Книги по тегу «измена и предательство»: ""
- А неплохо ты, милый, тут устроился! – вижу у Тараса глаза округлились, не ожидал меня здесь увидеть совсем. – Дома жена официальная, здесь – походная… не слишком ли много для обычного геолога?
- Галочка? Ты как здесь оказалась? – заметались по палатке оба, он и его баба. – Это несерьёзно всё, люблю-то я только тебя, а она мне еду готовит, вещи стирает…
- И ночью согревает! – добавляю я… прибила бы обоих, да сидеть за таких сволочей не хочется. – Чтоб ноги твоей дома больше не было!
Схватилась за столбик палатки и так дёрнула, что она сложилась, накрыв этих двоих.
Ну и ещё казан на костре перевернула от злости.
- Поехали отсюда! – гаркнула мужику, который меня сюда привёз и уселась на переднее сидение его мощной машины.
- Сильно ты их! – а этому что, смешно? – Прям как по мне шита!
Думаете повёз меня в город? В берлогу свою одинокую утащил…
- Галочка? Ты как здесь оказалась? – заметались по палатке оба, он и его баба. – Это несерьёзно всё, люблю-то я только тебя, а она мне еду готовит, вещи стирает…
- И ночью согревает! – добавляю я… прибила бы обоих, да сидеть за таких сволочей не хочется. – Чтоб ноги твоей дома больше не было!
Схватилась за столбик палатки и так дёрнула, что она сложилась, накрыв этих двоих.
Ну и ещё казан на костре перевернула от злости.
- Поехали отсюда! – гаркнула мужику, который меня сюда привёз и уселась на переднее сидение его мощной машины.
- Сильно ты их! – а этому что, смешно? – Прям как по мне шита!
Думаете повёз меня в город? В берлогу свою одинокую утащил…
Лариса прожила с гражданским мужем десять лет. После переезда в Питер они отдалились друг от друга. Но измена Андрея все равно оказалась для нее ударом. Как выжить, когда мир под ногами рушится?
— Я знаю, что ты беременна от моего брата, — невозмутимо заявил Алексей. — Я не могу допустить, чтобы ты уехала отсюда неизвестно куда с ребенком под сердцем. Это неправильно. Мой брат поступил, как скот, но это не значит, что я должен поступать также. Из-за глупости Антона пострадала ты и мой еще неродившийся племянник.
— Ну и что же вы предлагаете? — невесело поинтересовалась Вика. — Рано или поздно придётся начинать с нуля строить свою жизнь. Ничего мне не в первой. Как-нибудь справлюсь.
— Зачем всё начинать с нуля одной, когда если можно выйти замуж? — хмуро поинтересовался мужчина.
— Извините, но я вас не совсем понимаю, — растерялась девушка, не улавливая логику Алексея.
— Я предлагаю тебе выйти за меня замуж! — второе предложение руки и сердца в ее жизни прозвучало настолько неожиданно, что надолго лишило дара речи.
Викторию бросил у алтаря её жених, и теперь его старший брат предлагает свою кандидатуру в качестве мужа...
— Ну и что же вы предлагаете? — невесело поинтересовалась Вика. — Рано или поздно придётся начинать с нуля строить свою жизнь. Ничего мне не в первой. Как-нибудь справлюсь.
— Зачем всё начинать с нуля одной, когда если можно выйти замуж? — хмуро поинтересовался мужчина.
— Извините, но я вас не совсем понимаю, — растерялась девушка, не улавливая логику Алексея.
— Я предлагаю тебе выйти за меня замуж! — второе предложение руки и сердца в ее жизни прозвучало настолько неожиданно, что надолго лишило дара речи.
Викторию бросил у алтаря её жених, и теперь его старший брат предлагает свою кандидатуру в качестве мужа...
Я стучу в дверь. Три коротких удара.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.
- Илон, всё не так, как ты поняла.
- Да ну? – а это даже смешно. – И что я не так поняла? Что у тебя другая семья? Ларочка и Коленька, которому, на минуточку, три года!
Срываюсь на крик, сейчас с радостью вцепилась бы в его волосы и оттаскала. Выдыхаю, надо успокоиться. Держи себя в руках, Илона, этот ублюдок не стоит твоих эмоций. Тебе сейчас нужен покой.
- Малыш, позволь мне всё объяснить, прошу!
- Собираешься объяснять, в каких позах Коленьку зачали? – спрашиваю саркастично. – Избавь от подробностей.
- Илон, прекращай! – начинает злиться. – Да, так вышло, что я тебе изменил, это жизнь, понимаешь? Просто ты так помешалась на детях, что в какой-то момент это стало раздражать! Я не люблю её, поверь. Я не собирался делать ей ребёнка! Чёрт! Да я вообще детей не хочу и не хотел! Нам же так хорошо вдвоём было!
А это удар под дых.
Я вернулась домой счастливой будущей мамой, но узнала, что у мужа другая семья. Ухожу в никуда, нам с малышом такой папа не нужен.
- Да ну? – а это даже смешно. – И что я не так поняла? Что у тебя другая семья? Ларочка и Коленька, которому, на минуточку, три года!
Срываюсь на крик, сейчас с радостью вцепилась бы в его волосы и оттаскала. Выдыхаю, надо успокоиться. Держи себя в руках, Илона, этот ублюдок не стоит твоих эмоций. Тебе сейчас нужен покой.
- Малыш, позволь мне всё объяснить, прошу!
- Собираешься объяснять, в каких позах Коленьку зачали? – спрашиваю саркастично. – Избавь от подробностей.
- Илон, прекращай! – начинает злиться. – Да, так вышло, что я тебе изменил, это жизнь, понимаешь? Просто ты так помешалась на детях, что в какой-то момент это стало раздражать! Я не люблю её, поверь. Я не собирался делать ей ребёнка! Чёрт! Да я вообще детей не хочу и не хотел! Нам же так хорошо вдвоём было!
А это удар под дых.
Я вернулась домой счастливой будущей мамой, но узнала, что у мужа другая семья. Ухожу в никуда, нам с малышом такой папа не нужен.
— Ты с ума сошла? Развод из-за какой-то ерунды? Нет, Ангелина, никакого развода. Ты о детях подумала?
— Думаю о них в первую очередь.
— Вот именно. И потерпишь мою любовницу ради них. Или… — он делает паузу, подходит ближе. — Или я отниму их у тебя. Ты же понимаешь? Я получаю в три раза больше, чем ты. У меня стабильная работа. А ты кто? Ты - мама в декрете. Суд будет на моей стороне. Ты останешься ни с чем. Без детей, без денег. Так что соберись, дорогая. И потерпи.
— Думаю о них в первую очередь.
— Вот именно. И потерпишь мою любовницу ради них. Или… — он делает паузу, подходит ближе. — Или я отниму их у тебя. Ты же понимаешь? Я получаю в три раза больше, чем ты. У меня стабильная работа. А ты кто? Ты - мама в декрете. Суд будет на моей стороне. Ты останешься ни с чем. Без детей, без денег. Так что соберись, дорогая. И потерпи.
— Мам, — вдруг говорит Артём, пока отца нет рядом. — А почему тётя Лера пошла за папой в туалет?
Замираю.
— Что? — переспрашиваю ошарашено.
— Ну, я ждал у двери, в коридоре между туалетом для мальчиков и туалетом для девочек, а тетя Лера подошла и зашла в мальчиковый туалет. Наверное, ошиблась. А потом они вместе с папой вышли оттуда.
Они просто вместе вышли из туалета, как ни в чем не бывало?
Мир будто переворачивается.
— Ты уверен? — спрашиваю, чувствуя, как голос дрожит.
— Да, — кивает бесхитростно в ответ.
Что же получается?
Они были вместе. В туалете.
В общественном туалете! Неужели он настолько бессовестный? Настолько потерял человеческий облик?
Дима не постеснялся собственного сына, так не терпелось справить нужду со своей любовницей?
Какая же мерзость…
Он перечеркнул все, что было между нами. Он растоптал мою любовь, мое доверие, мою гордость.
Но я ему этого не прощу. Никогда…
Замираю.
— Что? — переспрашиваю ошарашено.
— Ну, я ждал у двери, в коридоре между туалетом для мальчиков и туалетом для девочек, а тетя Лера подошла и зашла в мальчиковый туалет. Наверное, ошиблась. А потом они вместе с папой вышли оттуда.
Они просто вместе вышли из туалета, как ни в чем не бывало?
Мир будто переворачивается.
— Ты уверен? — спрашиваю, чувствуя, как голос дрожит.
— Да, — кивает бесхитростно в ответ.
Что же получается?
Они были вместе. В туалете.
В общественном туалете! Неужели он настолько бессовестный? Настолько потерял человеческий облик?
Дима не постеснялся собственного сына, так не терпелось справить нужду со своей любовницей?
Какая же мерзость…
Он перечеркнул все, что было между нами. Он растоптал мою любовь, мое доверие, мою гордость.
Но я ему этого не прощу. Никогда…
- Рит, я занят, - холодно, раздражённо отрезает муж вместо приветствия.
- Но у меня ведь... - начинаю я, и голос ломается на полуслове. - Ясь, сегодня же мой...
- Рит, - перебивает он, и голос становится ещё злее. - Ты же знаешь, сорок лет не отмечают. В следующем году отметим как следует. - Бросает небрежно.
- Конечно дорогой – сбрасываю вызов и наблюдаю в окно ресторана, как мой муж и брюнетка, сидят за столиком, который я заказывала для себя еще месяц назад.
Снимаю кадр за кадром.
Потому что в голове уже начинает формироваться зародыш плана.
План моей мести предателю, который думает, что сорок лет не отмечают. Который думает, что его жена наивна и проста.
Но как же он ошибается…
- Но у меня ведь... - начинаю я, и голос ломается на полуслове. - Ясь, сегодня же мой...
- Рит, - перебивает он, и голос становится ещё злее. - Ты же знаешь, сорок лет не отмечают. В следующем году отметим как следует. - Бросает небрежно.
- Конечно дорогой – сбрасываю вызов и наблюдаю в окно ресторана, как мой муж и брюнетка, сидят за столиком, который я заказывала для себя еще месяц назад.
Снимаю кадр за кадром.
Потому что в голове уже начинает формироваться зародыш плана.
План моей мести предателю, который думает, что сорок лет не отмечают. Который думает, что его жена наивна и проста.
Но как же он ошибается…
Я почти не чувствую, как шипы впиваются в кожу, и продолжаю всё также крепко сжимать розы.
Бреду куда-то, главное подальше от этого ужаса.
Слёз нет — лишь пустота. И даже малышка внутри замерла и не пинается, наверное, ощущая моё встревоженное состояние.
Словно во сне слышу визг тормозов…
Яркая вспышка боли обжигает бок и спину, выбивая воздух из лёгких. Мир рушится.
Хотя нет… он разрушился ровно в тот момент, когда я увидела соседку-студентку в объятиях мужа.
Закрываю глаза, выронив цветы и автоматически обхватив живот.
Только бы с ребёнком всё было в порядке…
- Девушка… девушка…,— кто-то легонько трясёт меня за плечо. - Вера… ты?!
***
❤️🔥Эмоционально
❤️🔥 больно
❤️🔥хеппи-энд
Бреду куда-то, главное подальше от этого ужаса.
Слёз нет — лишь пустота. И даже малышка внутри замерла и не пинается, наверное, ощущая моё встревоженное состояние.
Словно во сне слышу визг тормозов…
Яркая вспышка боли обжигает бок и спину, выбивая воздух из лёгких. Мир рушится.
Хотя нет… он разрушился ровно в тот момент, когда я увидела соседку-студентку в объятиях мужа.
Закрываю глаза, выронив цветы и автоматически обхватив живот.
Только бы с ребёнком всё было в порядке…
- Девушка… девушка…,— кто-то легонько трясёт меня за плечо. - Вера… ты?!
***
❤️🔥Эмоционально
❤️🔥 больно
❤️🔥хеппи-энд
«Сыграем в мужа и жену. Две свадьбы и два медовых месяца — не больше», — его голос был холоден, а контракт был набросан на бумажной салфетке.
Она взяла ручку, не глядя на него.
«Предложение? Нет. Это месть. Идеально рассчитанная».
Их предали те, кого они любили. Юлю накануне свадьбы бросил жених, Арсения - невеста. Но они решают ответить ударом на удар: два фиктивных брака, два показных медовых месяца, два хэппи-энда в соцсетях — и чистый расчёт. Никаких чувств.
Они думали, что всё под контролем: идеальные улыбки для камер, дежурные поцелуи для гостей, а после — чистое, циничное расставание. Не договорились об одном — о предательстве собственных чувств. О том, что в шале под Альпами фальшивый поцелуй станет настоящим, а в бурлящем джакузи под южными звёздами договор «без чувств» разлетится на обрывки.
Месть совершена. Игра окончена.
Осталось лишь выбрать: разойтись в разные стороны… или нарушить последний пункт — и начать всё с чистого листа?
Она взяла ручку, не глядя на него.
«Предложение? Нет. Это месть. Идеально рассчитанная».
Их предали те, кого они любили. Юлю накануне свадьбы бросил жених, Арсения - невеста. Но они решают ответить ударом на удар: два фиктивных брака, два показных медовых месяца, два хэппи-энда в соцсетях — и чистый расчёт. Никаких чувств.
Они думали, что всё под контролем: идеальные улыбки для камер, дежурные поцелуи для гостей, а после — чистое, циничное расставание. Не договорились об одном — о предательстве собственных чувств. О том, что в шале под Альпами фальшивый поцелуй станет настоящим, а в бурлящем джакузи под южными звёздами договор «без чувств» разлетится на обрывки.
Месть совершена. Игра окончена.
Осталось лишь выбрать: разойтись в разные стороны… или нарушить последний пункт — и начать всё с чистого листа?
Выберите полку для книги