Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

– Иди на аборт! – бросает, как приказ.

– Нет! Я не собираюсь убивать нашего сына! Ты больной?!

– Я больной?! Это ты больная. Короче, – муж усмехается, закатывает глаза, после чего снова переводит на меня взгляд, – Я предлагаю сделку: ты делаешь аборт, мы расходимся, и ты получаешь деньги.

– Нет, – мотаю головой.

– Уля, между нами всё кончено. Неужели ты до сих пор этого не поняла? Не надо за меня цепляться! – Усмешка тонкая, болезненная. – У меня есть любимая женщина, Арина. – Делает паузу, чтобы я прочувствовала каждое слово. – И она ждёт, как раз‑таки, здорового малыша. Мы будем семьей.

Полярная ночь. Станция во льдах. Она — психолог без опыта.
Он — геолог-орк, который три дня бродил по пурге и вернулся. Что между ними общего? И почему северное сияние меркнет, когда он смотрит на тебя?

Антон называл меня «скучными ощущениями». Хвастался любовницей перед друзьями, пока я накрывала стол. И даже не заметил, что я всё слышала.
Но он забыл: у нас ночевал его старший брат — Дима. Холодный, молчаливый, опасный. Тот, кто смотрел на меня так, что подкашивались колени.
Он зашёл в спальню. Я развязала пояс халата.
Пусть весь мир узнает, каких «скучных ощущений» Антон лишился. Месть — это блюдо, которое подают горячим. А Дима оказался слишком горяч.

Авария забрала у Алисы мужа и едва не лишила руки. Виктор Андреевич, свёкор и ведущий микрохирург, лично провёл восьмичасовую операцию. Он спас её не из милосердия — а потому что не привык терять то, что считает своим. Забрав невестку в свой дом под предлогом реабилитации, он установил жёсткие правила и тотальный контроль над каждым её движением.Но по мере того, как заживали шрамы на теле, между ними вспыхивало нечто запретное.

Жила-жила себе спокойненько. Наново отстраивала свою, с подростком-сыном, жизнь. Никого не трогала, всем нравилась и была приятной... А потом - бабах! И тебе на голову - озверевшее чудовище, без страха и упрёка.
И ведь так интенсивно, так часто это самое "бабах"! И вот что делать интеллигентной и, так-то, неконфликтной даме? Кинуться воевать с чудовищем? Как-то попытаться минимизировать раздражающее "бабах"?
Жил-жил себе спокойненько. Вёл, требующий полного сосредоточения, бизнес. А потом - бабах! И ты - уже не солидный и порядочный ты, а не понятно, что. Какой-то бешеный зверь, в которого, через прутья, постоянно тычут отвратительной палкой. Естественно, ты забываешь про всё и звереешь. И естественно, подмывает раздражитель, с особой жестокостью, прикончить.
А что надо для воплощения в жизнь возмущения? Правильно! Почаще нападать, чтобы измотать противника до состояния выжатой тряпки.
Другое дело, что враг подл, бессовестен и коварен. Значит, вопрос: измотать, спрашивается, как?

— Сима, я всё организую. Твой день рождения будет незабываемым.
Он не соврал.
Незабываемым он получился это точно. Она приехала на день раньше, открыла дверь люкса и увидела мужа в постели со своей двоюродной сестрой
— Она там со своим бизнесом думает что она королева.
— А ты ей в глаза смотришь и врёшь. — сказала ему Алина.
— Она дура. Я ей три года изменяю — она даже ничего не подозревает, наивная.. Ей лишь бы бизнес, отчёты, тарелки эти дурацкие.
Алина засмеялась. Он добавил:
— Вот ты — другое дело и прижал ее к себе.
Сирафима открыла дверь и увидела всё. Влепила ему пощёчину. И сказала:
— Ты ползать будешь, умолять..

Я стою в ошейнике и кандалах на невольничьем рынке в душном зале орбитальной станции. В оборванном платье и ссадинах, оставленных подручными продавца.
И меня покупают. Огромный, пугающий уже одним своим видом вессар. Синие волосы, широкие плечи, руки-молоты. Он меня одним движением переломит. И смотрит так, будто съесть хочет.
У него на меня свои планы. Пусть. У меня же только одна цель — найти тех подонков, кто продал меня в рабство.

- Никита! - крикнула я так громко, как позволяли мои лёгкие и голосовые связки.
- Аня, - донеслось откуда-то сбоку, из-за забора. - Тут дыла! И кот! И дядя!
Как я перемахнула через забор, деталь мелкая, главное, я увидела Никиту.

Мелкий стоял на чужом участке, а рядом с ним сидел рыжий кот, толстый, наглый, с мордой отъявленного бандита. Чуть дальше, на веранде в кресле сидел мужчина и смотрел то на Никиту, то на кота.

- Это ваш? - спросил он, увидев меня.
- Внук, - сказала я. – Извините, не заметила, как он из машины выбрался.

Незнакомец смотрел на меня - я на него. Не красавец, но тот тип, на котором взгляд женщин задерживается и переходит в мечтательно-задумчивый.

- Я - Анна, - представилась я. - Соседка. Моя дочь сняла домик...
- Виктор, - ответил он. - Сосед, которого не спросили, когда дочь сдала домик.
- Дочь - коза, - сочувственно сказала я.
- Ваша?
- В том числе.

…Впереди целый месяц, который обещал быть непредсказуемым! Если б я только знала, насколько..

Когда Анна узнала об измене мужа, мир рухнул. Когда свёкор предложил остаться в его доме — напряглась. Когда приказал не запирать дверь — испугалась. Но настоящий страх пришёл позже: когда она поняла, что ждёт его прихода.
Свёкор не терпит слабости. Он не прощает предателей, даже если это его сын. И он уже всё решил за Анну.

— Открывайте! — звучит из-за двери рассерженный голос соседки.
Любопытно, что на этот раз фею разозлило. Готовлюсь укрощать недотрогу, открываю дверь.
Ухмылка падает на пол, а из фраз остаются нецензурные. Фея в бешенстве.
— Вот! Полюбуйтесь!
Любуюсь. Смотрю, как с белокурых волос ее дочери жирными каплями стекает синяя краска. Логика подсказывает, что без Вовки тут не обошлось.
— Оп-па, — усмехаюсь. — А ты у нас кто? Мальвина? Аватар?
— Прекратите издеваться! Ваш внук Агату краской облил.
Вовка шуршит и уже возможно удирает через окно. Понял, паршивец, что снова деду малину обломал своей войной с девчонкой.
— Понял. Разъяснительную беседу проведу. А ты как заскучаешь, на чай приходи. Кино посмотрим. Про синих человечков.
Фея фыркает, хватает за руку дочь и уходит, что-то бубня под нос.
Вот спасибо, внучек. Удружил. С девчонкой ругаешься ты, а страдает дед.
— Буратино! Сынок! — ору вглубь дома. — Неси инструменты. Сейчас тебе дед сучки равнять будет. Рубанком.