Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

— Лия! — бросаюсь за дочкой.
Белая курточка мелькает среди людей. Не успеваю поймать, как вдруг врезается в чью-то ногу. Поднимает растрепанную головку, смотрит вверх. Я тоже...
И замираю. Не вижу никого, кроме него.
Он смотрит на нее. На меня. Опять на нее... и все понимает.
Сердце дрожит где-то в груди, словно туго натянутая струна. Два года я жила в страхе, что он когда-нибудь вдруг появится и заберет ее. Он имеет на это право. Потому что я – лишь суррогатная мать. Мать, которая должна была исчезнуть после родов.
А теперь мы стоим друг перед другом. И я не знаю, что скажу. И смогу ли вообще что-то сказать.
— Лиза... — его голос теплый, чуть хриплый, как кофе с корицей — горьковатый, пряный, оставляющий после себя теплое послевкусие.
Сердце останавливается. Хватаю дочь на руки.
— Извините, вы, кажется, ошиблись, — говорю ровно.
Миную его, как обычного прохожего, и чувствую на лопатках взгляд. Пристальный. Горячий. Слишком знакомый.

Подруга сломала ногу и попросила сходить вместо неё на свидание со звездой. Кто бы мог подумать, что именно там я встречу того, кто в прошлом бросил меня, променяв на свою карьеру?
Футболист на всю голову... вот что он опять ко мне привязался?
Послать бы его, куда по-дальше... но почему моё сердце ёкнуло, когда он коснулся моей руки?

− Ты нехолоший, уволил мою маму! Поэтому я тебя сейчас буду воспитывать! – Девчушка вякает.
Упирает ладошки в мою филейную часть, а ещё с силой толкает.
Так, что я валюсь на столешницу из трёхсотлетнего дуба.
− Ну всё, мелочь пузатая, тебе каюк. Вот только освобожусь…
− А ты поплобуй освободиться! – Фыркает нагло.
И… ррраз!
Вырывает мой ремень из шлёвок!
− Эй, ты чего? Чего? – Выпучиваю глаза.
И замираю.
Потому что девчонка подбоченивается.
И, с криком:
− Получай, нехолоший босс! – Опускает ремень на мою филейную часть.

♥️🤍♥️КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ♥️🤍♥️ ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! ♥️🤍♥️

— Это что, Смирнова? — Марк бросил на стол кусок черного кружева.
— Я… я не знаю. Откуда это у вас?
— Настя нашла это в моем кресле. Утверждает, что ты «случайно» выронила его вчера вечером.
— Это ложь! Она всё подстроила! Я никогда бы не позволила себе…
— Хватит врать, Варя. Я знаю, что он твой.
— Откуда?! Вы даже не видели меня без…
— Я видел тебя в своих снах, — он резко притянул меня к себе за талию, сминая ткань блузки. — И этот размер… эти формы… я узнаю их из тысячи.
— Марк Александрович, пустите, это же служебное преступление!
— Преступление — это то, что ты до сих пор в одежде, Смирнова. И раз уж улика у меня, тебе придется отработать её прямо сейчас.

Я заметил её ещё на остановке — мокрую, дрожащую, но с таким огнём в глазах, что захотелось прижечь. Она отказалась садиться в мою машину. А потом ворвалась в мой дом.
Она думает, что я хам. Называет меня ледяным истуканом. Строит из себя неприступную. Но я вижу, как она смотрит. Как кусает губы. Как её дыхание сбивается, когда я подхожу слишком близко.
Я не привык ждать. Не привык уговаривать.
Той ночью под дождём я взял то, что она мне отдала — без слов, но всем телом. А утром она сбежала, как испуганная кошка.
Глупая.
Она не знает, что я уже решил. Она будет моей. Хочет она этого или нет.
Но… кажется, хочет. Ещё как.

Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?

Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?

Страх и голод порой вынуждают людей совершать самые безумные поступки и заставляют принимать отчаянные решения.
Цель - выжить.
Средства - любые.
Жестокость - оправдана.
Милосердие - что это?

Её муж — тряпка и бабник. Она терпит его измены и врёт себе, что всё наладится. Но его отец смотрит на неё иначе. Его пальцы задерживаются на её коже дольше, чем нужно. Его голос звучит ниже, когда он произносит её имя.
Он не дал ей уйти. Закрыл дверь на замок. И провёл осмотр, который не имел ничего общего с медициной.

После развода я думала, что самое страшное уже позади. Я ушла от Кирилла без скандалов, без мести, без попыток что-то доказать. Забрала сына, начала новую жизнь и научилась снова дышать.

Но однажды бывший муж появился у школы Матвея с дорогим букетом и уверенностью человека, который привык получать всё по первому требованию.

— Мальчику нужен отец, а не твои обиды, — сказал он.

Три года Кирилл почти не вспоминал о сыне. А теперь решил вернуться. Не попросить прощения. Не заслужить доверие. А забрать своё место так, будто оно всё ещё принадлежит ему.

Только Матвей — не вещь. Не награда. Не способ наказать бывшую жену.

И если Кирилл думает, что я снова промолчу, он плохо знает женщину, которую сам когда-то сломал.

Потому что теперь я не одна. У меня есть сын, ради которого я стала сильнее. Есть правда, которую больше нельзя назвать истерикой. И есть мужчина, который не спасает меня, а просто стоит рядом — спокойно, честно, без давления.