Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""

Мы все разные. Каждый человек уникален. Как и его любовь. Для кого-то любовь это про отдавать, ценить, уважать и заботиться, а для кого-то любовь настолько слепящее и жгущие чувство, что человек не видет, как страдают другие... от его любви.

— Ну, давай, жрица, прокляни меня!
— Если так просишь… Проклинаю тебя, Андрей! Последним мужчиной в мире окажешься — не то что я, ни одна женщина в твою сторону не посмотрит!
Андрей смотрит на потолок, ожидая небесной кары, — ничего не происходит.
— Что за халтура, Ведьма Витальевна? — белозубо скалится, — Что-то не сработало.
— Ещё сработает, не переживай!
— Увидим, — посылает мне воздушный поцелуй, — первая прибежишь!

Но прибежала не я, а он.
Я — днём доцент университета, послушная восточная дочь и в целом приличная женщина, а ночью — жрица, актриса театра с представлениями 18+.
Он — смазливый хам и наглец, пикапер, гордящийся длинным списком побед, который первый раз в жизни всерьез залип.
Кто кого поставит на колени?

Я тону в запретной страсти с садистом стоматологом. Наши тайные встречи выбивают у меня почву из под ног. Порочная стасть или любовь — что разрушит меня первой?

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ

— Вижу, — он улыбнулся по-новому, не так, как раньше. Взгляд его стал… другим. Взрослым. Мужским.
Между ними повисло молчание. Мария внезапно представила, как его пальцы касаются её запястья, и от этой мысли сердце бешено застучало.
— Нам, наверное, стоит пройти, — пробормотала она, указывая на свои места.
— Конечно, — Дмитрий кивнул, но не отошёл сразу. — Может, как-нибудь… выпьем кофе? Для начала.
Он произнёс это так, будто предлагал нечто гораздо большее.
Мария почувствовала, как жар разливается по щекам.
— Да, — прошептала она. — Я… думаю, это возможно.
Он улыбнулся, слегка коснулся её локтя — случайно или намеренно? — и растворился в толпе.
А Мария до конца спектакля так и не смогла сосредоточиться на сцене.

Мой новый босс — красив, богат и несчастен. А еще у него есть запертая комната, полная секретов. Когда он поймал меня там, я ждала гнева. Но в его глазах увидела не злость, а то же порочное любопытство, что горело тогда и во мне.

Боль, унижение, отчаяние, страх...Что еще может испытывать человек, проданный на невольничий рынок?
Но однажды меня выкупили. И моя жизнь кардинально изменилась.
Или нет...

— Аааа! — испуганно визжу я, глядя на закрытую балконную дверь, за стеклом которой мне улыбается и машет ручкой полуголый мужик.
— Открой дверь, — читаю по губам, потому что он говорит очень тихо. — Мне просто надо выйти.
Я отрицательно мотаю головой, лихорадочно бегая по комнате в поисках телефона. Надо срочно вызвать полицию! Мне такой Карлсон на балконе ни к чему.
— Открой, — тихий стук в стекло заставляет меня остановиться. — Это же я.
— Какого черта? — я подхожу ближе к балкону и присматриваюсь. — Иван? Как ты здесь оказался?
Открываю дверь, и в квартиру вваливается, держа в охапке свои вещи, не мужчина, а мечта любой женщины.
— Ну, привет, — выдыхает он. — Спасибо. Ты меня спасла.
Мужчина сгребает меня в охапку и смачно целует в губы. Колени предательски начинают дрожать, а голова кружится. Все вопросы о том, как он оказался на балконе второго этажа в одиннадцать часов вечера, рассеиваются, когда поцелуи становятся более настойчивым и глубокими.

— Как вы смеете предлагать мне такое? — истерично верещу, глядя в бесстыжие карие глаза этого мерзавца.
— Это выгодное, деловое предложение, — возмутительно спокоен, аж двинуть этому красавчику хочется.
Такой шикарный, сил нет, но гад редкостный!
— Найдите себе другую дурочку, — вспыхиваю и ладошками отталкиваю мужчину.
Он просто должен был остаться моим доктором, но мерзавец ловит меня за запястье и шепчет в губы:
— У других нет того, что есть у тебя, малышка!
***
Я просто пришла на плановый осмотр к гинекологу, который заявил, что ему нужна жена. А я отличная кандидатура... по одному очень важному критерию.

— Ты не спишь, — его голос, низкий и хрипловатый, прозвучал так близко, что горячее дыхание обожгло ее шею.
Он не спрашивал. Он констатировал факт — словно всегда знал, что она здесь, что она не сможет уснуть, что ее тело все еще помнит его.
— Уйди, — прошептала Даша, но даже ей самой ее протест показался жалким.

Когда их ладони соприкоснулись, она почувствовала сухое тепло его кожи и неожиданно сильную хватку.
— Я слышал о тебе, — произнёс он, всё ещё не отпуская её пальцы. — Но Максим забыл упомянуть, что ты такая… аппетитная.
Максим засмеялся где-то за спиной, но Таня едва его слышала.
— Ну, — она нарочно выдержала паузу, прежде чем высвободить руку, — зато теперь ты знаешь.
Их взгляды столкнулись — и между ними явственно пробежала искра.