Книги по тегу «властный герой»: ""
- Ты переспал со мной и исчез. А когда я позвонила, сказал, что такая как я, тебя недостойна. А теперь вернулся с невестой. И думаешь, что мы можем продолжить?
- Я мог ошибаться.
- В любом случае, ты скоро женишься.
Хочу уйти, но он хватает меня за руку.
- Олеся, погоди, ещё вопрос…
Я знаю, о чём он спросит. И всё внутри меня замирает от страха. Я совру, но он ведь может догадаться.
- Твои близнецы, Олеся. Они… от кого?
- От мужа, - вру я, ведь никакого мужа у меня нет. И показываю ему липовое колечко на своём пальце.
Рустем Ибрагимов опускает взгляд на мою руку, по его лицу мелькает наглая усмешка.
- Уверена, что это так?
- Я мог ошибаться.
- В любом случае, ты скоро женишься.
Хочу уйти, но он хватает меня за руку.
- Олеся, погоди, ещё вопрос…
Я знаю, о чём он спросит. И всё внутри меня замирает от страха. Я совру, но он ведь может догадаться.
- Твои близнецы, Олеся. Они… от кого?
- От мужа, - вру я, ведь никакого мужа у меня нет. И показываю ему липовое колечко на своём пальце.
Рустем Ибрагимов опускает взгляд на мою руку, по его лицу мелькает наглая усмешка.
- Уверена, что это так?
Он ворвался в мою жизнь вместе с холодным дождем — огромный, злой, пахнущий опасностью и дорогим парфюмом. Виталий Медведев. Человек, который не привык слышать «нет». Он перепутал адреса и принял меня, обычную официантку, за ту, что должна была скрасить его вечер.
Я пыталась сопротивляться, пыталась объяснить, что произошла ошибка. Но Медведь не слушает. Он просто закинул меня на плечо и присвоил себе, решив, что моя «невинность» — это всего лишь часть ролевой игры.
Теперь я заперта в его роскошном лофте. Он груб, невыносим и ревнив до безумия. Он называет меня своей «булочкой» и обещает научить подчиняться. Я должна его ненавидеть, но почему-то каждый раз, когда его огромные ладони касаются моей кожи, я забываю, как дышать.
В тексте вас ждут:
• Властный и очень грубый герой (но только до тех пор, пока не влюбится по уши);
• Нежная героиня с пышными формами
• Ошибка, изменившая всё;
• Противостояние характеров, юмор и очень горячие сцены.
Я пыталась сопротивляться, пыталась объяснить, что произошла ошибка. Но Медведь не слушает. Он просто закинул меня на плечо и присвоил себе, решив, что моя «невинность» — это всего лишь часть ролевой игры.
Теперь я заперта в его роскошном лофте. Он груб, невыносим и ревнив до безумия. Он называет меня своей «булочкой» и обещает научить подчиняться. Я должна его ненавидеть, но почему-то каждый раз, когда его огромные ладони касаются моей кожи, я забываю, как дышать.
В тексте вас ждут:
• Властный и очень грубый герой (но только до тех пор, пока не влюбится по уши);
• Нежная героиня с пышными формами
• Ошибка, изменившая всё;
• Противостояние характеров, юмор и очень горячие сцены.
—Пока я в больнице после выкидыша лежала — ты с другой был, любовницу нашел, мне изменял, — вырвалось с обидой, а ладонь сжимала телефон мужа до хруста и боли в пальцах.
Муж демонстративно фыркнул и продолжил смотреть на дорогу.
— Мужчины по-разному переживают горе и сбрасывают стресс. Кто-то с женами сидит, а кто-то вторые семьи заводит. Я не завел. А это, — муж показательно кивнул на свой телефон, с которого еще час назад пришло сообщение от его любовницы,— даже объясняться не стану. Ты умная у меня, не станешь же из -за глупостей истерить.
—Нет, стану,— слезы наворачивались на глаза. —Я считала тебя верным, а ты предал. Зачем мне такой муж?
Муж остановил машину и резко повернулся ко мне.
— Зачем мне такая жена, которая не умеет держать язык за зубами и не провоцировать своего мужа за рулем?— зарычал, глядя в глаза. — Выходи и подумай над своим поведением. Поговорим, когда ты остынешь и будешь готова слушать…
Муж демонстративно фыркнул и продолжил смотреть на дорогу.
— Мужчины по-разному переживают горе и сбрасывают стресс. Кто-то с женами сидит, а кто-то вторые семьи заводит. Я не завел. А это, — муж показательно кивнул на свой телефон, с которого еще час назад пришло сообщение от его любовницы,— даже объясняться не стану. Ты умная у меня, не станешь же из -за глупостей истерить.
—Нет, стану,— слезы наворачивались на глаза. —Я считала тебя верным, а ты предал. Зачем мне такой муж?
Муж остановил машину и резко повернулся ко мне.
— Зачем мне такая жена, которая не умеет держать язык за зубами и не провоцировать своего мужа за рулем?— зарычал, глядя в глаза. — Выходи и подумай над своим поведением. Поговорим, когда ты остынешь и будешь готова слушать…
Я врач-реабилитолог, привыкшая спасать безнадежных спортсменов. Один неверный шаг, я погибаю в своем мире. Очнувшись в теле нелюбимой бастардки Изабеллы — полной и неуклюжей девушки, которую родной отец продает замуж за сурового лорда-победителя, понимаю, что это теперь моя новая реальность. Смогу ли я выжить в этих новых условиях?
— Я не хочу, чтобы ты уходила, — сказал он тихо.
Генерал. Человек, который двадцать лет не показывал слабость. Который командовал, приказывал, молчал. И сейчас — стоял передо мной и говорил слова, которые явно стоили ему больше любого боя.
— Я не уйду, — ответила я.
Я пришла в эту квартиру в розовых тапочках и чужой куртке. Муж назвал меня пустым местом и выгнал под дождь. Сестра спала с ним за моей спиной. Мама сказала: «Терпи, он тебя обеспечивает».
Я не стала терпеть.
Я отказалась от всего. От денег, от прошлого, от людей, которые предали.
Кроме него.
Он генерал. Старший брат мужа. Тот, кого боялись все — и мой бывший, и его мать, и половина города. Но со мной он был другим. Он гладил меня, когда я плакала. Он говорил: «Ты не пустое место». Он не уехал, хотя мог.
Генерал. Человек, который двадцать лет не показывал слабость. Который командовал, приказывал, молчал. И сейчас — стоял передо мной и говорил слова, которые явно стоили ему больше любого боя.
— Я не уйду, — ответила я.
Я пришла в эту квартиру в розовых тапочках и чужой куртке. Муж назвал меня пустым местом и выгнал под дождь. Сестра спала с ним за моей спиной. Мама сказала: «Терпи, он тебя обеспечивает».
Я не стала терпеть.
Я отказалась от всего. От денег, от прошлого, от людей, которые предали.
Кроме него.
Он генерал. Старший брат мужа. Тот, кого боялись все — и мой бывший, и его мать, и половина города. Но со мной он был другим. Он гладил меня, когда я плакала. Он говорил: «Ты не пустое место». Он не уехал, хотя мог.
- Руки уберите! Что вы делаете в моём номере?
- Тише красивая, хорошо лежишь! Не двигайся, тебе понравится!
Откуда в запертой комнате взялся большой и наглый кавказец?
- Я сейчас вызову полицию...
- Она тебе не поможет, пышка! В этом городе полиция подчиняется мне. И ты тоже подчинишься...
Этот кавказский мерзавец ворвался в мой номер в отеле и решил, что я его подарок на четырнадцатое февраля!
И, что самое подлое, вскоре от этого бородатого наглеца будет зависеть не только моя судьба, но и жизнь очень близкого для меня человека...
- Тише красивая, хорошо лежишь! Не двигайся, тебе понравится!
Откуда в запертой комнате взялся большой и наглый кавказец?
- Я сейчас вызову полицию...
- Она тебе не поможет, пышка! В этом городе полиция подчиняется мне. И ты тоже подчинишься...
Этот кавказский мерзавец ворвался в мой номер в отеле и решил, что я его подарок на четырнадцатое февраля!
И, что самое подлое, вскоре от этого бородатого наглеца будет зависеть не только моя судьба, но и жизнь очень близкого для меня человека...
— Настя, это не то, что ты думаешь, — говорит он.
Из меня вырывается смех.
— Серьёзно, Тимур? — Мой голос спокоен.
Надя вскакивает, хватает платье. Руки дрожат, пальцы не попадают в лямки.
— Это случайно получилось, мы просто…
— Случайно? Ты случайно оказалась в моей квартире? В моей постели? С моим женихом? Что именно было случайным, Надя?
— Хватит драматизировать, — бросает он. — Ты всё равно это раздуешь.
— Она — никто, — вдруг добавляет он, даже не глядя на неё.
Надя вздрагивает всем телом. На её лице боль женщины, которую назвал «никем» мужчина, ради которого она предала подругу.
***
Вы предали меня, растоптали. И снова, как в детстве, только скрипка и дикий, звериный холод, от которого сводит пальцы. Музыку, как и любовь, можно заглушить криком, унижением, ложью. Но она не исчезнет. Уйдет вглубь. Затаится. И когда все голоса замолкнут — вернётся. Потому что эта мелодия — я сама. И когда молчание закончится, я зазвучу так громко, что вы оба пожалеете.
Из меня вырывается смех.
— Серьёзно, Тимур? — Мой голос спокоен.
Надя вскакивает, хватает платье. Руки дрожат, пальцы не попадают в лямки.
— Это случайно получилось, мы просто…
— Случайно? Ты случайно оказалась в моей квартире? В моей постели? С моим женихом? Что именно было случайным, Надя?
— Хватит драматизировать, — бросает он. — Ты всё равно это раздуешь.
— Она — никто, — вдруг добавляет он, даже не глядя на неё.
Надя вздрагивает всем телом. На её лице боль женщины, которую назвал «никем» мужчина, ради которого она предала подругу.
***
Вы предали меня, растоптали. И снова, как в детстве, только скрипка и дикий, звериный холод, от которого сводит пальцы. Музыку, как и любовь, можно заглушить криком, унижением, ложью. Но она не исчезнет. Уйдет вглубь. Затаится. И когда все голоса замолкнут — вернётся. Потому что эта мелодия — я сама. И когда молчание закончится, я зазвучу так громко, что вы оба пожалеете.
~БЕСПЛАТНО~
Для окружающих он – Бес, а для меня лучший друг Костя. Наглый, безбашенный, бабник и неисправимый холостяк. Однажды он помог мне, подобрал буквально с улицы и приютил, а я безумно в него влюбилась. Каждый раз, когда он с другой, моё сердце рвётся на части, но единственное, что я могу себе позволить - это дружбу с ним.
– Ань, ты серьёзно? – шепчет Костя, склонившись надо мной.
– Конечно, мне уже скоро двадцать пять, пора замуж.
– Так ты выходишь замуж за него, потому что пора, или потому что любишь?
Хочу сказать: "Потому что люблю тебя", но язык не поворачивается.
Да и что это даст?
Он ведь никогда не полюбит меня, потому что уже любит другую.
Для окружающих он – Бес, а для меня лучший друг Костя. Наглый, безбашенный, бабник и неисправимый холостяк. Однажды он помог мне, подобрал буквально с улицы и приютил, а я безумно в него влюбилась. Каждый раз, когда он с другой, моё сердце рвётся на части, но единственное, что я могу себе позволить - это дружбу с ним.
– Ань, ты серьёзно? – шепчет Костя, склонившись надо мной.
– Конечно, мне уже скоро двадцать пять, пора замуж.
– Так ты выходишь замуж за него, потому что пора, или потому что любишь?
Хочу сказать: "Потому что люблю тебя", но язык не поворачивается.
Да и что это даст?
Он ведь никогда не полюбит меня, потому что уже любит другую.
— Это так ты "допрос" ведешь, господин прокурор? — с сарказмом спрашиваю мужа, застав его с любовницей на работе.
— Имей уважение и не забывай, где ты находишься. Не позорь меня! — рявкает муж, поправляя ворот рубашки. — Тебе, видимо, в декрете скучно живется. Не знаешь, куда себя деть.
— Ну конечно! Я же не кувыркаюсь в кабинете со всем подряд. А я, на секундочку подумала, это прокуратура, а не бордель.
— Еще слово и...
— Не переживай, никаких слов не будет. Я увидела, что хотела! И почувствовала себя полной дурой, обед тебе привезла и дочку, чтобы она тебя перед сном увидела. А ты... — слезы наворачиваются на глаза.
— А я работаю! — рявкает Саша в ответ. — Обеспечиваю нашу семью! А ты, видимо, забыла свое место. Так я напомню! Оно дома, на кухне, у плиты. Ты должна быть ждущей и верной — истинной женой прокурора, а не пытаться шпионить за своим мужем, которому иногда просто нужно сбросить напряжение во время долгого рабочего дня.
— Имей уважение и не забывай, где ты находишься. Не позорь меня! — рявкает муж, поправляя ворот рубашки. — Тебе, видимо, в декрете скучно живется. Не знаешь, куда себя деть.
— Ну конечно! Я же не кувыркаюсь в кабинете со всем подряд. А я, на секундочку подумала, это прокуратура, а не бордель.
— Еще слово и...
— Не переживай, никаких слов не будет. Я увидела, что хотела! И почувствовала себя полной дурой, обед тебе привезла и дочку, чтобы она тебя перед сном увидела. А ты... — слезы наворачиваются на глаза.
— А я работаю! — рявкает Саша в ответ. — Обеспечиваю нашу семью! А ты, видимо, забыла свое место. Так я напомню! Оно дома, на кухне, у плиты. Ты должна быть ждущей и верной — истинной женой прокурора, а не пытаться шпионить за своим мужем, которому иногда просто нужно сбросить напряжение во время долгого рабочего дня.
⚡️ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ⚡️
Я сидел на скамейке и разглядывал покореженный столб. Четыре месяца назад на полном ходу в него влетел мой джип. Я запомнил мало что. Боль, скручивающую тело. Кровь, заливающую глаза. Хрип пробитых легких. А потом голос:
— В сторону! Я врач!
Уже после, в реанимационной палате, я узнал, что она спасла мне жизнь. Без ее помощи я бы не дождался скорой. И почему-то сразу, прийдя в себя после аварии, знал, что должен ее найти.
Тогда я еще не понимал, как причудливо переплелись наши судьбы. Не догадывался, что мне придется дорого за это заплатить. Еще не успел заметить на ее пальце обручальное кольцо…
Я сидел на скамейке и разглядывал покореженный столб. Четыре месяца назад на полном ходу в него влетел мой джип. Я запомнил мало что. Боль, скручивающую тело. Кровь, заливающую глаза. Хрип пробитых легких. А потом голос:
— В сторону! Я врач!
Уже после, в реанимационной палате, я узнал, что она спасла мне жизнь. Без ее помощи я бы не дождался скорой. И почему-то сразу, прийдя в себя после аварии, знал, что должен ее найти.
Тогда я еще не понимал, как причудливо переплелись наши судьбы. Не догадывался, что мне придется дорого за это заплатить. Еще не успел заметить на ее пальце обручальное кольцо…
Выберите полку для книги