Книги по тегу «врачи»: ""

— Я не хотел, чтобы ты так узнала.
Ни оправданий. Ни «прости».
— Она — мой врач, Ром. Я плакала у неё в кабинете, рассказывала, как хочу от тебя ребёнка. А вечером она ложилась под тебя, и вы вдвоём решали, что мне сказать.
— Хочешь честно? — В голосе — холодная сталь. — Три года в этом доме не было женщины. Было расписание. Я мужчина, а не донор в твоём процессе.
— Как мило.
— Чего ты хочешь? Развод? — цинично усмехается муж, застёгивая чемодан. Завтра он летит к ней. — Ты не работаешь семь лет. Тебе некуда идти, и забирать тебе нечего. Успокойся, выспись. Люди живут и не с таким.
— Ничего, — тихо отвечаю я. — Просто запоминаю тебя таким. Пригодится.
***
Муж уверен: мне некуда идти, я никуда не денусь.
Он ошибся дважды. Я уйду — с тем, о чём он даже не догадывается: под сердцем у меня бьётся его ребёнок.
И он не узнает… Никогда…

‼️‼️‼️ЗАВЕРШЕНО‼️‼️‼️
— Я подал на развод. Просто нажми согласие в госуслугах и ты свободна.
— Кир, ты шутишь? — выдыхаю я, чувствуя, как мир рушится. — Мы же только недавно поженились!
Гудки. Заблокированный номер. Десять лет я жила с мыслью, что он бросил меня, и не понимала, почему. Десять лет я оплакивала его в глубине души, пока война не свела нас снова.
Теперь я хирург-доброволец. Оперирую в полевом госпитале и учусь жить заново. Но однажды на мой операционный стол попадает полковник с осколочным ранением в грудь. И я узнаю в нём того, кто когда-то был моим мужем.
Я заношу скальпель. Его жизнь — в моих руках. И я очень хочу знать, почему же он развёлся со мной?

– Марк, мне показалось… – сажусь в машину к мужу, – или я видела сегодня у вас в отделении Жанну? Ту самую.
– Жанну?
– Не притворяйся, что не понял, о ком я.
– Ааа… Жанна. Ну да и что?
– Она что теперь у вас работает?
– Да, – пожимает плечами и трогается с места.
– Почему не сказал?
– Алин, ты серьезно?.. Я должен тебе теперь все докладывать? Кто пришел, кто ушел, кто простыл?
– Она не просто кто-то, Марк. Она твоя бывшая.
– Ты сама правильно сказала – бывшая. А у меня есть ты. Не надо сцен. Не я ее устраивал к нам. Не нравится что-то иди к главврачу. Она его дочь, если ты забыла.
Забудешь такое…
– И, между прочим, это даже хорошо. Я стараюсь ради нашего будущего. А ты смотришь только в радиусе метра вокруг себя.
– И как ты стараешься, можно узнать?

– Ну что же вы стоите, идиоты?! – кричит беременная на операционном столе. – Спасите моего ребёнка! Вы знаете, кто его отец?!
Я знаю.
Отец – мой муж. А мать – его первая любовь.
– Дай угадаю, ты хочешь извинений? – лениво тянет муж. – Чтобы я оправдывался.
– Ты изменил мне! – задыхаюсь. – У тебя родился ребёнок! От другой! И ты мне предлагаешь это проглотить?
– Да. – Родион в упор смотрит на меня. – Ты терпила, Ник. А людям моего статуса позволено многое. Не бойся, на твой крем для лица за сто рублей хватит.
– Мог бы для приличия соврать, что любишь меня, – шепчу.
– Ты никто, – усмехается. – Врач в заштатном роддоме. Пустышка. Ты не можешь мне родить восемь лет. А Лена родила. У меня есть готовый ребёнок. Твоя матка мне больше не нужна.

Я узнала о беременности в тот день, когда у мужа родился сын от его первой любви.
Но развода не будет. Муж хочет две семьи. А свекровь и друзья – заменить меня на Леночку.
А ведь он даже не представляет, что на самом деле его ждёт...

Я всегда считала себя просто пышкой, которую мужчины не замечают, пока однажды не переступила порог кабинета главврача — и моя жизнь превратилась в бесконечную ночь одержимости, стыда и животного желания. Он увидел во мне не просто тело, а игрушку, готовую на всё, и я сгорала от унижения, но каждую ночь умоляла о продолжении, получая удовольствие от одного только воспоминания о его голосе.

— Катя, я устал. Хватит меня допрашивать.

Слова бьют неожиданно резко. Сажусь напротив, разглядываю его лицо: усталое, замкнутое, будто закрытая дверь.

— Это не допрос. Просто спрашиваю, как прошёл день.

— День прошёл нормально. Работал. Что ещё рассказать?

Молчу, кладу себе салат на тарелку. Телефон у него на столе вибрирует. Один раз, потом ещё. Миша быстро переворачивает его экраном вниз, ловким движением, будто делал так тысячу раз. Может, и делал.

— Кто пишет? — спрашиваю максимально ровным тоном, стараясь звучать как обычный интерес, а не подозрение.

— Работа. Проект горит, — говорит он, беря вилку.

— В такое время?

— Катя, у нас международный заказчик. У них другой часовой пояс. Что тут непонятного?

От осознания происходящего у меня земля уходит из под ног. Это не может быть он...
– Анастасия Николаевна, очнитесь, – медсестра тормошит меня за плечо.
– Этого не может быть, нет, – отказываюсь верить в произошедшее.
Ещё вчера мы с заведующим горячо спорили о тяжёлом пациенте, а сегодня Колмогоров сам попал в автокатастрофу. И счёт идёт на минуты.
Закрываю мокрое от слёз лицо руками.
Ведь сейчас я – единственный свободный врач в отделении. И мне придётся сделать всё ради того, чтобы спасти моего начальника.
Не только начальника, но и любимого. Гениального нейрохирурга, который научил меня всему, что знает сам.
Руки дрожат. Если я не справлюсь?! В голове всплывает образ Колмогорова и его последние слова, которые он сказал мне.
«Ты будешь отличным нейрохирургом, Яхонтова».
По щеке бежит слеза, а руки сами по себе сжимаются в кулаки.
Я смогу.
Я спасу тебя, моя любовь.
– Сестра! Готовьте операционную!

После операции выхожу в коридор и слышу, как одна из младших сестер обсуждает что-то вполголоса, даже не замечая, что я здесь же, в нескольких метрах.
— … а ты знаешь, кто она?
— Ты про новенькую?
— Да, про Климову. Она ведь жена покойного Игоря.
– Какого Игоря?
– Да какого! Орлова! – практически шипит медсестра. - Младшего брата нашего шефа.
Я не поднимаю головы и делаю вид, что просматриваю бумаги в папке.
— Говорят она устроила истерику прямо на ступеньках ЗАГСа, села в машину и уехала. А Игорь потом того… ну, ты знаешь.
— То есть сейчас она вернулась? К нам, в хирургию?

Слова слипаются и мои мысли тоже. Я не был с ней знаком, с этой Климовой. Даже фото ее не видел. Когда всё это случилось — я был в Германии, и вернулся в этот город, когда его оставил отец.

«Соблазни его. Подчини. Влюби в себя — а потом сломай.»

Я согласилась. У меня не было выбора: жизнь моего отца — в руках человека, который отдал этот приказ. Цена отказа — тюрьма.

Марк Громов. Талантливый хирург, сбежавший от собственного отца в провинцию. Дерзкий, закрытый, невыносимый. Я знаю про него всё — даже то, что запах ванили возвращает его к матери, которую он потерял.

Я пришла, чтобы его уничтожить.
Я не планировала влюбиться.

Говорят, от ненависти до любви один шаг.
Никто не говорит, как далеко идти обратно.

— Вызывали, Тимофей Степанович? — спрашиваю я, стараясь говорить ровным тоном.
— Да-да, входите, Елизавета Михайловна. Познакомимся поближе, — заявляет этот отъявленный бабник и аморальный тип с ослепительной хищной улыбкой.
— Как именно вы хотите познакомиться? Я должна рассказать о своих достижениях? О пройденных курсах?
— Это меня интересует меньше всего. Мне необходимо явиться на семейный ужин с невестой, которой у меня, к сожалению, нет. Поэтому я прошу вас сыграть её роль.
Я вскакиваю со стула и хватаю ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.
— Почему я?! — истерично визжу, не в силах сдержать негодование.
Пять лет назад я поклялась забыть ту ночь, когда он разбил моё сердце. Теперь он — мой босс, влиятельный и харизматичный генеральный директор. Он не помнит, что мы когда-то были знакомы, но лишь один взгляд вновь пробуждает во мне бурю эмоций. Смогу ли я простить его за давнюю обиду, или наши отношения заранее обречены?