Книги по тегу «жесткий герой»: ""
Для жизни на нашей планете ему нужна была моя кровь. Мне удалось сбежать и присоединиться к тем, кто всё ещё пытается выжить на охваченной пламенем Земле.
Я знаю, он придёт за мной, найдёт, где бы не спряталась. Ведь я – единственная во всей Вселенной, кто способен родить ему наследника.
Я знаю, он придёт за мной, найдёт, где бы не спряталась. Ведь я – единственная во всей Вселенной, кто способен родить ему наследника.
Однокурсники подставили меня, буквально бросив на растерзание избалованному мажору. Мне удалось выкрутиться, но это стало началом ещё больших проблем... Зацепить Демида Громова — путь в один конец, так говорят. Но я не буду сдаваться.
❤️
— Лучше уйди... — сжимаю кулаки, чувствуя, как предательская дрожь пробирает тело. После вчерашнего мне даже смотреть на него не по себе.
И, увы, он тоже об этом помнит:
— Уйти? После того, что ты мне прислала? — ухмыляется, прожигая опасным блеском в глазах.
— Я не... — качаю головой, подбирая слова, чтобы рассказать об ошибке. Но Демид приближается, и губы перестают меня слушаться.
— Ты или дразнишься, или издеваешься. В любом случае я возьму своё, — вкрадчиво проговаривает Дем.
Ему что, мало того, что уже было?
— Но... — не успеваю напомнить. Он как читает мои мысли, но не останавливается:
— На последствия мне теперь плевать.
❤️
— Лучше уйди... — сжимаю кулаки, чувствуя, как предательская дрожь пробирает тело. После вчерашнего мне даже смотреть на него не по себе.
И, увы, он тоже об этом помнит:
— Уйти? После того, что ты мне прислала? — ухмыляется, прожигая опасным блеском в глазах.
— Я не... — качаю головой, подбирая слова, чтобы рассказать об ошибке. Но Демид приближается, и губы перестают меня слушаться.
— Ты или дразнишься, или издеваешься. В любом случае я возьму своё, — вкрадчиво проговаривает Дем.
Ему что, мало того, что уже было?
— Но... — не успеваю напомнить. Он как читает мои мысли, но не останавливается:
— На последствия мне теперь плевать.
— Ты — моя, твой долг не отработан, — рычит Дамир. — Будешь делать то, что я скажу.
— Я не вещь! — выдыхаю я, отступая к стене.
Он усмехается, приблизившись так, что я чувствовую его горячие дыхание на моих подрагивающих губах.
— А тебе, я смотрю, нравится играть в игры с хищником, — хрипло шепчет он и наши тела соприкасаются.
Это больше, чем ненависть. Глубже, чем страсть. Между нами наши самые тёмные инстинкты — слепая, всепоглощающая сила, против которой бессильны разум и гордость. Он — мой порок. Я — его наказание. Мы вынуждены обнять друг в друга, чтобы не упасть в бездну, но именно в этом падении мы и найдём своё спасение.
— Я не вещь! — выдыхаю я, отступая к стене.
Он усмехается, приблизившись так, что я чувствовую его горячие дыхание на моих подрагивающих губах.
— А тебе, я смотрю, нравится играть в игры с хищником, — хрипло шепчет он и наши тела соприкасаются.
Это больше, чем ненависть. Глубже, чем страсть. Между нами наши самые тёмные инстинкты — слепая, всепоглощающая сила, против которой бессильны разум и гордость. Он — мой порок. Я — его наказание. Мы вынуждены обнять друг в друга, чтобы не упасть в бездну, но именно в этом падении мы и найдём своё спасение.
— Арслан потребовал тебя, Марьям, — произносит отец за ужином.
— Что?! Но он ведь… был женат на моей сестре.
— Лейлы больше нет, — сухо говорит отец. — Теперь Арслан хочет жениться на тебе.
Я распланировала всю свою жизнь. Учеба в университете, замужество с любимым человеком и работа мечты. Я хотела другую жизнь, не такую, как у всех, не подчиняющуюся устаревшим обычаям.
Но все меняется, когда муж покойной сестры заявляет о своем праве жениться на мне. Он хочет меня. Устрашающий, взрослый и не понимающий отказов. А еще, кажется, он причастен к смерти сестры…
— Что?! Но он ведь… был женат на моей сестре.
— Лейлы больше нет, — сухо говорит отец. — Теперь Арслан хочет жениться на тебе.
Я распланировала всю свою жизнь. Учеба в университете, замужество с любимым человеком и работа мечты. Я хотела другую жизнь, не такую, как у всех, не подчиняющуюся устаревшим обычаям.
Но все меняется, когда муж покойной сестры заявляет о своем праве жениться на мне. Он хочет меня. Устрашающий, взрослый и не понимающий отказов. А еще, кажется, он причастен к смерти сестры…
Ляля - беспечная красотка, путешественница и тревел-блогер. Она живёт свою лучшую жизнь, кочуя по элитным курортам и фешенебельным отелям, да ещё и получает за это приличные деньги.
Но однажды телефонный звонок с далёкой родины напоминает ей, что она, кроме всего прочего, ещё и представительница крупной бизнес-династии, а также единственная наследница империи, с нуля выстроенной её целеустремлённым и властным дедом.
С того момента девушка оказывается перед сложным выбором - махнуть на все рукой и продолжать наслаждаться жизнью или же ради семьи с головой окунуться в жестокий мир большого бизнеса и грозных воротил, которые для достижения своей цели не остановятся ни перед чем.
В книге есть:
🔥 Нежная и избалованная героиня;
🔥 Угрюмый и малоэмоциональный герой;
🔥 Вынужденный брак;
🔥 Запретная страсть;
🔥 История семьи с моментами погружения в прошлое.
Но однажды телефонный звонок с далёкой родины напоминает ей, что она, кроме всего прочего, ещё и представительница крупной бизнес-династии, а также единственная наследница империи, с нуля выстроенной её целеустремлённым и властным дедом.
С того момента девушка оказывается перед сложным выбором - махнуть на все рукой и продолжать наслаждаться жизнью или же ради семьи с головой окунуться в жестокий мир большого бизнеса и грозных воротил, которые для достижения своей цели не остановятся ни перед чем.
В книге есть:
🔥 Нежная и избалованная героиня;
🔥 Угрюмый и малоэмоциональный герой;
🔥 Вынужденный брак;
🔥 Запретная страсть;
🔥 История семьи с моментами погружения в прошлое.
— Ты пришла в мой дом, Эмма, — его низкий голос загоняет в угол. — В этом доме нет дверей, которые закрыты для меня. И нет правил, кроме моих.
Я ненавижу Марка Варламова. Беспринципный хищник, он цинично отобрал проект всей моей жизни и поставил жестокий ультиматум. Теперь я вынуждена подписать контракт и целый месяц жить в его загородном доме, работая под его личным контролем.
Я думала, это будет просто работа. Но в его доме нет замков. Зато есть удушающее напряжение, публичные провокации и игры на грани фола. Он ломает мою волю и доводит до исступления, порой даже не касаясь.
Я поклялась, что никогда не сдамся. Но как выжить в этой клетке, если мое тело предательски плавится от одного его взгляда, а желание подчиниться становится невыносимым?
Я ненавижу Марка Варламова. Беспринципный хищник, он цинично отобрал проект всей моей жизни и поставил жестокий ультиматум. Теперь я вынуждена подписать контракт и целый месяц жить в его загородном доме, работая под его личным контролем.
Я думала, это будет просто работа. Но в его доме нет замков. Зато есть удушающее напряжение, публичные провокации и игры на грани фола. Он ломает мою волю и доводит до исступления, порой даже не касаясь.
Я поклялась, что никогда не сдамся. Но как выжить в этой клетке, если мое тело предательски плавится от одного его взгляда, а желание подчиниться становится невыносимым?
Я видел разных людей перед смертью.
Нора была первой, кто смотрел на меня без страха.
Холод оружия, темнота подземной парковки, и она, с голосом человека, который давно принял все возможное.
Она назвала три имени, которые я семь лет не произносил вслух.
Нора была теневым бухгалтером структуры, которой позволено все.
Тихой, невидимой, математически точной заложницей.
Гением, которого держали за горло жизнью ее ребенка.
Я должен был ее убрать. Вместо этого впервые за семь лет нашел людей, которых искал. Она была ловушкой. Я это знал.
И все равно остался.
Нора была первой, кто смотрел на меня без страха.
Холод оружия, темнота подземной парковки, и она, с голосом человека, который давно принял все возможное.
Она назвала три имени, которые я семь лет не произносил вслух.
Нора была теневым бухгалтером структуры, которой позволено все.
Тихой, невидимой, математически точной заложницей.
Гением, которого держали за горло жизнью ее ребенка.
Я должен был ее убрать. Вместо этого впервые за семь лет нашел людей, которых искал. Она была ловушкой. Я это знал.
И все равно остался.
Меня зовут Лилия. Шестнадцать лет назад меня, сироту из детдома, приютила семья Зарецких. Они дали мне имя, дом и любовь. Но у них был сын — Дамир. Мой старший брат. Красивый, как падший ангел, и холодный, как зимняя сталь. Для мира он — наследник миллиардной империи, для меня — человек, который годами превращал мою жизнь в ад своей ревностью и контролем.
В день моего девятнадцатилетия он переступил черту. Он больше не хочет быть «братом». Он хочет владеть мной. Целиком. Без остатка.
Дамир уверен, что это любовь. Но я знаю правду: это голод хищника, это жажда обладания. Он готов уничтожить любого, кто посмотрит в мою сторону, включая Дениса — парня, который показал мне, что такое нежность и тепло.
Дамир говорит, что сломает меня, если я не сдамся. Он не знает одного: даже у самой сломленной куклы есть сердце, которое он никогда не сможет получить. Потому что одержимость — это не любовь. Но удастся ли мне доказать это ему, не потеряв себя?
В день моего девятнадцатилетия он переступил черту. Он больше не хочет быть «братом». Он хочет владеть мной. Целиком. Без остатка.
Дамир уверен, что это любовь. Но я знаю правду: это голод хищника, это жажда обладания. Он готов уничтожить любого, кто посмотрит в мою сторону, включая Дениса — парня, который показал мне, что такое нежность и тепло.
Дамир говорит, что сломает меня, если я не сдамся. Он не знает одного: даже у самой сломленной куклы есть сердце, которое он никогда не сможет получить. Потому что одержимость — это не любовь. Но удастся ли мне доказать это ему, не потеряв себя?
Он не просил — он решил за меня.
Где я буду работать.
Где я буду жить.
И как далеко мне можно зайти.
С ним невозможно спорить.
Невозможно выиграть.
И невозможно остаться равнодушной.
Я должна держать дистанцию.
Не смотреть.
Не верить.
Не чувствовать.
Потому что если я сделаю хотя бы шаг навстречу —
обратно дороги не будет.
И самое главное правило, которое я повторяю себе каждый день:
**не смей любить его.**
Где я буду работать.
Где я буду жить.
И как далеко мне можно зайти.
С ним невозможно спорить.
Невозможно выиграть.
И невозможно остаться равнодушной.
Я должна держать дистанцию.
Не смотреть.
Не верить.
Не чувствовать.
Потому что если я сделаю хотя бы шаг навстречу —
обратно дороги не будет.
И самое главное правило, которое я повторяю себе каждый день:
**не смей любить его.**
Я писала романы. Выдумывала героев, их страсть, их тьму. Я никогда не думала, что один из них выйдет со страниц и похитит меня.
Он ворвался в мою жизнь, как ураган — жестокий, расчетливый и абсолютно уверенный в своей правоте. Александр Волков не просто миллиардер с криминальным прошлым. Он утверждает, что мой последний бестселлер — это дословная биография его жизни. Что герой, которого я описала, — это он.
Я кричу, что все персонажи вымышлены. Что я никогда его не видела. Но он не слушает. Он читает каждую главу и стирает грань между моим текстом и реальностью.
Он одержим мной. Не потому, что я красива или умна. А потому, что я — единственный человек, который, по его мнению, знает его истинную суть. И он не остановится, пока не заставит меня признать: я написала его.
Но чем дольше я нахожусь в его власти, тем страшнее становится правда. В моей книге финал трагичен. И он намерен сыграть свою роль до конца.
Это не история любви. Это история автора, который попал в собстве
Он ворвался в мою жизнь, как ураган — жестокий, расчетливый и абсолютно уверенный в своей правоте. Александр Волков не просто миллиардер с криминальным прошлым. Он утверждает, что мой последний бестселлер — это дословная биография его жизни. Что герой, которого я описала, — это он.
Я кричу, что все персонажи вымышлены. Что я никогда его не видела. Но он не слушает. Он читает каждую главу и стирает грань между моим текстом и реальностью.
Он одержим мной. Не потому, что я красива или умна. А потому, что я — единственный человек, который, по его мнению, знает его истинную суть. И он не остановится, пока не заставит меня признать: я написала его.
Но чем дольше я нахожусь в его власти, тем страшнее становится правда. В моей книге финал трагичен. И он намерен сыграть свою роль до конца.
Это не история любви. Это история автора, который попал в собстве
Выберите полку для книги