Книги по тегу «наглый герой»: ""
— Озверела совсем? — схватил меня за руку этот паразит.
— Отпусти меня, — прошипела я.
— Ты хоть знаешь, сколько стоит мой прикид?
— Новый купишь, придурок, — фыркнула я. — А из-за тебя я лишилась урожая клубники, которую сама собирала.
— Да я тебе тонну такой клубники куплю, — раздражённо огрызнулся мажор.
— Ты серьёзно? — прошипела я, глядя на него с почти детской обидой.
Мажор нахмурился, явно не понимая, что не так. Его пальцы сжимали кошелёк.
— Что, мало? — протянул мажор и прищурился. — На ещё.
— Да пошёл ты! — со злостью процедила я и с громким хлопком припечатала деньги к капоту его тачки.
После «клубничного ДТП» я думала, что больше никогда не увижу этого мажора. Но мы оказались в одном отеле! Теперь я — горничная, а он —мой босс. Мои нервы на пределе, его ухмылка сводит с ума. Но что, если за этой маской скрывается кто-то совсем другой?.. И главное — почему от его взгляда у меня мурашки?!
— Отпусти меня, — прошипела я.
— Ты хоть знаешь, сколько стоит мой прикид?
— Новый купишь, придурок, — фыркнула я. — А из-за тебя я лишилась урожая клубники, которую сама собирала.
— Да я тебе тонну такой клубники куплю, — раздражённо огрызнулся мажор.
— Ты серьёзно? — прошипела я, глядя на него с почти детской обидой.
Мажор нахмурился, явно не понимая, что не так. Его пальцы сжимали кошелёк.
— Что, мало? — протянул мажор и прищурился. — На ещё.
— Да пошёл ты! — со злостью процедила я и с громким хлопком припечатала деньги к капоту его тачки.
После «клубничного ДТП» я думала, что больше никогда не увижу этого мажора. Но мы оказались в одном отеле! Теперь я — горничная, а он —мой босс. Мои нервы на пределе, его ухмылка сводит с ума. Но что, если за этой маской скрывается кто-то совсем другой?.. И главное — почему от его взгляда у меня мурашки?!
Вадим медленно поставил бокал на стол. Так же медленно, с ленивой грацией хищника, поднялся с дивана и пошёл ко мне. Не обращая внимания на осколки под ногами, наклонился и поднял с пола то, что осталось от часов.
Покрутил в пальцах разбитый циферблат, хмыкнул — коротко, почти весело.
А потом подошёл ко мне вплотную. Так близко, что я ощутила запах его парфюма — терпкий, мужской, сводящий с ума. Его рука стальным захватом сжала мой локоть, притягивая меня к его мощному телу. Он наклонился, и его губы коснулись моего уха. Горячее дыхание словно обожгло кожу.
Голос тихий и опасный:
— Ну что, Зайка... Ты конкретно попала.
Покрутил в пальцах разбитый циферблат, хмыкнул — коротко, почти весело.
А потом подошёл ко мне вплотную. Так близко, что я ощутила запах его парфюма — терпкий, мужской, сводящий с ума. Его рука стальным захватом сжала мой локоть, притягивая меня к его мощному телу. Он наклонился, и его губы коснулись моего уха. Горячее дыхание словно обожгло кожу.
Голос тихий и опасный:
— Ну что, Зайка... Ты конкретно попала.
- Куда собралась?! Я тебя не отпускал! - бывший муж резко схватил меня за руку.- Ты должна отработать две недели!
- Я тебе уже ничего не должна. Я работала на тебя три года без отпуска и почти без выходных!
- Правду говорят, что у разведенок проблемы с психикой начинаются, - заржал мой бывший.
- Проблемы у меня начались в браке, - ответила я спокойно. - Из-за твоих измен и загулов.
- И поэтому ты решила на море свалить? Да какой тебе отпуск? Ты и раздеться на пляже не сможешь, с твоей ущербностью...
Я размахнулась и со всей силы влепила ему звонкую пощёчину.
После развода я уезжаю в долгожданный отпуск, на экзотический остров, чтобы побыть одной. Я не могла представить, что стану объектом охоты наглого мажора, который не привык к отказам.
- Я тебе уже ничего не должна. Я работала на тебя три года без отпуска и почти без выходных!
- Правду говорят, что у разведенок проблемы с психикой начинаются, - заржал мой бывший.
- Проблемы у меня начались в браке, - ответила я спокойно. - Из-за твоих измен и загулов.
- И поэтому ты решила на море свалить? Да какой тебе отпуск? Ты и раздеться на пляже не сможешь, с твоей ущербностью...
Я размахнулась и со всей силы влепила ему звонкую пощёчину.
После развода я уезжаю в долгожданный отпуск, на экзотический остров, чтобы побыть одной. Я не могла представить, что стану объектом охоты наглого мажора, который не привык к отказам.
Знаете, говорят, что, когда тебе плюют в спину, значит, ты на несколько шагов впереди, так вот… Смотреть вслед любимому мужчине означает, что он ушёл. Народная мудрость… Горькая, но зато честная... Любила его со школы, пока он не опозорил меня прямо на школьной дискотеке на глазах у одноклассников! Подонок? Да… С тех пор я и вычеркнула его из своей жизни навсегда. Если бы не та злосчастная ночь в баре… А теперь? Теперь он уходит к той, что ждёт от него ребёнка, думая, что поступает правильно. Но он не знает, что под моим разорванным в клочья сердцем бьётся ещё одно… Крохотное, беззащитное и уже преданное…
— Не уходи! Ты не можешь меня бросить вот так!
— Ника, это просто конец… Не мучай ты ни себя, ни меня, потому что всё решено.
— Тебя не мучать? Решил??? Никогда ты не был принцем, так для чего сейчас эта самоотверженность? Откуда этот долг, это никому ненужное благородство? А как же твои слова про любовь? Ведь я поверила! Поверила, слышишь? Ты любишь меня… Любишь? Ответь!
— Не уходи! Ты не можешь меня бросить вот так!
— Ника, это просто конец… Не мучай ты ни себя, ни меня, потому что всё решено.
— Тебя не мучать? Решил??? Никогда ты не был принцем, так для чего сейчас эта самоотверженность? Откуда этот долг, это никому ненужное благородство? А как же твои слова про любовь? Ведь я поверила! Поверила, слышишь? Ты любишь меня… Любишь? Ответь!
— Вы ищете няню для двух своих сыновей? — спросила Альфу.
Я удивилась, когда меня ни свет ни заря вытащила из дома личная охрана Альфы соседней стаи.
— Да. Для Тимура и Леона, — мужчина устало потёр переносицу. — А то совсем непослушными стали.
— Подождите, с Леоном всё понятно, ему пять всего лишь. Но вашему старшему сыну в прошлом месяце исполнилось двадцать, если я не ошибаюсь.
Альфа хитро улыбнулся.
— Да, ты полностью права, — кивнул он. — Ему тоже очень нужна няня.
Мне даже стыдно спросить, в каком плане нужна… Взрослый же бугай!
Я удивилась, когда меня ни свет ни заря вытащила из дома личная охрана Альфы соседней стаи.
— Да. Для Тимура и Леона, — мужчина устало потёр переносицу. — А то совсем непослушными стали.
— Подождите, с Леоном всё понятно, ему пять всего лишь. Но вашему старшему сыну в прошлом месяце исполнилось двадцать, если я не ошибаюсь.
Альфа хитро улыбнулся.
— Да, ты полностью права, — кивнул он. — Ему тоже очень нужна няня.
Мне даже стыдно спросить, в каком плане нужна… Взрослый же бугай!
Я - будущий альфа. Избранный Луной. Меня боятся и уважают. Девчонки пищат при моем появлении. Казалось бы, что еще нужно молодому оборотню?
Но почему тогда мой взгляд постоянно цепляется за новенькую? Серую мышь, сироту и совершенно обычную девчонку?
Однажды на ее теле появляется чужая метка. Но я буду не я, если меня это остановит…
Однотомник
ХЭ
Но почему тогда мой взгляд постоянно цепляется за новенькую? Серую мышь, сироту и совершенно обычную девчонку?
Однажды на ее теле появляется чужая метка. Но я буду не я, если меня это остановит…
Однотомник
ХЭ
Один нечаянный удар головой - и девушка в полной уверенности, что встречается не с тихим и мягким парнем, а с его наглым и циничным другом, с которым у нее с самого начала не заладилось общение. Но только он может помочь ей вспомнить все и вернуть себе привычную жизнь. Только вот захочет ли она в нее возвращаться?
Школьная пора не у всех бывает радужной, у некоторых так, что лучше бы ее забыть навеки. Вот у Лапотевой Маргариты она была именно такой, вот только забыть при всем желании не получится. Потому что был там один персонаж, что навеки вцепился не только в мозг, но и в сердце. Волков, тот еще дебил!
Они уже выросли, и даже не думали, что встретятся, но судьба распорядилась иначе. А Волк совсем не изменился, все еще такой же красивый, накаченный, и такой же дебил. И все точно так же сердечко от него тает.
И чего он так лучезарно лыбится мне? Красуется передо мной? Шуточками намекает на что-то.
Зовет все так же ласково?
Они уже выросли, и даже не думали, что встретятся, но судьба распорядилась иначе. А Волк совсем не изменился, все еще такой же красивый, накаченный, и такой же дебил. И все точно так же сердечко от него тает.
И чего он так лучезарно лыбится мне? Красуется передо мной? Шуточками намекает на что-то.
Зовет все так же ласково?
Меня хватают сильные мужские руки.
– Мамочки!
Я же в квартире одна.
Что делает посторонний мужик в моем душе?
– Вы кто? Я сейчас своего парня позову!
– Ой как страшно, – смеется он. – Становись в позу, раз уж залезла.
– Мамочки!
Я же в квартире одна.
Что делает посторонний мужик в моем душе?
– Вы кто? Я сейчас своего парня позову!
– Ой как страшно, – смеется он. – Становись в позу, раз уж залезла.
— Господи! Только не ты! — застываю в дверном проеме кабинета. Ни вздохнуть. Ни выдохнуть.
— Здравствуй, персик, — бывший изгибает губы в соблазнительной улыбочке, от которой у меня все тело пульсирует.
— Я требую другого гинеколога! — ору в коридор, как потерпевшая.
— Сегодня только я! — и так маняще свою нижнюю губу кусает. — Поэтому рассказывай, с чем пришла?
Боже, какой стыд!
Бывший. Мой. Гинеколог.
— У меня... там... кое-что застряло... — делаю глубокий вдох.
— Где? — брови Глеба ползут вверх.
Скотина просто издевается. И хочется ответить ему в рифму, но я прикусываю язык.
— Там... — выразительно опускаю взгляд.
— Хорошо! Но что именно?
— Одна вещь, – шепчу, готовая провалиться сквозь землю, и как назло, меня пронзает судорожный импульс.
— Тогда присаживайся, – наконец говорит бывший, указывая на кресло. – Разберёмся.
— Может, просто направишь меня к другому врачу? – слабо пытаюсь отвертеться.
— О нет, персик. Теперь мне слишком интересно.
— Здравствуй, персик, — бывший изгибает губы в соблазнительной улыбочке, от которой у меня все тело пульсирует.
— Я требую другого гинеколога! — ору в коридор, как потерпевшая.
— Сегодня только я! — и так маняще свою нижнюю губу кусает. — Поэтому рассказывай, с чем пришла?
Боже, какой стыд!
Бывший. Мой. Гинеколог.
— У меня... там... кое-что застряло... — делаю глубокий вдох.
— Где? — брови Глеба ползут вверх.
Скотина просто издевается. И хочется ответить ему в рифму, но я прикусываю язык.
— Там... — выразительно опускаю взгляд.
— Хорошо! Но что именно?
— Одна вещь, – шепчу, готовая провалиться сквозь землю, и как назло, меня пронзает судорожный импульс.
— Тогда присаживайся, – наконец говорит бывший, указывая на кресло. – Разберёмся.
— Может, просто направишь меня к другому врачу? – слабо пытаюсь отвертеться.
— О нет, персик. Теперь мне слишком интересно.
Выберите полку для книги