Книги по тегу «новая любовь»: ""
– Марина твоя любовница и она беременна?! Не прощу измены, – я швырнула салфетку на стол.
– Перестань орать и слушай, – муж положил передо мной папку: – Я всё придумал. Будем жить все вместе. Вот, смотри.
Он открыл папку, тыча пальцем в чертёж, сообщил:
– Сделаю в дом отдельный вход. Чтоб вы с Мариной не докучали друг-другу. Детишки будут играть во дворе. Объединять вас будет только кухня.
– Да ты сдурел? Тоже мне, султан несчастный. Какая кухня, какая Марина?!
– Кстати, Марина не против…
– Перестань орать и слушай, – муж положил передо мной папку: – Я всё придумал. Будем жить все вместе. Вот, смотри.
Он открыл папку, тыча пальцем в чертёж, сообщил:
– Сделаю в дом отдельный вход. Чтоб вы с Мариной не докучали друг-другу. Детишки будут играть во дворе. Объединять вас будет только кухня.
– Да ты сдурел? Тоже мне, султан несчастный. Какая кухня, какая Марина?!
– Кстати, Марина не против…
— Майя Аркадьевна? - голос в трубке незнакомый, молодой.
Банкетный зал на триста человек ждёт моего внимания, но я отвечаю:
— Да, слушаю.
— Меня зовут Альбина. Я работаю с вашим мужем. Мы с ним были любовниками. В августе, в командировке в Петропавловске. Мне очень жаль.
Я не простила. Ушла, построила бизнес, вырастила сыновей. А потом встретила другого Александра — крутого миллиардера, который родился в тот же день и час, что и мой бывший муж. Иногда судьба даёт второй шанс. Иногда — второго мужчину. И только сердце знает, какой из них — по-настоящему мой.
Банкетный зал на триста человек ждёт моего внимания, но я отвечаю:
— Да, слушаю.
— Меня зовут Альбина. Я работаю с вашим мужем. Мы с ним были любовниками. В августе, в командировке в Петропавловске. Мне очень жаль.
Я не простила. Ушла, построила бизнес, вырастила сыновей. А потом встретила другого Александра — крутого миллиардера, который родился в тот же день и час, что и мой бывший муж. Иногда судьба даёт второй шанс. Иногда — второго мужчину. И только сердце знает, какой из них — по-настоящему мой.
Антон осторожно встаёт с кровати и замирает на несколько секунд, будто проверяет, сплю я или нет.
Когда раздаются его тихие шаги, я немного приоткрываю глаза и вижу, как он выходит из спальни.
Я тут же встаю с кровати, услышав его приглушённый голос из гостиной, подхожу к двери, прислушиваюсь.
- Я же предупреждал, что нас могли увидеть. Да, она видела и даже сделала фото. Больше в общественных местах не приставай ко мне.
Потом Антон тихо усмехается.
- Да, всё разрулил, конечно. Она поверила, - и после паузы добавляет. - И я тебя. Целую, киса.
Когда раздаются его тихие шаги, я немного приоткрываю глаза и вижу, как он выходит из спальни.
Я тут же встаю с кровати, услышав его приглушённый голос из гостиной, подхожу к двери, прислушиваюсь.
- Я же предупреждал, что нас могли увидеть. Да, она видела и даже сделала фото. Больше в общественных местах не приставай ко мне.
Потом Антон тихо усмехается.
- Да, всё разрулил, конечно. Она поверила, - и после паузы добавляет. - И я тебя. Целую, киса.
— О! Какой ты горячий!
Из-за тяжелой двери доносятся голоса. Секретарши - звонкий как колокольчик и моего мужа, сухой и властный.
Сердце екнуло.
Ревность змеей свернулась внутри.
Зачем-то тихонько постучала и, не дожидаясь ответа, открыла дверь.
— Макс, я… — слова замерли на губах.
На широком столе, среди бумаг и графиков, в откровенной позе возлежала длинноногая блондинка. Ее руки обнимали Максима за шею, а он… он со спущенными штанами прижимался к ней, забыв обо всем на свете.
Увидев меня, Максим отпрянул, как ужаленный. На его лице отразился не стыд, а досада и даже гнев.
— Маша? Что ты здесь делаешь? — рявкнул Максим резким голосом, раздраженный моим появлением, и оттолкнул от себя растерявшуюся блондинку с задранной юбкой. — Я же просил меня не беспокоить!
Из-за тяжелой двери доносятся голоса. Секретарши - звонкий как колокольчик и моего мужа, сухой и властный.
Сердце екнуло.
Ревность змеей свернулась внутри.
Зачем-то тихонько постучала и, не дожидаясь ответа, открыла дверь.
— Макс, я… — слова замерли на губах.
На широком столе, среди бумаг и графиков, в откровенной позе возлежала длинноногая блондинка. Ее руки обнимали Максима за шею, а он… он со спущенными штанами прижимался к ней, забыв обо всем на свете.
Увидев меня, Максим отпрянул, как ужаленный. На его лице отразился не стыд, а досада и даже гнев.
— Маша? Что ты здесь делаешь? — рявкнул Максим резким голосом, раздраженный моим появлением, и оттолкнул от себя растерявшуюся блондинку с задранной юбкой. — Я же просил меня не беспокоить!
– Ты, Оля, неликвид. Тебе тридцать, ты бесплодная.
– Мои анализы…
– Была бы здоровой, уже троих родила бы, а так… – отмахивается муж. – Смирись. Твоё призвание – возиться с чужими детьми. Кстати, мы с Кларой ждём тебя через неделю.
– Я не приду, – цежу. – Это не мой участок.
– А кто тебя спрашивает? Я твоему главврачу напишу, чтобы он прислал именно тебя.
– Мы не в частной клинике.
– Я хотел с тобой по-человечески. Всё же ты – врач, помогла бы Кларе с малышом. Но у тебя крыша поехала от того, что ты – дефектная. Ничего, Оль, – похлопывает меня по плечу. – Инвалиды – тоже люди.
Я пришла с патронажем к новорожденному, а обнаружила любовницу моего мужа с его сыном.
Я развелась, успокоилась, нашла новую работу.
Но через три года в мою жизнь врывается бывший муж.
– Я предлагаю тебе готового ребёнка, – усмехается он. – Считай, Клара был суррогатной матерью. А теперь ты воспитывай моего сына!
– Мои анализы…
– Была бы здоровой, уже троих родила бы, а так… – отмахивается муж. – Смирись. Твоё призвание – возиться с чужими детьми. Кстати, мы с Кларой ждём тебя через неделю.
– Я не приду, – цежу. – Это не мой участок.
– А кто тебя спрашивает? Я твоему главврачу напишу, чтобы он прислал именно тебя.
– Мы не в частной клинике.
– Я хотел с тобой по-человечески. Всё же ты – врач, помогла бы Кларе с малышом. Но у тебя крыша поехала от того, что ты – дефектная. Ничего, Оль, – похлопывает меня по плечу. – Инвалиды – тоже люди.
Я пришла с патронажем к новорожденному, а обнаружила любовницу моего мужа с его сыном.
Я развелась, успокоилась, нашла новую работу.
Но через три года в мою жизнь врывается бывший муж.
– Я предлагаю тебе готового ребёнка, – усмехается он. – Считай, Клара был суррогатной матерью. А теперь ты воспитывай моего сына!
На кожаном диване возле огромного окна, Тимур, мой муж и та, чье лицо я сначала даже не узнала, были погружены друг в друга.
Ее волосы рассыпаны по голым плечам, лиф платья спущен до талии. Любовники не заметили, как я вошла. Слишком были увлечены.
Девушка вздыхала, запрокинув голову.
Только через несколько секунд до меня дошло, кто она. Настя. Настя, та самая, что когда-то встречалась с нашим старшим сыном, и которую я сама устроила к мужу секретаршей.
Мы с Тимуром вместе двадцать пять лет. Трое детей, мальчишки, которые уже выросли и превратились в мужчин, совместный бизнес... И что я получила за то, что любила, поддерживала, верила?
Ты совсем не знаешь свою жену, милый, если думаешь, что я это проглочу.
Ее волосы рассыпаны по голым плечам, лиф платья спущен до талии. Любовники не заметили, как я вошла. Слишком были увлечены.
Девушка вздыхала, запрокинув голову.
Только через несколько секунд до меня дошло, кто она. Настя. Настя, та самая, что когда-то встречалась с нашим старшим сыном, и которую я сама устроила к мужу секретаршей.
Мы с Тимуром вместе двадцать пять лет. Трое детей, мальчишки, которые уже выросли и превратились в мужчин, совместный бизнес... И что я получила за то, что любила, поддерживала, верила?
Ты совсем не знаешь свою жену, милый, если думаешь, что я это проглочу.
Свадебное приглашение. Шрифт с завитушками, золотое тиснение. Имена жениха и невесты пляшут перед глазами, сливаясь в одно ядовитое, ослепительное пятно: Максим и Алиса…
Мой бывший муж и лучшая подруга женятся. Сердце совершает в груди немыслимый кульбит и проваливается куда-то глубоко, в самые пятки.
Пальцы сами нащупывают что-то ещё в конверте. Маленькая, нарочито небрежно вложенная записка из той же плотной бумаги. Знакомый, размашистый почерк бывшего мужа.
Медленно читаю, и каждая буква впивается в мозг, как заноза: «Саш, буду рад тебя видеть. Надеюсь, у тебя тоже всё сложилось».
Получив приглашение на свадьбу от гуляки бывшего мужа и лучшей подруги решаю прийти и поздравить их. С фейерверком!
Мой бывший муж и лучшая подруга женятся. Сердце совершает в груди немыслимый кульбит и проваливается куда-то глубоко, в самые пятки.
Пальцы сами нащупывают что-то ещё в конверте. Маленькая, нарочито небрежно вложенная записка из той же плотной бумаги. Знакомый, размашистый почерк бывшего мужа.
Медленно читаю, и каждая буква впивается в мозг, как заноза: «Саш, буду рад тебя видеть. Надеюсь, у тебя тоже всё сложилось».
Получив приглашение на свадьбу от гуляки бывшего мужа и лучшей подруги решаю прийти и поздравить их. С фейерверком!
Ранее книга называлась "Плыви своим курсом, предатель"
— Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём.
Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем?
— Да что ты пристала со своим «поженимся»? — вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. — Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз.
— Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей!
— Тогда что ты делаешь рядом со мной? — его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног.
Действительно, что я делаю рядом с ним?
Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне.
Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
— Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём.
Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем?
— Да что ты пристала со своим «поженимся»? — вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. — Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз.
— Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей!
— Тогда что ты делаешь рядом со мной? — его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног.
Действительно, что я делаю рядом с ним?
Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне.
Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
Телефон на столе завибрировал. Я бросила взгляд на экран - Никита. Настроение мгновенно испортилось. Секунду я колебалась, потом всё же взяла трубку.
- Аня, - в голосе торжество. - Хочу поставить тебя в известность. Сегодня я прописал Дашу в квартире. И ещё… я подарил эту квартиру Свете. Дарственную уже оформили.
Я застыла, слышала его дыхание в трубке и не могла произнести ни слова.
- Ты слышишь меня? - спросил он, и в голосе проскользнула нотка высокомерия. - Я всё сделал по закону. Квартира теперь принадлежит Свете.
Я сжала телефон так сильно, что побелели костяшки пальцев.
- Ты… что? - наконец выдавила я. - Ты подарил квартиру Свете? Квартиру, которую я оплатила наполовину? Ты с ума сошёл, Никита?
- Я ничего тебе не должен, - холодно ответил он. - Квартира была моей до брака, я имел право распоряжаться ею по своему усмотрению. После развода, Света выпишет тебя оттуда, ребёнка, конечно, выписать она не имеет права, но тебя, да.
- Я оспорю сделку, - я вскочила с дивана
- Аня, - в голосе торжество. - Хочу поставить тебя в известность. Сегодня я прописал Дашу в квартире. И ещё… я подарил эту квартиру Свете. Дарственную уже оформили.
Я застыла, слышала его дыхание в трубке и не могла произнести ни слова.
- Ты слышишь меня? - спросил он, и в голосе проскользнула нотка высокомерия. - Я всё сделал по закону. Квартира теперь принадлежит Свете.
Я сжала телефон так сильно, что побелели костяшки пальцев.
- Ты… что? - наконец выдавила я. - Ты подарил квартиру Свете? Квартиру, которую я оплатила наполовину? Ты с ума сошёл, Никита?
- Я ничего тебе не должен, - холодно ответил он. - Квартира была моей до брака, я имел право распоряжаться ею по своему усмотрению. После развода, Света выпишет тебя оттуда, ребёнка, конечно, выписать она не имеет права, но тебя, да.
- Я оспорю сделку, - я вскочила с дивана
Мне казалось, что у меня есть всё.
Любящий муж, дочь-первоклассница и сынишка под сердцем. Оставалось только въехать в новую квартиру для нашей большой семьи.
Но я ошиблась.
В день, когда банк должен был одобрить ипотеку, я получила отказ. А муж признался, что выбрал другую женщину, и она ждёт ребёнка.
— Ничего не понимаю? Что за Лена? – повторяю я, как попугай. Мозг отказывается складывать слова в предложения. – Антон, ты в своём уме? Ты пьяный что ли? Я на восьмом месяце! У нас дочь! У нас ипотека!
– Я знаю, – говорит он. – Но так вышло. Лена тоже ждёт ребенка. Уже пятый месяц. И… я сделал свой выбор. Прости.
Любящий муж, дочь-первоклассница и сынишка под сердцем. Оставалось только въехать в новую квартиру для нашей большой семьи.
Но я ошиблась.
В день, когда банк должен был одобрить ипотеку, я получила отказ. А муж признался, что выбрал другую женщину, и она ждёт ребёнка.
— Ничего не понимаю? Что за Лена? – повторяю я, как попугай. Мозг отказывается складывать слова в предложения. – Антон, ты в своём уме? Ты пьяный что ли? Я на восьмом месяце! У нас дочь! У нас ипотека!
– Я знаю, – говорит он. – Но так вышло. Лена тоже ждёт ребенка. Уже пятый месяц. И… я сделал свой выбор. Прости.
Выберите полку для книги