Книги по тегу «кавказская история любви»: ""
Он — опасный кавказец, глава клана, который похитил меня. Вместо кольца — верёвка на запястьях, вместо предложения — нож у горла. Аслан говорит: «Ты станешь моей женой». Я плюю ему в лицо. А он лишь вытирает щёку и учит меня держать лезвие… Теперь я сама прихожу к нему в постель. Я ненавижу его — боже, как же сильно я его ненавижу… Но если он когда-нибудь скажет «уходи» — я останусь. Навсегда.
Похищена. Связана. Научена убивать. Кавказский волк не отпустит.
Похищена. Связана. Научена убивать. Кавказский волк не отпустит.
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
— Откуда ты взялась раньше времени? — тетя ставит поднос на край стола с глухим стуком. — Ты должна была приехать только завтра.
Я делаю шаг внутрь, оглядываю стол, букеты, незнакомые блюда в моем собственном доме.
— Тётя, я спрашиваю, что здесь происходит? Тут какая-то ошибка…
— Никакой ошибки, — в голосе тёти ни капли сочувствия. Только торжествующее раздражение. — Сегодня вечером здесь состоится никах. Керем берёт в жёны мою Риму. По-настоящему берёт. По закону и перед Всевышним, — выдерживает показную пауза. — Римма уже носит его ребёнка. Сына. Она сказала, мальчик.
Мой муж и моя двоюродная сестра… свадьба?
— По-хорошему прошу. Уйди сама, пока гости не приехали.
— Какие гости? — слышу как мой голос начинает дрожать. — Это мой дом. Мой и Керема. Вы не имеете права…
И тут же прилетает пощёчина.
Она бьёт меня открытой ладонью по щеке так, чтобы не свалить с ног, но достаточно сильно, чтобы голова мотнулась в сторону.
Достаточно, чтобы в ушах зазвенело.
— Откуда ты взялась раньше времени? — тетя ставит поднос на край стола с глухим стуком. — Ты должна была приехать только завтра.
Я делаю шаг внутрь, оглядываю стол, букеты, незнакомые блюда в моем собственном доме.
— Тётя, я спрашиваю, что здесь происходит? Тут какая-то ошибка…
— Никакой ошибки, — в голосе тёти ни капли сочувствия. Только торжествующее раздражение. — Сегодня вечером здесь состоится никах. Керем берёт в жёны мою Риму. По-настоящему берёт. По закону и перед Всевышним, — выдерживает показную пауза. — Римма уже носит его ребёнка. Сына. Она сказала, мальчик.
Мой муж и моя двоюродная сестра… свадьба?
— По-хорошему прошу. Уйди сама, пока гости не приехали.
— Какие гости? — слышу как мой голос начинает дрожать. — Это мой дом. Мой и Керема. Вы не имеете права…
И тут же прилетает пощёчина.
Она бьёт меня открытой ладонью по щеке так, чтобы не свалить с ног, но достаточно сильно, чтобы голова мотнулась в сторону.
Достаточно, чтобы в ушах зазвенело.
— Ты будешь нашим концом или началом? — спросил Хазби.
— С чего вы взяли, что я хочу быть чьим-то концом? — ответила она. — Я вообще-то просто хотела доесть круассан.
Их трое. Бывшие криминальные авторитеты, привыкшие решать всё без лишних слов. Она — плюс-сайз модель с чувством юмора и аппетитом. Они хотели её просто пригласить на ужин. А получилось ...
Пышку не скрутить. Ею можно только… подавиться.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
— С чего вы взяли, что я хочу быть чьим-то концом? — ответила она. — Я вообще-то просто хотела доесть круассан.
Их трое. Бывшие криминальные авторитеты, привыкшие решать всё без лишних слов. Она — плюс-сайз модель с чувством юмора и аппетитом. Они хотели её просто пригласить на ужин. А получилось ...
Пышку не скрутить. Ею можно только… подавиться.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Она – московский антикризисный менеджер с формами, ипотекой и бывшим мужем-предателем. Он – бывший спецназовец, владелец умирающей пекарни в дагестанском ауле, который называет её «пышкой» и готов снести за один неосторожный взгляд. Когда старейшины ставят ультиматум, Маше приходится заключить пари: за три дня спасти пекарню, найти древний рецепт кхъяла и... не влюбиться в этого невыносимого горца. Спойлер: не получится. Горячо, вкусно и очень смешно. Любовь – это когда тебя принимают целиком. Вместе с формами, тараканами и бабушкиными рецептами.
Говорят, горы не любят слабых. Но и сильных не любят. Горы любят настоящих.
Ася не готовит. Она только критикует. За её плечами — смерть отца на кухне и ненависть к самой идее «еды как страсти». Она приезжает на Кавказ, чтобы развенчать миф о «гастрономическом рае», а находит соседа, который с первой минуты выбивает почву у неё из-под ног.
Тимур — бывший спортсмен. Его карьера закончилась аварией, его невеста ушла, сказав: «Мне нужен победитель». Он построил себя заново из мяса, специй и огня. И когда на его пороге появляется холодная московская принцесса, он понимает: её нужно не победить. Её нужно накормить.
Сначала он даёт ей попробовать сациви. Потом — инжир с рынка. Потом — себя.
Ася не готовит. Она только критикует. За её плечами — смерть отца на кухне и ненависть к самой идее «еды как страсти». Она приезжает на Кавказ, чтобы развенчать миф о «гастрономическом рае», а находит соседа, который с первой минуты выбивает почву у неё из-под ног.
Тимур — бывший спортсмен. Его карьера закончилась аварией, его невеста ушла, сказав: «Мне нужен победитель». Он построил себя заново из мяса, специй и огня. И когда на его пороге появляется холодная московская принцесса, он понимает: её нужно не победить. Её нужно накормить.
Сначала он даёт ей попробовать сациви. Потом — инжир с рынка. Потом — себя.
Спрячь за высоким забором девчонку, выкраду вместе с забором... Да братья Князевы и не на такое способны...
Света ненавидит своё тело. После измены парня, с худой любовницей, она зареклась: никаких мужчин. Кавказские горы должны были стать убежищем, где можно залечить раны под шум водопада. Но в отеле есть другой постоялец. Константин - широкоплечий, темноволосый, с аккуратной небритостью и взглядом, от которого ноги подкашиваются. Он смотрит на неё так, будто она - единственная женщина на земле.
Он - разведён, богат, опасен. Она - смешливая пышка, привыкшая прятать бёдра.
Он обещает: никакой спешки. Только прогулки в горы, горячие источники и поцелуй руки. Света не верит, что такой мужчина может желать её всерьёз. Но когда остаётся последняя ночь в отеле, он заставляет её забыть все запреты.
Она возвращается в Москву с именем в сердце и без номера телефона. Но проходят недели - и у её подъезда останавливается тонированный джип. С букетом неприлично красных роз.
Только вот бывшая жена Константина, готова размазать Свету по грязи за то, что она украла её мужа.
Он - разведён, богат, опасен. Она - смешливая пышка, привыкшая прятать бёдра.
Он обещает: никакой спешки. Только прогулки в горы, горячие источники и поцелуй руки. Света не верит, что такой мужчина может желать её всерьёз. Но когда остаётся последняя ночь в отеле, он заставляет её забыть все запреты.
Она возвращается в Москву с именем в сердце и без номера телефона. Но проходят недели - и у её подъезда останавливается тонированный джип. С букетом неприлично красных роз.
Только вот бывшая жена Константина, готова размазать Свету по грязи за то, что она украла её мужа.
— Мне звонил ваш муж. Вам сделать так же, как и вашей дочке? Ставим на верхние зубы виниры? — стоматолог расплывается в улыбке.
Я замираю.
— Дочка?
— Ну да, помню, я же ставил. Виктор приводил блондинку... — он делает паузу, его взгляд скользит по мне с профессиональным интересом. — Красивая у вас дочурка.
Мир рушится тихо, без грохота. Просто трескается по швам и осыпается серым пеплом.
— Но у меня нет дочки.
Его улыбка на секунду меркнет, но тут же возвращается — уже более дежурная.
Мой супруг хочет стать депутатом? Что ж, флаг ему в руки. Он будет идеальным символом этого города — лузер, который думал, что, предав жену, сможет быть счастливым. Но единственный, кто обретёт счастье, — только я!
Я замираю.
— Дочка?
— Ну да, помню, я же ставил. Виктор приводил блондинку... — он делает паузу, его взгляд скользит по мне с профессиональным интересом. — Красивая у вас дочурка.
Мир рушится тихо, без грохота. Просто трескается по швам и осыпается серым пеплом.
— Но у меня нет дочки.
Его улыбка на секунду меркнет, но тут же возвращается — уже более дежурная.
Мой супруг хочет стать депутатом? Что ж, флаг ему в руки. Он будет идеальным символом этого города — лузер, который думал, что, предав жену, сможет быть счастливым. Но единственный, кто обретёт счастье, — только я!
Лера стесняется своего пышного тела, устала от работы и ненавидит бывшего мужа, который до сих пор звонит ей по ночам. Её жизнь - серая, как московский смог. А потом её похищают.
Похититель - красивый, опасный кавказец с руками скульптора и взглядом коллекционера. Он не требует за неё выкупа. Он кормит её ужинами при свечах, танцует с ней под джаз и смотрит так, будто она - картина, которую он искал всю жизнь.
Лера должна ненавидеть его. Должна планировать побег. Должна бояться.
Но почему каждую ночь её тело тянется к нему само? И почему впервые за много лет она чувствует себя свободной?
Он говорит, что у неё есть месяц, чтоб полюбить его.
А она теперь не знает, хочет ли уезжать из этого сладкого плена.
😍 Если вам нравится история и вы хотите выразить свою поддержку, воспользуйтесь кнопкой «Меценат». Это своего рода благодарность автору за его труд.❤️❤️❤️
Похититель - красивый, опасный кавказец с руками скульптора и взглядом коллекционера. Он не требует за неё выкупа. Он кормит её ужинами при свечах, танцует с ней под джаз и смотрит так, будто она - картина, которую он искал всю жизнь.
Лера должна ненавидеть его. Должна планировать побег. Должна бояться.
Но почему каждую ночь её тело тянется к нему само? И почему впервые за много лет она чувствует себя свободной?
Он говорит, что у неё есть месяц, чтоб полюбить его.
А она теперь не знает, хочет ли уезжать из этого сладкого плена.
😍 Если вам нравится история и вы хотите выразить свою поддержку, воспользуйтесь кнопкой «Меценат». Это своего рода благодарность автору за его труд.❤️❤️❤️
Я варю самый опасный шоколад в городе. Темперирую его своими руками, вкладываю горечь, страсть и всю свою жизнь. Мое тело - не эталон, но оно настоящее. Я давно смирилась, что на таких, как я, не смотрят вслед. Пока однажды в мою кондитерскую не вошёл горец с голубыми глазами.
Он молча пил горячий шоколад, оставлял чаевые. А потом оказалось, что всё это время он смотрел только на меня. Высокий, накачанный, опасный - Тимур забрал меня в горы, где воздух пьянит, а его губы не знают пощады. Между нами вспыхнуло то, что называют проклятием: я потеряла голову, отдала тело и не заметила, как под сердцем зародилась новая жизнь.
Но у каждого горца есть тайна. А у каждой женщины - гордость. Он хотел жениться. Я отказалась. Он похитил меня, чтобы заставить сказать «да». И тогда началась настоящая игра…
Шоколад, ложь, похищение и любовь, от которой не сбежать. Приготовьтесь: здесь будет горько, влажно и очень горячо.
Он молча пил горячий шоколад, оставлял чаевые. А потом оказалось, что всё это время он смотрел только на меня. Высокий, накачанный, опасный - Тимур забрал меня в горы, где воздух пьянит, а его губы не знают пощады. Между нами вспыхнуло то, что называют проклятием: я потеряла голову, отдала тело и не заметила, как под сердцем зародилась новая жизнь.
Но у каждого горца есть тайна. А у каждой женщины - гордость. Он хотел жениться. Я отказалась. Он похитил меня, чтобы заставить сказать «да». И тогда началась настоящая игра…
Шоколад, ложь, похищение и любовь, от которой не сбежать. Приготовьтесь: здесь будет горько, влажно и очень горячо.
Выберите полку для книги