Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""

Марк был безжалостным архитектором её психики. Он ломал её не грубой силой, а тонкими, изощрёнными методами. Он мог заставить её стоять на коленях в углу часами, просто потому, что он так сказал. Он мог лишить её сна, будя её каждые два часа для выполнения унизительных или сложных ритуалов. Он играл с её восприятием реальности.
Но самым страшным и одновременно самым притягательным был эротический аспект его власти.
В тот вечер он привёл её в главную гостиную. В центре, на полу, был расстелен толстый, чёрный мат. Вокруг горели свечи, отбрасывая пляшущие тени на стены. Марк сидел в глубоком кресле, в его руке был бокал с тёмным вином.
— Иди ко мне, — приказал он.
Вера, одетая лишь в тонкую рубашку и широкий кожаный ошейник с тяжёлым металлическим кольцом, подошла на четырёх. Она остановилась у его ног и опустила голову.

Когда мечтаешь о новой жизни, главное не ошибиться дверью. Один шаг из лифта, и прежняя жизнь останется в рамках «нормальности», а ты шагнешь в мир запретного и сладкого…
Кто бы мог подумать, что за правилами, дедлайнами и офисным пафосом могут скрываться такие секреты? Вот и я не знала, идя на собеседование к холодному и строгому боссу на должность своей мечты…

В центре зала, под мягким, направленным светом софитов, висело оно. Это было не просто произведение искусства. Это была геометрия, воплощённая в материале. Толстые, шершавые верёвки сплетались в сложнейший узор, создавая форму, напоминающую одновременно и клетку, и кокон, и раскрывающийся цветок. Верёвки были тёмно-золотистыми, матовыми, они поглощали свет, а не отражали его.
Алиса подошла ближе. Она чувствовала, как её дыхание становится чуть глубже. Она видела, как каждый узёл, каждое пересечение нитей создаёт невероятное напряжение. Это было красиво. Это было пугающе. Это было абсолютно непонятно.
— Вы чувствуете это? — раздался голос за её спиной.
Голос был низким, спокойным, с лёгкой хрипотцой. Алиса обернулась. Рядом стоял мужчина. Ему на вид было около тридцати лет. Высокий, с тёмными волосами, слегка тронутыми сединой на висках, и очень внимательными, почти серыми глазами. Он смотрел не на неё, а на инсталляцию, но Алиса поняла, что вопрос был адресован именно ей.
— Чувству

Елизавета посмотрела на папку. Её пальцы дрогнули, когда она потянула её к себе.
— Что это? — её голос был едва слышен.
— Контракт, — ответил Александр. — На отношения. На специфические отношения. Я предлагаю тебе стать моей воспитанницей. На условиях, которые мы прописали на этих тридцати страницах.
Тишина в кабинете стала почти осязаемой. Елизавета чувствовала, как кровь приливает к лицу, как учащается пульс. Страх, холодный и острый, кольнул её в живот. Но сразу за ним, из самой глубины, поднялась волна жара. Тяжёлого, тягучего, пугающего желания.
Она открыла папку. Первая страница была напечатана безупречным шрифтом. Заголовок гласил: «Соглашение о взаимодействии в рамках практики подчинения и шибари».
— Это… это юридический документ? — прошептала она, не отрывая глаз от строк.
— Это рамка, — мягко, но твёрдо ответил Александр. — В мире, где всё строится на иллюзиях и обещаниях, которые легко нарушить, я предлагаю тебе контракт.

Алиса подошла ближе. На шее Елены, поверх тонкой линии от удавки, был повязан алый шёлковый шарф. Ткань была невероятно дорогой, мягкой, с лёгким блеском. На одном из концов шарфа серебряной нитью была вышита монограмма: переплетение букв «М» и «Г».
Алиса надела латексные перчатки и аккуратно приподняла край шарфа.
— Что это значит? — спросила она, глядя на Максима.
— Это маркер, — спокойно ответил он, скрестив руки на груди. — В нашем клубе вербальные договорённости иногда уступают место символам. Алый шёлковый шарф с монограммой куратора или Доминанта означает абсолютное, безоговорочное согласие на сцену. Если партнёр принимает этот шарф из рук другого, он говорит: «Я доверяю тебе свою жизнь. Делай со мной что хочешь».
— И кто дал ей этот шарф? — Алиса подняла на него холодный взгляд.
Максим не отвёл глаз.
— Никто. По крайней мере, не я. Этот шарф — часть моей личной коллекции. Но я не передавал его Елене и не проводил с ней сеанс сегодня.
— Значит, кто-то украл его, чтобы...

«Я тебя не люблю, — сказал вдруг муж на нашем празднике, при куче гостей. Разлюбил. Не хочу продолжать этот цирк».
Пять лет я была идеальной, преданной женой, пахнущей домашней выпечкой и покорностью. Но в день нашей годовщины муж растоптал мое сердце, публично объявив о разводе. А следом за ним, торжествующе улыбаясь, ушла моя двадцатилетняя кузина, которой я дала дом. Меня обобрали до нитки, выставив на улицу с одним чемоданом.Но они совершили роковую ошибку. Они думали, что я сломаюсь.Чтобы выжить, я приняла заказ от Демида Громова — самого опасного, жесткого миллиардера города и главного врага моего бывшего. Между нами закипела злая, первобытная, запретная страсть, которая переписала мою жизнь заново. Демид научил меня быть хищницей. И теперь обратный отсчет для моих предателей начался.

«В музыке нет правильных, девочка. Твоя зажатость — это скрытая похоть, которую я выбью из тебя силой».
Для 21-летней невинной пианистки Лики прослушивание у циничного миллиардера Марка Громова должно было стать билетом в будущее, а превратилось в эшафот для её скромности. Властный хищник ломает её идеальный мир, диктуя свои порочные правила: обнаженная за роялем, развращенная на глазах у светского общества. У неё был шанс сбежать, но её девственность сгорает в огне его животной страсти, а воля полностью растворяется в грязном экстазе. Экзамен на излом проигран, барьеры стерты, и теперь она добровольно падает к ногам своего хозяина.

Она хоронила мужа и думала, что вместе с ним похоронила свою тёмную жажду власти.
Теперь ей пишет человек под именем «К» — и просит не лечения, а чтобы его сломали.
«Хочу, чтобы вы использовали меня так, будто я уже не человек, а просто вещь, которую можно рвать».
Каждое задание делает её жёстче, каждый его отчёт — голоднее, а странные совпадения всё сильнее стирают границу между сеансом и реальностью.
Откровенный психологический эротический триллер о власти, стыде и желании, которое невозможно похоронить.

Он живёт по расписанию, где даже любовь должна укладываться в тайм‑слот. Она вихрь из смеха, звенящих браслетов и упрямства, которое не купишь ни за какие деньги. Их миры не просто разные — они будто из параллельных вселенных: мраморные залы и шумные дворы, вежливые полуулыбки и песни у костра, холодный расчёт и горячее сердце.
Александр привык всё контролировать: сделки, графики, эмоции. Пока не встречает Миру — девушку, которая не вписывается ни в один его план, но почему‑то делает этот план бессмысленным. Один случайный взгляд, один неловкий тост на чужой территории — и вот уже два мира сталкиваются, искрят и постепенно учатся дышать в одном ритме.

— Не, ну он серьёзно? Как можно не заметить меня? Я ведь само совершенство! Все парни штабелями падают к моим ногам, а этот… Даже не взглянул.
Ну ничего, у судьбы на нас другие планы. Теперь я заставлю его ползать у моих ног!