Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""

Он уверен, что деньги сделали его неприкасаемым. Сильный, властный, порочно красивый Ариф Тагиров привык, что его слово – закон. Но только не для меня. По вине этого нахального варвара пропал мой брат, и я намерена добиться справедливости. А Тагиров решил добиться меня.

— Эээ! Красавица, остынь! Присядь, - миролюбиво произносит он.
— Я вам не красавица!
— Нет? А я думаю, ты очень красивая, - Тагиров расплывается в белозубой улыбке, чем неимоверно бесит.
Неужели ситуация кажется ему уместной для флирта?
— Мне плевать, что вы думаете! Либо вы говорите, что случилось с моим братом, либо…
— Ай, дерзкая какая! – брутал неодобрительно цокает языком. - Наказать бы тебя за это!
Готова поклясться, что мысленно он облизнулся.
— Себя накажите! – огрызаюсь.

В день развода Аделине оставили один сундук, старую пекарню на окраине и холодный взгляд бывшего мужа.

Эйран Вейл, ледяной маг и глава могущественного рода, решил, что больше не нуждается в жене без наследников и магии. Совет уже снял с неё имя, новая невеста улыбается у его плеча, а весь главный дом ждёт, когда Аделина исчезнет тихо и достойно.

Но она не собирается ломаться.

В заброшенной пекарне Роуз Аделина находит двух детей — Кая и Лею. Испуганных, упрямых, потерянных двойняшек с ледяно-серыми глазами… такими же, как у Эйрана.

Теперь старая печь должна снова загореться, пекарня — стать домом, а Аделина — защитить детей от тех, кто слишком долго прятал их происхождение. Только правда о двойняшках способна разрушить чужие планы на власть.

А ледяному магу придётся понять: женщина, которую он отдал за ненадобностью, стала теплом, к которому однажды захочет вернуться вся его замёрзшая жизнь.

🐰 🐰🐰
Я Любочка Зайцева.
108 килограммов, красный автомобиль и три чемодана проблем, которые я везу в деревню закрывать так называемый гештальт.
Психолог сказала – надо. Я согласилась.
Временное помешательство, бывает.
Пятнадцать лет я строила жизнь, в которой не было места ни этой деревне, ни человеку, который когда-то называл меня Жирным Зайцем и при этом умудрялся быть моей первой любовью.
Одновременно! Да, я знаю, как это звучит.
Сергей Латышев никуда не уехал.
Он остался и въехал в мою машину на ржавом тракторе в первые же двадцать минут моего возвращения.
Говорят, от ненависти до любви один шаг.
А сколько шагов от любви до ненависти и обратно?
🐰🐰🐰

– Я тут с мужем! Не смей меня трогать, Федь! – взвизгиваю.
– Не так громко, – ухмыляется. – Тихо. А то муж прибежит. Ты этого совсем не хочешь.
На нем только полотенце. Низко на бедрах.
Прижимает меня к стенке.
Мерзавец.
Брат моего мужа.
Ненавижу.
Хочу.
– Ну же, Лерка, скажи мне, как ты хочешь, – переходит на интимный шепот.
***
Отпуск превратился в интимный ад, когда с нами в поездку к морю навязался младший брат моего мужа.

Он – безжалостный клинок инквизиции, чьё имя внушает ужас. В его сердце нет места ни страху, ни жалости, лишь холодный расчёт и презрение к тем, кто продал душу Тьме.

Но однажды в глухом лесу он настигает её... Она не отводит взгляд и не молит о пощаде, пробуждая в его непробиваемой броне давно забытое чувство – сомнение. И теперь главный враг для него – не колдовство, а его собственная душа...

”И Свет во Тьме светит, и Тьма не объяла Его…”
(от Иоанна 1:5)

Фран никогда нигде не работала и ни в чем себе не отказывала. А как же иначе, если девушка – единственная дочь великого и ужасного предпринимателя Гарольда Вильмо?
Однако некрасивое поведение и последовавшая за ним ссора с отцом в корне поменяли дело. Теперь Фран вынуждена отправиться в горы, которые ненавидит, чтобы сделать прибыльным отель, о существовании которого раньше не подозревала. Чтобы доказать миллионеру-отцу, что она всего может добиться сама!
Ну, почти сама. Ведь от помощи жениха и верного Оскара глупо отказываться. Да и наглец, спустившийся с гор, может для чего-нибудь пригодиться. Если руки не будет распускать! И мысли. И… Вообще! Кем он себя считает, что смеет командовать в ее отеле?!

Меня зовут Яна. Я — пышка, и меня это бесит только когда кто-то пытается меня этим пристыдить. Например, мой новый главный врач Бельский. Красивый, холодный, помешанный на контроле — и почему-то уверенный, что мои лишние килограммы мешают мне спасать жизни. Он хочет меня уволить.
Я хочу, чтобы он отстал. Но тогда зачем он вчера принёс мне кофе? Зачем сегодня прижал в лифте? Или это у него тоже пункт из плана — "как довести подчинённую до ручки"?
Спрашивается: кто из нас действительно не в себе?

– У тебя красивый голос.
– Спасибо. С Днем Рождения вас.
Я намеренно обращалась к нему на «вы», хотя он не слишком старше меня. Мне хотелось дать ему понять, что это сугубо рабочий разговор.
– Спасибо, конфетка. Не буду тянуть и ходить вокруг да около. Сколько тебе нужно денежек, чтобы этой ночью я слышал, как ты этим голоском стонешь?
И тут я обомлела. Я ошарашенно уставилась на парня, надеясь, что только что ослышалась. Но нет, Князев смотрел нахально, даже довольно, словно не первый раз проворачивал подобное.
– Вы меня с кем-то спутали. Я певица, а не девушка по вызову.
Я понимала, что он заказчик, но хамство я терпеть не намерена.
– Ты певица до того, пока тебя не устраивает сумма. Поэтому пропустим этот этап. У всего есть цена, просто назови свою.


Этот самовлюбленный мажор решил, что может купить меня, но вместо ожидаемого удовольствия он лишился всего. Все бы ничего, но теперь мне предстоит провести целое лето с соседом, которого хочется придушить.

Сестра сбежала за час до свадьбы. А меня заставили надеть её платье и выйти замуж вместо неё.
Демир Карахан понял подмену сразу. Он мог остановить церемонию и уничтожить мою семью, но вместо этого надел мне кольцо.
Теперь я его жена. Для всех — законная. Для него — дочь врага.
Демир уверен: мой отец виновен в гибели его семьи. Этот брак для него не любовь, а месть.
Но чем дольше я живу в доме Караханов, тем яснее понимаю: сестра исчезла не случайно. Наши семьи скрывают страшную тайну.
И мужчина, который должен был меня разрушить, становится тем, без кого я уже не могу дышать.

— Подпиши, Элиара. Ты больше не нужна дому Ноктарион.
Севериан сказал это спокойно. Так говорят не с женой, а с вещью, которую убирают из зала перед новым торжеством.
Семь лет я была супругой вампирского князя. Жила в его черном замке, рожала ему наследников, молчала на советах, где мое имя произносили только из вежливости. Его род называл меня пустокровной драконьей женой. Слабой. Удобной. Временной.
Теперь мне оставляют пограничное поместье, золото и право исчезнуть без шума.
А моих детей оставляют ему.
Севериан уверен, что все решил. Кровный договор уже лежит на столе. Совет ждет моей подписи. Его прекрасная советница улыбается так, будто мои покои давно принадлежат ей.
Но они забыли одно.
Драконья кровь не умирает от унижения.
Она спит.
И просыпается, когда у матери пытаются забрать детей.
Я поставила кровь на договоре, чтобы уйти ненужной женой.
А подняла голову женщиной, перед которой дрогнула ночь.