Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Найди мне эту женщину. — Игнатов кладет передо мной снимок: выцветший, чуть затертый.
Пробегаюсь взглядом. Девушка приятной наружности, правильные черты лица, большие глаза, светлые волосы. Фотографии лет двадцать, не меньше.
— Я не частный детектив. Я адвокат, — отзываюсь сухо.
— Демьян, ты не понял. — Он подается вперед. — Я тебе тогда с одним делом помог, теперь твоя очередь. У меня много врагов. И есть один грязный эпизод. Если это всплывет не там, где надо, у меня будут проблемы. А следом и у тебя.
— Я таким не занимаюсь, — отрезаю.
Игнатов будто не слышит:
— По моим данным, Нурлану в последний раз видели в Ижевске. Ты ведь вроде собирался туда? — Бросает на стол пачку денег. — Это тебе. Командировочные. Привези мне ее. И ребенка, которого она родила.
Обычная поездка в родные края не принесла результатов. Ни Нурлану, ни ее ребенка я так и не нашел. Зато встретил девчонку, вляпавшуюся в неприятности. И вроде бы все случайность. До тех пор, пока она не увидела снимок в мо
Пробегаюсь взглядом. Девушка приятной наружности, правильные черты лица, большие глаза, светлые волосы. Фотографии лет двадцать, не меньше.
— Я не частный детектив. Я адвокат, — отзываюсь сухо.
— Демьян, ты не понял. — Он подается вперед. — Я тебе тогда с одним делом помог, теперь твоя очередь. У меня много врагов. И есть один грязный эпизод. Если это всплывет не там, где надо, у меня будут проблемы. А следом и у тебя.
— Я таким не занимаюсь, — отрезаю.
Игнатов будто не слышит:
— По моим данным, Нурлану в последний раз видели в Ижевске. Ты ведь вроде собирался туда? — Бросает на стол пачку денег. — Это тебе. Командировочные. Привези мне ее. И ребенка, которого она родила.
Обычная поездка в родные края не принесла результатов. Ни Нурлану, ни ее ребенка я так и не нашел. Зато встретил девчонку, вляпавшуюся в неприятности. И вроде бы все случайность. До тех пор, пока она не увидела снимок в мо
Приоткрытая дверь кабинета словно манит меня. Я застываю на пороге, не в силах отвести взгляд от того, что происходит внутри.
Лев стоит спиной ко мне, широкие плечи напряжены под белоснежной рубашкой. Его руки нежно обхватывают тонкую талию женщины в синем платье. Она запрокидывает голову назад, длинные каштановые волосы рассыпаются по обнаженным плечам. Её губы приоткрыты.
Приглушенный свет настольной лампы окутывает их силуэты мягким золотистым сиянием. Его черный пиджак небрежно висит на спинке кресла. Её туфли валяются на персидском ковре.
Здесь. Сейчас. Пока внизу гремит музыка и звенят бокалы с шампанским.
Мой муж изменяет мне.
Дыхание застревает в горле. Сердце бешено колотится, отдаваясь болью в висках. Руки начинают дрожать, пальцы судорожно сжимаются в кулаки. Холодный пот выступает на лбу.
Я не могу пошевелиться. Не могу отвернуться. Не могу даже моргнуть.
Лев стоит спиной ко мне, широкие плечи напряжены под белоснежной рубашкой. Его руки нежно обхватывают тонкую талию женщины в синем платье. Она запрокидывает голову назад, длинные каштановые волосы рассыпаются по обнаженным плечам. Её губы приоткрыты.
Приглушенный свет настольной лампы окутывает их силуэты мягким золотистым сиянием. Его черный пиджак небрежно висит на спинке кресла. Её туфли валяются на персидском ковре.
Здесь. Сейчас. Пока внизу гремит музыка и звенят бокалы с шампанским.
Мой муж изменяет мне.
Дыхание застревает в горле. Сердце бешено колотится, отдаваясь болью в висках. Руки начинают дрожать, пальцы судорожно сжимаются в кулаки. Холодный пот выступает на лбу.
Я не могу пошевелиться. Не могу отвернуться. Не могу даже моргнуть.
АННОТАЦИЯ:
До 8 Марта я даже не подозревала, насколько скучной была моя жизнь. День начался с сообщения от сводного брата, а закончился в номере люкс в окружении пятерых мужчин, которые подарили мне не просто ночь: они подарили мне веру в себя. В свою красоту. В право хотеть и быть желанной. Но самое страшное, я теперь не знаю, кого хочу больше: сводного брата или всех пятерых. И можно ли вообще хотеть всех сразу?
До 8 Марта я даже не подозревала, насколько скучной была моя жизнь. День начался с сообщения от сводного брата, а закончился в номере люкс в окружении пятерых мужчин, которые подарили мне не просто ночь: они подарили мне веру в себя. В свою красоту. В право хотеть и быть желанной. Но самое страшное, я теперь не знаю, кого хочу больше: сводного брата или всех пятерых. И можно ли вообще хотеть всех сразу?
Меня бросил любимый мужчина - и мой мир начал рушиться. Мечты о счастливой семье рассыпались в пыль. Меня зовут Агнесс де Вард. И это мое откровение, то о чём не принято говорить вслух. История о похоти, которая разрушает, о женщине, которая перестала подчиняться, и о цене, которую неизбежно приходится платить за собственную тьму.
Я - сексолог. Женщина, которая годами изучала желания других, помогала им принимать свои фантазии, контролировать страсть, управлять болью. Я всегда оставалась по эту сторону границы. В безопасности. В разуме. В контроле.
У меня престижная клиника в Амстердаме, безупречная репутация, статус, уважение. Моя жизнь казалась идеальной. Но за внешним порядком скрывалась пустота. После разрыва я не смогла оставаться в доме, где всё напоминало о несбывшемся будущем. Я уехала. Думала - это выход. Но, отпуск стал роковой ошибкой. Ведь я нашла место, где забывают себя. Там, где стираются границы, я открыла дверь в красную комнату - место боли и запретного удовольствия
Я - сексолог. Женщина, которая годами изучала желания других, помогала им принимать свои фантазии, контролировать страсть, управлять болью. Я всегда оставалась по эту сторону границы. В безопасности. В разуме. В контроле.
У меня престижная клиника в Амстердаме, безупречная репутация, статус, уважение. Моя жизнь казалась идеальной. Но за внешним порядком скрывалась пустота. После разрыва я не смогла оставаться в доме, где всё напоминало о несбывшемся будущем. Я уехала. Думала - это выход. Но, отпуск стал роковой ошибкой. Ведь я нашла место, где забывают себя. Там, где стираются границы, я открыла дверь в красную комнату - место боли и запретного удовольствия
Всю дорогу я очень сильно нервничала — куда я еду и что меня ждёт. Нет, про Максима я плохо не думала, почему-то была уверена, что он мне не сделает ничего плохого. Где я буду жить? И на что? Денег у меня почти нет. Максим сказал, что подберёт мне работу, а если я не справлюсь — наверное, он очень разочаруется и пожалеет, что взял меня с собой.
А если я сделаю что-нибудь не так? Или ему надоест возиться со мной? Куда мне идти? Возвращаться в свой дом — мне очень страшно. Там ничего хорошего меня не ждёт, да и работу я там точно уже не найду.
Я словно попала в ловушку. Чувствую, по щекам бегут непрошеные слёзы.
А если я сделаю что-нибудь не так? Или ему надоест возиться со мной? Куда мне идти? Возвращаться в свой дом — мне очень страшно. Там ничего хорошего меня не ждёт, да и работу я там точно уже не найду.
Я словно попала в ловушку. Чувствую, по щекам бегут непрошеные слёзы.
Я сбежала из города после серого, выпивающего душу развода, надеясь на тихую независимость в «убитом» доме в пригороде. Но вместо спокойного ремонта я получила череду бытовых аварий и сурового горца в личные спасатели. Он ворчит на мою «городскую неумелость», пока его невероятно шумная и колоритная родня уже вовсю печет пироги к нашей предполагаемой свадьбе. Я прячу свои комплексы из-за лишнего веса за мешковатой одеждой и до дрожи боюсь поверить, что этот скалистый, сильный мужчина видит во мне не просто «неумеху», а женщину своей мечты.
Мой бывший муж годами внушал мне, что я — лишь бледная и бесформенная тень настоящей красоты. Я вложила последние сбережения в старый сруб как в крепость для своего одиночества. Но каждая прорванная труба, замкнутая проводка и рухнувший забор лишь сильнее привязывают меня к Рустаму, который незаметно берет шефство не только над моей стройкой, но и над моим сердцем.
Мой бывший муж годами внушал мне, что я — лишь бледная и бесформенная тень настоящей красоты. Я вложила последние сбережения в старый сруб как в крепость для своего одиночества. Но каждая прорванная труба, замкнутая проводка и рухнувший забор лишь сильнее привязывают меня к Рустаму, который незаметно берет шефство не только над моей стройкой, но и над моим сердцем.
Он — единственный, кто может спасти мой амбициозный проект по производству крафтового сыра, но вместо делового партнерства я получила уничтожающий взгляд и приказ немедленно убираться восвояси. Для него я — взбалмошная «фифа» в ярком платье, решившая поиграть в фермера, а для меня он — невыносимый бородатый великан, чье молчание бьет сильнее любых слов. Арман выставил жесткий ультиматум: если я не сбегу из его родового дома через семь дней, заветный редкий мед станет моим. Он не знает, что за моей широкой улыбкой и любовью к рюшам скрывается железная воля. Теперь я вынуждена делить с ним быт в суровой мужской берлоге. Но он не знал, что я готова рискнуть всем, даже собственной жизнью во время внезапного горного обвала, лишь бы доказать: я здесь не ради пари, а потому что его вершины без меня теперь кажутся пустыми.
***
ЗАВЕРШЕННЫЙ РОМАН! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Я беременна от вашего мужа, — мерзавка бросает мне в лицо на глазах у гостей. — А вы что, не знали?
Медленно поворачиваюсь к человеку, которому отдала двадцать лет жизни.
— Не хотел, чтобы вылезло так. Ошибка. Всего один раз.
— Всего один раз? Ты правда думаешь, что есть слова, которые сотрут предательство?!
Смотрю на мужа и не узнаю его.
— Когда ты хотел сказать? — я резко отступаю. — Через год? Через два? Когда она родит?
***
Муж изменил мне с подругой дочери. Но я не знала, что конец нашего брака — это только начало …
ЗАВЕРШЕННЫЙ РОМАН! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Я беременна от вашего мужа, — мерзавка бросает мне в лицо на глазах у гостей. — А вы что, не знали?
Медленно поворачиваюсь к человеку, которому отдала двадцать лет жизни.
— Не хотел, чтобы вылезло так. Ошибка. Всего один раз.
— Всего один раз? Ты правда думаешь, что есть слова, которые сотрут предательство?!
Смотрю на мужа и не узнаю его.
— Когда ты хотел сказать? — я резко отступаю. — Через год? Через два? Когда она родит?
***
Муж изменил мне с подругой дочери. Но я не знала, что конец нашего брака — это только начало …
Шесть лет измен.
И вскрылось всё банально – я просто вернулась домой раньше времени и застукала мужа в постели с моей подругой.
Он лгал мне со дня свадьбы. Он изменял мне всё это время.
Я не знаю, хватит ли мне сил взять себя в руки и начать новую жизнь. Я не знаю, смогу ли собрать себя по кусочкам. И что будет дальше, я тоже не знаю.
Сейчас мне просто очень больно.
И вскрылось всё банально – я просто вернулась домой раньше времени и застукала мужа в постели с моей подругой.
Он лгал мне со дня свадьбы. Он изменял мне всё это время.
Я не знаю, хватит ли мне сил взять себя в руки и начать новую жизнь. Я не знаю, смогу ли собрать себя по кусочкам. И что будет дальше, я тоже не знаю.
Сейчас мне просто очень больно.
В половине восьмого я уже стояла перед зеркалом в нашей квартире, надевая то самое красное платье — облегающее, с открытыми плечами. Влад любил его безумно. Я завила волосы, нанесла любимую помаду и оценила результат. Да, неплохо для двадцати семи лет и бешеного рабочего графика.
Телефон снова завибрировал. Я взглянула на экран, ожидая увидеть сообщение от Влада, но номер был незнакомым. Я открыла сообщение и замерла.
«Ты уверена, что знаешь своего жениха?»
Я перечитала фразу несколько раз, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Что это? Чья-то глупая шутка? Ошибка?
Я набрала номер, но в ответ услышала лишь короткие гудки — абонент недоступен.
Сердце забилось чаще. Я попыталась успокоиться, сказать себе, что это ерунда, что кто-то просто не туда отправил сообщение. Но руки предательски дрожали, когда я набирала ответ:
«Кто это? Что вы имеете в виду?»
Телефон снова завибрировал. Я взглянула на экран, ожидая увидеть сообщение от Влада, но номер был незнакомым. Я открыла сообщение и замерла.
«Ты уверена, что знаешь своего жениха?»
Я перечитала фразу несколько раз, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Что это? Чья-то глупая шутка? Ошибка?
Я набрала номер, но в ответ услышала лишь короткие гудки — абонент недоступен.
Сердце забилось чаще. Я попыталась успокоиться, сказать себе, что это ерунда, что кто-то просто не туда отправил сообщение. Но руки предательски дрожали, когда я набирала ответ:
«Кто это? Что вы имеете в виду?»
Выберите полку для книги