Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
Я совершила невозможное! Поступила в лучшую академию королевства!
Вот только для однокурсников я - белая ворона, а преподаватели не верят в мои способности.
Ещё и ректор внезапно ушел в отставку...
Теперь академией руководит Даррайн Орхард – лучший воин Даркайна. Безжалостный и опасный.
Тот кто сделал мою семью изгоями.
Каждый мой шаг, каждое слово – под его контролем. Одно неверное движение, и я потеряю все.
Но что, если он – моё истинное спасение?
Вот только для однокурсников я - белая ворона, а преподаватели не верят в мои способности.
Ещё и ректор внезапно ушел в отставку...
Теперь академией руководит Даррайн Орхард – лучший воин Даркайна. Безжалостный и опасный.
Тот кто сделал мою семью изгоями.
Каждый мой шаг, каждое слово – под его контролем. Одно неверное движение, и я потеряю все.
Но что, если он – моё истинное спасение?
- Я не отпущу тебя! – шепчет Елисей, пытаясь удержать меня в своих объятиях.
- Мне нужно в Москву, - упрямо твержу я, еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.
- Я полечу с тобой!
- Нет! Я не хочу этого.
- Как так не хочешь? Что за бред, Тая? – рычит он, осыпая поцелуями мое лицо. – Я люблю тебя!
- Прости, это был просто служебный роман без продолжения! Ты ведь не надеялся на что-то большее? – ощущаю себя последней тварью, но так лучше для всех. Для него особенно.
История Елисея Борзых
Герой встречается здесь "Давай сыграем в любовь" https://litmarket.ru/books/davay-sygraem-v-lyubov-4
- Мне нужно в Москву, - упрямо твержу я, еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.
- Я полечу с тобой!
- Нет! Я не хочу этого.
- Как так не хочешь? Что за бред, Тая? – рычит он, осыпая поцелуями мое лицо. – Я люблю тебя!
- Прости, это был просто служебный роман без продолжения! Ты ведь не надеялся на что-то большее? – ощущаю себя последней тварью, но так лучше для всех. Для него особенно.
История Елисея Борзых
Герой встречается здесь "Давай сыграем в любовь" https://litmarket.ru/books/davay-sygraem-v-lyubov-4
- Мы с твоей младшей сестрой спим уже больше месяца, - заявляет подлец-муж в десятую годовщину нашей свадьбы, - пока ты занимаешься спасением семейного бизнеса, Ада, мы занимаемся любовью...
Слова предателя ранят в самое сердце...
Сама сестра тоже рядом, насмехается надо мной.
- Надо было лучше держаться за муженька, Ада, зазевалась, без мужика осталась.
Ещё и серёжки мои нацепила, те самые, которые муж подарил мне на первую годовщину.
- Вы не люди, вы монстры, - говорю, с трудом сдерживая эмоции, - к чему эти унижения, Оман? Ты хочешь избавиться от меня? Хочешь развода?
- Хочу избавиться, - усмехается подлец, - но я не собираюсь с тобой разводиться, Ада. Ты знаешь слишком много тайн, и тебя придётся убить...
Слова предателя ранят в самое сердце...
Сама сестра тоже рядом, насмехается надо мной.
- Надо было лучше держаться за муженька, Ада, зазевалась, без мужика осталась.
Ещё и серёжки мои нацепила, те самые, которые муж подарил мне на первую годовщину.
- Вы не люди, вы монстры, - говорю, с трудом сдерживая эмоции, - к чему эти унижения, Оман? Ты хочешь избавиться от меня? Хочешь развода?
- Хочу избавиться, - усмехается подлец, - но я не собираюсь с тобой разводиться, Ада. Ты знаешь слишком много тайн, и тебя придётся убить...
— Это грех! У вас завтра свадьба, а вы вламываетесь в мою комнату! — Смею дерзить.
— Это мой дом, а ты, горная роза, должна успокоить свой нрав! — подходит ближе. Подбирается к своей добыче, запугивая. — В роли няни ты отвратительна! Посмотрим, насколько ты хорошая любовница, — берет за руку, но я вырываюсь.
— Руки прочь!
— Тише, угомонись, дикая! Со мной еще ни одна кобылка так не брыкалась, но мне это нравится.
— Я вам не горная кляча!
— Нет, сладкая, но объездить мне тебя придется!
Запятнанная честь, проклятая жизнь, а я все стараюсь улыбаться каждому лучику солнца. И только он, властный и принципиальный мужчина, может либо очистить меня от позора, либо уничтожить окончательно.
— Это мой дом, а ты, горная роза, должна успокоить свой нрав! — подходит ближе. Подбирается к своей добыче, запугивая. — В роли няни ты отвратительна! Посмотрим, насколько ты хорошая любовница, — берет за руку, но я вырываюсь.
— Руки прочь!
— Тише, угомонись, дикая! Со мной еще ни одна кобылка так не брыкалась, но мне это нравится.
— Я вам не горная кляча!
— Нет, сладкая, но объездить мне тебя придется!
Запятнанная честь, проклятая жизнь, а я все стараюсь улыбаться каждому лучику солнца. И только он, властный и принципиальный мужчина, может либо очистить меня от позора, либо уничтожить окончательно.
Василине Спириной восемнадцать, и она с детства видит скрытый в городе мир. Мир, наполненный магией и населенный иными существами. У нее есть друг домовой, но нет магических способностей. Окружающие не верят ей, и она чувствует себя чужой в этом городе. Однажды на нее нападает вампир. Василина готова была попрощаться с жизнью, но неожиданно у нее проявляется магическая сила, и ей удается выжить.
Теперь ее ждут в магической академии "Финист", но Василина не хочет там учиться. Она не понимает, как применять магию, да и часть одногруппников не воспринимает ее как мага. Вот только у судьбы на Василину оказались свои планы, и она оказывается втянута в тайны академии...
В сюжете есть:
- тайны, которые требуют разгадки
- магия, вплетенная в обычную жизнь
- негласное разделение студентов академии на чистокровных магов, полукровок и тех, чья сила проявилась спонтанно ("пробудившихся")
- загадочное прошлое главной героини
- любовный треугольник и крепкая дружба
Теперь ее ждут в магической академии "Финист", но Василина не хочет там учиться. Она не понимает, как применять магию, да и часть одногруппников не воспринимает ее как мага. Вот только у судьбы на Василину оказались свои планы, и она оказывается втянута в тайны академии...
В сюжете есть:
- тайны, которые требуют разгадки
- магия, вплетенная в обычную жизнь
- негласное разделение студентов академии на чистокровных магов, полукровок и тех, чья сила проявилась спонтанно ("пробудившихся")
- загадочное прошлое главной героини
- любовный треугольник и крепкая дружба
— Варвар. Изверг. Скот. Неандерталец, — бурчу себе под нос.
— Ты что-то сказала? — вскидывает бровь он.
— Ничего я вам не говорила, — ещё больше злюсь я. — И уважительнее, пожалуйста. И ко мне, и к книгам.
— А ты нежная, да? — он откладывает книгу на столик и идёт к моей кассе.
— Как и книги, — поджимаю губы я.
— Просто зря срубленные деревья, — пожимает плечами он.
— Если вы так относитесь к книгам, то что вы делаете в книжном магазине? — по-моему, очень резонно спрашиваю я.
— Скучно, — пожимает плечами молодой мужчина.
— Здесь вам не цирк!
— Но ты неплохо справляешься, — усмехается он и протягивает мне руку. — Герман.
— А с виду Василий, — фыркаю я и зачем-то пожимаю руку.
— Ты что-то сказала? — вскидывает бровь он.
— Ничего я вам не говорила, — ещё больше злюсь я. — И уважительнее, пожалуйста. И ко мне, и к книгам.
— А ты нежная, да? — он откладывает книгу на столик и идёт к моей кассе.
— Как и книги, — поджимаю губы я.
— Просто зря срубленные деревья, — пожимает плечами он.
— Если вы так относитесь к книгам, то что вы делаете в книжном магазине? — по-моему, очень резонно спрашиваю я.
— Скучно, — пожимает плечами молодой мужчина.
— Здесь вам не цирк!
— Но ты неплохо справляешься, — усмехается он и протягивает мне руку. — Герман.
— А с виду Василий, — фыркаю я и зачем-то пожимаю руку.
Мне поручили забраться в дом верховного жреца и вынести оттуда артефакт. Я — темный маг и должна была выполнить это дело с легкостью. Вот только что-то пошло не так, и я оказалась в плену у верховного жреца.
Тень столкнулась со светом. Вот только вместо противостояния у меня со жрецом начали появляться чувства, но так нельзя. Это станет моей погибелью, если я не выполню контракт.
Тень столкнулась со светом. Вот только вместо противостояния у меня со жрецом начали появляться чувства, но так нельзя. Это станет моей погибелью, если я не выполню контракт.
— Анжела Викторовна, — я попыталась улыбнуться, но губы не слушались. — Как хорошо, что вы пришли. Хотите подержать внука?
— Не надо, — отрезала она, и эта холодность ударила больнее любой пощечины.
Она прошла в родильную палату, закрыла дверь. Положила папку на прикроватную тумбочку.
— Что случилось? — спросила я, хотя первобытный инстинкт уже кричал, чтобы я взяла ребенка и бежала. Бежала прочь от этой женщины, от ее ледяного взгляда, от чего-то страшного, что сейчас произойдет.
— Святослав больше не хочет тебя видеть, — произнесла Анжела Викторовна, и каждое слово упало на мою душу как камень. — Ни тебя, ни этого... ребенка.
Мир качнулся. Стены поплыли перед глазами. Я смотрела на нее, не понимая слов. Они не укладывались в голове, не имели смысла.
— Что? — выдохнула я. — О чем вы?
— О том, что мой сын наконец прозрел, — ее голос был спокойным, почти равнодушным. — И понял, с кем связал свою жизнь.
Она открыла папку, достала несколько листов.
— Не надо, — отрезала она, и эта холодность ударила больнее любой пощечины.
Она прошла в родильную палату, закрыла дверь. Положила папку на прикроватную тумбочку.
— Что случилось? — спросила я, хотя первобытный инстинкт уже кричал, чтобы я взяла ребенка и бежала. Бежала прочь от этой женщины, от ее ледяного взгляда, от чего-то страшного, что сейчас произойдет.
— Святослав больше не хочет тебя видеть, — произнесла Анжела Викторовна, и каждое слово упало на мою душу как камень. — Ни тебя, ни этого... ребенка.
Мир качнулся. Стены поплыли перед глазами. Я смотрела на нее, не понимая слов. Они не укладывались в голове, не имели смысла.
— Что? — выдохнула я. — О чем вы?
— О том, что мой сын наконец прозрел, — ее голос был спокойным, почти равнодушным. — И понял, с кем связал свою жизнь.
Она открыла папку, достала несколько листов.
Тётя доверила мне дом, а вместе с ним скинула на меня все его проблемы. На следующий день появился сосед, который прямым текстом объявил мне войну. В такой борьбе все средства хороши. Но если зайти слишком далеко, то к разуму начинают примешиваться чувства. Какой окажется цена победы? И будет ли она того стоить?
— Кого ты обманываешь? Говорил, что сестёр у тебя нет, одни братья, — спрашивает блондинка, она стоит посреди зала, — так кто она?
— Ладно, НЕ СЕСТРА, только истерик не устраивай, — Карим оборачивается на меня в платке, стоящую в коридоре с чемоданом, — МАДИНА — МОЯ ЖЕНА, я сниму ей отдельную квартиру, ОНА НАМ НЕ ПОМЕШАЕТ.
— Карим, знаешь, ведь мне все говорили, что ты скоро найдешь кого-то на стороне. Но жену?!
Я открываю рот, чтобы защитить, сказать, что тут точно ОН ни в чем НЕ ВИНОВАТ, что между нами ничего не было. И не будет.
— Он не хотел...
— Молчи, — рявкает на меня Карим, — видишь, что ты наделала?!
Я знаю что — ВЫШЛА ЗАМУЖ за человека, чье имя в нашем регионе стало синонимом разврата.
И, да, ОН БЫЛ ПРОТИВ.
— Ладно, НЕ СЕСТРА, только истерик не устраивай, — Карим оборачивается на меня в платке, стоящую в коридоре с чемоданом, — МАДИНА — МОЯ ЖЕНА, я сниму ей отдельную квартиру, ОНА НАМ НЕ ПОМЕШАЕТ.
— Карим, знаешь, ведь мне все говорили, что ты скоро найдешь кого-то на стороне. Но жену?!
Я открываю рот, чтобы защитить, сказать, что тут точно ОН ни в чем НЕ ВИНОВАТ, что между нами ничего не было. И не будет.
— Он не хотел...
— Молчи, — рявкает на меня Карим, — видишь, что ты наделала?!
Я знаю что — ВЫШЛА ЗАМУЖ за человека, чье имя в нашем регионе стало синонимом разврата.
И, да, ОН БЫЛ ПРОТИВ.
Выберите полку для книги