Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
Днём я — примерная дочь и тихая студентка. Девушка, которая краснеет от одного взгляда Игоря, старшего брата лучшей подруги. А по ночам... По ночам я пишу о нём такое, от чего моя строгая мама упала бы в обморок.
Мои откровенные истории бьют рекорды просмотров в сети, читатели ждут каждую новую главу, где главный герой воплощает все мои самые порочные фантазии. И у этого героя лицо Игоря.
Я думала, это останется моим маленьким, грязным секретом, но одна нелепая случайность разрушила всё. Теперь Игорь знает, чем мы занимаемся на страницах моих книг, и, кажется, больше не собирается делать вид, что мы просто знакомые. Он намерен перенести мой сюжет в реальность.
Мои откровенные истории бьют рекорды просмотров в сети, читатели ждут каждую новую главу, где главный герой воплощает все мои самые порочные фантазии. И у этого героя лицо Игоря.
Я думала, это останется моим маленьким, грязным секретом, но одна нелепая случайность разрушила всё. Теперь Игорь знает, чем мы занимаемся на страницах моих книг, и, кажется, больше не собирается делать вид, что мы просто знакомые. Он намерен перенести мой сюжет в реальность.
Ей было больно, ее ломало, она теряла человеческий облик от ревности, но стоило ему поманить ее, стоило ему жестко взять ее — и она прощала всё. Она была готова ползать перед ним на коленях, лишь бы он не забирал у нее эти крохи внимания.
Слеза, холодная и горькая, скатилась по ее щеке, упав на бедро.
Она пустила в свое сердце человека, который не просто растоптал его. Он нагадил внутри, вытер ноги и оставил ее убирать за ним грязь. Она сама дала ему эту власть. Сама подписала контракт на собственное уничтожение. И самое страшное заключалось в том, что прямо сейчас, сидя в разгромленном кабинете, раздавленная и униженная, она знала: если вечером он позвонит и прикажет приехать к нему, она поедет.
Виолета закрыла лицо руками и беззвучно завыла, раскачиваясь на краю стола. Ломка только начиналась.
Слеза, холодная и горькая, скатилась по ее щеке, упав на бедро.
Она пустила в свое сердце человека, который не просто растоптал его. Он нагадил внутри, вытер ноги и оставил ее убирать за ним грязь. Она сама дала ему эту власть. Сама подписала контракт на собственное уничтожение. И самое страшное заключалось в том, что прямо сейчас, сидя в разгромленном кабинете, раздавленная и униженная, она знала: если вечером он позвонит и прикажет приехать к нему, она поедет.
Виолета закрыла лицо руками и беззвучно завыла, раскачиваясь на краю стола. Ломка только начиналась.
— Полина, ты кто? Ты моя жена! Так что молчи, женщина, твой день 8 марта!
Я молчала шесть лет. Терпела побои, унижения, его пьяные выходки. Думала, что так и будет до конца. Но в тот вечер его друг Роман не выдержал. Он заступился за меня. Он поднял руку на друга. И забрал меня с собой.
Внутри меня до сих пор живёт страх. Я боюсь поверить. Боюсь, что он тоже уйдёт. Что я останусь одна.
Что, если я поверю? Что, если это — моя новая жизнь? И что, если он станет моим навсегда?
Я молчала шесть лет. Терпела побои, унижения, его пьяные выходки. Думала, что так и будет до конца. Но в тот вечер его друг Роман не выдержал. Он заступился за меня. Он поднял руку на друга. И забрал меня с собой.
Внутри меня до сих пор живёт страх. Я боюсь поверить. Боюсь, что он тоже уйдёт. Что я останусь одна.
Что, если я поверю? Что, если это — моя новая жизнь? И что, если он станет моим навсегда?
Анна - психиатр, который знает всё о психических расстройствах. Константин - пациент, который знает всё о том, как довести женщину до безумия. И да, он прикован к кровати. Но это не мешает ему играть по своим правилам.
Он утверждает, что видит галлюцинации. Она утверждает, что лечит его профессионально. На самом деле оба врут. Он просто хочет, чтобы она к нему прикасалась. А она просто хочет прикасаться. Всё остальное - детали.
Он утверждает, что видит галлюцинации. Она утверждает, что лечит его профессионально. На самом деле оба врут. Он просто хочет, чтобы она к нему прикасалась. А она просто хочет прикасаться. Всё остальное - детали.
Она спасла его сделку. Он решил сделать её своей.
Новый контракт. Бешеные бонусы. И пункт 12.4: на людях она изображает его девушку. Целоваться, улыбаться, держаться за руки. Играть в идеальную пару, пока он подписывает миллиардные контракты.
Но когда репетиция заканчивается у него на столе, а разбросанные бумаги летят на пол, он шепчет ей: "Ты - моя лучшая инвестиция". И она понимает - обратной дороги нет.
Новый контракт. Бешеные бонусы. И пункт 12.4: на людях она изображает его девушку. Целоваться, улыбаться, держаться за руки. Играть в идеальную пару, пока он подписывает миллиардные контракты.
Но когда репетиция заканчивается у него на столе, а разбросанные бумаги летят на пол, он шепчет ей: "Ты - моя лучшая инвестиция". И она понимает - обратной дороги нет.
Я люблю свою адскую работу в реанимации, люблю свое одиночество, где нет места постороннему. Тем более, чужому ребенку… Зачем мне впрягаться за него, решать его проблемы, думать о нем? В конце концов, у мальчишки, которого я случайно спасла одной теплой ночью, есть мать. И отец тоже есть…
Но иногда судьба поворачивается так, что чужой ребенок меняет твою жизнь…
Но иногда судьба поворачивается так, что чужой ребенок меняет твою жизнь…
— Ты мне кое-кого напоминаешь…
Он цепляет пальцем упавшую на лоб прядку, мимолетно касается кожи лица… И я вздрагиваю. Потому что он мне тоже кое-кого напоминает.
— Ты ошибся, — говорю как можно более уверенно, — я здесь совсем недавно…
— Ошибся, — кивает он, — но это не важно. Ты во сколько заканчиваешь? Я заеду.
— Нет, — отвечаю я.
— Почему?
— Потому что воспоминания неприятные.
Я хотела помочь попавшей в беду сестре и ее сыну. А в итоге попала сама. И теперь спасти моих близких людей может только человек, похожий на самый мой жуткий ночной кошмар…
Он цепляет пальцем упавшую на лоб прядку, мимолетно касается кожи лица… И я вздрагиваю. Потому что он мне тоже кое-кого напоминает.
— Ты ошибся, — говорю как можно более уверенно, — я здесь совсем недавно…
— Ошибся, — кивает он, — но это не важно. Ты во сколько заканчиваешь? Я заеду.
— Нет, — отвечаю я.
— Почему?
— Потому что воспоминания неприятные.
Я хотела помочь попавшей в беду сестре и ее сыну. А в итоге попала сама. И теперь спасти моих близких людей может только человек, похожий на самый мой жуткий ночной кошмар…
— Что ж ты, невестка, в дождь стоишь, как мокрая курица? Никто не догадается за тобой приехать, кроме меня.
Я поднимаю глаза. Мой свёкор. Евгений Леонидович. Строгий, властный, красивый — и говорит мне то, что муж не говорил никогда.
Он не должен был становиться моим тайным спасением. Он — отец моего мужа.
Одна неделя в Дубае. Запретный роман. Разводы, скандалы и свобода, о которой я не смела мечтать.
Но когда прошлое попытается вернуть нас, сможем ли мы сохранить то, что построили? Или нам придётся выбирать между любовью и семьёй?
Я поднимаю глаза. Мой свёкор. Евгений Леонидович. Строгий, властный, красивый — и говорит мне то, что муж не говорил никогда.
Он не должен был становиться моим тайным спасением. Он — отец моего мужа.
Одна неделя в Дубае. Запретный роман. Разводы, скандалы и свобода, о которой я не смела мечтать.
Но когда прошлое попытается вернуть нас, сможем ли мы сохранить то, что построили? Или нам придётся выбирать между любовью и семьёй?
— Она больше не работает у вас, — сказал Салим, положив на стол пачку долларов. — Отныне она ваш гость. Люксовый номер. И чтобы каждое утро, пока она спит, ей приносили фрукты.
Я стояла в коридоре и не верила своим ушам. Ещё час назад меня штрафовали за каждую не ту улыбку. А теперь два незнакомых кавказца выкупили меня у администрации, как вещь.
— Вы с ума сошли! — крикнула я им вслед. — Я должна работать! У меня денег нет!
— Будут, — ответил младший, обернувшись. — Ты теперь с нами. Мы тебя не бросим.
Они забрали меня из Кемера в Москву. Дали работу в своём офисе на Кутузовском. Купили квартиру с видом на город. И сказали, что я отныне их. Обоих.
Но я до сих пор не знаю, кто они на самом деле. И чем платят за мою свободу.
Я стояла в коридоре и не верила своим ушам. Ещё час назад меня штрафовали за каждую не ту улыбку. А теперь два незнакомых кавказца выкупили меня у администрации, как вещь.
— Вы с ума сошли! — крикнула я им вслед. — Я должна работать! У меня денег нет!
— Будут, — ответил младший, обернувшись. — Ты теперь с нами. Мы тебя не бросим.
Они забрали меня из Кемера в Москву. Дали работу в своём офисе на Кутузовском. Купили квартиру с видом на город. И сказали, что я отныне их. Обоих.
Но я до сих пор не знаю, кто они на самом деле. И чем платят за мою свободу.
По совершенно невероятным обстоятельствам я оказалась в элитной академии. Увы, но лишь на две недели. Моя задача не закрепиться и не выгрызать перспективы, а выдавать себя за девушку, чьё место я временно заняла.Это было бы куда проще, если бы в однокурсниках у неё не числился тот самый мажор, с которым я уже сталкивалась, не играя никакие роли. И если он меня узнает, то всё пропало.
Выберите полку для книги