Книги по тегу «измена и предательство»: ""
— Достала! Своими проблемами ты меня достала! — прорычал муж, с остервенением захлопывая чемодан. — Я подаю на развод. И даже не надейся, что останусь! Даже не упрашивай!
А я и не собиралась. Пусть катится. Справлюсь. Мне теперь никто не нужен. Смысл жизни словно вырвали с корнем, когда прозвучал этот безжалостный вердикт врача – никогда не стану матерью. Трещина в нашем браке появилась задолго до этой трагедии, но эта новость лишь ускорила неминуемое.
Но после развода передо мной распахнула двери другая жизнь. Я увидела, что мечты не исчезают в прошлом, они лишь меняют облик и все равно находят способ сбыться. И мужчины, оказывается, существуют не только в лице моего бывшего мужа.
И однажды в мою размеренную жизнь ворвался… настоящий Буран…
А я и не собиралась. Пусть катится. Справлюсь. Мне теперь никто не нужен. Смысл жизни словно вырвали с корнем, когда прозвучал этот безжалостный вердикт врача – никогда не стану матерью. Трещина в нашем браке появилась задолго до этой трагедии, но эта новость лишь ускорила неминуемое.
Но после развода передо мной распахнула двери другая жизнь. Я увидела, что мечты не исчезают в прошлом, они лишь меняют облик и все равно находят способ сбыться. И мужчины, оказывается, существуют не только в лице моего бывшего мужа.
И однажды в мою размеренную жизнь ворвался… настоящий Буран…
— Лиля… — шепчет моя сестра.
Она заявилась в мой дом вся в слезах, с растрепанными волосами и с размазанной тушью. Бледная, дрожащая, я сразу же пустила ее в дом.
— Я больше не могу, сестренка… — рыдает она. — Я должна тебе все сказать…
— Что сказать? — спрашиваю я глухо.
Она поднимает на меня глаза, полные слез и… облегчения.
— Я люблю твоего мужа, Лиля.
— Что?
— Я была с ним в командировке. И на вашей годовщине тоже была. Мы спим уже три года…
— Как ты могла? — шепчу я. — Ты же моя сестра…
— Ты всегда была лучше… — всхлипывает она. — У тебя было все: деньги, дом, заботливый муж и любовь. А у меня — ничего… Я просто хотела почувствовать себя счастливой, а теперь… я беременна от твоего мужа, Лиля.
***
Три года лжи.
Три года предательства.
Моя жизнь рушится за одну ночь, когда я узнаю, что муж развлекался с моей сестрой и сделал ей ребенка. Но предатели не знают, что я тоже беременна и что им не будет прощения! Никогда!
Она заявилась в мой дом вся в слезах, с растрепанными волосами и с размазанной тушью. Бледная, дрожащая, я сразу же пустила ее в дом.
— Я больше не могу, сестренка… — рыдает она. — Я должна тебе все сказать…
— Что сказать? — спрашиваю я глухо.
Она поднимает на меня глаза, полные слез и… облегчения.
— Я люблю твоего мужа, Лиля.
— Что?
— Я была с ним в командировке. И на вашей годовщине тоже была. Мы спим уже три года…
— Как ты могла? — шепчу я. — Ты же моя сестра…
— Ты всегда была лучше… — всхлипывает она. — У тебя было все: деньги, дом, заботливый муж и любовь. А у меня — ничего… Я просто хотела почувствовать себя счастливой, а теперь… я беременна от твоего мужа, Лиля.
***
Три года лжи.
Три года предательства.
Моя жизнь рушится за одну ночь, когда я узнаю, что муж развлекался с моей сестрой и сделал ей ребенка. Но предатели не знают, что я тоже беременна и что им не будет прощения! Никогда!
Катя, мать троих детей и успешный фрилансер, годами выстраивает новую жизнь после болезненного разрыва. Её финансовым спасением становится щедрый, но анонимный клиент — компания «Вершина». Однажды на конференц-звонке она узнаёт в её владельце человека, которого пыталась забыть: Тамерлана, гордого горца, своего бывшего мужа, чья измена заставила её уйти, унося в себе его ребёнка.
Теперь он — её работодатель. Она — мать его дочери, о которой он не знал. Профессиональные границы рушатся, когда деловые письма становятся полем для личной войны, а общее дело — мостиком к прошлому, полному боли и невысказанных обид.
Теперь он — её работодатель. Она — мать его дочери, о которой он не знал. Профессиональные границы рушатся, когда деловые письма становятся полем для личной войны, а общее дело — мостиком к прошлому, полному боли и невысказанных обид.
Ты живёшь свою лучшую жизнь, а потом приходит незнакомка, и говорит, что вся твоя жизнь – фейк.
Ты не можешь поверить, ты пытаешься узнать, понять, найти следы обмана.
Понимаешь, что тебя обманули и твое счастье настоящее, ты любима и любишь, а потом…
- Миллион наличными, пап, и я буду молчать.
Ты не можешь поверить, ты пытаешься узнать, понять, найти следы обмана.
Понимаешь, что тебя обманули и твое счастье настоящее, ты любима и любишь, а потом…
- Миллион наличными, пап, и я буду молчать.
Я практически провалилась в сон, еще ощущалась слабость после наркоза. Но очнулась от хлопка двери.
В палату зашел Миша, мой муж.
Сердце вдруг резко стукнуло в груди. Потом ещё раз. И ещё.
«Он пришёл», – мелькнула мысль. – «Он всё-таки пришёл».
Я даже не успела обрадоваться как следует. Внутри только вспыхнуло тёплое, неожиданное чувство: он здесь. Он всё-таки приехал меня навестить.
– Мишенька?! – вскрикнула моя соседка по палате. – Ты… ты приехал?! Мишенька, любимый! – она бросилась к нему.
Я смотрела на них – на её руки, обвившие его шею, на то, как он растерянно замер, не зная, куда деть свои, на её счастливое лицо, прижатое к его плечу. И не могла поверить, что это происходит со мной.
– Вот он! – радостно сказала моя соседка по палате, лежавшая на сохранении. – Мой Мишенька! Я тебе про него рассказывала. Мой любимый!
В этот момент я поняла, что мой привычный мир рухнул.
В палату зашел Миша, мой муж.
Сердце вдруг резко стукнуло в груди. Потом ещё раз. И ещё.
«Он пришёл», – мелькнула мысль. – «Он всё-таки пришёл».
Я даже не успела обрадоваться как следует. Внутри только вспыхнуло тёплое, неожиданное чувство: он здесь. Он всё-таки приехал меня навестить.
– Мишенька?! – вскрикнула моя соседка по палате. – Ты… ты приехал?! Мишенька, любимый! – она бросилась к нему.
Я смотрела на них – на её руки, обвившие его шею, на то, как он растерянно замер, не зная, куда деть свои, на её счастливое лицо, прижатое к его плечу. И не могла поверить, что это происходит со мной.
– Вот он! – радостно сказала моя соседка по палате, лежавшая на сохранении. – Мой Мишенька! Я тебе про него рассказывала. Мой любимый!
В этот момент я поняла, что мой привычный мир рухнул.
Муж сильно изменился, стал скрытным и отстраненным. Постоянно зависал в телефоне, вечно прикрываясь работой.
А во мне разрасталось чувство тревоги и недоверия. Я чувствовала, что он врет.
Интуиция еще никогда меня не подводила.
А потом, я увидела переписку в его телефоне… Такую, которая не оставляет ни тени сомнения.
Мой муж мне изменяет.
Было сложно, больно и невыносимо. Но я знала, что нельзя действовать импульсивно. Гнев – плохой советчик.
Теперь я хотела не просто разорвать этот брак, а показать ему, что предательство имеет последствия. Что предавший никогда не остаётся безнаказанным.
А во мне разрасталось чувство тревоги и недоверия. Я чувствовала, что он врет.
Интуиция еще никогда меня не подводила.
А потом, я увидела переписку в его телефоне… Такую, которая не оставляет ни тени сомнения.
Мой муж мне изменяет.
Было сложно, больно и невыносимо. Но я знала, что нельзя действовать импульсивно. Гнев – плохой советчик.
Теперь я хотела не просто разорвать этот брак, а показать ему, что предательство имеет последствия. Что предавший никогда не остаётся безнаказанным.
– Девушка?
Оборачиваюсь.
Предательски замираю на месте, как приколотая булавкой бабочка.
Голос пропадает, губы дрожат, а ещё я силюсь сделать шаг назад, но ноги отказываются повиноваться.
– Мне кажется, мы с вами где-то встречались… - Проговаривает так, будто впервые меня видит.
Сердце с ума сходит в груди, а слёзы закипают внутри невыплаканным водопадом.
А ещё Рома переводит взгляд на мою дочурку, от которой он с такой лёгкостью отказался.
И между бровей залегает невидимая морщинка.
– А это ваша дочь?
*****
Спустя три года отношений мой жених уезжает в отпуск с другой девушкой, а мне поручает лишь исчезнуть из его жизни. И я соглашаюсь. Теперь – он мой босс, а я ращу его дочурку, о которой он ничего не знает…
Оборачиваюсь.
Предательски замираю на месте, как приколотая булавкой бабочка.
Голос пропадает, губы дрожат, а ещё я силюсь сделать шаг назад, но ноги отказываются повиноваться.
– Мне кажется, мы с вами где-то встречались… - Проговаривает так, будто впервые меня видит.
Сердце с ума сходит в груди, а слёзы закипают внутри невыплаканным водопадом.
А ещё Рома переводит взгляд на мою дочурку, от которой он с такой лёгкостью отказался.
И между бровей залегает невидимая морщинка.
– А это ваша дочь?
*****
Спустя три года отношений мой жених уезжает в отпуск с другой девушкой, а мне поручает лишь исчезнуть из его жизни. И я соглашаюсь. Теперь – он мой босс, а я ращу его дочурку, о которой он ничего не знает…
— ...встретимся там же, в семь. Только никому ни слова, ты меня понимаешь?
Пауза. Он говорил по телефону.
— Нет, нет, всё нормально. Я освобожусь. — Ещё одна пауза, и я услышала в его голосе что-то... нежное? — Конечно, жду. До встречи.
Я стояла в прихожей, сжимая пакеты, и чувствовала, как холодеет затылок. «Никому ни слова». «Жду». Что это было?
Я сглотнула, заставила себя улыбнуться и громко сказала:
— Вова? Ты дома?
Шорох, быстрые шаги. Владимир появился в дверном проёме гостиной, и на его лице мелькнуло что-то странное. Удивление? Испуг?
— С кем ты разговаривал?
Его рука замерла над бутылкой вина. Всего на секунду. Но я заметила.
— А? Когда?
— Только что. По телефону.
— А, это...
Пауза. Он говорил по телефону.
— Нет, нет, всё нормально. Я освобожусь. — Ещё одна пауза, и я услышала в его голосе что-то... нежное? — Конечно, жду. До встречи.
Я стояла в прихожей, сжимая пакеты, и чувствовала, как холодеет затылок. «Никому ни слова». «Жду». Что это было?
Я сглотнула, заставила себя улыбнуться и громко сказала:
— Вова? Ты дома?
Шорох, быстрые шаги. Владимир появился в дверном проёме гостиной, и на его лице мелькнуло что-то странное. Удивление? Испуг?
— С кем ты разговаривал?
Его рука замерла над бутылкой вина. Всего на секунду. Но я заметила.
— А? Когда?
— Только что. По телефону.
— А, это...
– Дорогой, кажется началось, - открываю дверь его кабинета, придерживая большой живот.
Схватки одна за одной. Мне больно. Муж обещал все проконтролировать. Как же это волнительно.
Но то, что я вижу больнее в тысячу раз.
Мой муж лучший хирург на Кавказе. И он сейчас в своем кабинете прижимается к девушке в белом халате.
– Это лучшее, что было со мной, - в порыве произносит муж. - Родишь мне сына потом.
– Сначала доставлю удовольствие, а потом рожу наследника. Ведь ты такой мужчина…
С ее головы сорван платок. Через плечо мужа я вижу ее. Она та, которая выхватит мою новорожденную дочь для страшной операции.
Схватки одна за одной. Мне больно. Муж обещал все проконтролировать. Как же это волнительно.
Но то, что я вижу больнее в тысячу раз.
Мой муж лучший хирург на Кавказе. И он сейчас в своем кабинете прижимается к девушке в белом халате.
– Это лучшее, что было со мной, - в порыве произносит муж. - Родишь мне сына потом.
– Сначала доставлю удовольствие, а потом рожу наследника. Ведь ты такой мужчина…
С ее головы сорван платок. Через плечо мужа я вижу ее. Она та, которая выхватит мою новорожденную дочь для страшной операции.
Всё, это конец. Вот меня и прибьют сейчас. А я даже не успела оставить завещание… Хотя кому оно нужно? Мужу? Так он и так всё получит!
Мир перед глазами поплыл, затем погрузился в абсолютную тьму.
Очнулась я в незнакомой квартире. В воздухе витал аппетитный запах чего‑то жареного — явно не то, что обычно готовит мой благоверный. Голова кружилась, а в горле пересохло так, будто я пробежала марафон по Сахаре.
С трудом приподнявшись, я осмотрелась. Просторная спальня в сдержанных серых тонах, стильные светильники, идеальный порядок…
Пошатываясь, я встала с постели и только сейчас обнаружила, что на мне — мужская рубашка. Причём явно не из нашего семейного гардероба. Мягкая, пахнущая свежим стиральным порошком и… другим — терпким, с нотками сандала и чего‑то неуловимо волнующего.
Так, главное — без паники, — успокаивала себя мысленно. Это какой‑то розыгрыш. Ну либо меня похитил миллионер‑эстет. Да сто пудов, меня уже ищет мой благоверный…
Мир перед глазами поплыл, затем погрузился в абсолютную тьму.
Очнулась я в незнакомой квартире. В воздухе витал аппетитный запах чего‑то жареного — явно не то, что обычно готовит мой благоверный. Голова кружилась, а в горле пересохло так, будто я пробежала марафон по Сахаре.
С трудом приподнявшись, я осмотрелась. Просторная спальня в сдержанных серых тонах, стильные светильники, идеальный порядок…
Пошатываясь, я встала с постели и только сейчас обнаружила, что на мне — мужская рубашка. Причём явно не из нашего семейного гардероба. Мягкая, пахнущая свежим стиральным порошком и… другим — терпким, с нотками сандала и чего‑то неуловимо волнующего.
Так, главное — без паники, — успокаивала себя мысленно. Это какой‑то розыгрыш. Ну либо меня похитил миллионер‑эстет. Да сто пудов, меня уже ищет мой благоверный…
Выберите полку для книги