Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""

После смерти родителей, обнаруживших заговор в королевстве, Элиана Вэллстрон оказывается не в чести. Её дом отобрали. Родительский счёт в банке превратился в пыль. Честь семьи растоптана заговорщиками. А в Академии Магии ей приходится терпеть нападки других студентов и презрение преподавателей.
На преддипломной практике она оказывается в смертельной опасности. Чудом выживая, она понимает, что в королевстве её не оставят в покое, пока она дышит. И тогда Элиана вдруг хватается за внезапную возможность тихо исчезнуть.
Стоит ей сделать это, как начинается новая жизнь.
Жизнь, к которой она не была готова. Жизнь, в которой всё идёт не так, как планировалось. Жизнь, в которой она находит тех, с кем становится легче двигаться вперёд.

- Ммм, кого я вижу, — с наглым взглядом пялится на меня мажор. - Мышка выползла из своей норки. Как тебе МОЯ вечеринка? В твоём захолустье о таком, наверное, даже и не слышали.
- Скучно и предсказуемо, это же ТВОЯ вечеринка, — с усмешкой отвечаю ему.
- А ты я смотрю, так и не научилась держать язык за зубами, когда я рядом, — Джони встаёт очень близко ко мне.
- Было бы перед кем пресмыкаться, — дерзко отвечаю ему, испепеляя злым взглядом.
Уже собираюсь уйти, но в следующее мгновение, этот придурок скидывает меня в бассейн. Отталкиваюсь от дна и всплываю, выплевывая воду. Мажор уже сидит на краю бортика и протягивает мне свою ладонь.
- Пошёл к чёрту!— выплёвываю ему в лицо и, отплыв в сторону, подтянувшись на руках, сама вылажу из бассейна под прожигающий взгляд его карих глаз...

С первой встречи мы ненавидим друг друга. Каждое наше столкновение это катастрофа. А каждый наш поцелуй-безумие...

Я всегда знала, что внутри меня живёт что-то тёмное. То, о чем нельзя говорить вслух. То, что просыпалось по ночам в липких снах и уходило с рассветом, оставляя только стыд. Я прятала это годами — до тех пор, пока однажды не поняла, что больше не могу.
Они — трое мужчин, перед которыми я когда-то отчитывалась на совещаниях. Сильные. Властные. Холодные. Они смотрели на меня так, будто видели насквозь — все мои запретные желания, всю мою готовность упасть на колени.
Они дал мне то, чего не мог дать никто: разрешение быть собой.

- Ой, простите, я сейчас салфеткой всё вытру,— быстро тараторю, пытаясь расстегнуть сумочку одной рукой, а во второй удержать полупустой стаканчик со злосчастным соком и телефон.
- Мне бы больше понравилось, если б ты предложила это слизать, — раздаётся прям над моим ухом, красивым мужским голосом.
Дёргаюсь, как от удара током и только собираюсь сказать этому хаму пару ласковых, а может и заехать по его роже, которой я не разглядела, но телефон оживает в моей руке, дикой вибрацией и противной мелодией. Дёргаюсь от неожиданности, и он летит на пол.
- Чёрт, — присев на корточки, поднимаю злосчастный гаджет и скидываю вызов. Выпрямляюсь и разворачиваюсь к этому хаму.- А ты...— слова застревают в горле, потому что передо мной никого нет. Кручу головой по сторонам, но тот, кого я окатила соком, исчез.
Фыркнув, выкидываю стакан в ближайшую мусорку и сев на лавку, читаю пришедшее сообщение от сестры.
« Ты чёртова эгоистка, Марго! И кроме себя никого не любишь! »

Я купил квартиру ради тишины. В комплекте с квадратными метрами шла соседка. Громкая. Упрямая. И слишком красивая, чтобы игнорировать.
У нас обоих законное право здесь жить. И никто не собирается уступать.
Но это не главная проблема.
Проблема в том, что эта девица меня бесит... И я хочу ее с той секунды, как она вышла из ванной в полотенце и запустила в меня тапком.

Молча следуя за побелевшей Дашей, я вошел в бунгало. Здесь не было даже вай-фая, но это меня не расстраивало. В отличие от Антона, я и не хотел бы работать.
Зато я с интересом рассматривал внутреннее убранство домика. Здесь был только холодильник, пара ящиков для хранения и одна огромная кровать.
Одна. Я заметил, как разглядывала её Даша. К её щекам прилил соблазнительный румянец. О чём она думала? О том, как окажется ночью в моих руках?
Ведь это всё наверняка знак, что за Дашей стоит приударить. Две недели в глуши у моря без взглядов коллег. Одна кровать.
Даша внезапно оглянулась, посмотрела поочерёдно на меня и на Антона. Её щёки загорелись сильнее, как будто она считала мой хищный настрой. А что, затащила нас в дыру и по полной ответит за свой косяк.
Мне почему-то показалось, что и Антон был того же мнения.

– Поедешь ко мне? – тихо на ухо спрашивает Глеб. – Тебе понравится.
– С чего ты это взял? – удивляюсь я.
– Ты надела это платье, чтобы его сняли, – заявляет этот хам и наглец. – Я просто предлагаю тебе логичное завершение вечера.
Логичное, значит? Ну хорошо, я покажу тебе, что значит логичное завершение вечера в моём понимании. Будь уверен, нашу встречу ты запомнишь надолго.

❗️ Внимание: в тексте присутствуют сцены курения, употребления алкоголя, интимные сцены и нецензурная лексика. Автор относится к этому отрицательно и не советует подражать героям 🔞

Лана мечтала, что в Сочи станет кем-то, а стала куклой для утех. Лана не знает, кто она без денег, без приказов, без чужих рук на своём теле.
Максим Граев богатый, пресыщенный и скучающий гонщик, вышедший в тираж. Макс никогда не считал себя жестоким. Когда в его власти оказывается беззащитная Лана, ему предстоит узнать, что внутри него прячется настоящее чудовище.
Но когда уродуешь чужую душу, невозможно не заглянуть в собственную.

🖤🖤🖤
Меня забрали ночью и привезли к человеку, которого боится вся Италия.
Теперь я принадлежу Алессандро Равенне.
Жестокому и невыносимо притягательному капо, который решил сделать меня своей самой сладкой местью.
Я должна ненавидеть его. Должна бороться.
Но каждую ночь, когда он прижимает меня к холодному стеклу окна, а за спиной бушует море, мое тело сдается. Маяк мигает, море ревет, а я все глубже тону в нем, в мужчине, которого обязана презирать.

Я его пленница. Его расплата. Его слабость.
А он… мое «Море Греха»
🖤🖤🖤

Она бежала от сына, а оказалась в объятиях отца.
Между ними одна ночь, от которой все рушится. Ложь становится сладкой, а вина возбуждающей.
Это не нежная любовь. Это страсть, которая сжигает на своем пути мораль и остатки совести.
Они знают, что это неправильно, но остановиться уже невозможно.