Книги по тегу «бывшие»: ""
САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА СЕГОДНЯ!!!!
Я стояла у окна и смотрела на серое небо.
На соседней стоянке привычно притормозил его чёрный «Майбах». Тот самый, в котором я когда-то смеялась, босиком закидывая ноги на панель.
Сегодня — я даже не сразу узнала.
Из машины вышла она. Длинные ноги, узкое платье, улыбка… та самая, от которой мужчины теряют голову.
А следом — Влад. Мой муж. Точнее, бывший, хотя бумаги ещё не подписаны.
Он наклонился, что-то сказал ей на ухо, и она звонко засмеялась. Мой смех когда-то звучал так же. Когда я ещё верила, что у нас семья.
— Привет, — он заметил меня в окне, поднял руку в ленивом приветствии, словно я — соседка, а не женщина, с которой прожил шестнадцать лет.
— Мама! — из кухни выбежал Тимка, наш сын, с рисунком в руках. — Папа приехал?
Я сглотнула, выдавила улыбку:
— Да, только… он занят.
Занят, да. Разрушением моего мира.
Послать бы их обоих к черту… Хотя, может просто разрушить то, что они построили на обломках моей семьи?
Звучит как план! Не так
Я стояла у окна и смотрела на серое небо.
На соседней стоянке привычно притормозил его чёрный «Майбах». Тот самый, в котором я когда-то смеялась, босиком закидывая ноги на панель.
Сегодня — я даже не сразу узнала.
Из машины вышла она. Длинные ноги, узкое платье, улыбка… та самая, от которой мужчины теряют голову.
А следом — Влад. Мой муж. Точнее, бывший, хотя бумаги ещё не подписаны.
Он наклонился, что-то сказал ей на ухо, и она звонко засмеялась. Мой смех когда-то звучал так же. Когда я ещё верила, что у нас семья.
— Привет, — он заметил меня в окне, поднял руку в ленивом приветствии, словно я — соседка, а не женщина, с которой прожил шестнадцать лет.
— Мама! — из кухни выбежал Тимка, наш сын, с рисунком в руках. — Папа приехал?
Я сглотнула, выдавила улыбку:
— Да, только… он занят.
Занят, да. Разрушением моего мира.
Послать бы их обоих к черту… Хотя, может просто разрушить то, что они построили на обломках моей семьи?
Звучит как план! Не так
– Эй, пышка! – это не комплимент, а первое, что я слышу, когда мой бывший (но всё ещё законный) муж застревает в деревенской грязи по самые ступицы своего пафосного джипа.
Пять лет брака, пять лет уверенности, что меня любят, несмотря на размер сарафана... пока однажды я не застала супруга в слишком тесном контакте с секретаршей Леночкой.
– У тебя с ней что-то было? Серьёзно?! – и вот я уже мчусь прочь из города на первом попавшемся поезде, подальше от измен, офисных интриг и зеркал в полный рост.
Но мой муж не из тех, кто сдаётся. Он меня и в деревне нашел.
Идеально для тех, кто верит, что настоящая любовь начинается там, где заканчиваются подозрения… и начинаются Мальдивы.
P.S. Ни одна пуговица сарафана не пострадала при написании этой истории. Почти.
Пять лет брака, пять лет уверенности, что меня любят, несмотря на размер сарафана... пока однажды я не застала супруга в слишком тесном контакте с секретаршей Леночкой.
– У тебя с ней что-то было? Серьёзно?! – и вот я уже мчусь прочь из города на первом попавшемся поезде, подальше от измен, офисных интриг и зеркал в полный рост.
Но мой муж не из тех, кто сдаётся. Он меня и в деревне нашел.
Идеально для тех, кто верит, что настоящая любовь начинается там, где заканчиваются подозрения… и начинаются Мальдивы.
P.S. Ни одна пуговица сарафана не пострадала при написании этой истории. Почти.
Маша — простая акушерка родильного отделения в небольшой провинциальной больнице. В каждого появившегося на свет ребенка она вкладывает частичку своей души, несмотря на то, что Бог так и не дал ей самой возможности быть матерью. Ее спокойная и размеренная жизнь резко меняется, когда однажды вместо заслуженного отдыха после тяжелой ночной смены, она получает известие об измене мужа и ни от кого-нибудь, а от его любовницы.
Сможет ли Маша пережить предательство мужа и вновь когда-нибудь полюбить и быть любимой?
Сможет ли Маша пережить предательство мужа и вновь когда-нибудь полюбить и быть любимой?
— Дядя злодей, — дорогу в посёлок мне перекрывают два пацана-близнеца, — а вы бандитник? А скажите чего-нибудь на бандитском?
Это ещё что за местные Аль Капоне без штанов?
Оба лет пяти, оба в тёмных очках.
У одного в руках крапива, у другого… кабачок!
— Бандит я для души, — усмехаюсь, выходя из тачки, — так-то у меня бизнес, фирма строительная… вы зачем дорогу перекрыли, Доны Кабачконе?
— Мы Лобин Гады, — говорит пацан с крапивой, — ой, Лобин Гуды. Защищаем посёлок от плохого дяди. Он хочет посёлок снести и сделать тут дологу и завод.
— А наша мама – главная защитница, — с гордостью заявляет второй пацан с кабачком. — Поможете нам спасти посёлок?
— Помогу, ещё как помогу, — вспоминая про документы на снос в бардачке машины, — а познакомите меня со своей мамой?
В тот момент я ещё не знал, что знакомство с мамой двух бандитов без штанов обернётся настоящей катастрофой и… стоп, а с какого х…утора эти двое Донов Кабачконе заявляют, что я буду их няней?
Это ещё что за местные Аль Капоне без штанов?
Оба лет пяти, оба в тёмных очках.
У одного в руках крапива, у другого… кабачок!
— Бандит я для души, — усмехаюсь, выходя из тачки, — так-то у меня бизнес, фирма строительная… вы зачем дорогу перекрыли, Доны Кабачконе?
— Мы Лобин Гады, — говорит пацан с крапивой, — ой, Лобин Гуды. Защищаем посёлок от плохого дяди. Он хочет посёлок снести и сделать тут дологу и завод.
— А наша мама – главная защитница, — с гордостью заявляет второй пацан с кабачком. — Поможете нам спасти посёлок?
— Помогу, ещё как помогу, — вспоминая про документы на снос в бардачке машины, — а познакомите меня со своей мамой?
В тот момент я ещё не знал, что знакомство с мамой двух бандитов без штанов обернётся настоящей катастрофой и… стоп, а с какого х…утора эти двое Донов Кабачконе заявляют, что я буду их няней?
«Я беременна от твоего мужа. Скоро родится мальчик, о котором так долго мечтал твой неблаговерный! Я на двадцатой неделе беременности.
Да, ты родила ему троих детей. Трёх бесполезных дочек, которых Виктор терпеть не мог! Морозову не нужна ни ты, ни твои девки! Ему нужен наследник! Наследник, которого ему рожу я!
Подруга, не будь дурой и уходи от Морозова по своей воле. Он давно тебя не любит. Все двадцать пять лет вашего брака мы с твоим мужем были любовниками. Теперь, когда мы с любимым, наконец, вместе – не мешай нашему счастью!»
Я не поверила лживому сообщению одинокой подруги, которая всю жизнь завидовала моему семейному счастью. Но тем же вечером я застала мужа и завистливую мерзавку в его офисе. Оба были без одежды…
Я не вынесла предательства, подала на развод и сбежала в деревню, прихватив с собой тайну – нашего сына под моим сердцем. Сына, о котором предателю узнать не суждено.
Да, ты родила ему троих детей. Трёх бесполезных дочек, которых Виктор терпеть не мог! Морозову не нужна ни ты, ни твои девки! Ему нужен наследник! Наследник, которого ему рожу я!
Подруга, не будь дурой и уходи от Морозова по своей воле. Он давно тебя не любит. Все двадцать пять лет вашего брака мы с твоим мужем были любовниками. Теперь, когда мы с любимым, наконец, вместе – не мешай нашему счастью!»
Я не поверила лживому сообщению одинокой подруги, которая всю жизнь завидовала моему семейному счастью. Но тем же вечером я застала мужа и завистливую мерзавку в его офисе. Оба были без одежды…
Я не вынесла предательства, подала на развод и сбежала в деревню, прихватив с собой тайну – нашего сына под моим сердцем. Сына, о котором предателю узнать не суждено.
— Я тебе изменил. И люблю другую.
Растерянно моргаю.
— Какую ещё другую?
— Это не имеет значения, — отрезает.
— Что значит «не имеет значения»? Я думала, мы семья, а ты…
— Перестань драматизировать, Лана. И давай без этих твоих круглых глаз. Не делай вид, что в шоке. Ты же всегда понимала, что слишком скучная для меня. Серая мышка. Будем объективны: ты не дотягиваешь. У тебя лишний вес, эти вечно отросшие корни… Да мне, Лан, элементарно вывести тебя в люди стыдно!
Унижение. Боль. Развод.
Я уехала на стажировку в Париж, увезя с собой тайну под сердцем. А спустя пять лет вернулась, и судьба снова свела нас с бывшим мужем.
У него своя успешная жизнь, у меня — жених.
И нас ничего больше не связывает, кроме близняшек…
Растерянно моргаю.
— Какую ещё другую?
— Это не имеет значения, — отрезает.
— Что значит «не имеет значения»? Я думала, мы семья, а ты…
— Перестань драматизировать, Лана. И давай без этих твоих круглых глаз. Не делай вид, что в шоке. Ты же всегда понимала, что слишком скучная для меня. Серая мышка. Будем объективны: ты не дотягиваешь. У тебя лишний вес, эти вечно отросшие корни… Да мне, Лан, элементарно вывести тебя в люди стыдно!
Унижение. Боль. Развод.
Я уехала на стажировку в Париж, увезя с собой тайну под сердцем. А спустя пять лет вернулась, и судьба снова свела нас с бывшим мужем.
У него своя успешная жизнь, у меня — жених.
И нас ничего больше не связывает, кроме близняшек…
— Если ты решила, что за четыре года я остыл, то сильно ошиблась. Неужели думала, что появишься передо мной, и я захочу тебя вернуть?
— Ты мне не нужен, Романов, - я сжала руки в кулаки и встретила его ледяной взгляд.
— Я превращу твою жизнь в ад, Лина, - от его холодной усмешки внутри все заледенело. — Я предупреждал тебя не попадаться мне на глаза.
Я искала работу, а нашла бывшего мужа. Он обещал уничтожить меня, если я хоть раз окажусь перед ним. И, кажется, готов выполнить свое обещание. Только вот мне очень нужна эта работа. Только благодаря ей я смогу обеспечить своего малыша. Но что делать, если в один миг бывший поймет, что сын похож на него как две капли воды?
— Ты мне не нужен, Романов, - я сжала руки в кулаки и встретила его ледяной взгляд.
— Я превращу твою жизнь в ад, Лина, - от его холодной усмешки внутри все заледенело. — Я предупреждал тебя не попадаться мне на глаза.
Я искала работу, а нашла бывшего мужа. Он обещал уничтожить меня, если я хоть раз окажусь перед ним. И, кажется, готов выполнить свое обещание. Только вот мне очень нужна эта работа. Только благодаря ей я смогу обеспечить своего малыша. Но что делать, если в один миг бывший поймет, что сын похож на него как две капли воды?
— Новый босс Алексей Громов! — Ира аж подпрыгнула, расплескав чай на чей-то отчёт. — Ну, сын одного из акционеров. Помните, он метил на генерального, но что-то там не срослось, и Громов укатил в Европу? А теперь вернулся, весь из себя важный, и будет нами рулить!
Застыла, будто мне в спину воткнули ледяной нож. Алексей Громов. Лёша. Мой Лёша. Тот, кто клялся, что я — его единственная любовь до гроба, а потом свалил, оставив меня с разбитым сердцем и Машей. Моей маленькой тайной, о которой он даже не догадывается.
Что делать? Увольняться и бежать, сломя голову, или остаться и не попадаться на глаза?
Застыла, будто мне в спину воткнули ледяной нож. Алексей Громов. Лёша. Мой Лёша. Тот, кто клялся, что я — его единственная любовь до гроба, а потом свалил, оставив меня с разбитым сердцем и Машей. Моей маленькой тайной, о которой он даже не догадывается.
Что делать? Увольняться и бежать, сломя голову, или остаться и не попадаться на глаза?
Рыжая девочка Алиса протягивает мне листок, на котором что-то написано:
- Вот, мама сказала тебе отдать, если ты меня не согласишься оставить.
Она слегка наклонила голову в бок и сейчас внимательно смотрит на меня.
Протягиваю руку за листком - слегка вздрагиваю, когда пальцы касаются бумаги.
Может ли быть так, чтобы прошлое догнало меня спустя столько лет?
Забираю у неё листок. Там немного - несколько предложений:
"Тимур, Алиса - твоя дочь. Если не веришь, сделай экспертизу. У меня проблемы, поэтому прошу пока забрать её к себе. Я надеюсь, ты не бросишь Алису, если я не смогу вернуться за ней."
И ниже подпись "Кристина".
Такого эффекта у меня не бывало, даже когда в морду били...
- Ты тут живешь? Или что поприличней есть? - интересуется... моя дочь.
- Вот, мама сказала тебе отдать, если ты меня не согласишься оставить.
Она слегка наклонила голову в бок и сейчас внимательно смотрит на меня.
Протягиваю руку за листком - слегка вздрагиваю, когда пальцы касаются бумаги.
Может ли быть так, чтобы прошлое догнало меня спустя столько лет?
Забираю у неё листок. Там немного - несколько предложений:
"Тимур, Алиса - твоя дочь. Если не веришь, сделай экспертизу. У меня проблемы, поэтому прошу пока забрать её к себе. Я надеюсь, ты не бросишь Алису, если я не смогу вернуться за ней."
И ниже подпись "Кристина".
Такого эффекта у меня не бывало, даже когда в морду били...
- Ты тут живешь? Или что поприличней есть? - интересуется... моя дочь.
— Я тебе изменил, Ирина.
— Что?
— Изменил. Переспал с другой… — невозмутимо продолжает муж.
Сердце разбивается на осколки от его жестоких слов.
Воздуха не хватает.
— Как ты мог? — задыхаюсь, перед глазами темнеет. — Предатель!
— Дай сказать, пожалуйста. Хорошие жены не перебивают своих мужей!
В шоке смотрю на мужа: двадцать шесть лет вместе, двое взрослых сыновей.
И он говорит об измене?
— Я был тебе хорошим мужем. Пора вернуть должок, — хмыкает цинично. — Моей дочери требуется помощь, и я решил, что она станет частью нашей семьи... Ты же всегда мечтала о дочке.
— Что?
— Изменил. Переспал с другой… — невозмутимо продолжает муж.
Сердце разбивается на осколки от его жестоких слов.
Воздуха не хватает.
— Как ты мог? — задыхаюсь, перед глазами темнеет. — Предатель!
— Дай сказать, пожалуйста. Хорошие жены не перебивают своих мужей!
В шоке смотрю на мужа: двадцать шесть лет вместе, двое взрослых сыновей.
И он говорит об измене?
— Я был тебе хорошим мужем. Пора вернуть должок, — хмыкает цинично. — Моей дочери требуется помощь, и я решил, что она станет частью нашей семьи... Ты же всегда мечтала о дочке.
Выберите полку для книги