Книги по тегу «измена и предательство»: ""

Двадцать лет я помогала мужу строить нашу сеть кафе: придумывала рецепты, меню, атмосферу, встречала поставки и спасала провалы. А потом он вышел на сцену, поблагодарил молодую любовницу за “новую жизнь бренда” и подписал мой самый личный рецепт её именем. Он решил, что я тихо приму развод, деньги за молчание и место в прошлом. Но если он отдал другой всё, что мы строили, я заберу обратно хотя бы то, что всегда было моим.

— Что это? — шепчу, рассматривая алое пятно помады на его шее.
— Не смей, — цедит муж. — Не сейчас.
— Кто она?
— Тебе станет легче, если ты это узнаешь? — усмехается Соколов. — Чтобы было на кого вину переложить?
— То есть?.. — шепчу. — А ты считаешь, изменять — в порядке вещей?
— Я считаю, — супруг давит на меня взглядом. — Что бросать камни может лишь тот, кто без греха. А ты, Вера, безгрешна?
Он всё же посмел…
— Что ты хочешь этим сказать?
— Тебе не стоит выказывать недовольство. В том, что я ищу отдыха от нашего брака на стороне, ты виновата не меньше меня.
— Саш, как ты можешь винить меня в том, на что я никак не могла повлиять? — шепчу сквозь слёзы.
Он не может так жестоко со мной обойтись. Особенно сейчас! Когда мы наконец-то приняли в свой дом долгожданную дочь! Разве этот шаг не должен был нас примирить?
— Могу, — рубит муж. — Потому что ты могла, Вера. Ты могла повлиять. Но тебе не хватило мозгов это сделать!

- ХЭ

«— Ты расплылась как квашня, Лиля, — бросил мне муж, когда я узнала о его грязной измене.
Мой брак превратился в пепел, а привычный мир рухнул прямо накануне годовщины компании. Пытаясь заглушить боль от предательства, на праздничном банкете я впервые в жизни позволила себе лишнего.
Но я и подумать не могла, что одна безумная, крышесносная ночь с моим боссом полностью перевернет мою жизнь. Испугавшись этой внезапной страсти, я сбежала в отпуск. Но три недели спустя в моих дрожащих руках оказались два положительных теста на беременность...»

— Хватит, Мира, — муж резко хватает меня за запястье, разворачивая к себе. — Я признал, что изменил. Извинился. Остался в семье. Что тебе еще нужно?! Чтобы я каждый день просыпался и ждал, какую новую пытку ты мне приготовишь?
— Отпусти руку, Антон, — я вырываюсь, поднимая глаза на него. — Ты несколько месяцев жил так, как тебе хотелось. Теперь придется немного пожить так, как хочется мне.

Я фельдшер скорой помощи и слишком хорошо знаю, как легко человеческое сердце выходит из-под контроля. Особенно когда в него одновременно бьют страх, вина и понимание, что исправить уже ничего нельзя.
Антон решил, что после измены я поплачу, покричу и смирюсь. Мой ненаглядный даже представить не мог, что вместо этого я придумаю для него такую изощренную месть, после которой оправляться придется куда дольше, чем от обычного семейного скандала.
А его сердце на этот раз окажется в моих руках.

— У меня другая, но я тебя ни в чем не упрекаю… — муж сделал глоток, и я видела, как дернулся его кадык. — После долгого брака и ребенка, ты изменилась. Я предлагал тебе прийти ко мне, но ты не захотела, хотя я тот, кто каждый день приводит к идеалу устаревшие тела…
Холодный пот прокатился по телу.
– То есть я тебя уже не устраиваю? – плечо нервно дернулось, и я его потерла. – Это наш ребенок, точно ты сейчас не меня упрекаешь в том, что я рожала?
— Точно… Но раз ты обо всем узнала, нет смысла молчать, — он окинул меня взглядом и усмехнулся. – Развода не хочу, но и того ребенка не брошу.
Я задрожала.
– И ты притащил меня на эту яхту, чтобы мне об этом сообщить? – я вздрогнула и огляделась по сторонам. – Что у тебя будет ребенок от другой? Идеальной? И ты думаешь, что я это просто стерплю? Я подам на развод, и оберу тебя до нитки!

Июль. Солнечное утро. Мне хочется, чтобы не было ни командировки, ни двух недель в пустом доме.
— Полин, две недели пролетят, ты и не заметишь. Вернусь и сразу к морю.
— Позвони, как прилетишь, — говорю я.
— Обязательно. Люблю тебя. — Он целует меня.
В восемь вечера я сажусь в машину и телефон вздрагивает на соседнем сиденье. Незнакомый номер.
— Корнева Полина Антоновна? Ваш муж попал в дорожно-транспортное происшествие и сейчас в реанимации. Вам лучше приехать.
***
Из-за двери реанимации выходит мужчина в зелёном хирургическом костюме и спрашивает:
— Вы супруга Корнева? С ним в машине была пассажирка. Она тоже в реанимации без сознания. Может, вы знаете, кого нам оповестить из её близких? Павлова Алёна Аркадьевна, двадцать пять лет.
Я поднимаю голову.
— Кто?
— Павлова. Алёна. Двадцать пять лет. — Он смотрит на меня поверх очков. — Вы её знаете?
Незнакомка в одной машине с моим мужем. С моим мужем, который должен был лететь в Нижний Новгород.

Муж прислал мне бумаги о разводе вместо себя.

Шесть лет брака, почти год его отсутствия и другая женщина в столице. В качестве компенсации он предложил выбрать любое имущество — лишь бы я тихо исчезла из его жизни.

Но Кайрен Вейр, Пепельный дракон, не знал: в теле его брошенной жены теперь была я.

Из домов, денег и земель я выбрала заброшенную сигнальную станцию Тарвен — развалины, погасшие башни и воздушный маршрут, закрытый после нескольких катастроф.

Восстановить его мне помогает Тейран Ард, Грозовой дракон, едва не погибший здесь много лет назад. Он не верит в мои расчеты, спорит из-за каждого сигнала и слишком хорошо знает цену самоуверенности.

Мы вместе проверяем старые журналы, поднимаемся на башни и постепенно начинаем искать друг друга среди людей станции.

Я не собиралась снова растворяться в чужой жизни.

А Тейран не привык нуждаться в ком-то.

Но однажды он спрашивает:

— Если я буду возвращаться сюда не как инспектор… для меня найдется место?

— Забудь про суд. Или ты его больше не увидишь совсем.
Это сообщение я получила ночью. С фотографией. Мой пятилетний сын спал на чужой кровати, укрытый чужим одеялом, в доме, которого я никогда не видела. Муж похитил его, чтобы заставить меня отказаться от развода.
Я не отказалась.
Я ехала через полстраны, чтобы вернуть сына. Я судилась с человеком, который подделал мою подпись на документах, изменил мне с моей лучшей подругой и распустил слухи на работе. Я собирала доказательства, смотрела ему в глаза в зале суда, слушала, как он кричит, обвиняя меня в том, что я сама во всём виновата.
И когда всё закончилось — суд, развод, переезд — мой сын посмотрел на мужчину, который помог нам выжить, и сказал одно слово, которое изменило всё:
— Пап.

— Папа сказал мне кое-что. Про тебя.

Сын стоит в дверях, куртка не снята. Лицо взрослое и чужое совсем не по-детски.

— Что ты его довела. Что он терпел шестнадцать лет.

— Тёма, он говорит неправду.

— А про телефон тоже неправду? Он хотел мне его ещё в сентябре. И море хотел. А ты всё время: «не в этом году, солнышко».

У меня перехватывает дыхание. Он бил не наугад — выбрал ту самую фразу, которую сын слышал от меня сто раз.

— У папы теперь будет новая семья. Настоящая.

— Тёма…

— Хватит врать! Это ты во всём виновата! Я тебя ненавижу!

Дверь хлопает так, что дребезжит стекло в старой раме.

Муж не просто ушёл. Он забрал дом и забрал уважение — одной запиской на моей подушке. А теперь забирает и сына.

— Полин, я двадцать лет с тобой. Двадцать лет. Ты думаешь, я готов всё это перечеркнуть из-за глупости?
— Перечеркнул уже ты. Не я.
— Так что теперь, разводимся из-за одной ошибки? После всего, что мы прошли?
— Из-за одной. Значит, других не было?
Он не ответил сразу — пауза вышла на секунду длиннее нужной для честного «нет».
— Конечно, не было, — сказал он потом. — Ты вообще о чём?
— Ни о чём. Спросила просто так.
Он налил себе ещё коньяка, руки у него подрагивали.
— Чего ты хочешь? Развод? Скажи прямо, и я соберу вещи сегодня же.