Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""
Я приехала на практику, думая, что это будет просто тяжёлая работа и временное одиночество. Но с первого дня я чувствую что-то запретное и опасное в взглядах, интонациях, слишком близких шагах. Мужчины здесь не скрывают интереса к молоденькой студентке, а моё тело реагирует раньше, чем я успеваю поставить границы...
— Тебе не холодно? — Олег появился в дверях, наливая себе бокал.
— Немного…
Он снял свой тёмный кардиган и накинул ей на плечи.
— Ты дрожишь.
Его руки не убрались сразу, а медленно провели по её коже, оставляя огненный след.
— Ты такая хрупкая…
Алиса замерла. Это было неправильно. Но она не могла пошевелиться.
— Немного…
Он снял свой тёмный кардиган и накинул ей на плечи.
— Ты дрожишь.
Его руки не убрались сразу, а медленно провели по её коже, оставляя огненный след.
— Ты такая хрупкая…
Алиса замерла. Это было неправильно. Но она не могла пошевелиться.
Предательство. Чужая магия. Искушение, которое может всё разрушить.
Что сильнее: древнее заклятие, привязывающее дракона к ложной невесте, или зов крови к девушке из борделя, носящей на груди истинную метку? Айне и Кайлан обречены ненавидеть и желать друг друга, пока предательство не вскроется, а жестокость драконьей натуры не обернётся против их общих врагов. История, где страсть — это бой, а любовь — победа, оплаченная кровью.
Что сильнее: древнее заклятие, привязывающее дракона к ложной невесте, или зов крови к девушке из борделя, носящей на груди истинную метку? Айне и Кайлан обречены ненавидеть и желать друг друга, пока предательство не вскроется, а жестокость драконьей натуры не обернётся против их общих врагов. История, где страсть — это бой, а любовь — победа, оплаченная кровью.
— Это неправильно, Тамерлан, — отвожу взгляд.
— Это единственное, что здесь правильно, — брат мужа горячо дышит на мои губы. — Скажи, что боишься, Сафира.
— Боюсь... — мой голос срывается на шёпот, а кожа под его прикосновениями горит. — Боюсь, что ты остановишься...
***
Муж купил меня, красивую, послушную и посадил в золотую клетку. Два года я была дорогой вещью в его коллекции. Пока не появился ОН. Его брат. Тамерлан. Он вошел в мою клетку и научил летать. Его взгляд - как огонь по коже. А прикосновения - как падение в бездну. Он - единственное мое спасение из этого ада, и в то же время мой самый страшный, самый желанный грех.
— Это единственное, что здесь правильно, — брат мужа горячо дышит на мои губы. — Скажи, что боишься, Сафира.
— Боюсь... — мой голос срывается на шёпот, а кожа под его прикосновениями горит. — Боюсь, что ты остановишься...
***
Муж купил меня, красивую, послушную и посадил в золотую клетку. Два года я была дорогой вещью в его коллекции. Пока не появился ОН. Его брат. Тамерлан. Он вошел в мою клетку и научил летать. Его взгляд - как огонь по коже. А прикосновения - как падение в бездну. Он - единственное мое спасение из этого ада, и в то же время мой самый страшный, самый желанный грех.
- Выходи за меня, - Дан больно сжимает мой локоть.- Какой же ты дурак… отпусти!- Давай поженимся… - встряхивает он меня.- Ты больной! Я же дрянь. Все это знают! - Да, ты дрянь, - кивает Осадчий. - Но ты моя дрянь.Мы с Данияром Осадчим вместе уже два года. В его окружении меня терпеть не могут абсолютно все – его родные, друзья. Меня это устраивает, ведь главная цель моей жизни – уехать подальше от родного города, где я ненавижу все. Именно поэтому я смотрю на предложенное кольцо в ярости, ненавидя Осадчего за то, что он поставил меня перед этим выбором…
Продолжение истории https://litmarket.ru/books/ne-otpuskaya
Продолжение истории https://litmarket.ru/books/ne-otpuskaya
Эриль из знатного рода Кассия отправляется в далекое путешествие ради договорного брака с принцем далекой страны. Самую малость влюбленная в презентованный портрет, эльфийка ждет встречи со своей судьбой, пока ее оберегают два верных друга, фамильных раба. Именно они бросаются на защиту своей госпожи, когда страшная буря выбивает ее с палубы корабля. И теперь их троих ждет испытание честности на необитаемом острове, которое они могут не пройти.
Я — та самая «пышечка», которую муж не только променял на тощих "цып", но и оскорбил до боли. Но когда я преобразилась, чтобы он навсегда понял, кого потерял, я встретила двоих мужчин, которые ценят настоящих и смелых женщин. С ними начинается новая жизнь — страстная, дерзкая и без компромиссов.
- Завтра, на собственной свадьбе, ты умрёшь. Никто ничего не должен заподозрить. Для реалистичности тебе будет необходимо раскусить зубами это. Оболочка довольно плотная. Поэтому кусай хорошо.
К ампуле с темно-красной жижей в моей ладони присоединяется крошечная синяя коробочка.
- И запомни: сначала кровь, потом конфета. Эй, Марька, не отъезжай! - отрезвляюще хлопает пару раз по щекам. - Смотри на меня! Всё поняла? Дай знать, если да.
- Угу, - мычу, продолжая бороться одновременно со страхом и полуобморочным состоянием.
- Молодец! Доверься мне. Всё будет хорошо. Обещаю! Теперь иди и оторвись по полной. Всё же девичник. Завтра твоя жизнь раз и навсегда изменится. Только никому ни слова про то, что здесь слышала и получила. На кону жизни. И много. Ясно?
- Кто ты? - делаю попытку разглядеть в полумраке ночного клуба лицо зажимающего меня у стены мужчины.
Бесполезно. Он в темных очках, кепке и снуде. Но этот голос! Откуда я его знаю?
К ампуле с темно-красной жижей в моей ладони присоединяется крошечная синяя коробочка.
- И запомни: сначала кровь, потом конфета. Эй, Марька, не отъезжай! - отрезвляюще хлопает пару раз по щекам. - Смотри на меня! Всё поняла? Дай знать, если да.
- Угу, - мычу, продолжая бороться одновременно со страхом и полуобморочным состоянием.
- Молодец! Доверься мне. Всё будет хорошо. Обещаю! Теперь иди и оторвись по полной. Всё же девичник. Завтра твоя жизнь раз и навсегда изменится. Только никому ни слова про то, что здесь слышала и получила. На кону жизни. И много. Ясно?
- Кто ты? - делаю попытку разглядеть в полумраке ночного клуба лицо зажимающего меня у стены мужчины.
Бесполезно. Он в темных очках, кепке и снуде. Но этот голос! Откуда я его знаю?
Анна резко обернулась.
Марк Воронцов стоял в двух шагах от нее, хотя она не слышала его шагов.
— Вам... вам нельзя здесь находиться! — вырвалось у нее, но в ответ он лишь улыбнулся, обнажив слишком белые, слишком ровные зубы. В полумраке хранилища его глаза казались светящимися — неярко, но отчетливо, как у кошки.
— Вы пахнете... необычно, — произнес он, едва заметно наклоняясь к ней.
Холодное дыхание коснулось ее шеи, и Анна невольно вздрогнула.
Внезапно стопка книг, которую она держала, выскользнула из рук.
Время словно замедлилось.
Марк Воронцов стоял в двух шагах от нее, хотя она не слышала его шагов.
— Вам... вам нельзя здесь находиться! — вырвалось у нее, но в ответ он лишь улыбнулся, обнажив слишком белые, слишком ровные зубы. В полумраке хранилища его глаза казались светящимися — неярко, но отчетливо, как у кошки.
— Вы пахнете... необычно, — произнес он, едва заметно наклоняясь к ней.
Холодное дыхание коснулось ее шеи, и Анна невольно вздрогнула.
Внезапно стопка книг, которую она держала, выскользнула из рук.
Время словно замедлилось.
— Алло, — знакомый женский голос протяжно и чуть издевательски отвечает.
— Алина? Где Матвей!? Почему ты берёшь его телефон?
Раздаётся весёлый заливистый смех. Какого чёрта двоюродная сестра делает у нас дома?
— Он в душе.
— Что? Почему? – мой голос бледный, напряжённый.
Я уже всё понимаю, но продолжаю задавать никому не нужные вопросы.
____________________
Хотела развеяться после измены парня, но встретила их. Эти мужчины сводят с ума. Заставляют нарушать запреты. Умом понимаю – лучше одной, но всё равно снова и снова впускаю их в свою жизнь.
Они оба от меня без ума, но получится ли у нас построить что-то большее?
— Алина? Где Матвей!? Почему ты берёшь его телефон?
Раздаётся весёлый заливистый смех. Какого чёрта двоюродная сестра делает у нас дома?
— Он в душе.
— Что? Почему? – мой голос бледный, напряжённый.
Я уже всё понимаю, но продолжаю задавать никому не нужные вопросы.
____________________
Хотела развеяться после измены парня, но встретила их. Эти мужчины сводят с ума. Заставляют нарушать запреты. Умом понимаю – лучше одной, но всё равно снова и снова впускаю их в свою жизнь.
Они оба от меня без ума, но получится ли у нас построить что-то большее?
Выберите полку для книги