Книги по тегу «измена и предательство»: ""

— Это… это правда? Ты… ты с ней? После всего, что у нас было? После нашей дочери? — мой голос дрожит от боли и обиды.
Мои слёзы заполняют глаза, я не могу сдержать крик:— Как ты мог?! Как ты мог так со мной поступить?!
Я указываю на секретаршу, не в силах скрыть своё отвращение:
— И это… это то, что ты выбрал? Её? Вместо меня? Вместо нашей семьи?
В ответ секретарша лишь ухмыляется, словно наслаждаясь моим унижением. Её самоуверенность только усиливает мою боль.
— Ты права, — его голос звучит неожиданно спокойно и твёрдо. — Я давно уже всё решил. Ты мне не нужна. Я подаю на развод.

Дверь в кабинет приоткрыта, и я заношу руку, чтобы постучать, но она застывает в воздухе, когда я слышу доносящиеся оттуда голоса.
- Вадик у нас будет бэбик, - произносит молодой женский голос, и мое сердце пропускает удар.
- Все получилось? - а это уже голос моего мужа. Я чувствую, как холодеют мои конечности, и внезапно становится тяжелым все тело.
- Еще бы! - отзывается голос. - Я беременна. Видишь, как все складывается. Твоя жена не может подарить тебе наследника, а я рожу тебе столько, сколько скажешь.
Я немного приоткрываю дверь и вижу, что мой муж стоит у окна, приоткрыв его на проветривание. А к нему со спины прижимается его молодая медсестра Карина.
В день, когда я узнала, что наша с мужем мечта осуществилась, и мы скоро станем родителями, мой мир рухнул. Потому что беременна от него не только я…

- Лола, прекрати меня шантажировать! – муж рычит в трубку, но через секунду голос смягчается. – Да, мы едем в Пекин. Да, я все оплатил. Нет, я не буду ничего жене рассказывать. На какие шиши мы тогда жить будем? Я же не заставлю тебя работать? Кошечка моя, потерпи.
Я пячусь назад, сердце заходится в бешенном беге, ноги трясутся, руки холодеют, а перед глазами – черные круги. Невозможно! Я годами создавала идеальную семью.
Если бы не внезапные детские крики из комнаты, я бы тут же схватила инсульт. Но девочки важнее. Дочка и это балбеска Сашка снова столкнулись лбами. Педагог во мне оказался сильнее, и я метнулась в сторону детской.
Я распахнула дверь и выдохнула:
- Собирайтесь! Мы уезжаем!
- Куда? – Мирослава опустила подушку, которая недавно проехалась по прическе Александры Самсоновой.
- К ней! – я указала пальцем на Сашку.
Пусть теперь её отец меня спасает. Не все же мне быть героиней.

– Сделай со мной все, что хочешь, но подари мне эту ночь, - шепчет сестра моему жениху. - Достанешься невесте только после меня.
Она в ванной комнате. И с ней Руслан.
– Ночь? А ты наглая. Вперёд хозяйки моего сердца пропустить?
– Ага. И готовая везде. Проверь, - берет его за руку.
– Давай по-быстрому. Я сегодня нарасхват, - он усмехается на ее просьбу.

Сижу на кровати после торжества в платье, родственники ждут простынь со следами моей невинности у дверей спальни. А жених уделяет внимание в первую брачную ночь другой. Той, что нет роднее для меня на этом свете.

Перешагну через предательство. Выйду и расскажу всем правду. Они ответят за позор.

Альтернативный Кавказ

Муж стоял возле стойки с вечерними платьями. Не один. Рядом с ним была девушка – высокая, стройная, в красном обтягивающем платье на высоких каблуках. Темные волосы собраны в элегантную прическу, макияж безупречный. Она была... потрясающе красива. Совсем не такая, как я в своих удобных джинсах, кроссовках и простой белой футболке.
Рома держал ее за талию. Не просто стоял рядом – именно держал, притягивал к себе, так, как держит мужчина женщину, которая ему дорога. Его рука лежала почти на бедре, интимно, собственнически...
Мир вокруг меня качнулся. Торговый центр, музыка, голоса покупателей – все превратилось в какой–то гул. Я видела только их двоих: моего мужа и незнакомую женщину, которая стояла в его объятиях там, где должна была стоять я.

— Ты спал с ней? С подругой нашей дочери?
— …
— Молчишь? Значит, правда.
Это было предательство, от которого тошнило.
— Мам, это правда? Он с Кирой?..
Я кивнула. И в этот момент что-то оборвалось не только у меня, но и у нашей дочери.
Он выбрал двадцать лет брака выкинуть ради девчонки, которую я пускала к нам за стол.
Я не стану терпеть. Я покажу им обоим, что выбросить меня из своей жизни — их самая дорогая ошибка. Пусть узнают все: у предательства есть цена.

– Машина у подъезда стояла – точь-в-точь как твоя. Та же модель, тот же цвет. И даже диски такие же, которые ты показывал. Я аж подошла рассмотреть.
Я произнесла это на самом легком, почти шутливом тоне, глядя в тарелку, но вся мое существо вытянулось в струну, ловя его реакцию. Время словно замедлилось.
Марк замер на полпути от плиты к столу с сотейником в руке. Всего на долю секунды. Но я это заметила. Заметила, как спина его на мгновение застыла, как плечи неестественно напряглись. Он поставил сотейник на подставку, слишком громко, железо о железо звякнуло.
– Ну, машины как машины, – он пожал плечами, отворачиваясь ко шкафу за хлебом. Голос его прозвучал чуть глуше, чем обычно. – Их как собак нерезаных. У каждого второго сейчас такие.
Казалось бы, ничего особенного. Но это было не «да? интересно!», не «и правда похожа?», не «ну и как, крутая?». Это было уклончивое, общее «машины как машины». И этот мгновенный, животный спазм напряжения в спине.

— Жена, открывай! Муж пришел!
Я в шоке выглядываю из окошка.
В мою калитку ломится бывший.
С букетом ромашек.
Засунуть бы их ему куда поглубже.
— Зачем ты пришел?! Мы в разводе! Забыл?
— Пришел сказать, что у тебя есть только один вариант: снова сказать мне ДА!
— Интересно, с какой стати?
— Я… нагулялся.
***
Козел-бывший не просто вернулся!
Он вернулся, занимая высокий пост, и решил использовать свою власть, чтобы добить меня.
Но я не собираюсь сдаваться.

— Да ладно тебе, мы же обе взрослые женщины, — она ухмыляется, поправляя лямку платья. — Каждый божий день, дорогуша. Как только твоя машина выезжала со двора. Иногда он даже не мог дождаться — брал меня прямо в прихожей. На этом диване… На кухонном столе. А вчера... — она облизывает губы, — вчера в вашей спальне было особенно жарко.
— Заткнись! — я делаю шаг вперёд, но ноги ватные. — Что ты несёшь?
— То, что есть, — Вика откладывает утюг. — Пока ты убивалась по клиникам, кто-то же должен был... утешить мужчину. Бедняжка совсем извёлся без ласки.
Кровь отливает от лица. Пальцы немеют. Я хватаюсь за спинку кресла, единственное, что удерживает меня в вертикальном положении. Сердце бьётся где-то в горле, перебивая её слова. Мой муж. Спит с няней. С няней нашего ребёнка!

В голове отражается эхом тот разговор, который я случайно подслушала в салоне красоты - Кир, слушай, да у него жена клуша полнейшая, - смеялась она, и в этом смехе была такая самоуверенность, такое презрение, что мне стало физически дурно. - Родить не может, представляешь? Пять лет замужем, а детей нет. Фил говорит, что она даже в постели ничего не умеет, лежит как деревяшка. А я... - она заржала словно конь.
***
Муж смотрит на меня так, будто видит впервые в жизни.
- Привет, красотка, - игриво подмигивает он, облокотившись на капот машины в расслабленной позе.
Внутренний голос кричит: «Потерпи еще немного! Скоро ты ему тоже будешь игриво подмигивать, скоро он поймет, с кем связался...»