Я отказала парню, потому что не была готова к близости. Он обиделся и бросил меня в другом городе. Пришлось звонить отчиму, чтобы он меня отвез домой. Вернувшись домой, мы застукали моего парня и маму в объятьях друг друга. Мы с отчимом почувствовали себя обманутыми ии уехали залечивать раны. Тогда мне и пришла в голову идея, что во всем виновата моя девственность. Ведь если бы ее не было, то мой парень не стал бы искать утешения в чужих объятьях. А избавиться от нее можно хоть сейчас. Ведь есть отчим, и он мужчина...

ЗАВЕРШЕНО
— А что ты хотела? — вдруг взорвался муж. — Посмотри на себя! Ты же совсем себя запустила! А Вика она другая, богиня на твоём фоне!
— Да что ты говоришь! Я вообще-то ребенка выносила, родила, теперь кормлю его. Это тебе ни о чем не говорит, нет?
— Ну, не драматизируй, малыш. — Голос мужа зазвучал снисходительно. — Мы же семья. Никуда я от вас не уйду.
Я скрестила руки на груди:
— И это все, что ты можешь сказать?
— Послушай, я просто честен с тобой. Ты же понимаешь, у мужчин свои... потребности. А ты... — он окинул меня оценивающим взглядом. — Ты сейчас не в лучшей форме! Я пытался, правда. Но эти складки, большой лишний вес... Прости, но меня просто не тянет к тебе. Хотя семью я не брошу, не переживай. Соня должна расти с отцом.
***
Пока муж куролесил, я всю себя отдавала дому и семье. Но теперь, я больше не буду той наивной дурочкой, которая верит пустым обещаниям. Пусть муж думает, что я смирюсь с его изменами и буду ждать его. Но у меня другие планы!

Такси остановилось у нашего дома около полуночи. Я расплатилась, достала из багажника чемодан и пошла к подъезду. В окнах нашей квартиры на четвёртом этаже горел свет.
Рома ещё не спит. Хорошо.
Я поднялась на лифте, достала ключи и открыла дверь. В прихожей было тепло, пахло чем-то вкусным — кофе, что ли?
Я стянула ботинки и сделала шаг вперёд. И замерла.
На полу, у самой стены, стояли женские сапоги. Чёрные, замшевые, на высоком каблуке.
Не мои.
Сердце рухнуло вниз. Я уставилась на эти сапоги, пытаясь найти логичное объяснение. Может, Рома купил мне подарок? Нет, глупость, он бы не оставил их в прихожей. Может, это его мама заходила? Но у Людмилы Ивановны совсем другой размер, она носит тридцать шестой, а эти явно тридцать восьмой.
Я сглотнула и медленно прошла дальше по коридору. Из гостиной доносились голоса — Ромин, низкий и спокойный, и женский, звонкий, смеющийся.
Знакомый.
Очень знакомый...

💥 ЗАВЕРШЕНО 💥
— Лар, ка-а-ак же тебе повезло с мужем!
Моя лучшая подружка откладывает чайную ложку и чуть склоняет голову набок, в ее глазах появляется мечтательный блеск.
— Он просто золото. Не то что мой Сережа…
Светка с театральным вздохом закатывает глаза. О своем браке она всегда говорит так, будто играет драму.
— Скажу по секрету… — Голос ее понижается до доверительного шепота, а пронизывающий взгляд зеленых глаз смотрит мне прямо в душу. — От него я бы даже родить согласилась.

– Наконец-то моя тётка уснула. Ты смог прийти ко мне. Я уже думала, не дождусь тебя. – произнесла моя племянница…
Вася ответил ей хрипловатым, неторопливым голосом, который я слишком хорошо знала:
– Сам еле дождался, пока Полина уснёт… Господи, как же я до одури обожаю тебя, Ирочка. Иди сюда.
У меня перехватило дыхание от слов мужа, обращенных к моей же племяннице.
Ира захихикала – противно, низко, уверенно – и сказала:
– А как я тебя обожаю… И какая же дура моя тётка. Спускает на меня все деньги, оплачивает учёбу, жильё, питание. А сама даже не замечает, что творится у неё под носом. Что мы с тобой вместе.
Вася ответил ей, с тем отвратительным удовлетворением, которое я раньше ошибочно принимала за нежность:
– Ты маленькая стервочка. И это мне в тебе нравится… Ну же, иди сюда, котёночек.

Реальность – вещь жестокая. Она не спрашивает, готова ты или нет. Она бьет наотмашь тогда, когда ты меньше всего ожидаешь.

Я захожу в гостиную.
И останавливаюсь. Нет — меня просто выключает.
На большом диване, под тёплой лампой, где мы вместе с мужем смотрели сериалы, болтали и ели пиццу, развалились они. Диана, лучшая подруга с университета, без блузки, с распущенными волосами, откинутая на подушки, с выражением полной, самодовольной уверенности на лице. Мой муж полураздет, его рука всё ещё лежит на её бедре. Оба смотрят на меня: он — с выражением застигнутого врасплох человека, а она… с усмешкой. Холодной. Презрительной. Спокойной.
Коробка с тортом выпадает из моих рук и шлёпается на пол, разваливаясь, как вся жизнь, что была у нас с мужем. Крем расплывается по ковру, сладко и беззвучно, а я стою и не чувствую тела.
— Ну, наконец-то, — цокает Диана, даже не потрудившись натянуть одежду. — Я уж начала думать, что ты совсем слепая!

Род Страквир делает роковой выбор. Глава 14 из книги "Мой шейх 4" целиком. Оказавшись в трудной жизненной ситуации, он выбирает между теми кого любит и кто любит его. Выбор всегда не прост.

Книга тут https://litmarket.ru/reader/moy-sheyh-4-1?page=1

– Когда ты уже разведешься со своей убогой? Слав, ну сколько можно прятаться? – Слова чередуются со стонами и глухими ударами о стену. 

Я замираю, а боль разрывает меня на части. 

– Хоть она и убогая, но неудобно под Новый год.

Безразличный тон и эти ужасные слова любимого мужа вонзаются в мое сердце, как острый нож. Становится нестерпимо обидно за себя!Услышав следующую фразу, я едва не теряю сознание.

– Слав, а когда ребенок родится, тебе тоже неудобно будет? 

Как же больно может сделать любимый человек! Глубоко ранить, разбить все мечты своим предательством. Но в Новый год случаются чудеса даже там, где мы думаем, что их нет. А чудо неожиданно возьмет и явится в костюме Деда Мороза!

— Вероника, всё-таки тебе очень повезло с невесткой, — слышу голос сестры свекрови. — Какой она накрыла стол, а как всё вкусно! Дома порядок, муж доволен, — нахваливала она меня.
— Ой, скажешь то же, — слышу недовольный голос свекрови. — Порядок мой сынок навёл, а все блюда я ей готовила! — нагло врёт Вероника Андреевна. Я сжимаю банку с солением, стоя в кладовке около кухни.
— Ой, ничего с Андрюшей не случится, если жене поможет. Он уже сколько дома сидит, не работает? — спрашивает Людмила.
— А тебе то что? — возмущается свекровь.
— И не надо мне врать. Я прекрасно знаю, как ты готовишь. Кира готовит намного вкуснее, — говорит Людмила. Свекровь начинает возмущаться, но её сестра смеётся в ответ и уходит в зал.
— Кира, Кира, заладила! Была бы эта Кира такой хорошей, мой сыночек бедненький не искал бы утешения на стороне. Как говорится: от хороших жён мужья не гуляют, — говорит она и уходит следом за сестрой.
У меня из рук выскальзывает банка с солением, и падает мне на ногу.

Я вошла в одну из кабинок, закрыла дверь на защелку. Сняла сумочку с плеча, повесила на крючок. Облегченно выдохнула — каблуки начинали натирать, и несколько минут наедине с собой были очень кстати.
В этот момент дверь туалета открылась, и я услышала женские голоса. Два голоса. Смех.
— ...не могу поверить, что он наконец-то решился, — говорила одна из них. Голос звонкий, немного хрипловатый.
— Ксюш, ты уверена? — спросила вторая. — Он правда собирается с ней развестись?
Я замерла. Ксюш? Ксения? Та самая девушка в красном платье?
— Абсолютно, — ответила первая. — Он сказал мне вчера. После Нового года подаст документы. Сказал, что больше не может врать ни мне, ни ей. Что хочет быть со мной.
Мое сердце забилось быстрее. О ком они говорят? Я прижала руку ко рту, боясь, что они услышат мое дыхание.
— Бедная Лена, — вздохнула вторая. — Она же ничего не подозревает. Видела, как она на него смотрела? Как будто он центр ее вселенной.
Лена. Они говорят обо мне. Обо мне и... Роме?