, по воротнику халата. Я почувствовала, как по телу прошла волна дрожи.
— В доме нет света… Я проснулась от грома за окном и пришла выпить воды, — мой голос сорвался на жалкий шепот.
— Выключили, — согласился он, но его это, казалось, совершенно не волновало. Его пальцы продолжали медленно опускаться вниз, ведя по шёлковой ткани, пока не остановились у самой груди. — А мне кажется, дело не в свете. Ты дрожишь, малыш. И эта дрожь... она ведь не от страха бури? Верно?
— Сдавайся, — шепчет мажор, парализуя мою волю. — Обещаю, тебе всё понравится.
Его шёпот запускает горячие импульсы по телу, но я собираю всю волю в кулак и отстраняюсь.
— Никогда, — произношу громко и чётко, глядя прямо в глаза своему врагу. — Ни-ког-да!
— Уверена? — усмехается, обдавая мои губы мятным дыханием. — Учти, дважды я не предлагаю.
***
Макс Горецкий — звезда универа, не знающий отказов. Любая мечтает провести с ним ночь. Любая, кроме меня.
Я искренне ненавижу мир мажоров и стараюсь держаться от них как можно дальше, но однажды на моём пути встаёт самый отбитый из них. Племянник губернатора считает, что всё в этом городе принадлежит ему. И я в том числе…
Его шёпот запускает горячие импульсы по телу, но я собираю всю волю в кулак и отстраняюсь.
— Никогда, — произношу громко и чётко, глядя прямо в глаза своему врагу. — Ни-ког-да!
— Уверена? — усмехается, обдавая мои губы мятным дыханием. — Учти, дважды я не предлагаю.
***
Макс Горецкий — звезда универа, не знающий отказов. Любая мечтает провести с ним ночь. Любая, кроме меня.
Я искренне ненавижу мир мажоров и стараюсь держаться от них как можно дальше, но однажды на моём пути встаёт самый отбитый из них. Племянник губернатора считает, что всё в этом городе принадлежит ему. И я в том числе…
Выберите полку для книги