Книги по тегу «кавказская история любви»: ""

— Это кто с тобой, Арсен?
— Не твое дело, Лейла.
— Я видела фото… Ты женился?
— Смирись. Так будет.
Он привёл в мою жизнь чужую женщину и хотел, чтобы я молчала. Чтобы я сидела за одним столом с соперницей и делила мужа. Но я не вещь, и не тень.
Родня давила, свекровь кричала, дети страдали. Мне говорили: «терпи, так принято».
А я выбрала другое — бороться. За себя. За своих детей. За право не жить в унижении.

— На счет вчерашней ночи… — говорю я.
— Ты специально все спланировала? — холодно спрашивает мужчина.
— Нет! Я не знала, что ты отец Анфисы! Я бы никогда…
— Никогда? — жестко улыбается кавказец. — А вчера просила еще и еще.
Мои щеки пылают, когда вспоминаю прошлую ночь.

Я просто хотела пройти практику в компании отца подруги.
А он оказался мужчиной с которым я провела ночь.
Думала, что мы никогда не встретимся.
Но у этого кавказца другие планы на меня.

— Мам, а тётя Наиля красивая, да?
— Какая ещё Наиля?
— Папа сказал, она теперь тоже будет жить с нами. И будет моей второй мамой.
В одну секунду рушится всё: дом, семья, привычная жизнь. Муж приводит другую женщину и называет её «второй женой». Родня заставляет молчать, охрана не пускает к детям, а за воротами слышен крик собственной дочери: «Мамочка!»
Где граница унижения, после которого женщина уже не сможет быть прежней? И что делать, если твой крест — это не просто измена, а война за детей, за право жить и дышать?

– Знаешь, что отличает настоящую женщину от кухарки? - толкает моего жениха сестра в дверь, за которой стою я.
– И что же? - Валид расслабленно выдыхает. Он не сопротивляется ей. Наоборот. Охотно подыгрывает.
– Что хочу, то и беру, - томно шепчет. - Захотела, и ты приполз ко мне.
– Привычка. Трудно отказаться от десерта, - подтверждает жених.
– Тогда не будем терять время.

Они его никогда не теряли. Учились вместе за границей. А я ждала своего жениха и верила сестре. Обоим верила.
Сестра должна скоро взять фамилию Горного Князя. Но она не все предусмотрела.

Альтернативный Кавказ

— Ты видела, как они на тебя смотрели? — рявкаю я так, что стекла в окнах дрожат.
— Кто? — искренне удивляется. И это удивление — чистое, как холодная вода. Меня от этого ещё сильнее ведёт.
— Айдашев, — произношу фамилию так, будто дроблю зубами. — За столом. Три раза. На секунду, но — достаточно.
Она моргает — один раз. В глазах — усталость и непонимание.
— Мурат, — говорит ровно. — Я видела пиалы, тарелки, руки, которые ставили еду. Слышала, как плачут в женской, как смеётся мой сын. Я не смотрела на мужчин.
— А он — смотрел, — отрезаю. — На тебя.
Она вздыхает. Не театрально. Просто кладёт воздух в грудь и бережно его отпускает.
— И что дальше? — спрашивает. — Это его глаза. Я — вдова. Я — не с ним разговаривала, не ему улыбалась, не ему… — она на секунду зажмуривается, словно удерживает волну, — Что ты от меня хочешь?
— Правда? Сказать, что я от тебя хочу? — зло прищуриваюсь.
Я хочу задрать вот эти твои тряпки и ...

—Мадина — скромная девочка из аула, не пугай её. Но и не жалей. Возьми, даже если будет умолять, — читаю я с телефона перевод разговора за дверью.

О да! Мадина — девочка скромная, пугливая. Поэтому на улицу в темноту не пошла. А вот я ни волков, ни темноты не боюсь — я в Москве пробилась и два брака пережила.

Короче, меня украли вместо неё. Ну я им устрою!

— Отец, я буду нежен и уважителен, ведь она будет моей первой женой, моей правой рукой,— продолжаю я читать с телефона.

Если будешь нежен и уважителен, парень, то буду и первой, и последней твоей женой.
Только извини, ты-то будешь третьим моим мужем...

– Она не догадывается зачем ты на ней внезапно решил жениться? - с издевкой интересуется подруга, откинув одеяло.
Она хозяйкой лежит в постели моего жениха.
– Нет. Доверяет, - любуется ее видами жених.
– Вот наивная. С мужчиной надо играть в крестики нолики. Если ты для него нолик, то ставишь на нем крестик, - хладнокровно рисует в воздухе символ.
– Поэтому ты выбрала меня, любимая стервочка? - хмыкает на провокацию, приближаясь к кровати.
– Да, - томно произносит и тянет его за галстук . - Только кавказец понимает толк в настоящих женщинах. Жгучий и дикий. Просто зверюга в постели.


Сегодня я получила предложение стать женой и одновременно нож в спину от жениха и подруги.
Когда-то я сбежала с Кавказа в чем была. Сделаю это вновь. Но получится ли у меня…

Альтернативный Кавказ

Одна командировка. Три дня в горах Дагестана. И мужчина, от одного взгляда которого я забываю, как дышать.

Тамерлан Алиев — брутальный кавказец с хищными глазами и руками, созданными для того, чтобы владеть. Он не просит — он берёт. Не ухаживает — он завоёвывает. Он говорит, что я его. С первой секунды. Навсегда.

Я должна была подписать контракт и улететь в Москву. Но осталась. На неделю. На месяц. Навсегда.

Потому что его прикосновения жгут сильнее горного солнца. А его слова — “ты моя” — звучат не как угроза. Как обещание.

Но что, если за страстью скрывается клетка? Что, если любовь на Кавказе — это не свобода, а цепи?

- Я нашла тебе жену! - заявила мать с довольной улыбкой.
- Если ты не помнишь, то я уже женат! - ответил Кадир недовольно.
- Твоя осетинка не станет единственной. Знала же, что вышла замуж за мусульманина. Аллах дозволил тебе четырех жен.
- Меня вполне устраивает Наида. Не забывай, что она скоро должна родить.
Мать возмущённо всплескивает руками.
- Тем более тебе нужно жениться. Пока одна жена беременна. Кто будет греть тебе постель? У Наиды токсикоз. Она готовить толком не может, а Зайнаб и приготовит и согреет постель и ноги вымоет тебе.
Мужчина задумчиво покрутил бороду.
- Приведи ее я посмотрю.
- Да что вести то? Она уже ждёт тебя в кабинете. Такая красавица!
Кадир зашёл в кабинет и встретился с милой улыбкой черноокий красавицы.
- Что желаете господин? - промурлыкала она томно.
Кадир увидев черные очи Зейнаб поперхнулся и сразу же посмотрел на мать.
- Хорошо, я согласен.
Наида в это время спала и не знала, что свекровь навязала сыну вторую жену…

Артём — не просто мужчина. Он — наследник древней силы, кавказский волк, чья кровь хранит тайну сильных оборотней. Эльвира — не просто солдат. Она — элитный боец, чья миссия — очистить мир от таких, как он.

Сможет ли любовь, рождённая в огне ненависти, спасти их, или она станет общим проклятием среди кавказских гор ?