Книги по тегу «измена и предательство»: ""
— Эта тьма должна вырваться наружу, об этом нельзя молчать!
Серые стены, запах сырости и страха. Девушки связаны. Слёзы катятся по щекам, но рты заклеены. В глазах — ужас, вопрос, мольба. Но ответа нет. Только скрип двери, шаги. И тьма, которая смыкается над ними...
Серые стены, запах сырости и страха. Девушки связаны. Слёзы катятся по щекам, но рты заклеены. В глазах — ужас, вопрос, мольба. Но ответа нет. Только скрип двери, шаги. И тьма, которая смыкается над ними...
…Погруженная в воспоминания, я не заметила, как дошла до серого пятиэтажного здания отдела полиции. Поднимаюсь на второй этаж, ... Сегодня я наконец расскажу Максиму новость, которую держала в секрете почти неделю.
Подхожу к знакомой двери с табличкой «Старший оперуполномоченный М.В. Соломатин» ...
Странно, но дверь была приоткрыта. Максим всегда закрывал кабинет, даже если выходил на минуту – профессиональная привычка... Я осторожно постучала костяшками пальцев по дверному косяку.
Ответа не последовало.
– Максим? – негромко позвала я, приоткрывая дверь шире.
То, что я увидела, заставило меня застыть на пороге... Муж был в кабинете. Но не один. На его рабочем столе, среди разбросанных бумаг и папок, полулежала молодая блондинка. Максим наклонился над ней, его рубашка была расстегнута...
Подхожу к знакомой двери с табличкой «Старший оперуполномоченный М.В. Соломатин» ...
Странно, но дверь была приоткрыта. Максим всегда закрывал кабинет, даже если выходил на минуту – профессиональная привычка... Я осторожно постучала костяшками пальцев по дверному косяку.
Ответа не последовало.
– Максим? – негромко позвала я, приоткрывая дверь шире.
То, что я увидела, заставило меня застыть на пороге... Муж был в кабинете. Но не один. На его рабочем столе, среди разбросанных бумаг и папок, полулежала молодая блондинка. Максим наклонился над ней, его рубашка была расстегнута...
— Да, мы с «Масей» вместе уже три года… Для кого-то это не срок, — смеется. — Но знаешь, за это время он дал мне всё: уют, заботу, уверенность в завтрашнем дне. И пусть кто-то осуждает, но я знаю одно — мы любим друг друга.
Я тянусь за чашкой чая.
— Ну давай, говори уже, кто он, — бормочу себе под нос.
Алла выдерживает драматическую паузу, чуть склоняя голову набок. На её губах играет та самая победоносная улыбка женщины, уверенной в своей правоте.
— Это Карабанов Константин Игоревич.
Чашка застывает в воздухе. В голове словно включается аварийный сигнал, заглушая звуки телевизора. Глаза расширяются, а сердце колотится так сильно, что кажется — оно выскочит из груди.
Я знаю это имя. Знаю его лучше всех.
Это мой муж.
Я тянусь за чашкой чая.
— Ну давай, говори уже, кто он, — бормочу себе под нос.
Алла выдерживает драматическую паузу, чуть склоняя голову набок. На её губах играет та самая победоносная улыбка женщины, уверенной в своей правоте.
— Это Карабанов Константин Игоревич.
Чашка застывает в воздухе. В голове словно включается аварийный сигнал, заглушая звуки телевизора. Глаза расширяются, а сердце колотится так сильно, что кажется — оно выскочит из груди.
Я знаю это имя. Знаю его лучше всех.
Это мой муж.
— Кто она? — всхлипнула я. — Та девка, которую ты в такси посадил!
Александр стиснул челюсти.
— Я не планировал заводить этот разговор так скоро.
— А что ты планировал? — вздрогнула я. — Продолжать жить со мной, а спать с этой…
— У неё есть имя, — поморщился супруг. — Её Ольгой зовут.
— Да мне плевать, как её зовут! Я её вообще в свою жизнь не звала!
— Ну, как видишь, это решать не тебе, — цинично бросил муж. — Да, у меня есть другая. Жизнь вносит свои коррективы.
— Так это жизнь тебя заставила в постель её к себе затащить?!
— Чувства! — рявкнул в ответ Александр. — Чувства вспыхнули, понимаешь? Что-то, чего между нами давно нет. А, может, никогда и не было! И мне винить себя не за что. И тебе я делать этого не позволю!
Александр стиснул челюсти.
— Я не планировал заводить этот разговор так скоро.
— А что ты планировал? — вздрогнула я. — Продолжать жить со мной, а спать с этой…
— У неё есть имя, — поморщился супруг. — Её Ольгой зовут.
— Да мне плевать, как её зовут! Я её вообще в свою жизнь не звала!
— Ну, как видишь, это решать не тебе, — цинично бросил муж. — Да, у меня есть другая. Жизнь вносит свои коррективы.
— Так это жизнь тебя заставила в постель её к себе затащить?!
— Чувства! — рявкнул в ответ Александр. — Чувства вспыхнули, понимаешь? Что-то, чего между нами давно нет. А, может, никогда и не было! И мне винить себя не за что. И тебе я делать этого не позволю!
Какого это любить мужчину, который тебе не принадлежит? Это было моей роковой ошибкой, за которую мне пришлось крупно поплатиться.
Я сожалею, что лгала мужу, но я не сожалею, что любила своего любовника. Эта история пропитана всеми специями страстной любви и красоты, боли и страдании, мучении и печали.
Я до сих пор помню день нашей первой встречи. Момент, когда наши взгляды встретились и между нами вспыхнуло дикое пламя безумия.
Меня зовут Делия Дамори и эта откровенная история об исповеди замужней девушки, которая не смогла устоять перед чарами молодого, харизматичного и красивого художника, который окунул мою жизнь в эстетическое удовольствие и превратил её в настоящую сказку.
Ты правил мной, как демон Асмодей, травил мое сердце и душу, окуная меня в пучину разврата, похоти и безрассудства. Из-за тебя я пала в тяжкий грех, ведь так и не смогла устоять перед твоим роскошным соблазном...
Я сожалею, что лгала мужу, но я не сожалею, что любила своего любовника. Эта история пропитана всеми специями страстной любви и красоты, боли и страдании, мучении и печали.
Я до сих пор помню день нашей первой встречи. Момент, когда наши взгляды встретились и между нами вспыхнуло дикое пламя безумия.
Меня зовут Делия Дамори и эта откровенная история об исповеди замужней девушки, которая не смогла устоять перед чарами молодого, харизматичного и красивого художника, который окунул мою жизнь в эстетическое удовольствие и превратил её в настоящую сказку.
Ты правил мной, как демон Асмодей, травил мое сердце и душу, окуная меня в пучину разврата, похоти и безрассудства. Из-за тебя я пала в тяжкий грех, ведь так и не смогла устоять перед твоим роскошным соблазном...
— Ты же сам говорил, что она для тебя как чемодан без ручки — нести неудобно, а выбросить жалко. Может, пора уже избавиться от хлама?
— Котёнок, подумай, что ты говоришь? — В голосе Альберта сквозила усталость, чувствовалось, что этот разговор у них не впервые. — Сейчас год семьи, любви и верности. Представляешь, как развод скажется на репутации? На рейтингах?
— Слушай, а если мы запустим слух, что у неё проблемы с головой? Поэтому и сниматься почти перестала: текст забывает, на людей срывается…
— Но это же неправда.
Надо же, хоть какие-то отголоски совести у мужа ещё остались!
— Правда — не правда, кому какая разница? Наймём грамотных пиарщиков, сперва просто слушок пойдёт. Поищем кого-нибудь, кто с ней работал. Не может же так быть, что она никогда ни на ком не срывалась…
Альберт молчал, а моё сердце прямо сейчас разбивалось от этого молчаливого согласия.
— Котёнок, подумай, что ты говоришь? — В голосе Альберта сквозила усталость, чувствовалось, что этот разговор у них не впервые. — Сейчас год семьи, любви и верности. Представляешь, как развод скажется на репутации? На рейтингах?
— Слушай, а если мы запустим слух, что у неё проблемы с головой? Поэтому и сниматься почти перестала: текст забывает, на людей срывается…
— Но это же неправда.
Надо же, хоть какие-то отголоски совести у мужа ещё остались!
— Правда — не правда, кому какая разница? Наймём грамотных пиарщиков, сперва просто слушок пойдёт. Поищем кого-нибудь, кто с ней работал. Не может же так быть, что она никогда ни на ком не срывалась…
Альберт молчал, а моё сердце прямо сейчас разбивалось от этого молчаливого согласия.
— Как давно ты с ней? — задаю резонный вопрос.
— Достаточно, чтобы понять, что люблю! — в его голосе раздражение и желание защититься, хотя я на него и не нападаю. — Понимаешь, она, — разворачивается ко мне Виктор, — она меня замечает! Видит во мне мужчину!
Вот это новость.
— Ты шутишь? — не могу поверить в то, что слышу.
— Я больше не могу жить вот в этом всем! — очерчивает руками кухню, — наши отношения умерли и покрылись паутиной! Ничего не происходит! Я хочу чего-нибудь нового! Живого и настоящего!
— А я, по-твоему, искусственная, что ли?
— Я прозрел, Станислава! Посмотрел со стороны на тебя и наш брак! А Карина, она такая… — мечтательно поднимает взгляд, — она без ума от меня! Она меня боготворит! Когда ты последний раз меня боготворила? Да никогда! — сам же себе и отвечает. — А для нее я… совершенство!
Наш сын вырос и выпорхнул из гнезда, пришло время начать новый этап жизни... с развода!
Не такого сюрприза я ждала спустя 18 лет брака.
— Достаточно, чтобы понять, что люблю! — в его голосе раздражение и желание защититься, хотя я на него и не нападаю. — Понимаешь, она, — разворачивается ко мне Виктор, — она меня замечает! Видит во мне мужчину!
Вот это новость.
— Ты шутишь? — не могу поверить в то, что слышу.
— Я больше не могу жить вот в этом всем! — очерчивает руками кухню, — наши отношения умерли и покрылись паутиной! Ничего не происходит! Я хочу чего-нибудь нового! Живого и настоящего!
— А я, по-твоему, искусственная, что ли?
— Я прозрел, Станислава! Посмотрел со стороны на тебя и наш брак! А Карина, она такая… — мечтательно поднимает взгляд, — она без ума от меня! Она меня боготворит! Когда ты последний раз меня боготворила? Да никогда! — сам же себе и отвечает. — А для нее я… совершенство!
Наш сын вырос и выпорхнул из гнезда, пришло время начать новый этап жизни... с развода!
Не такого сюрприза я ждала спустя 18 лет брака.
Одно сообщение и несколько фотографий с неизвестного номера разрушило мой идеальный мир. На одной из них мой муж целуется с другой женщиной. А на другой - недопустимая близость этих двоих.
Двенадцать лет брака, наш пятилетний сын Миша, дом полная чаша. Всё оказалось иллюзией, блестящей поверхностью, скрывающей пустоту. Но ради нашего сына я должна найти выход, а не действовать на эмоциях.
Поэтому, когда Артем возвращается домой и целует меня, я чувствую только горечь. А когда он говорит, что любит меня и счастлив со мной, я просто киваю, хотя внутри кричу: "Я знаю о твоей измене!"
Двенадцать лет брака, наш пятилетний сын Миша, дом полная чаша. Всё оказалось иллюзией, блестящей поверхностью, скрывающей пустоту. Но ради нашего сына я должна найти выход, а не действовать на эмоциях.
Поэтому, когда Артем возвращается домой и целует меня, я чувствую только горечь. А когда он говорит, что любит меня и счастлив со мной, я просто киваю, хотя внутри кричу: "Я знаю о твоей измене!"
– Я хочу твоего мужа себе, – пигалица задрала подбородок и с триумфом посмотрела мне прямо в глаза. – Насовсем.
– Что?
– Что слышала. Твоего мужа. Я его хочу. А я всегда получаю то, чего хочу.
– Он МОЙ муж! Ты хоть представляешь, сколько таких нахалок за пять лет вешались ему на шею?! Но он любит МЕНЯ! У нас счастливый брак и чудесная дочь! Предупреждаю: не лезь…
Девица расхохоталась, а потом щёлкнула пальцами прямо у меня перед носом:
– Приём, включайся, давай. Сейчас заходишь домой, манатки свои собираешь, дочь под мышку хватаешь – и валишь из города. Мне тут не нужно, чтобы бывшие любимого мужчины ему глаза мозолили. Андестенд?
Она ушла, громко топая каблуками, а вечером пришло СМС с незнакомого номера:
«Мужа сегодня не жди. Он хочет остаться со мной»
И фото.
Белоснежные мятые простыни. Смуглое тело безмятежно спящего мужа на них. И девица…
Смотрит в камеру. Скалится.
«Я же говорила, что всегда получаю то, чего хочу» – пришла ещё одна СМС.
– Что?
– Что слышала. Твоего мужа. Я его хочу. А я всегда получаю то, чего хочу.
– Он МОЙ муж! Ты хоть представляешь, сколько таких нахалок за пять лет вешались ему на шею?! Но он любит МЕНЯ! У нас счастливый брак и чудесная дочь! Предупреждаю: не лезь…
Девица расхохоталась, а потом щёлкнула пальцами прямо у меня перед носом:
– Приём, включайся, давай. Сейчас заходишь домой, манатки свои собираешь, дочь под мышку хватаешь – и валишь из города. Мне тут не нужно, чтобы бывшие любимого мужчины ему глаза мозолили. Андестенд?
Она ушла, громко топая каблуками, а вечером пришло СМС с незнакомого номера:
«Мужа сегодня не жди. Он хочет остаться со мной»
И фото.
Белоснежные мятые простыни. Смуглое тело безмятежно спящего мужа на них. И девица…
Смотрит в камеру. Скалится.
«Я же говорила, что всегда получаю то, чего хочу» – пришла ещё одна СМС.
Настя узнает об измене мужа, но закатывать скандал она не собирается. Рассказывать своей семье нет смысла. Поплакать в жилетку некому. Ведь все ее друзья и знакомые счастливо живут в браке. Настя решает подготовить план мести пока горячо любимый муж забавляется со своей любовницей и ничего не подозревает. Свой план мести она решает воплотить как раз на дне рождении мужа.
Выберите полку для книги