Книги по тегу «новая книга»: ""

На своё двадцатилетие я познакомилась с одним импозантным мужчиной и более семи лет ждала, и надеялась, что он разведётся.
Была образцовой любовницей. Смотрела ему в рот. Выполняла любые желания. Жила им. Слышала. Слушала.
А на очередной юбилей влюбилась до одури в его сына.
Рехнулась... В один миг. Не иначе.
За день до того момента, когда мой Идол наконец-то встал передо мной на колено.

«Дима, брат… Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых. Ты знаешь об Ольге, я очень её люблю, она необыкновенная, словно светится изнутри. Дима, я, как и обещал тебе, храню главную тайну о нас. Об этом не знает даже Ольга. Я не понимаю, зачем тебе это, но раз обещал, то выполняю. Конечно, когда ты появишься, для всех это будет шоком, но это может дать тебе определённое преимущество. Для всех ты просто брат, несправедливо осужденный, за которого я долго боролся, но изменить ничего не смог. Я не могу никому доверять, брат. Никому, кроме тебя. Умоляю, найди ее, как сможешь. Защити ее от него. Она и…Позаботься о том, что останется от меня. Прости за эту ношу, но мне больше не к кому обратиться. Твой брат, Олег.»

Джаз всё ещё играл — насмешливо лёгкий, беззаботный. Креветки источали аромат лимона. За окном шумел город, равнодушный и вечный.
А я стояла посреди нашей идеальной кухни, в нашей идеальной квартире, держа в руках телефон с фотографией, которая только что разнесла мою идеальную жизнь вдребезги.
И в этот момент в замке повернулся ключ.
Входная дверь открылась. Шаги в прихожей. Артём вернулся домой раньше обычного.
— Ксюш, я дома! — его голос звучал необычно. Напряжённо. — Слушай, я тут... я купил твои любимые розы. Нам нужно поговорить.
Он вошёл на кухню с огромным букетом белых роз в руках. Увидел меня — бледную, с его телефоном в руке, с открытой фотографией на экране.
Наши взгляды встретились.

— А Диана?
Имя, произнесённое вслух, действует на него как удар тока. Он резко вскакивает, его лицо искажается.
— Что? Что ты несешь? Откуда ты знаешь это имя?!
— Это неважно, — говорю я тихо, продолжая сидеть.
— Ты… ты следила за мной? — он хрипит.
— Я просто открыла глаза. Слишком поздно, но открыла. — Я тоже встаю. Мы стоим друг напротив друга, как два врага на поле боя.
— Мне нужен только один ответ. Зачем? Почему? Нашей жизни было мало? Меня было мало?
— Да! Было мало! — он почти кричит. — Всё было слишком идеально, понимаешь? Ты — слишком идеальная!
Я смотрю на него, и во рту у меня пересыхает. Я получила своё доказательство. Окончательное. Но цена…

Черт. Черт, черт, черт!
Я швырнул телефон на пассажирское сиденье, словно он обжигал мне ладонь. В ушах все ещё стоял ее голос, этот дурацкий, радостный возглас:
«Мы в городе! Сюрприз!»
Какой, к черту, сюрприз? Это был крах. Полный, оглушительный крах всех моих планов на этот вечер.
Я впился пальцами в руль, сжимая его до побеления костяшек. Весь день, нет, всю неделю я только и думал о сегодняшнем вечере, когда мы с Розой из бухгалтерии поужинаем в темном итальянском ресторанчике и отправимся ко мне домой... Нужно что - то придумать...

- Избавься от него, пока не поздно, - холодно бросает Макс, будто речь о ненужной вещи, а не о нашем будущем ребенке.

- Но ты же сам виноват! - сквозь слезы вырываются слова, - Это же ты решил забыть о предосторожности!

- За свои косяки я плачу, - он швыряет на стол деньги, даже не глядя на меня, - Возьми и реши вопрос, пока не поздно.

И я решаю.
Только не так, как он хочет.
Если ему все равно, то мне нет.
Я сохраню этого ребенка любой ценой.

Проходят годы. Я учусь жить без него, дышать без боли.
Но прошлое возвращается.
Он стоит передо мной - уверенный, богатый, опасный.
И впервые кажется понимает, что совершил самую большую ошибку своей жизни...

Она в машине, за рулём, улыбается. И в отражении зеркала заднего вида… Мужская рука на её плече. Его рука.
Набираю номер. Один гудок. Второй. Третий.
— Привет, Лен, — его голос звучит напряжённо. — Что-то случилось?
— Где ты?
— На работе. А что?
— На работе?
— Ну да. Задержался, оформляю документы по новому контракту. Ты чего?
Я молчу. Слушаю. За его спиной слышен женский смех. Тихий, мелодичный.
— Женя, с кем ты?
— Что? А, это Светка из бухгалтерии, мы тут вместе бумаги разбираем. Лен, ты точно в порядке?
Светка из бухгалтерии. Которой шестьдесят лет и голос как у прокуренной вороны.
— Я дома буду в десять, — говорит он. — Не жди ужинать.
И кладёт трубку.
***
Я сижу в пустом кабинете и понимаю — всё кончено. Мой брак, моя семья, моя стабильная правильная жизнь. Всё летит к чертям.

- Ты кто? - Глаза мужчины расширяются с каждой секундой, а я чуть не выплёвываю «комплимент от отеля». - Что ты делаешь в моём номере? И почему ешь мой ужин?
- Эээ-то мой номер. - Судорожно метаю глаза по сторонам, будто это даст мне какую-то подсказку. - Так что могу задать тебе те же самые вопросы. - Вздёргиваю подбородок. - Ну, кроме последнего.
Она: молодая, амбициозная бизнес-леди, которая привыкла побеждать. Её цель — добиться успеха любой ценой.
Он: харизматичный и уверенный в себе конкурент, который знает, как манипулировать людьми.

Что, если твой главный учитель — это время, которому ты не принадлежишь? Молодая пианистка на грани провала получает уникальный шанс: научиться музыке у самого гения. Но каждое путешествие в прошлое имеет свою цену, а подарок, принесенный из другого века, навсегда меняет ее настоящее. Чтобы найти свой путь, ей предстоит не просто сыграть Скрябина, а прожить его музыку, соединив два мира воедино.

В двух семьях произошли разные трагедии:
- Максим Сергеевич? Это дежурный врач скорой помощи. Вам надо срочно приехать в больницу №5. Ваши родные... попали в ДТП.
В больнице пахло смертью и антисептиком. Мне сказали слова, от которых кровь застыла в жилах: «Летальный исход. Оба. Мгновенно».
И тут ко мне подошла женщина в белом халате, ее лицо было уставшим и странно мягким.
- Ваш племянник, Денис… Он жив. Ребенок выжил. Его отбросило на сиденье, он был в автокресле. Испуган, в шоке, но жив.
***
- Вероник, ну ты же понимаешь... Я встретил другую. Она для меня целый мир, и она ждёт ребёнка. А к тебе у меня всё перегорело... Я не хочу мучать ни тебя, ни себя... Прощай.
Я молчала, прижимая к груди трехлетнюю Милену. Его уход был не взрывом, а медленным угасанием.
Он ни разу за эти годы не навестил свою дочь.
Сможем ли мы залечить раны и стать семьёй?