Книги по тегу «общий ребенок»: ""

– Я уверена, что муж мне изменяет, – сообщаю подруге самую страшную новость в своей жизни. – А дети всё знают об этом и молчат. Мало того, они ещё и поддерживают отца…
– Что?! – не верит своим ушам. – Этого не может быть. Он тебя так сильно любит! Вы почти двадцать лет в браке, у вас дети.
– Любит… Я тоже так думала. Но я нашла доказательства его измены, сейчас пришлю тебе фото. Его ничего не остановило, он предал меня и нашу семью.
Компромат на мужа полетел к подруге, заставив её ахнуть от шока.
– Это может быть ошибкой! Что это за платье вообще?!
– Ошибки нет. Любовница мужа указала наш домашний адрес! Её свадебное платье пришло к нам домой! Тут и записка от неё о том, как она сильно любит моего мужа! А сегодня утром он предупредил меня, что нас ждёт серьёзный разговор с юристом! Он хочет развестись со мной и жениться на любовнице.
– Я в шоке, Маш…
– Поверь, я тоже. И сейчас еду к мужу, чтобы выяснить правду.
Вытерев слёзы, я еду к мужу, чтобы поймать его с поличным!

«— Яна Владимировна, а ребенок у вас вообще каким методом зачат?
— Вас в деталях волнует, в какой именно позе?!» — Яна вскипела от наглости сурового Морозова, не подозревая, что этот двухметровый капитан спецназа — отец её ребенка.
После развода умная айтишница сделала ЭКО и выбрала по каталогу утонченного... флориста. Она не знала, что из-за сбоя в базе под номером 412 скрывался штурмовик, которого мама силой загнала в клинику перед опасной миссией. Спустя год Глеб возвращается, заступает на госаудит в её компанию и объявляет цифровой леди войну. Но сорок дней офисных битв рухнут, когда спальня Яны превратится в зону «голодных ночей», а снайперская кучность донора принесет им близнецов!

– Ты спал с моей подругой! Вся больница, наверное, знала об этом! Одна я не замечала! – кричу я на весь коридор.
Муж – кардиохирург крепко берёт меня за локоть и заводит в свой кабинет.
– Сядь, выпей воды и не устраивай сцен. У меня обход через двадцать минут.
– Ты даже не будешь отрицать? – спрашиваю тихо.
– Зачем? – Марк пожимает плечами. – Да, у меня есть женщина, и я не собираюсь просить за это прощения, потому что это ничего не меняет. Ты – моя жена, мать моего сына. Твой статус никто не трогал и никогда не тронет. Всё остальное не твоя забота.
– Не твоя забота, – шепчу одними губами.
– Не делай из этого трагедию. Мой отец всю жизнь имел женщин на стороне. Мать знала об этом и была мудрой – не устраивала спектаклей. Так живут все состоявшиеся мужчины, просто не все жёны устраивают истерики. Чемодан с вещами, который ты притащила, можешь забрать домой или оставить здесь. Мне всё равно, потому что я никуда не уйду. Остынешь – поговорим.

— Витя. — Голос падает до шепота. — Ты нас бросаешь?
— Я не бросаю. Я уезжаю. — Он идет к водительской двери. — А ты взрослая баба, разберешься. В подвале пересидите. Мне свою жизнь спасать надо.
Что-то во мне лопается.
Я снова кидаюсь к машине, снова хватаюсь за вещи, не соображая уже, на одном отчаянии, только влезть, только уместить дочку, только увезти ее отсюда.
И тогда он отшвыривает меня.
— Истеричка дурная, — бросает он. — Устроила тут цирк!
Мотор рычит. Машина срывается с места, газует.
А по небу, с востока, оставляя за собой тонкие белые росчерки, идут они. Ракеты. Три. Нет, четыре.
Я успеваю только развернуться спиной, прижать Веру к себе всем телом, обхватить ладонью ее затылок, закрыть собой.
— Глазки закрыты, зайка? — шепчу я.
— Закрыты, — шепчет она.

— А я тогда кто, Глеб? Кто я, если ты называешь женой ту, что только что выбежала из бани голая, будто ничего не стесняется?
В его глазах вспыхивает раздражение.
— Хочешь знать всю правду — пожалуйста. Ты в прошлом, а этот дом… я купил для неё. Чтобы она растила моих детей. Машину я тоже купил ей. И сегодня мы как раз отмечали новоселье. Ты вовремя.
Я смотрю на него, и эти слова как будто не складываются в смысл. Они слишком чудовищны.
— Ты мне изменил… — выговариваю я с трудом.
— Я не изменял, — перебивает он. — Я занимался с ней любовью. И знаешь, тебе этого не понять. Ведь тебя я давно уже не люблю.
Глеб кладет руку ей на талию. Легко, привычно. Так, будто делал это уже не раз.
А потом продолжает:
— А теперь знаешь что? Катись обратно в свою деревню. Мне осточертели твои больницы, твои бесконечные анализы, твои наивные надежды. У меня скоро свадьба с другой. И поверь мне: о ней будет говорить не просто Москва – о ней заговорит вся страна!

— Ты же давно со своей женой не спишь? — голос Кати, моей сестры, тихий, раздается из нашей с мужем спальни. — Пока она по больницам. Мы делаем это прямо на вашей с ней кровати. Это так заводит.

— Кать, милая… Не думай об этом, — голос моего мужа. Тоже тихий. — Я люблю тебя. И ты сама знаешь, что Аня не дотянет… Мне её жаль, конечно. Но сама знаешь — тогда мы будем вместе…и никто нам не помешает…

Моё сознание плывёт. Муж только что меня похоронил. Коротко. Деловито. Не дотянет. Тогда мы будем вместе. Как план.
У меня отказывают почки и я пришла с очередного диализа, чтобы побыть с семьей, но…
Я толкаю дверь.
Моя постель. В которой мы с Ромой засыпали каждый день. Где мы зачали сына после долгих, попыток. Где любовь казалась вечной.

— Мне нужна беременная жена, — произносит босс повседневным требовательным тоном.
Едва не срываюсь с места выполнить распоряжение, но до мозга доходит смысл.
— Кто вам нужен?
— Беременная жена.
Смотрю в глаза, пытаясь понять, что он шутит. Но вижу лишь синеву взгляда, на радужке правого глаза, перекрытую карими крапинками.
— И что вы мне предлагаете? Разместить вакансию?
— Не нужно. Вы подойдете.
— Что?.. Простите, но мне это не интересно, — качаю головой.
Я жду декрета, чтобы скорее распрощаться с боссом. Дело не только в его характере, он ни в коем случае не должен видеть моего ребёнка.
— Что ж… Как желаете. Тогда вас, Олеся, ждёт потеря работы, декретные вы не получите, а ещё…
— Вы не можете уволить беременную! — вспыхиваю я.
— Могу. По статье. Не без вашего участия провален контракт, я смогу доказать, что вам это было выгодно. Будете выплачивать его сумму. Сколько там было? Десять миллионов?
Гад! Какой же гад! Надеюсь мой ребёнок, не унаследует его характер и его глаза…

Мы были вместе три года, я думала, мне повезло, меня любят, но я ошибалась…
Пока я была в отъезде, Женя сменил замки на двери нашей квартиры, а его мать выставила мои вещи на лестничную клетку. Меня выгнали в ночи буквально на улицу.
Я ушла беременная и преданная, но судьба столкнула нас с Женей вновь…

– Малышка, ты потерялась? – спрашиваю у девочки, врезавшейся в меня на всем ходу.
– Нет, я убежала, мама догонит, она всегда догоняет, – весело смеясь, сообщает ребенок.
Присаживаюсь на корточки, что–то в глазах девочки кажется мне знакомым, сердце ускоряет свой ритм, анализируя ситуацию быстрее мозга.
– Алиса! – подбегает к нам мать ребенка. – Нельзя так! Простите, пожалуйста! – частит она мне, но замолкает на полуслове. – Женя? – шепчет в неверии.
– Женя, – подтверждаю и поднимаюсь на ноги. – Вот мы и встретились, милая, теперь ты от меня никуда не денешься, за все ответишь.

Я натыкаюсь на бывшего, которого не видела больше трёх лет, на детском празднике.
После нашего последнего разговора меня увезли с кровотечением в больницу.
Где мне сохранили беременность, только Милорадов об этом не знал.
- Что ты здесь делаешь? – появившийся будто из-под земли Марат, хватает мою руку.
- У моей подруги сын празднует день рождение. Всё.
- Подруга – это жена Кононова?
- Представь себе.
- Всегда тянулась к сильным мира сего…
- Сноб! – фыркаю я. – Пусти, я сказала. Ты делаешь мне больно!
- Потерпишь. Я Егора быстро просвещу, кто ты такая.
- Иди, просвещай. Я хороший человек, в отличие от тебя!
Кажется, он в шоке от моего отпора. Ну что ж… гад ты форменный… получай. Ещё и не такого могу дать!
За три года я отрастила когти и клыки. Я мать… я тигрица… я самодостаточная женщина, гордая и независимая.
А не дрожащая влюблённая дурочка, о которую ты однажды вытер ноги.

— Алина? — слышу за спиной такой знакомый голос.
Оборачиваюсь и ловлю на себе удивленный взгляд бывшего мужа.
— Привет… — глупо отвечаю я, а у самой душа разрывается от боли.
С нашей последней встречи прошло больше четырех лет…
— Не ожидал тебя еще хоть раз увидеть! Ты изменилась! — тянет Лёша, разглядывая меня.
— И ты! – вру я, ведь он точно такой же, как прежде. Красивый, что аж в сердце что-то ёкает.
— Может, сходим куда-нибудь, поговорим? — ласково улыбается он.
— Нет, извини! — качаю я головой. — Мне нужно домой… — «к сыну…», не добавляю я.
Я все еще люблю своего бывшего мужа, но он предал меня, а значит, ему больше нет места в моей жизни. И в жизни нашего малыша, о котором он не знает.