Книги по тегу «измена»: ""
— Пилоты верными не бывают, — заявляет муж.
— Ты не пилот, ты обычный кобель, который на узы брака положил большой и жирный...
— За языком следи, Рая. И вообще, чему ты удивляешься? Вон твой папаша десять лет от твой мамочки налево ходил и ничего. Она была счастлива с ним всю жизнь, а еще четверых детей ему родила. А ты распустила сопли из-за того, что я интрижку на стороне завел. А могла меня понять, я тружусь в таком цветнике, что удержаться просто невозможно...
— Моя мать ушла от отца!
— Но ты же не собираешься совершать ту же ошибку? Ты у меня умная девочка. Работаешь в авиации и понимаешь, что решения на эмоциях могут обернуться еще большей трагедией! Поэтому предлагаю тебе взять недельку, чтобы все переосмыслить и прийти к правильным выводам. Так что, не забивай свою прекрасную головку лишней информацией, у тебя и без того работа тяжелая. Только благодаря тебе мне сегодня удалось посадить горящий самолет. Кстати, я тебя не поблагодарил, иди сюда. Ты, наверное, переволновала
— Ты не пилот, ты обычный кобель, который на узы брака положил большой и жирный...
— За языком следи, Рая. И вообще, чему ты удивляешься? Вон твой папаша десять лет от твой мамочки налево ходил и ничего. Она была счастлива с ним всю жизнь, а еще четверых детей ему родила. А ты распустила сопли из-за того, что я интрижку на стороне завел. А могла меня понять, я тружусь в таком цветнике, что удержаться просто невозможно...
— Моя мать ушла от отца!
— Но ты же не собираешься совершать ту же ошибку? Ты у меня умная девочка. Работаешь в авиации и понимаешь, что решения на эмоциях могут обернуться еще большей трагедией! Поэтому предлагаю тебе взять недельку, чтобы все переосмыслить и прийти к правильным выводам. Так что, не забивай свою прекрасную головку лишней информацией, у тебя и без того работа тяжелая. Только благодаря тебе мне сегодня удалось посадить горящий самолет. Кстати, я тебя не поблагодарил, иди сюда. Ты, наверное, переволновала
— Ты без меня ноль без палочки. Куда ты денешься с тремя детьми? – сказал муж, когда я показала ему фото, где он с любовницей.
— Я хочу развод.
— Выбрось эту дурь из башки! – процедил он и ударил меня.
Ночью я забрала детей и ушла.
Теперь у меня чужая двушка на окраине, метла дворника в пять утра и бывший, который грозится отобрать детей через суд.
А ещё новый начальник, который уверен, что домохозяйке не место в его компании.
Только он ещё не знает, на что способна женщина, которой больше нечего терять…
— Я хочу развод.
— Выбрось эту дурь из башки! – процедил он и ударил меня.
Ночью я забрала детей и ушла.
Теперь у меня чужая двушка на окраине, метла дворника в пять утра и бывший, который грозится отобрать детей через суд.
А ещё новый начальник, который уверен, что домохозяйке не место в его компании.
Только он ещё не знает, на что способна женщина, которой больше нечего терять…
— Подпиши вот тут, Вера. Бизнес всё равно мой, а ты в нём, будем честны, всегда была никем, — Олег подсунул мне ручку, не отрывая взгляда от телефона, зато Карина ехидно улыбалась, пялясь на меня с азартом гиены.
Этот «паркер» я подарила ему на годовщину. Тогда это был символ наших первых общих побед. Мы строили семью и бизнес вместе, рука об руку, и эта ручка прошла с нами все важные вехи нашей истории. И теперь она же поставит точку в нашем разводе. Какая ирония.
Я не смогла заставить себя взять её сразу. Я притянула к себе папку.
— Да читать там нечего, — он наконец поднял глаза. — Стандарт. Эдик всё сделал по уму.
У стены качнул головой Эдуард, прижимая к груди вторую папку, потолще. В этой переговорной я знала каждую трещину на столешнице: за этим столом я три года защищала бюджеты, которые потом называли его чутьём. Бухгалтерия внизу до сих пор здоровалась со мной первой. А он говорил — никем...
Этот «паркер» я подарила ему на годовщину. Тогда это был символ наших первых общих побед. Мы строили семью и бизнес вместе, рука об руку, и эта ручка прошла с нами все важные вехи нашей истории. И теперь она же поставит точку в нашем разводе. Какая ирония.
Я не смогла заставить себя взять её сразу. Я притянула к себе папку.
— Да читать там нечего, — он наконец поднял глаза. — Стандарт. Эдик всё сделал по уму.
У стены качнул головой Эдуард, прижимая к груди вторую папку, потолще. В этой переговорной я знала каждую трещину на столешнице: за этим столом я три года защищала бюджеты, которые потом называли его чутьём. Бухгалтерия внизу до сих пор здоровалась со мной первой. А он говорил — никем...
— Семья — тоже дело, Марина. То, что перестало работать, меняют. Ты для семьи — отработанная модель. Пора в трейд-ин…
Муж говорит это в микрофон. На юбилее своего автосалона, при ста гостях. Держа за руку мою медсестру, свою любовницу, что я по незнанию пригрела на своей груди, — с животом на пятом месяце и ключами от новой машины: «Будущей маме — белая. Чтобы к роддому на своей».
— Марина Сергеевна, вы только не при людях, ладно? — мерзко и псевдозаботливо тянет Алина, моя медсестра. — Вам же с девочками ещё работать…
Мне всего 41. Я два десятка лет принимаю чужих детей в родильном и 8 лет пила гормоны, чтобы родить своего. В январе врач сказала: климакс. Муж сказал: понятно!
Вечером в моей прихожей стоит её чемодан, а свекровь кладёт на стол ключи:
— Квартира на мне. Месяц тебе на выезд. Я не зверь, могу и полтора дать… Собирай вещи и убирайся!
Я звоню дочери.
— Мам, только не начинай, — вздыхает Даша. — У меня скоро брат будет. Ты своё пожила, будь рада за меня
Муж говорит это в микрофон. На юбилее своего автосалона, при ста гостях. Держа за руку мою медсестру, свою любовницу, что я по незнанию пригрела на своей груди, — с животом на пятом месяце и ключами от новой машины: «Будущей маме — белая. Чтобы к роддому на своей».
— Марина Сергеевна, вы только не при людях, ладно? — мерзко и псевдозаботливо тянет Алина, моя медсестра. — Вам же с девочками ещё работать…
Мне всего 41. Я два десятка лет принимаю чужих детей в родильном и 8 лет пила гормоны, чтобы родить своего. В январе врач сказала: климакс. Муж сказал: понятно!
Вечером в моей прихожей стоит её чемодан, а свекровь кладёт на стол ключи:
— Квартира на мне. Месяц тебе на выезд. Я не зверь, могу и полтора дать… Собирай вещи и убирайся!
Я звоню дочери.
— Мам, только не начинай, — вздыхает Даша. — У меня скоро брат будет. Ты своё пожила, будь рада за меня
— Ань, давай честно. У тебя давно нет своей жизни. Ты всё равно особо ничего не потеряешь.
После почти двадцати лет брака муж сообщил, что у него другая. А заодно объяснил, что развод почти ничего в моей жизни не изменит.
В сорок лет я неожиданно решила проверить, прав ли он.
Новая работа, проблемный проект и начальник, который с первого собеседования ясно дал понять: скидок на долгий перерыв не будет. Максим Орлов требователен, спокоен и совершенно не похож на мужчину, которому стоит рассказывать о личных проблемах.
Вот только чем чаще мы работаем вместе, тем сложнее помнить, что он всего лишь мой босс.
Особенно когда однажды он говорит:
— Ещё один вопрос. Предупреждаю, он не про работу.
После почти двадцати лет брака муж сообщил, что у него другая. А заодно объяснил, что развод почти ничего в моей жизни не изменит.
В сорок лет я неожиданно решила проверить, прав ли он.
Новая работа, проблемный проект и начальник, который с первого собеседования ясно дал понять: скидок на долгий перерыв не будет. Максим Орлов требователен, спокоен и совершенно не похож на мужчину, которому стоит рассказывать о личных проблемах.
Вот только чем чаще мы работаем вместе, тем сложнее помнить, что он всего лишь мой босс.
Особенно когда однажды он говорит:
— Ещё один вопрос. Предупреждаю, он не про работу.
ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! 🔥
— Избавься от него до пятницы.
— Повтори, — говорю я.
Муж смотрит мне прямо в глаза. Ни одна жилка не дрогнула.
— Ты слышала.
— Я час назад слушала его сердце на УЗИ. Я свечи зажгла. Утку твою любимую… А ты говоришь мне — вот это?
— Да.
— Это твой ребёнок, Максим.
— Мой. — Он усмехается. — Смело. Даже для тебя.
— Что это значит?..
— Это значит, что десять лет назад врачи вынесли мне приговор. Бесплодие. Полное. У меня не может быть детей, Злата. А у тебя, выходит, могут. Вопрос — от кого?
— Избавься от него до пятницы.
— Повтори, — говорю я.
Муж смотрит мне прямо в глаза. Ни одна жилка не дрогнула.
— Ты слышала.
— Я час назад слушала его сердце на УЗИ. Я свечи зажгла. Утку твою любимую… А ты говоришь мне — вот это?
— Да.
— Это твой ребёнок, Максим.
— Мой. — Он усмехается. — Смело. Даже для тебя.
— Что это значит?..
— Это значит, что десять лет назад врачи вынесли мне приговор. Бесплодие. Полное. У меня не может быть детей, Злата. А у тебя, выходит, могут. Вопрос — от кого?
— Ты никуда не денешься. Я и есть полиция, Варя. Из-под земли достану.
Её муж — майор, которому верит весь город. Что творится за дверью их «идеальной семьи», не знает никто, а кто догадывается — советует терпеть.
Однажды ночью Варя понимает: следующего раза она не переживёт. И исчезает с одной сумкой. К утру по области расходится фальшивая ориентировка: «Разыскивается. Может быть опасна».
Её укрытием становится «Аномалия» — глэмпинг среди неоновых озёр затопленного карьера, где не задают лишних вопросов. Маленький магазин у дороги, молчаливая девочка, рисующая только воду, и её отец — хозяин этого странного места, о прошлом которого здесь молчат. Тут Варя решает начать заново, если успеет...
Ведь Кирилл не из тех, кто отпускает своё. Искать людей — его профессия. Он идёт по следу, и с каждым днём он ближе. Он считает её слабой. Он ошибается. В тихом омуте…
Успеет ли Варя пустить корни и влюбиться — или прошлое доберётся до неё первым?
Её муж — майор, которому верит весь город. Что творится за дверью их «идеальной семьи», не знает никто, а кто догадывается — советует терпеть.
Однажды ночью Варя понимает: следующего раза она не переживёт. И исчезает с одной сумкой. К утру по области расходится фальшивая ориентировка: «Разыскивается. Может быть опасна».
Её укрытием становится «Аномалия» — глэмпинг среди неоновых озёр затопленного карьера, где не задают лишних вопросов. Маленький магазин у дороги, молчаливая девочка, рисующая только воду, и её отец — хозяин этого странного места, о прошлом которого здесь молчат. Тут Варя решает начать заново, если успеет...
Ведь Кирилл не из тех, кто отпускает своё. Искать людей — его профессия. Он идёт по следу, и с каждым днём он ближе. Он считает её слабой. Он ошибается. В тихом омуте…
Успеет ли Варя пустить корни и влюбиться — или прошлое доберётся до неё первым?
– Арин, а тебе когда рожать? – спрашивает знакомая.
Накрываю объемный живот рукой и улыбаюсь:
– Скоро моя малышка появится на свет…
Подруга кивает и смотрит на мою руку, которую я устроила на животе. Без обручального кольца…
– А отец ребенка?
Хочу привычно отболтаться полуправдой, сказать, что мы в разводе, но в этот момент в шоке замираю… потому что взгляд сталкивается с серебристыми глазами моего бывшего мужа, который, застыв, смотрит на меня, не реагируя на болтовню, своей новой пассии…
Один вдох – и Даниил Романов стремительно шагает в мою сторону, не отводя взгляда от моего объемного живота…
Накрываю объемный живот рукой и улыбаюсь:
– Скоро моя малышка появится на свет…
Подруга кивает и смотрит на мою руку, которую я устроила на животе. Без обручального кольца…
– А отец ребенка?
Хочу привычно отболтаться полуправдой, сказать, что мы в разводе, но в этот момент в шоке замираю… потому что взгляд сталкивается с серебристыми глазами моего бывшего мужа, который, застыв, смотрит на меня, не реагируя на болтовню, своей новой пассии…
Один вдох – и Даниил Романов стремительно шагает в мою сторону, не отводя взгляда от моего объемного живота…
— Наташ, а ты одна приехала?
Я уже собиралась ответить, когда Александр спокойно сказал:
— Нет. Со мной.
Четыре месяца назад я развелась с Игорем после пятнадцати лет брака. Теперь он приехал на свадьбу моей сестры вместе с женщиной, ради которой ушёл, а заодно выяснилось, что они уже помолвлены.
Я собиралась пережить эти выходные спокойно и не превращать чужой праздник в продолжение собственного развода. Но Александр Корнеев, старший брат жениха, неожиданно объявляет родственникам, что мы вместе.
Исправлять его я почему-то не спешу.
До воскресенья мы решаем изображать пару. Мне хочется избавиться от сочувственных взглядов и, чего уж скрывать, немного испортить настроение бывшему. Александр соглашается на эту странную затею слишком легко.
Проблемы начинаются, когда Игорь действительно начинает нервничать, а я замечаю, что всё меньше понимаю, где заканчивается наша игра.
Потому что Александр смотрит на меня совсем не так, как мужчина, который просто согласился по
Я уже собиралась ответить, когда Александр спокойно сказал:
— Нет. Со мной.
Четыре месяца назад я развелась с Игорем после пятнадцати лет брака. Теперь он приехал на свадьбу моей сестры вместе с женщиной, ради которой ушёл, а заодно выяснилось, что они уже помолвлены.
Я собиралась пережить эти выходные спокойно и не превращать чужой праздник в продолжение собственного развода. Но Александр Корнеев, старший брат жениха, неожиданно объявляет родственникам, что мы вместе.
Исправлять его я почему-то не спешу.
До воскресенья мы решаем изображать пару. Мне хочется избавиться от сочувственных взглядов и, чего уж скрывать, немного испортить настроение бывшему. Александр соглашается на эту странную затею слишком легко.
Проблемы начинаются, когда Игорь действительно начинает нервничать, а я замечаю, что всё меньше понимаю, где заканчивается наша игра.
Потому что Александр смотрит на меня совсем не так, как мужчина, который просто согласился по
Шесть лет назад мой муж, известный нейрохирург, на вопрос «Ты спал с ней?» ответил: «Да». Я ушла и скрыла от него главное — что жду двойню. Теперь мой сын после аварии лежит в реанимации, и спасти его может только один человек — тот, кто шесть лет не знал, что у него есть дети.
Я не прощу ему ту ночь. Он не простит мне эти шесть лет. Но сейчас у нас одна задача — вытащить нашего сына.
Я не прощу ему ту ночь. Он не простит мне эти шесть лет. Но сейчас у нас одна задача — вытащить нашего сына.
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.