Книги по тегу «месть»: ""

ЗАВЕРШЕНО
— Борь, ты делаешь отличный фреш… — слышу женский голос, настроенный на соблазнение.
— Это не я, Оксан, это соковыжималка, — смеется мой муж, голос низкий, с хрипотцой.
Господи, мне это чудится? Он сидит со своей бывшей у нас на кухне и флиртует?
— Ну ладно тебе, — она смеётся. — Соки выжимать ты умеешь… Я скоро сама в жмых превращусь…
— Не успеешь. Стас скоро вернется из командировки, и ты снова побежишь к своему муженьку, — отвечает он болезненно и даже немного обижено, будто не хочет её отпускать к этому самому Стасу.
А я стою за стеной, зажав рот ладонью. Мне сейчас в разы больней, чем ему. Даже кричать хочется…
Мой муж отправил меня в Таиланд. Но отдохнуть не удалось, пришлось вернуться раньше. И когда я вошла в дом, обнаружила там его с любовницей. Видимо, это не я должна была отдохнуть, а он… С ней.
От меня.
Но я это так не оставлю. Вот план: найду ее мужа и сообщу ему радостную новость. Что дальше? Дальше по обстоятельствам…

— Я разбила мерседес, который ты мне подарил, а ты не берешь трубку. Так что разговор у нас будет. И желательно при свидетелях. Мне надоело быть твоей красивой ошибкой между совещаниями, — заявляет любовница мужа.
— Мерседес? — спрашиваю я.
— Да. Черный. С панорамной крышей. Очень эффектно входит в столб, если реветь за рулем и одновременно писать твоему мужу, что он трус.
— Ты сейчас прекращаешь этот спектакль, — рычит муж. — Немедленно.
— О, нет. — Милана улыбается ему почти нежно. — Это ты прекращаешь. Со мной, с ней, со всеми. Потому что я очень устала слушать, что ты почти ушел от жены, почти все решил, почти закончил. У тебя, Глеб, удивительно затянутое "почти".
— Вера, — говорит он, глядя на меня прямо, — эта девушка не имеет права врываться сюда и устраивать грязный фарс. Да, я с ней знаком. Да, я решу этот вопрос. Но сейчас никто не будет разговаривать со мной в таком тоне и устраивать базар.

Меня продавали с молотка при всём Петербурге – а я улыбалась. Потому что дама моего положения имеет один капитал: дерзость. Слёзы на рынке не в цене, я проверяла.

Спас меня – если это можно назвать спасением – ледяной князь Волконский. Каменный человек, который не улыбался пять лет, объявил меня своей невестой прямо в чужой оранжерее. И поставил условия: не входить в его кабинет, не спрашивать о прошлом и – главное – не влюбляться.

Три правила. Я нарушила все.

Потому что у меня есть тайна: по ночам я – скандальный барон Чертополох, чьи безнравственные романы читает, тайком краснея, весь свет. Даже мой муж. Даже мой муж – который, оказывается, и есть тот самый издатель, что печатает меня пять лет и пишет «барону» письма как единственному другу на земле.

Он не знает, что его жена – это его барон.

Я не знаю, что мой муж – это мой издатель.

А тот, кто убил наших отцов, знает про нас всё – и уже занёс молоточек над последними Волконскими.

- Ой, Сонь, я тебе верным ни дня не был, так что давай ты поедешь домой, я вернусь через три дня, и мы с тобой поговорим, - заявляет муж, когда я застаю его за изменой.
И нет, они не в постели, они в гольф-клубе, с ними наши друзья, в то время как я жду его дома.
- Я с тобой разведусь! Слышишь? Я завтра же подам на развод!
- Нет, Соня, никакого развода не будет. Ты точно так же, как и все женщины, будешь терпеть, забудешь обо всем, и мы будем с тобой жить долго и счастливо, так, как я этого захочу, - выдает мне планы на жизнь муж, но я с ними категорически не согласна.
- Жень…
- Сонь, я никогда тебя не любил. Мне нравилось играть с тобой. И мы с тобой продолжим, у нас с тобой это прекрасно получается. Так что давай в машину и не трать мое время зря. В конце концов, у меня выходные, и тебе уже пора.
- Нет, Жень, я сейчас вернусь домой, соберу свои вещи, и мы с тобой разведемся и ничего не будем продолжать.

Те, кого Марго называла семьёй, предали её и оставили умирать на холодном бетонном полу тюремной камеры. В момент смерти она наконец поняла настоящую цену их амбиций.

Но вместо покоя Марго просыпается в мягком кожаном кресле их лимузина — ей снова восемнадцать.

Она знает, что они сделают. Она знает, когда они ударят.

Возрождение — это оружие, и она намерена использовать его, чтобы стереть их в порошок.

Есть только одна проблема: теперь каждая её мысль о мести транслируется им в прямом эфире.

❤️КНИГА ЗАВЕРШЕНА!❤️СКИДКА!❤️
— А ты что думала, я такой верный муж все пятнадцать лет брака? Оксан, очнись.
— Что? Это…шутка? Скажи, что это какая-то мерзкая шутка.
— Какая шутка? Ты же не слепая.
Он подходит ближе.
— Я давно уже хожу налево. Лет десять точно. Если ты спросишь - как и почему? Объясняю для особо тупых. Я не хочу больше тебя. И не хочу давно. Ты стала для меня как табуретка. Полезная в хозяйстве, удобная, привычная. Но чтобы стоять на коленях перед такой… нет, спасибо.
— Не говори так... Прекрати!
— А что мне еще говорить? Думаешь, мужчина должен до старости лет хранить верность одной женщине только потому, что она страдает и красиво плачет? Оксан, повзрослей.
Нина поднимается неторопливо с кровати.
— Оксаночка, знайте, что я делаю то, что умею. И, между прочим, ваш муж говорит, что у меня это получается лучше, чем у вас.
Муж усмехается и с восторгом заявляет:
— Вот это я понимаю, деловая женщина. Не то что ты, все в любви своей.

— Я на днях ходила в торговый центр и знаешь, кого я там встретила?
— Кого? — спрашиваю я.
— Болонку! — выпаливает Ира. — Ну, Юльку! Помнишь ее? Которая за Артемом твоим бегала тогда, сто лет назад!
Сердце пропускает удар. Болонка. Юлька. Я помню ее. Мы дружили.
— Я ее увидела в ювелирном отделе. И... — она делает паузу, — она была не одна.
— Не тяни, Ира. А с кем?
— С Артемом. С твоим мужем.

Я возвращаюсь домой и останавливаюсь на пороге гостиной.
Они не сразу меня замечают. Бывшая подруга смеется, мой муж гладит ее по спине. А потом Артем замечает меня.
— Лида?
Юля медленно поднимается с дивана. Она не выглядит испуганной.
— Ну здравствуй, Лида…
От нее пахнет духами — теми самыми, что я почувствовала на пиджаке Артема.
— Мы с ним вместе. А ты даже и не знала, правда? — говорит она, склоняя голову набок. — Не знала, что он со мной?
Я молчу.
— Знаешь, что самое смешное? — продолжает она и кладет руку на живот. — Я беременна, Лида. У нас с Артемом будет ребенок.

Она потеряла дочь, дважды. И если в своём времени ей отомстить не удалось, то судьба решила расщедриться на второй шанс. Правда, её милость весьма условна, ведь Настя угодила в тело крепостной, бесправной женщины, проданной роднёй барину в полное подчинение. Сможет ли отомстить обидчику героиня?
Вас не ждёт добрая сказка.
Слабонервным не читать. Будет жестоко, неприятно, волнительно, очень эмоционально.
В книге вы встретитесь:
– с самодурством барыни,
– с необузданностью юного барина,
– с неприятными сторонами крепостничества,
– с вольным духом степей Черноземья,
– со смешением народных говоров, что характерно для мест, о которых пойдёт речь.
Счастливый эпилог ожидается, но весьма условный.

— Мы же с тобой всем всегда делились, — сестра, которую я застала со своим мужем, довольно улыбается.
— Но не мужчинами!
— Он не будь ханжой, — Света закатывает глаза.
Перевожу взгляд на мужа, который как ни в чем не бывало ест бутерброд:
— Чего тебе не хватало?
— Твоя сестра предложила "сделать подарок" на мой день рождения, и я не нашел повода отказаться, — Олег не чувствует себя виноватым.
— То есть то, что ты женат, — не повод? — в груди холодеет. — Мы с тобой женаты три года, Олег. Три года. Уже это ничего не стоит?
— Любовь живет три года, слышала поговорку? — хмыкает муж. — У всего есть свой срок давности,
— Срок давности... У брака?
— Соня, ты должна понимать, что люди меняются. Тем более, я поторопился с женитьбой. Ты была такой правильной, такой недотрогой, вот мне и хотелось тебя заполучить. Прямо свербило. А когда заполучил… — пожимает плечами. — Даже самая желанная вещь, которая уже твоя, рано или поздно становится обычной.

РАССКАЗ. ЗАКОНЧЕН. САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Вы должны отпустить Костю, - вдруг решительно заявляет она.
— Какого Костю?!
Это так неожиданно, что я вздрагиваю.
Хмурюсь… Напрягаю память, но не могу вспомнить никакого Костю, которого бы я где-то удерживала. Нет у нас таких сотрудников. У нас один Костя, вернее Константин Сергеевич…
Я резко поворачиваюсь.
— Оля, какого Костю и куда я должна отпустить?! - я смотрю на нее во все глаза.
Она вдруг выпрямляется и бесстрашно поднимает на меня взгляд. А там…злость, превосходство и злорадство.
— Вашего мужа! Константина Сергеевича, если так вам понятнее, - нагло заявляет она.