Книги по тегу «дети»: ""

Алина вычеркнула из жизни босса, отца своего ребенка, и сбежала. Она стала сильной и независимой. Но встреча с Михаилом Строгановым на бизнес-форуме возвращает ее в прошлое. Страх, невысказанные обиды, забытое влечение — все накрывает с новой силой. Она снова пытается скрыться, но на этот раз судьба играет с ней злую шутку: их дети , как оказалось , ходят в один детский сад и они уже подружились. Михаил узнает, что у него есть сын и требует своего присутствия в жизни сына…Сможет ли Алина впустить в свой маленький мирок человека, который однажды уже разбил ее сердце?

«Я ухожу, чтобы вам не пришлось меня делить».
Эта записка, найденная на подушке десятилетней дочери, перечеркнула всю мою жизнь.
Мы с мужем — лучшие адвокаты города. Акулы, способные выиграть любой процесс. Мы привыкли делить имущество, акции и миллиарды. Но когда наш брак рухнул, мы совершили роковую ошибку — начали делить собственных детей.
Я мстила ему изменой. Он мстил мне, приводя любовницу на корпоратив. Мы превратили наш элитный дом в поле боя, где каждый удар предназначался в сердце, но попадал по нашим детям. Мы были так заняты войной друг с другом, что не заметили, как открылось окно в детской...
Теперь у нас нет истца и ответчика. Есть только двое раздавленных родителей в ледяном лесу и одна надежда на двоих. Сможем ли мы забыть взаимную ненависть, чтобы спасти дочь? Или наш приговор уже приведен в исполнение?
В тексте есть: 💔 Очень эмоционально и на разрыв 💔 Измена и предательство 💔 Властный герой и сильная героиня 💔 Дети как разменная монета 💔 Сложный путь к прощ

— Марина, ты мне надоела, — произнес он ровным, деловым тоном. — У меня есть другая женщина.
— Что?..
— Ты слышала. Я устал. Устал от этой семейной идиллии. От твоего вечного милого вида. От этой твоей… собачьей преданности.
— Кто она? — выдавила я.
— Неважно. Моложе. Свободнее. Она не смотрит на меня снизу вверх.
— Поэтому у тебя есть выбор, — продолжал Сергей. — Ты можешь уйти. Найдешь, куда поехать? К маме, наверное. Побежишь плакать в жилетку.
Его голос был спокоен, почти ласков, и от этого было еще страшнее.
— Или… — он сделал паузу, — …ты остаешься здесь. Как мать моих детей.

— Петь, а вдруг не получится?
Он повернулся к ней. В глазах у неё была целая вселенная сомнений. Но он-то знал: если очень-очень хотеть, всё обязательно сложится. Как кубики, из которых они вчера строили домик.
— Получится, — сказал он твёрдо. — Я уже всё продумал.
Она вздохнула, поправила прядь светлых волос.
— А если твоя мама не захочет? Или мой папа… не согласится?
Петя нахмурился. Это, конечно, была проблема. Но не такая большая, как казалось.

Я приехала в гости к подруге по переписке и совсем не ожидала проснуться в объятьях её старшего брата, который перепутал комнаты в доме и который стал моим первым. Он вынуждает меня ради собственных целей стать его невестой, я соглашаюсь потому что... влюбляюсь. Всё идёт быстро и странно, я вижу, что и я ему нравлюсь..., но однажды в ночном клубе я застаю его с другой. Я всё бросаю и возвращаюсь в свой город. Спустя несколько лет я снова его встречаю, теперь он мой босс, и у меня есть тайна - целых две с его глазами и улыбками.

Меня оклеветали. Лишили работы и будущего, но я справлюсь, потому что у меня есть тайна...

— Марк... Витальевич, — не решаюсь. — Я не... делала этого... Я же была тут... с вами...
— Что? — он усмехается.
— Я? С вами? — он будто искренне не верит в то, что слышит. — Даже подумать смешно: я и вы. Простите, даже если я и перебрал вчера... но всё-таки не настолько, чтобы... — он машет рукой.
Будто и не сказал ничего особенного. Будто это не самая оскорбительная вещь на свете. Будто я и сама должна знать, что я пустое место к которому такой как Марк и на километр не подойдет. Будто меня это задеть ну никак не может.

Больше не заденет. Потому что когда мы встретимся 4 года спустя ему будет трудно меня узнать. Но очень легко о своих словах пожалеть...

Они заходят быстро, уверенно. Муж и его любовница. Смотрят на меня, ещё не понимая.

– А почему дети до сих пор не одеты? – Лёня даже не снимает пальто.

– Потому что они остаются с тобой, любимый, – говорю ровно.

– В смысле? – нахмуривается. – Мы сейчас их отвезём к твоей подруге или… – Ты же… – он замирает, видит мою сумку. – Ты что, собралась? Оставишь мне детей? Совсем с ума сошла? Ты не смеешь вот так уйти! – у него срывается голос. – Я запрещаю тебе!
____

Муж выдвинул мне ультиматум: дал 48 часов чтобы я ушла из дома с двумя маленькими детьми, потому что у него теперь другая, а я с сыном и дочкой мешаю его счастью.

— Вы к Диме? Он обычно по средам.
У меня похолодели пальцы.
— Простите? — выдохнула я.
— Ну к Димочке, — уточнила она. — Он не часто приезжает. Но по средам — стабильно.
Я стояла с ключом в руке, как дура. Как гостья в собственной жизни.
— Я… — начала я.
Женщина прищурилась.
— А вы кто ему будете?
Я посмотрела на дверь, которую только что открыла.
И поняла: если я сейчас войду, я увижу то, что уже не смогу развидеть.
Я всё-таки толкнула дверь — и услышала изнутри детский голос:
— Пап, ты пришёл?

Валя огляделась по сторонам, вроде никого нет. Стыдно-то как господи!
Так, какие у неё окна? То, что Тонькины выходили не во двор, а в переулок, сейчас совершенно безлюдный, это женщина помнила. Она остановилась. Вроде здесь.
Высоко, ничего не видно, что же делать…
Валя в растерянности огляделась. Но тут сквозь раскрытую форточку до неё донёсся до боли знакомый и родной мужской голос, — Тонечка, ну, иди ко мне скорее! Ну, где ты там, солнышко! Я заждался!
Валю словно в ледяную воду с головой окунули, внезапно возникший в горле комок, мешал дышать.
«Тонечка, значит! Солнышко! Я сейчас вам покажу, солнышко… Козёл! Заждался он! Скотина! Тварь! Ненавижу! Обоих их ненавижу…»

Катя, мать троих детей и успешный фрилансер, годами выстраивает новую жизнь после болезненного разрыва. Её финансовым спасением становится щедрый, но анонимный клиент — компания «Вершина». Однажды на конференц-звонке она узнаёт в её владельце человека, которого пыталась забыть: Тамерлана, гордого горца, своего бывшего мужа, чья измена заставила её уйти, унося в себе его ребёнка.
Теперь он — её работодатель. Она — мать его дочери, о которой он не знал. Профессиональные границы рушатся, когда деловые письма становятся полем для личной войны, а общее дело — мостиком к прошлому, полному боли и невысказанных обид.