Книги по тегу «запретные чувства»: ""
- Северный, руки на стену, я сказала!— чеканю ледяным тоном, смотря в серые глаза, которые прожигают меня насквозь, при этом нагло блуждая по моему телу, с нескрываемым интересом. - Ты арестован!
- Киса, ты уверена, что адресом не ошиблась?— ухмыляется он, продолжая стоять напротив меня, заложив руки в карманы брюк.
- Руки. Или тебя упакуют бойцы ОМОНа, — игнорирую его слова и не обращаю внимания, с какой интонацией он произнёс это «киса». - Будет жёстче, — предупреждаю я.
- Ахах,— усмехается Артур.- Жёстче могу быть только я. И с такими строптивыми кошечками, вроде тебя, — он делает шаг в мою сторону и достав правую руку из кармана, тянет её к моему лицу. Ведо́мая всплеском злости, на его похабный контекст этой фразы, сама сокращаю расстояние между нами и ударив в солнечное сплетение, успеваю защёлкнуть наручник на его правой руке и крутанувшись достаю левую руку из кармана, завожу назад и защёлкиваю второй наручник.
- А теперь, котик, поедем в отделение, — мурлычу ему на ухо...
- Киса, ты уверена, что адресом не ошиблась?— ухмыляется он, продолжая стоять напротив меня, заложив руки в карманы брюк.
- Руки. Или тебя упакуют бойцы ОМОНа, — игнорирую его слова и не обращаю внимания, с какой интонацией он произнёс это «киса». - Будет жёстче, — предупреждаю я.
- Ахах,— усмехается Артур.- Жёстче могу быть только я. И с такими строптивыми кошечками, вроде тебя, — он делает шаг в мою сторону и достав правую руку из кармана, тянет её к моему лицу. Ведо́мая всплеском злости, на его похабный контекст этой фразы, сама сокращаю расстояние между нами и ударив в солнечное сплетение, успеваю защёлкнуть наручник на его правой руке и крутанувшись достаю левую руку из кармана, завожу назад и защёлкиваю второй наручник.
- А теперь, котик, поедем в отделение, — мурлычу ему на ухо...
Узнав, что жених мне изменяет, я ушла из дома с одной дорожной сумкой. Отец позволил мне перекантоваться в своём загородном доме, пока арендаторы моей квартиры не освободят помещение.
Только папа забыл предупредить, что в его доме уже кое-кто живёт.
Ярослав Соколовский по прозвищу «Сокол». Олимпийский чемпион по биатлону и просто очумительно красивый мужчина. Высокий, с мощной грудью и широкими плечами. Мужчина, который встречает меня в гостиной... в одном полотенце.
Он съезжать не собирается. Я тоже не могу.
— Значит, будем жить, не мешая друг другу, — предлагаю я.
Он лишь усмехается и отдаёт мне весь второй этаж.
Вот только рядом с таким мужчиной выполнить это обещание оказалось совершенно невозможно.
Только папа забыл предупредить, что в его доме уже кое-кто живёт.
Ярослав Соколовский по прозвищу «Сокол». Олимпийский чемпион по биатлону и просто очумительно красивый мужчина. Высокий, с мощной грудью и широкими плечами. Мужчина, который встречает меня в гостиной... в одном полотенце.
Он съезжать не собирается. Я тоже не могу.
— Значит, будем жить, не мешая друг другу, — предлагаю я.
Он лишь усмехается и отдаёт мне весь второй этаж.
Вот только рядом с таким мужчиной выполнить это обещание оказалось совершенно невозможно.
— Значит, я и из дома этого могу уйти?
— Нет. Из дома не можешь. Мы, кажется, вчера обсудили этот момент.
— Вчера я считала тебя своим братом! — выпаливаю, убирая мокрые волосы со лба. — Зачем ты притворился Мишей? Что за игру ты ведёшь? Что тебе нужно от меня?!
—Успокойся, — устало выдыхает. — Никакую игру я не веду. И ничего плохого тебе делать не собираюсь.
— Я тебе не верю. Ты меня силой удерживаешь. Это похищение!
— Да. Так и есть.
***
Меня похитили дважды за ночь. Сначала — люди в масках, потом — незнакомец, отбивший меня у них. Он назвался братом, которого я похоронила десять лет назад, а когда обман раскрылся — запер в доме посреди леса «для моей же безопасности». Он груб, опасен и врёт. Я знаю лишь имя на армейском жетоне. Но почему рядом с ним я впервые за одиннадцать лет чувствую себя дома? Брат учил: доверять можно только себе. Жаль, сердце не слушает — тянется к этому волку, как к магниту. А магнит не спрашивает разрешения.
— Нет. Из дома не можешь. Мы, кажется, вчера обсудили этот момент.
— Вчера я считала тебя своим братом! — выпаливаю, убирая мокрые волосы со лба. — Зачем ты притворился Мишей? Что за игру ты ведёшь? Что тебе нужно от меня?!
—Успокойся, — устало выдыхает. — Никакую игру я не веду. И ничего плохого тебе делать не собираюсь.
— Я тебе не верю. Ты меня силой удерживаешь. Это похищение!
— Да. Так и есть.
***
Меня похитили дважды за ночь. Сначала — люди в масках, потом — незнакомец, отбивший меня у них. Он назвался братом, которого я похоронила десять лет назад, а когда обман раскрылся — запер в доме посреди леса «для моей же безопасности». Он груб, опасен и врёт. Я знаю лишь имя на армейском жетоне. Но почему рядом с ним я впервые за одиннадцать лет чувствую себя дома? Брат учил: доверять можно только себе. Жаль, сердце не слушает — тянется к этому волку, как к магниту. А магнит не спрашивает разрешения.
‼️‼️‼️ БЕСПЛАТНО ‼️‼️
- Вот так ты и закончишь свою жизнь, мой несостоявшийся неверный муж, - произношу я и втыкаю лопату в землю. - Потому что обманывать женщин плохо.
- Ты заслужил это, Расул, - подтверждает Аврора. - Копай и не смей отклеивать скотч ото рта. Твоей лжи мы наслушались вдоволь. Все трое.
Расул бурчит что-то очень похожее на “твари”, с надеждой смотрит на Эльмиру, но она отворачивается от мужа…
Мужа…
Да, у этого подонка уже было две жены, когда он захотел взять меня третьей.
- Если его семья узнает, что мы с ним сделали, то будет мстить, - задумчиво произносит Аврора.
- Плевать, - цежу я, глядя, как Расул берется за лопату, - я не на помойке себя нашла, чтобы спускать такое.
- Я тоже, - отвечает Эльмира, - и никто не узнает, предатель унесет эту тайну с собой в могилу.
Ночную тишину вспарывает рев двигателей. Возможно, семья Расула уже обо всем узнала…
- Вот так ты и закончишь свою жизнь, мой несостоявшийся неверный муж, - произношу я и втыкаю лопату в землю. - Потому что обманывать женщин плохо.
- Ты заслужил это, Расул, - подтверждает Аврора. - Копай и не смей отклеивать скотч ото рта. Твоей лжи мы наслушались вдоволь. Все трое.
Расул бурчит что-то очень похожее на “твари”, с надеждой смотрит на Эльмиру, но она отворачивается от мужа…
Мужа…
Да, у этого подонка уже было две жены, когда он захотел взять меня третьей.
- Если его семья узнает, что мы с ним сделали, то будет мстить, - задумчиво произносит Аврора.
- Плевать, - цежу я, глядя, как Расул берется за лопату, - я не на помойке себя нашла, чтобы спускать такое.
- Я тоже, - отвечает Эльмира, - и никто не узнает, предатель унесет эту тайну с собой в могилу.
Ночную тишину вспарывает рев двигателей. Возможно, семья Расула уже обо всем узнала…
— Я требую другого гинеколога! — ору на сводного.
Ненавижу его и не собираюсь к такому доктору на осмотр.
— Прямо требуешь? — насмехается надо мной этот гад. — Он есть у меня.
Открывает дверь смотрового, и входит ОН. Мой второй сводный брат, который ничем не лучше. Или даже хуже этого.
— Ну привет, сложная пациентка! — ухмыляется. — Давай живо на кресло!
Ненавижу его и не собираюсь к такому доктору на осмотр.
— Прямо требуешь? — насмехается надо мной этот гад. — Он есть у меня.
Открывает дверь смотрового, и входит ОН. Мой второй сводный брат, который ничем не лучше. Или даже хуже этого.
— Ну привет, сложная пациентка! — ухмыляется. — Давай живо на кресло!
Он – мой босс, мужчина, от одного взгляда которого у меня подкашиваются ноги и горят щеки.
Я знала, что он не для меня, но не понимала насколько.
– Сюрприз, дочь! Я вышла замуж, – обрадовала меня мама.
Теперь он мой отчим.
Теперь мы живем под одной крышей.
Теперь каждый взгляд, каждое прикосновение – это запретный огонь, который сжигает нас обоих.
И мы позволяем этому случиться.
Я знала, что он не для меня, но не понимала насколько.
– Сюрприз, дочь! Я вышла замуж, – обрадовала меня мама.
Теперь он мой отчим.
Теперь мы живем под одной крышей.
Теперь каждый взгляд, каждое прикосновение – это запретный огонь, который сжигает нас обоих.
И мы позволяем этому случиться.
Я работаю урологом в одной частной поликлинике, у меня есть отношения. Пусть и неидеальные, но в основном я довольна своей жизнью. И зачем он только пришёл на приём? Руслан - муж моей младшей сестры. Когда-то я же их и познакомила. Но что-то происходит между ним и мной во время осмотра, после чего я уже не могу воспринимать его так же невинно, как до этого...
– …обвиняемый помещается под домашний арест по месту прописки сроком на три месяца…
Дальше я не слушала. Голос судьи растворился в нарастающем гуле в ушах.
О, нет, нет, нет! Только не это!
Стук молотка вывел меня из оцепенения. Голоса кругом словно рой пчел. И сердце клокотало в районе горла.
И этот взгляд! О, он способен пробирать до мурашек: два тлеющих уголька с поволокой похоти.
– О, пупсик, как же так? – верещала моя сестра. – Ты же до сих пор прописан в нашей старой квартире, а там сейчас Рита живет!
Как будто он этого не знает! Он же это спланировал. Обещал превратить мою жизнь в ад. И вот: действие первое.
Он повернулся ко мне с торжествующей улыбкой, наслаждаясь своей мерзкой победой и сладко протянул:
– Ну что, соседка? Поехали домой.
Дальше я не слушала. Голос судьи растворился в нарастающем гуле в ушах.
О, нет, нет, нет! Только не это!
Стук молотка вывел меня из оцепенения. Голоса кругом словно рой пчел. И сердце клокотало в районе горла.
И этот взгляд! О, он способен пробирать до мурашек: два тлеющих уголька с поволокой похоти.
– О, пупсик, как же так? – верещала моя сестра. – Ты же до сих пор прописан в нашей старой квартире, а там сейчас Рита живет!
Как будто он этого не знает! Он же это спланировал. Обещал превратить мою жизнь в ад. И вот: действие первое.
Он повернулся ко мне с торжествующей улыбкой, наслаждаясь своей мерзкой победой и сладко протянул:
– Ну что, соседка? Поехали домой.
- Прекрати!
- Что именно?
- Подкрадываться, прикасаться, зажимать в углу, пытаться поцеловать. Как ты не понимаешь? Нам нельзя!
- Забудь это слово!
Когда я рассказывала лучшей подруге о том, как мне повезло с первым мужчиной, каким страстным и в то же время чутким он был, я и предположить не могла, что этот невероятный мужчина - её отец.
- Что именно?
- Подкрадываться, прикасаться, зажимать в углу, пытаться поцеловать. Как ты не понимаешь? Нам нельзя!
- Забудь это слово!
Когда я рассказывала лучшей подруге о том, как мне повезло с первым мужчиной, каким страстным и в то же время чутким он был, я и предположить не могла, что этот невероятный мужчина - её отец.
Я решила, бандит оставил меня себе как залог за крупную сумму, которую занял у него мой парень. Но он оказался старым другом моего отчима.
Теперь я заперта с двумя опасными мужчинами в одном доме, а их взгляды в мою сторону становятся все горячее...
Теперь я заперта с двумя опасными мужчинами в одном доме, а их взгляды в мою сторону становятся все горячее...
Выберите полку для книги