Книги по тегу «настоящие чувства»: ""
Остров Спас-Каменный — крошечный клочок земли посреди Кубенского озера в Вологодской области.
Здесь вода в разгар шторма замирает идеальным треугольником, а сто лет назад монах спрятал дневник, который так и не нашли.
Метеоролог Лера боится воды до паники — и именно ей поручено разгадать загадку «спящих вод».
Подводный археолог Эрик ищет на дне не открытие, а наследство своей семьи.
Юный гений Марат впервые покинул лабораторию.
А профессор Ветров ведёт экспедицию, не догадываясь, что его спонсор платит не за науку.
Четверо. У каждого своя тайна. У острова — своя.
Они приехали изучать аномалию. Но не подозревали, что аномалией окажется любовь
Здесь вода в разгар шторма замирает идеальным треугольником, а сто лет назад монах спрятал дневник, который так и не нашли.
Метеоролог Лера боится воды до паники — и именно ей поручено разгадать загадку «спящих вод».
Подводный археолог Эрик ищет на дне не открытие, а наследство своей семьи.
Юный гений Марат впервые покинул лабораторию.
А профессор Ветров ведёт экспедицию, не догадываясь, что его спонсор платит не за науку.
Четверо. У каждого своя тайна. У острова — своя.
Они приехали изучать аномалию. Но не подозревали, что аномалией окажется любовь
— Пошел к черту, Митяй! — дрожащим указательным пальцем тыкнула она мне на выход, но я только усмехнулся.
— Да без проблем, Дея!
— Гроздов!
Ее голос дрогнул. Потому что я снова и снова наступал на нее, а она дышала часто и дрожала. Пока я не навис над ней скалой.
Сейчас между нами было всего несколько миллиметров.
— Твои последние слова, — прошипел я, пялясь в эти невероятные глаза.
Я ведь уже уперся руками в металлическую кабину лифта возле ее головы. И теперь лишь нависал над ней, смакуя тот момент, когда переступлю последнюю черту...
Убью!
И она успела в панике крикнуть:
— Ты пожалеешь!
Но я уже подхватил ее под упругие бедра и закинул на себя, а затем намотал на кулак белокурые кудрявые волосы, жестко фиксируя ее голову, и прорычал:
— Это было последним, что ты смогла вымолвить, Шторм!..
— Да без проблем, Дея!
— Гроздов!
Ее голос дрогнул. Потому что я снова и снова наступал на нее, а она дышала часто и дрожала. Пока я не навис над ней скалой.
Сейчас между нами было всего несколько миллиметров.
— Твои последние слова, — прошипел я, пялясь в эти невероятные глаза.
Я ведь уже уперся руками в металлическую кабину лифта возле ее головы. И теперь лишь нависал над ней, смакуя тот момент, когда переступлю последнюю черту...
Убью!
И она успела в панике крикнуть:
— Ты пожалеешь!
Но я уже подхватил ее под упругие бедра и закинул на себя, а затем намотал на кулак белокурые кудрявые волосы, жестко фиксируя ее голову, и прорычал:
— Это было последним, что ты смогла вымолвить, Шторм!..
Говорят, моего мужа видели в детском магазине — он выбирал кроватку для ребенка, и с ним была беременная девушка.
Ни фото, ни видео — только слова, которые приносят боль.
Муж все отрицает. Но можно ли ему верить? Беременная подруга, с которой мы не виделись пару лет, делает странные намеки. Неужели это она?
— Мне не выгоден развод, — говорит муж. — Не хочу делить все нажитое в браке.
— А если бы я сама подала на развод?
— До развода бы не дошло, Ань. Я бы тебя убил.
Он сам смеется над своей глупой шуткой, и я смеюсь.
Но проходит два дня, и вся моя прежняя благополучная жизнь сгорает в огне.
Ни фото, ни видео — только слова, которые приносят боль.
Муж все отрицает. Но можно ли ему верить? Беременная подруга, с которой мы не виделись пару лет, делает странные намеки. Неужели это она?
— Мне не выгоден развод, — говорит муж. — Не хочу делить все нажитое в браке.
— А если бы я сама подала на развод?
— До развода бы не дошло, Ань. Я бы тебя убил.
Он сам смеется над своей глупой шуткой, и я смеюсь.
Но проходит два дня, и вся моя прежняя благополучная жизнь сгорает в огне.
Как на лужайке моего нового загородного дома оказалась коляска с двумя младенцами?
И где их мать?
— Хасан… — шепчет появившаяся на крыльце Марьяна. — А ты что тут делаешь?
— Живу. А ты… Это чьи дети вообще? — я показываю на коляску.
Марьяна молчит.
— Чьи? — требуя я.
— Мои.
Мы расстались год назад, ну чуть больше. Год и месяц, плюс-минус. А сколько детям? Месяца три? Четыре?
Учитывая, что я был у Марьяны первым…
Арифметика очень простая…
— А ну-ка скажи, — произношу гневно, делая шаг к ней. — От кого это ты детей родила?
— От кого надо. Ты тут не причём.
— А мне кажется, даже очень причём… — я срываюсь с места и иду к ней, а Марьяна, подпрыгнув, юркает обратно в дом, закрывая дверь на замок.
Очень глупо, учитывая, что у меня тоже есть свой ключ.
Я его достаю, вижу, как паника проступает на лице Марьяны, смотрящей на меня через стеклянную входную дверь, когда я вставляю ключ в замок и открываю его…
И где их мать?
— Хасан… — шепчет появившаяся на крыльце Марьяна. — А ты что тут делаешь?
— Живу. А ты… Это чьи дети вообще? — я показываю на коляску.
Марьяна молчит.
— Чьи? — требуя я.
— Мои.
Мы расстались год назад, ну чуть больше. Год и месяц, плюс-минус. А сколько детям? Месяца три? Четыре?
Учитывая, что я был у Марьяны первым…
Арифметика очень простая…
— А ну-ка скажи, — произношу гневно, делая шаг к ней. — От кого это ты детей родила?
— От кого надо. Ты тут не причём.
— А мне кажется, даже очень причём… — я срываюсь с места и иду к ней, а Марьяна, подпрыгнув, юркает обратно в дом, закрывая дверь на замок.
Очень глупо, учитывая, что у меня тоже есть свой ключ.
Я его достаю, вижу, как паника проступает на лице Марьяны, смотрящей на меня через стеклянную входную дверь, когда я вставляю ключ в замок и открываю его…
Вот-вот начнется Турнир Десяти Островов, и я в очередной раз собираюсь привести нашу четверку к победе.
Но за пределами арены драконам нужно лекарство от Пепельной Хвори, ключ к которому - моя кровь. А значит, те, кто уже пытался меня использовать или уничтожить, не остановятся. Как и революционеры, задумавшие извести весь драконий род.
И сейчас мне предстоит выиграть Турнир, наказать виновных и остановить преступников, а заодно решить, останусь ли я в ТалМирене рядом с тем, кого люблю.
Ведь иногда именно ключевое звено определяет судьбу всей цепи.
Но за пределами арены драконам нужно лекарство от Пепельной Хвори, ключ к которому - моя кровь. А значит, те, кто уже пытался меня использовать или уничтожить, не остановятся. Как и революционеры, задумавшие извести весь драконий род.
И сейчас мне предстоит выиграть Турнир, наказать виновных и остановить преступников, а заодно решить, останусь ли я в ТалМирене рядом с тем, кого люблю.
Ведь иногда именно ключевое звено определяет судьбу всей цепи.
– Ты выйдешь за меня и родишь мне ребёнка, – предлагает Алишер, как ни в чём не бывало.
Хотя, о каком предложении речь?
У меня же нет выбора!
– Он не сможет претендовать на тебя, ты будешь свободной от обещания, которое дал отец другому. Но в обмен ты до конца дней останешься моей женой и будешь воспитывать моего наследника, – слова мужчины звучат, словно приговор.
– Я не знаю… – выдыхаю сквозь слёзы, которые душат.
– Твой престарелый жених стоит сейчас за этой дверью, и у тебя осталось не так много времени для того, чтобы сделать выбор. Решайся, Амина.
Чтобы не стать очередной жертвой в лапах озабоченного вдовца, я сбежала со сватовства.
Таинственный незнакомец вызвался мне помочь, но в обмен запросил слишком высокую плату…
Хотя, о каком предложении речь?
У меня же нет выбора!
– Он не сможет претендовать на тебя, ты будешь свободной от обещания, которое дал отец другому. Но в обмен ты до конца дней останешься моей женой и будешь воспитывать моего наследника, – слова мужчины звучат, словно приговор.
– Я не знаю… – выдыхаю сквозь слёзы, которые душат.
– Твой престарелый жених стоит сейчас за этой дверью, и у тебя осталось не так много времени для того, чтобы сделать выбор. Решайся, Амина.
Чтобы не стать очередной жертвой в лапах озабоченного вдовца, я сбежала со сватовства.
Таинственный незнакомец вызвался мне помочь, но в обмен запросил слишком высокую плату…
ЗАВЕРШЕНО 🔥
Один шаг в пропасть. Одна остановка сердца. И одна женщина, которая отказалась его отпускать.
Он привык рисковать жизнью, она — эту жизнь спасать.
Сможет ли сломанный адреналиновый маньяк доказать простой медсестре с нестандартной фигурой, что она для него — больше, чем просто тихая гавань на время реабилитации?
Один шаг в пропасть. Одна остановка сердца. И одна женщина, которая отказалась его отпускать.
Он привык рисковать жизнью, она — эту жизнь спасать.
Сможет ли сломанный адреналиновый маньяк доказать простой медсестре с нестандартной фигурой, что она для него — больше, чем просто тихая гавань на время реабилитации?
Сердце колотилось где‑то в горле, в висках стучала кровь, мысли путались, но одна сверлила мозг, как раскалённый гвоздь, что его маленькая, нежная доченька беременна от какого-то подонка. Он резко распахнул дверь, так что та ударилась о стену.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.
Когда-то у него было все. Любимый спорт, любимая женщина. Впереди свадьба и долгая счастливая жизнь. Но авария отобрала у него любимую. Мир почернел и если бы не друг и Дарина... Дарина - жена, но не любимая. Такое чувство, что он живет не свою жизнь... Все не то и все не так...
После смерти мамы, отец с мачехой отправил в закрытый колледж в Англии. И вот спустя десять лет отец приказал вернуться обратно. Зачем только? Я не могла ослушиться, ведь меня бы все равно привезли обратно его церберы. Там в Англии у меня была своя жизнь... А что меня ждет тут?
#настоящиечувства
#предательство
#перваялюбовьдлянее
#строгийотец
После смерти мамы, отец с мачехой отправил в закрытый колледж в Англии. И вот спустя десять лет отец приказал вернуться обратно. Зачем только? Я не могла ослушиться, ведь меня бы все равно привезли обратно его церберы. Там в Англии у меня была своя жизнь... А что меня ждет тут?
#настоящиечувства
#предательство
#перваялюбовьдлянее
#строгийотец
Есть встречи, которые длятся пять минут.
А остаются с тобой навсегда.
После неудачного свидания она мечтала только поскорее вернуться домой. Но летний дождь изменил ее планы.
Высокий незнакомец попросился под ее прозрачный зонт.
Он не пытался произвести впечатление. Не говорил красивых слов. Просто шел рядом.
Она даже не подозревала, что именно с этого вечера начнется история, которая научит ее снова доверять, любить и выбирать не идеального.
А остаются с тобой навсегда.
После неудачного свидания она мечтала только поскорее вернуться домой. Но летний дождь изменил ее планы.
Высокий незнакомец попросился под ее прозрачный зонт.
Он не пытался произвести впечатление. Не говорил красивых слов. Просто шел рядом.
Она даже не подозревала, что именно с этого вечера начнется история, которая научит ее снова доверять, любить и выбирать не идеального.
Выберите полку для книги