Книги по тегу «властный герой»: ""
Четырнадцать дней до нашей свадьбы.
Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её.
Лунный свет падает на смятую простынь. Никита лежит на боку, спиной ко мне. Его рука небрежно, по-хозяйски лежит на девичьей талии. Из-за его плеча выглядывает лицо, которое я знаю с детства.
Карина.
Моя сводная сестра.
Её рука обвивает шею Никиты. Ее губы касаются его губ. Они замерли в поцелуе.
Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её.
Лунный свет падает на смятую простынь. Никита лежит на боку, спиной ко мне. Его рука небрежно, по-хозяйски лежит на девичьей талии. Из-за его плеча выглядывает лицо, которое я знаю с детства.
Карина.
Моя сводная сестра.
Её рука обвивает шею Никиты. Ее губы касаются его губ. Они замерли в поцелуе.
— Что Вы здесь делаете?
— Тебя жду, — хищно скалится босс, скользя взглядом по моей фигуре.
— Решили признать, что были неправы?
— Нет, — качает головой и рывком притягивает меня к себе.
— Отпустите!
— Ненавижу рыжих, — хрипит он мне в ухо, пока его лапища нагло пробирается под подол платья. — Но на одну ночь готов сделать исключение.
У моего босса пунктик. Он терпеть не может рыжих — не только девушек, а всё, что связано с этим цветом. Считает, что это к неудаче. И чтобы устроиться на должность его помощницы, мне пришлось пойти на хитрость. А ещё я намерена доказать ему обратное.
Я ведь его предупреждала: «Никогда не говори никогда».
— Тебя жду, — хищно скалится босс, скользя взглядом по моей фигуре.
— Решили признать, что были неправы?
— Нет, — качает головой и рывком притягивает меня к себе.
— Отпустите!
— Ненавижу рыжих, — хрипит он мне в ухо, пока его лапища нагло пробирается под подол платья. — Но на одну ночь готов сделать исключение.
У моего босса пунктик. Он терпеть не может рыжих — не только девушек, а всё, что связано с этим цветом. Считает, что это к неудаче. И чтобы устроиться на должность его помощницы, мне пришлось пойти на хитрость. А ещё я намерена доказать ему обратное.
Я ведь его предупреждала: «Никогда не говори никогда».
Не соображаю, где нахожусь.
Жесткое что-то под спиной, и такое чувство, что… Да нет, не может быть.
– Просыпайся, дорогуша, – на меня обрушивается бархатный баритон моего зама.
Я открываю глаза и понимаю, что…
– Ты меня привязал, да?
– Ну ты же хотела мой стол, мой кабинет, мое внимание. Получишь все в полном объеме.
– Что ты собрался со мной делать?
Он показывается мне на глаза. Это не просто встреча без галстуков. Это встреча без ничего.
– Перевоспитывать, – отвечает жестко и разрывает зубами золотистую фольгу.
Жесткое что-то под спиной, и такое чувство, что… Да нет, не может быть.
– Просыпайся, дорогуша, – на меня обрушивается бархатный баритон моего зама.
Я открываю глаза и понимаю, что…
– Ты меня привязал, да?
– Ну ты же хотела мой стол, мой кабинет, мое внимание. Получишь все в полном объеме.
– Что ты собрался со мной делать?
Он показывается мне на глаза. Это не просто встреча без галстуков. Это встреча без ничего.
– Перевоспитывать, – отвечает жестко и разрывает зубами золотистую фольгу.
Меня похитил враг моего отца! Я думала, папа спасет меня, но оказывается он отдал меня за долги, и теперь я во власти жестокого монстра...
В тексте есть:
🔥 Властный герой босс мафии
🎀 Невинная героиня
🖤 Разница в возрасте
💋 Горячие сцены
🏝️ Хэппи-энд
В тексте есть:
🔥 Властный герой босс мафии
🎀 Невинная героиня
🖤 Разница в возрасте
💋 Горячие сцены
🏝️ Хэппи-энд
— Я ухожу. У меня есть другая, она беременна от меня, — холодно бросил мой муж, с которым я прожила столько лет душа в душу.
— Вадим, ты в уме? — я попятилась. — Готов перечеркнуть тридцать лет брака, ради какой-то молодухи?
— Она не какая-то, — защищая ее произнёс,— Она — моя невеста. А «нас» нет давно. Ты была для меня просто привычкой. Близость с тобой… как пользоваться вещью, которая износилась. Надоела. Мне хочется яркой жизни, а не этой пыльной привычки.
— Убирайся! — сорвался на крик мой голос.
***
Я училась жить заново. Пока однажды двери моего родильного отделения не распахнулись…
На каталке — она. Его новая "невеста" с преждевременными схватками. А за ней — он, с мольбой в глазах. Теперь жизнь их ребенка в моих руках. В руках женщины, которую он назвал "пыльной привычкой"».
— Вадим, ты в уме? — я попятилась. — Готов перечеркнуть тридцать лет брака, ради какой-то молодухи?
— Она не какая-то, — защищая ее произнёс,— Она — моя невеста. А «нас» нет давно. Ты была для меня просто привычкой. Близость с тобой… как пользоваться вещью, которая износилась. Надоела. Мне хочется яркой жизни, а не этой пыльной привычки.
— Убирайся! — сорвался на крик мой голос.
***
Я училась жить заново. Пока однажды двери моего родильного отделения не распахнулись…
На каталке — она. Его новая "невеста" с преждевременными схватками. А за ней — он, с мольбой в глазах. Теперь жизнь их ребенка в моих руках. В руках женщины, которую он назвал "пыльной привычкой"».
Регина знала своё место. За прилавком. В тени. Пятьдесят четвертый размер — не тот, из-за которого мужчины оборачиваются. Бывший так и сказал, уходя: стройная девушка на руке — это статус. А ты...
Она не договорила за ним. Больно было и так.
Беслановы — два брата, два хозяина «Кавказского двора» — смотрели сквозь неё полтора года. Пока однажды вечером Аслан не остался после закрытия. Из-за накладной. Якобы.
Тридцать два граната. Не тридцать три.
Он солгал. Она знала. И всё равно не ушла.
Теперь её хотят оба.
Они не делят её. Они делят её на двоих.
Кавказцы не выбрасывают своих женщин. Они забирают. Навсегда.
18+ Жёсткая эротика. Два альфа-героя. Для тех, кто хочет большего, чем один мужчина может дать.
Она не договорила за ним. Больно было и так.
Беслановы — два брата, два хозяина «Кавказского двора» — смотрели сквозь неё полтора года. Пока однажды вечером Аслан не остался после закрытия. Из-за накладной. Якобы.
Тридцать два граната. Не тридцать три.
Он солгал. Она знала. И всё равно не ушла.
Теперь её хотят оба.
Они не делят её. Они делят её на двоих.
Кавказцы не выбрасывают своих женщин. Они забирают. Навсегда.
18+ Жёсткая эротика. Два альфа-героя. Для тех, кто хочет большего, чем один мужчина может дать.
В свой день рождения я застала мужа с любовницей прямо на его рабочем столе. Я пережила предательство и развод. И больше не собираюсь быть хорошей девочкой, которая всё терпит и всех понимает. Я решила начать всё с чистого листа. И даже не подозревала, что одна случайная ночь изменит мою судьбу.
Потому что встретила мужчину, который перевернул мой мир.
— Ты моя истинная. Моя женщина. Моя жена.
Потому что встретила мужчину, который перевернул мой мир.
— Ты моя истинная. Моя женщина. Моя жена.
В день, когда Арман Рейнар решил избавиться от жены, он сделал это красиво: перед Советом Драконов, при свидетелях, с холодными словами и новой избранницей за спиной.
Три года Элиана была удобной женой. Молчала, терпела, спасала честь его дома и верила, что однажды её всё-таки увидят не как бесполезное приложение к великому роду.
Но вместо свободы ей досталось последнее унижение — заброшенный Зимний сад, мёртвое владение Рейнаров, где давно ничего не цветёт и куда не заходят даже слуги.
Арман думал, что сад сломает её окончательно.
Он ошибся.
Потому что стоило Элиане переступить порог, как мёртвые розы проснулись. Сад признал в ней хозяйку. А вместе с ним проснулись древние тайны, чужие клятвы и проклятие, которое может уничтожить не только её бывшего мужа, но и весь драконий род.
Теперь Арман хочет вернуть контроль. Совет хочет подчинить сад. А Элиана впервые в жизни больше не собирается быть полезной чужому дому.
Три года Элиана была удобной женой. Молчала, терпела, спасала честь его дома и верила, что однажды её всё-таки увидят не как бесполезное приложение к великому роду.
Но вместо свободы ей досталось последнее унижение — заброшенный Зимний сад, мёртвое владение Рейнаров, где давно ничего не цветёт и куда не заходят даже слуги.
Арман думал, что сад сломает её окончательно.
Он ошибся.
Потому что стоило Элиане переступить порог, как мёртвые розы проснулись. Сад признал в ней хозяйку. А вместе с ним проснулись древние тайны, чужие клятвы и проклятие, которое может уничтожить не только её бывшего мужа, но и весь драконий род.
Теперь Арман хочет вернуть контроль. Совет хочет подчинить сад. А Элиана впервые в жизни больше не собирается быть полезной чужому дому.
- Да, я люблю другую женщину, но это ничего не меняет, - спокойно произносит муж так, будто выносит приговор. - Ты живешь на мои деньги, в моем доме, на моих условиях. Ты остаешься моей женой и будешь с этим жить.
- Ты серьезно думаешь, что я буду это терпеть? - мой голос дрожит, но я все еще держусь, глядя на мужа, который даже не пытается скрыть правду.
- У тебя нет выбора!..
Спустя двадцать два года брака оказалось, что вся моя жизнь была удобной иллюзией. Меня годами использовали и держали рядом ради комфорта.
А мои собственные дети встали на сторону отца, потому что деньги оказались важнее матери.
Но я больше не та удобная жена. Не тихая прислуга. Не часть чьей-то красивой жизни.
Теперь я та, кто забирает у них все, что они считали своим...
- Ты серьезно думаешь, что я буду это терпеть? - мой голос дрожит, но я все еще держусь, глядя на мужа, который даже не пытается скрыть правду.
- У тебя нет выбора!..
Спустя двадцать два года брака оказалось, что вся моя жизнь была удобной иллюзией. Меня годами использовали и держали рядом ради комфорта.
А мои собственные дети встали на сторону отца, потому что деньги оказались важнее матери.
Но я больше не та удобная жена. Не тихая прислуга. Не часть чьей-то красивой жизни.
Теперь я та, кто забирает у них все, что они считали своим...
– Куда ты меня тащишь, неотесанный дикарь?
– На сеновал! Жизни учить буду.
***
Муж притащил меня в деревню. Там я познакомилась весьма неприлично с его братом. Вот же неотесанная деревенщина! Ненавижу его, но этому деревенскому неандертальцу плевать. Он тащит меня на сеновал!
– На сеновал! Жизни учить буду.
***
Муж притащил меня в деревню. Там я познакомилась весьма неприлично с его братом. Вот же неотесанная деревенщина! Ненавижу его, но этому деревенскому неандертальцу плевать. Он тащит меня на сеновал!
Выберите полку для книги