Книги по тегу «измена и предательство»: ""
— Полина…
Я открываю глаза и замираю. В темноте слышно только ровное дыхание мужа.
— Полинка, ты… невероятная…
Всё. Теперь не послышалось.
Какая, к чёрту, Полина?
В окружении нет ни одной подходящей кандидатуры.
Смотрю переписку и челюсть отваливается:
«Полинка, скучаю по твоим глазам. Когда мы снова увидимся?»
«Серёж, я тоже скучаю… Сегодня было трудно не смотреть на тебя целый день. Особенно когда ты был так близко».
Муж изменил. Дать развод?
Нет уж! Ведь это слишком легко!
Улыбайся, дорогой, пока можешь.
Скоро твоя Полинка станет не самой большой твоей проблемой.
Я тебе это обещаю.
Я открываю глаза и замираю. В темноте слышно только ровное дыхание мужа.
— Полинка, ты… невероятная…
Всё. Теперь не послышалось.
Какая, к чёрту, Полина?
В окружении нет ни одной подходящей кандидатуры.
Смотрю переписку и челюсть отваливается:
«Полинка, скучаю по твоим глазам. Когда мы снова увидимся?»
«Серёж, я тоже скучаю… Сегодня было трудно не смотреть на тебя целый день. Особенно когда ты был так близко».
Муж изменил. Дать развод?
Нет уж! Ведь это слишком легко!
Улыбайся, дорогой, пока можешь.
Скоро твоя Полинка станет не самой большой твоей проблемой.
Я тебе это обещаю.
Жизнь моя, казалось, была идеальной: успешный бизнес, любящий муж… Но одно предательство разрушило мой мир в одночасье. Боль, отчаяние – я бежала, оставив все позади, в далекий Сочи.
Море стало моим спасением, горы – моим убежищем. Я училась рисовать, помогала бездомным животным, искала себя. Но прошлое не давало покоя. Письма, воспоминания… Смогу ли я простить? Нужно ли?
Эта история – о моем пути к себе. О том, как, потеряв все, я нашла в себе силы начать новую жизнь, наполненную любовью, творчеством и смыслом. О том, как важно верить в себя и не бояться создавать себя заново.
Море стало моим спасением, горы – моим убежищем. Я училась рисовать, помогала бездомным животным, искала себя. Но прошлое не давало покоя. Письма, воспоминания… Смогу ли я простить? Нужно ли?
Эта история – о моем пути к себе. О том, как, потеряв все, я нашла в себе силы начать новую жизнь, наполненную любовью, творчеством и смыслом. О том, как важно верить в себя и не бояться создавать себя заново.
— У тебя на пальто чужой волос.
— Ты серьёзно?.. Лада, это ерунда.
Он врал. А я улыбалась. И тихо собирала всё: переписки, фото, встречи.
А потом — показала правду. Там, где он меньше всего ожидал. При всех.
Я не устраивала сцен. Просто ушла. И с этого началась моя новая жизнь.
Только он не понял: это была не просто обида. Это была яркая месть.
— Ты серьёзно?.. Лада, это ерунда.
Он врал. А я улыбалась. И тихо собирала всё: переписки, фото, встречи.
А потом — показала правду. Там, где он меньше всего ожидал. При всех.
Я не устраивала сцен. Просто ушла. И с этого началась моя новая жизнь.
Только он не понял: это была не просто обида. Это была яркая месть.
— София… — произнес Георгий возмущенно, и в его голосе не было ни капли раскаяния. — Что ты здесь делаешь?
— Это твоя новая подружка? — спросила я, стараясь говорить спокойно. — Или невеста? Кажется, ты только что обещал на ней жениться.
— Тебе послышалось, — усмехнулся он, и я поняла, что Георгий надо мной издевается.
— Как же ты мог до такого опуститься?
— До чего — до такого? — Он скрестил руки на груди. — Пришла пора поменять старую жену на новую, чтобы соответствовала моему статусу.
— Статусу? — Я отпрянула от его слов, как от пощечины.
— Да. Ты уже поизносилась, пора сдавать на свалку, — хмыкнул он.
— Какая же ты мразь… — выдохнула я, стараясь не расплакаться.
— Извини, Соф. Хотел рассказать тебе об Альбине при более подходящих обстоятельствах, но раз ты сама все увидела, то… — Он развел руками и, обхватив свою любовницу за талию, чмокнул ее в щеку. — Я заслуживаю чего-то нового. Чего-то живого. Не старых фотографий и театра, который давно закрылся.
— Это твоя новая подружка? — спросила я, стараясь говорить спокойно. — Или невеста? Кажется, ты только что обещал на ней жениться.
— Тебе послышалось, — усмехнулся он, и я поняла, что Георгий надо мной издевается.
— Как же ты мог до такого опуститься?
— До чего — до такого? — Он скрестил руки на груди. — Пришла пора поменять старую жену на новую, чтобы соответствовала моему статусу.
— Статусу? — Я отпрянула от его слов, как от пощечины.
— Да. Ты уже поизносилась, пора сдавать на свалку, — хмыкнул он.
— Какая же ты мразь… — выдохнула я, стараясь не расплакаться.
— Извини, Соф. Хотел рассказать тебе об Альбине при более подходящих обстоятельствах, но раз ты сама все увидела, то… — Он развел руками и, обхватив свою любовницу за талию, чмокнул ее в щеку. — Я заслуживаю чего-то нового. Чего-то живого. Не старых фотографий и театра, который давно закрылся.
– Что значит, ты устал? – спросила, глядя на мужа неверящим взглядом.
– А вот так. Оксан, мне на пенсию скоро, а я до сих пор не пожил для себя, – устало вздыхает.
– То есть ты бросаешь меня? А как же наши дети? – пытаюсь держать лицо, но получается плохо.
– Дети, дети, дети, – брезгливо передразнил. – Нарожала восемь штук, и я должен горбатиться на них даже в пятьдесят?
– Серьезно? Ты считаешь наших, подчёркиваю НАШИХ, детей штуками?
Муж на моё восклицание лишь закатил глаза, и вместо ответа вышел из комнаты, оставляя меня совершенно одну...
***
Мне 46 и кажется я теперь мать–одиночка, ведь младшему сыну всего семь, а мужу снова восемнадцать...
– А вот так. Оксан, мне на пенсию скоро, а я до сих пор не пожил для себя, – устало вздыхает.
– То есть ты бросаешь меня? А как же наши дети? – пытаюсь держать лицо, но получается плохо.
– Дети, дети, дети, – брезгливо передразнил. – Нарожала восемь штук, и я должен горбатиться на них даже в пятьдесят?
– Серьезно? Ты считаешь наших, подчёркиваю НАШИХ, детей штуками?
Муж на моё восклицание лишь закатил глаза, и вместо ответа вышел из комнаты, оставляя меня совершенно одну...
***
Мне 46 и кажется я теперь мать–одиночка, ведь младшему сыну всего семь, а мужу снова восемнадцать...
- У меня роман с другой, - сидя передо мной, говорит муж.
- Ты… - запинаюсь, не в силах выдавить хоть слово, - изменяешь мне потому разлюбил меня?
- Трофей разлюбить невозможно.
- Трофей? – удивленно переспрашиваю.
- Да. Ты мой главный трофей, а трофей должен стоять на полке. У нас с тобой все идеально. Хозяйка, друг, любовница, ты совместила в себе все роли. Но мне нужны и другие победы.
Муж перечеркнул все одной изменой. Я не стала спорить, не стала бороться. Я просто собрала вещи и сбежала от него. Развелась. Узнала, что беременна, получив документы о разводе, и родила близнецов, после стольких выкидышей.
Вот только вся моя спокойная жизнь пошла коту под хвост, когда в мою жизнь снова вернулся он, ведь он…
- Ты… - запинаюсь, не в силах выдавить хоть слово, - изменяешь мне потому разлюбил меня?
- Трофей разлюбить невозможно.
- Трофей? – удивленно переспрашиваю.
- Да. Ты мой главный трофей, а трофей должен стоять на полке. У нас с тобой все идеально. Хозяйка, друг, любовница, ты совместила в себе все роли. Но мне нужны и другие победы.
Муж перечеркнул все одной изменой. Я не стала спорить, не стала бороться. Я просто собрала вещи и сбежала от него. Развелась. Узнала, что беременна, получив документы о разводе, и родила близнецов, после стольких выкидышей.
Вот только вся моя спокойная жизнь пошла коту под хвост, когда в мою жизнь снова вернулся он, ведь он…
— Вы холодная и злая! — верещит девка, которую я только что застукала на своем муже. — Вениамину Павловичу нужен кто-то добрый. Вы гасите его огонь! Это из-за вас у него творческий кризис! Если бы не вы, он бы давно написал шедевр!
— Если бы не я, он бы давно спился и пошел по миру, — закатываю глаза и стараюсь не смотреть на ее едва прикрытое простыней тело.
Муж, о отличие от своей любовницы, не такой смелый. Натягивает на себя штаны и жалко оправдывается:
— Это не то что ты подумала, милая. Мы с Дашенькой обсуждали мою книгу и потом…
— Ты случайно на нее упал? — подсказываю.
— Я его Муза, между прочим, — заявляет она настолько торжественно, что едва не роняет простыню. — Рядом с ним должна быть я, а не вы!
— Да забирай на здоровье, — пожимаю плечами. — Только не жалуйся потом. Муж, знаешь ли, товар невозвратный. Обмену не подлежит!
— Если бы не я, он бы давно спился и пошел по миру, — закатываю глаза и стараюсь не смотреть на ее едва прикрытое простыней тело.
Муж, о отличие от своей любовницы, не такой смелый. Натягивает на себя штаны и жалко оправдывается:
— Это не то что ты подумала, милая. Мы с Дашенькой обсуждали мою книгу и потом…
— Ты случайно на нее упал? — подсказываю.
— Я его Муза, между прочим, — заявляет она настолько торжественно, что едва не роняет простыню. — Рядом с ним должна быть я, а не вы!
— Да забирай на здоровье, — пожимаю плечами. — Только не жалуйся потом. Муж, знаешь ли, товар невозвратный. Обмену не подлежит!
Что есть преграды? Их нет для сына влиятельного человека, для того кто привык получать все и сразу....
Одна случайная встреча, одна случайная связь, становится порочной, становится роковой.... Асхан Садаров- наследник богатой империи, тот от чьей фамилии все впадают в ужас на одной из вечеринок случайно встретился с Лесей-девушкой из простой семьи, девушкой которая привыкла по жизни добиваться всего сама. Что это? Дикая страсть? Жгучая ненависть? Ни он ни она об этом еще не узнали, но оба знали точно, они никогда не сумеют забыть и отпустить друг друга.
Одна случайная встреча, одна случайная связь, становится порочной, становится роковой.... Асхан Садаров- наследник богатой империи, тот от чьей фамилии все впадают в ужас на одной из вечеринок случайно встретился с Лесей-девушкой из простой семьи, девушкой которая привыкла по жизни добиваться всего сама. Что это? Дикая страсть? Жгучая ненависть? Ни он ни она об этом еще не узнали, но оба знали точно, они никогда не сумеют забыть и отпустить друг друга.
— Ты скоро станешь отцом, — выдавливаю из себя.
Смотрю в лживые глаза, с трудом удерживая слезы. Муж растерян.
— Но… у нас и так трое, и как… Я же…
— Как ты сумел сделать ребенка, будучи в поездках? — горько усмехаюсь. — А может, не было никаких командировок?
Наконец, у предателя сосредоточенное выражение лица.
— И что это значит?
— Это значит, мы разводимся. Ребенка жду не я. А твоя любовница.
— Не говори ерунды. Развода не будет.
Не отрицает, что изменил. Самоуверенная насмешка, как пощечина.
— И что ты будешь делать без меня?
Мне все еще больно, но я больше не дам себя в обиду.
Расправляю плечи и уверенно произношу:
— Без тебя я наконец буду делать себя счастливой.
Смотрю в лживые глаза, с трудом удерживая слезы. Муж растерян.
— Но… у нас и так трое, и как… Я же…
— Как ты сумел сделать ребенка, будучи в поездках? — горько усмехаюсь. — А может, не было никаких командировок?
Наконец, у предателя сосредоточенное выражение лица.
— И что это значит?
— Это значит, мы разводимся. Ребенка жду не я. А твоя любовница.
— Не говори ерунды. Развода не будет.
Не отрицает, что изменил. Самоуверенная насмешка, как пощечина.
— И что ты будешь делать без меня?
Мне все еще больно, но я больше не дам себя в обиду.
Расправляю плечи и уверенно произношу:
— Без тебя я наконец буду делать себя счастливой.
– Я тебе говорила, что будешь моим? - уверенно заявляет любовница моего будущего мужа.
– Говорила, - соглашается он с едва ехидной улыбкой.
Скользит взглядом по ее телу и уединяется со своей сводной сестрой, добавляя:
– Но сегодня не считается. Купальская ночь все спишет.
И я спишу предателя в утиль!
Жених меня привез на фестиваль в честь праздника Купалье. А его сводная сестра сделала сюрприз для нас. Она разбила нашу пару вдребезги.
– Говорила, - соглашается он с едва ехидной улыбкой.
Скользит взглядом по ее телу и уединяется со своей сводной сестрой, добавляя:
– Но сегодня не считается. Купальская ночь все спишет.
И я спишу предателя в утиль!
Жених меня привез на фестиваль в честь праздника Купалье. А его сводная сестра сделала сюрприз для нас. Она разбила нашу пару вдребезги.
Выберите полку для книги