Книги по тегу «властный герой»: ""

– Вы врываетесь ко мне в квартиру с какими-то мешками! Вы ломаете мне дверь! Тащите меня куда-то и заявляете, что вы – мой мужчина! Я ничего не упустила?
– Все так, солнце.
– Да какое я вам солнце? – она всплеснула руками.
– Зубастое. Но симпатишное. Вещи собирай, ты за меня замуж выходишь.
Я встретил ее случайно. Упрямую своевольную докторицу, что вытеснила все мысли. Она пытается сопротивляться, но попробуйте оттащить медведя от меда, если он уже его попробовал.
Все равно моей будешь, бедовая!

Я случайно бросила взгляд на экран телефона мужа, на котором вспыхнуло сообщение от абонента: Сантехник Сан Саныч «Я всё ещё горю от твоих прикосновений!Жду следующего раза. Целую!»
— Что это? 
Аркадий вздрогнул, схватил телефон. 
— Что? А, это... — муж фыркнул, неестественно громко. —Да это какой-то идиот! «Сан Саныч»! Видишь? Я же говорил, нужно менять этого сантехника, он бухает, вот сообщение не туда отправил.
Он произнёс это слишком бойко.
— «Горю от твоих прикосновений»? У сантехников такие поэтические обороты? 
— Ириша, ну что за бред! Это же очевидная ошибка!
В этот момент телефон снова вибрировал вновь. Пришло фото. Я рванулась вперёд и выхватила скользкий корпус из рук мужа.
На экране бесстыже красовалось оголённое женское тело.
— Объясни это, — прошептала я.
— Ты мне не доверяешь? Из-за какого-то дурацкого розыгрыша или ошибки  готова устроить сцену в день нашей годовщины?
В день годовщины муж подарил мне... измену! Ну что же, милый! Развод! Измену не прощу!

- Согласны ли вы, Максим…
- Имя не то! - громыхает Идрис и, буквально оттолкнув моего отца, идет к нам.
- В каком… в каком смысле? - дрожащим голосом спрашивает регистратор.
- В прямом, - переводит на нее тяжелый взгляд. - Мое имя Идрис.
- Но жених…
- И жених я.
- Что? - спрашиваю одним губами. Голос пропал, и я не могу выдавить из себя ни звука.
- Что же ты не рассказал дочери о том, как продал ее три года назад за заводик, м? - спрашивает моего отца.
- Вы кто вообще такие? - спрашиваю с истерикой в голосе.
Он чуть наклоняется, сближая наши лица.
- Я - твой покупатель. Продавец твой отец. Прямо в рифму, - усмехается. - И мать. Продолжайте, - приказывает регистратору. Я срываюсь с места, чтобы побежать к маме, но он хватает меня за локоть и рывком возвращает к алтарю.
- Говори “да”, - рычит он на меня.
- Я не хочу, - качаю головой.
- А я не спрашиваю. И твой отец не спрашивал. Если не скажешь “да”, ему прострелят башку. Ну?

— Жень, а ты мне изменяешь?
Муж давится глотком кофе и таращит на меня покрасневшие глаза. Кашляет, задыхается. Но я ничего не делаю, чтобы помочь.
— Что ты несешь, Алис? Пересмотрела своих мелодрам? Ты у меня единственная и неповторимая, женушка.
Ожидаемо.
— Наверное. Да. Мелодрам.
Мужа тут же отпускает. Он смеется и ерошит мои волосы, как это делают в маленькими детьми, когда умиляются им.
— Мне пора, милая. Буду поздно, — клюет меня в щеку и быстрым шагом уходит из дома.
Но я уже знаю правду. Муж мне изменяет и я сделаю все, чтобы он вышел из моей игры проигравшим. Ведь я не прощаю предателей!

– Нам надо развестись.
Голос мужа холодный и полный презрения. Я же стою ни жива ни мертва.
– Как долго ты мне изменяешь?! – задаю вопрос севшим голосом. Муж качает головой, дергает за галстук, при этом его глаза безотрывно следят за мной.
– Не тот вопрос задаешь, Валь, – отвечает устало.
– А какой правильно задать?! - вновь спрашиваю совсем тихо.
– Надо спрашивать: «Почему?» – муж иронично отвечает, выгибая бровь.
Боль оглушает, и я, словно безвольная кукла, спрашиваю ровно то, что хочет Петр:
– Почему нам надо развестись, Хворостовский?!
– Потому что… моя любовница беременна…

Спустя двадцать лет брака муж завел другую семью, а я развелась, так и не сказав, что вновь беременна. Только однажды муж вновь появляется в моей жизни и требует второй шанс…

— Я сплю с другой женщиной. Полгода. И я хочу развода. — Цинично произносит мой муж.
— Ты… что ты сказал? — Мозг отказывается обрабатывать смысл сказанного.
— У меня есть другая, и у нас все серьезно. И я не хочу больше жить во лжи. Честность — единственное, что я могу тебе предложить сейчас.
— А Настя? Ты о дочке подумал? Что я ей скажу?
— Так уж и быть, — произносит предатель, и эти слова звучат как величайшая милость. — Оставь дочку себе.
***
Развод и успешная попытка собрать всю свою жизнь по кусочкам заново.
Но что может пойти не так, если я снова встречу своего бывшего мужа спустя несколько лет у порога своего дома?

— Ты хотела знать, при чем здесь твой отец.
Я киваю, в горле пересохло – сказать всё равно ничего не смогу.
— Он убил мою невесту, — произносит Тимур медленно, отчетливо. — Он сбил ее на машине, и она умерла на месте.
Мир рушится.
— Я его не знала, — шепчу. — Я вообще его ни разу в жизни не видела! Я тут ни при чем.
Тимур подается вперед.
— На Кавказе есть закон крови. Твой отец забрал у меня невесту — я заберу его дочь.
— Это… безумие. Так не бывает! Мы живем в двадцать первом веке!
— Бывает и в двадцать первом веке, и никто меня не остановит.
– Вы собираетесь меня… убить? – все же уточняю я.
– Нет. Я собираюсь на тебе жениться и буду делать с тобой, что пожелаю. А потом сделаю второй женой или третьей. Дальше я еще не решил. Пока побудешь моей игрушкой. У тебя нет выбора. И лучше бы ты это поняла сразу.

- Я разлюбил тебя давно, ещё когда ты родила, Алёна, - каждое слово мужа как нож в сердце. - А дочь никогда не любил. Но я заберу её при разводе.
- Игорь, мерзавец, ты не можешь так поступить!
- Могу, - усмехается предатель-муж, - при разводе я отомщу, заберу у тебя всё, Алёна. Как ты собираешься воспитывать дочь, если останешься с голой задницей...
- Не останусь, за меня есть кому вступиться!
- Не смеши! Кому ты нужна, фригидная бесчувственная клуша, которая не может удовлетворить мужа... ну ничего, теперь у меня есть новая любовь, она родит мне желанного ребёнка. А ещё я сделаю всё, чтобы дочь называла мамой её, а не тебя.

– Мне жаль, Камила. Я желал тебе другой судьбы, дочка, но обстоятельства сильнее меня.
– Нет! – это слово вырывается из меня хриплым шепотом. – Ты обещал! – кричу уже во всю силу.
Мне восемнадцать и, казалось, что жизнь только начинается.
– Я не хочу замуж! Не хочу за какого-то дикого горца! Мы не в средневековье, пап!
Я кричу, плачу, трясусь от ярости и бессилия. Но ничего не могу изменить.
Мой истеричный крик безжалостно разбивается о каменную стену традиций и суровой необходимости.
– Только Саидов может дать нам защиту. И цена за эту защиту – ты, Камила. И ты выйдешь замуж за Карима уже завтра.

— Денис, ты три года мне врал! У тебя есть ребенок от другой женщины!
— Не кричи на меня, — обрывает он резко. — Я ничего тебе не должен объяснять.
— Как это не должен? Я твоя жена!
— Моя жена, — он усмехается, но улыбка получается холодной, неприятной. — И что ты мне дала как жена? Детей? Нет. Поддержку в бизнесе? Тоже нет. Ты просто сидишь дома, переводишь свои бумажки и ждешь, пока я все обеспечиваю.
Его слова бьют больнее пощечины.
— Я не могла забеременеть! Мы же пытались!
— Ты не могла. А вот Кристина смогла, — он садится в кресло напротив кровати, закидывает ногу на ногу. Полная противоположность переживающему и кающемуся мужу. — С первого раза смогла.

***
Судьба приготовила для меня много подарков, но, пожалуй, самый неприятный, — эта наша встреча спустя три года, изменившая всё...