Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Коренников: Я слышал, как тикают настенные часы на кухне, и думал о Карине. Захмелевший к утру, так и не вычеркнул ее из памяти. Может там, в Никольской, она бесшумно плакала в подушку, вспоминая произошедшее вчера, но не звонила. Она знала, что лучше не звонить, когда я дома. Размышляя о том, какую боль я причиняю семье, понял одно - мне нужна Карина! Все равно нужна, черт возьми, и я ничего не могу с этим сделать! Ни алкоголь, ни совесть, ничто не может выжить ее из моей головы! Легкая, недосягаемая, наивная и с мягким взглядом. Это не я сделал из неё кусок стали, который готов вытерпеть любой мой удар. Это она сделала из меня монстра, который не чувствует вины перед семьей. Хочется закричать, чтобы вся округа знала, как мне хреново!
Отношения Коренникова и Северовой разгорелись с новой силой. Неожиданно и Анна осознала, что хочет вернуть мужа в семью. Но увидев, с какой нежностью он относится к Карине, сердце наполнилось болью и ненавистью, и она решила отомстить…
Отношения Коренникова и Северовой разгорелись с новой силой. Неожиданно и Анна осознала, что хочет вернуть мужа в семью. Но увидев, с какой нежностью он относится к Карине, сердце наполнилось болью и ненавистью, и она решила отомстить…
❄️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! ❄️
— Я перепутал номера. Это смс было для Лики.
— Кто она? — спрашиваю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Муж смотрит на меня с фанатичным блеском в глазах. Словно не он только что разрушил наш брак одной фразой.
— Пойми, Вер, она как глоток воздуха. Ей двадцать три. Она — это ты пятнадцать лет назад. Легкая, наивная, живая... А ты стала слишком правильной. Слишком удобной. Мы закисли, а с ней я чувствую драйв. Это мой второй шанс прожить молодость с чистого листа.
Он говорит это мне в лицо. Он называет десять лет нашей жизни «черновиком», а меня — «скучной копией» его новой молодой любовницы.
Он уходит строить идеальную семью, уверенный, что с деньгами и опытом не совершит ошибок.
— Иди к ней, — говорю я. — Только одно запомни. Не ищи меня в ней. Она другая. И когда ты это поймешь — а ты поймешь, Андрей, очень скоро, — назад дороги не будет.
— Я перепутал номера. Это смс было для Лики.
— Кто она? — спрашиваю я, чувствуя, как немеют пальцы.
Муж смотрит на меня с фанатичным блеском в глазах. Словно не он только что разрушил наш брак одной фразой.
— Пойми, Вер, она как глоток воздуха. Ей двадцать три. Она — это ты пятнадцать лет назад. Легкая, наивная, живая... А ты стала слишком правильной. Слишком удобной. Мы закисли, а с ней я чувствую драйв. Это мой второй шанс прожить молодость с чистого листа.
Он говорит это мне в лицо. Он называет десять лет нашей жизни «черновиком», а меня — «скучной копией» его новой молодой любовницы.
Он уходит строить идеальную семью, уверенный, что с деньгами и опытом не совершит ошибок.
— Иди к ней, — говорю я. — Только одно запомни. Не ищи меня в ней. Она другая. И когда ты это поймешь — а ты поймешь, Андрей, очень скоро, — назад дороги не будет.
– Ты понимаешь, на что подписываешься? – спросил он.
– Понимаю, – ответила я. – Я подписываюсь на выход из тупика.
Моя мать и сестра загнали меня в долги и решили, что я должна расплатиться собой.
Мой начальник Антон предложил сделку: деньги взамен на ребёнка.
Без семьи. Без обязательств. По договору.
Я согласилась не потому, что хотела, а потому что была на грани.
Но беременность меняет правила.
И однажды я говорю ему то, чего не было в контракте:
– Я не отдам этого ребёнка.
– Ты нарушаешь договор, – ответил Антон.
– И что ты сделаешь?
Антон привык контролировать всё. А я впервые в жизни перестала соглашаться.
– Понимаю, – ответила я. – Я подписываюсь на выход из тупика.
Моя мать и сестра загнали меня в долги и решили, что я должна расплатиться собой.
Мой начальник Антон предложил сделку: деньги взамен на ребёнка.
Без семьи. Без обязательств. По договору.
Я согласилась не потому, что хотела, а потому что была на грани.
Но беременность меняет правила.
И однажды я говорю ему то, чего не было в контракте:
– Я не отдам этого ребёнка.
– Ты нарушаешь договор, – ответил Антон.
– И что ты сделаешь?
Антон привык контролировать всё. А я впервые в жизни перестала соглашаться.
💔 ГОРЯЧО. ВЛАСТНО. НЕОТВРАТИМО. 💔
⚡ МОЙ ВЫБОР СВЕЛСЯ К ОДНОМУ: ПОКОРНОСТЬ ИЛИ УНИЧТОЖЕНИЕ.
Я, Рита Смирнова, планировала месть, а стала его добычей.
Я думала, что брак с обедневшим мужем даст мне рычаг. Но мой настоящий враг, дьявольски красивый и жестокий Алан Каримов, узнал, что я ношу его ребенка.
Он не стал торговаться. Он просто забрал меня.
«Ты моя, Рита. Невеста? Нет. Собственность. И ты не сделаешь ни шагу без моего ведома».
Я должна сломаться, чтобы выжить. Но чем больше он меня ломает, тем сильнее я хочу ему принадлежать...
ЕСЛИ ВЫ ЛЮБИТЕ:
❗Властного, одержимого героя.
❗Отношения на грани безумия.
❗Конфликт "от ненависти до любви".
❗Истории, где ставки — жизнь и любовь.
Тогда вы пришли по адресу🔥
⚡ МОЙ ВЫБОР СВЕЛСЯ К ОДНОМУ: ПОКОРНОСТЬ ИЛИ УНИЧТОЖЕНИЕ.
Я, Рита Смирнова, планировала месть, а стала его добычей.
Я думала, что брак с обедневшим мужем даст мне рычаг. Но мой настоящий враг, дьявольски красивый и жестокий Алан Каримов, узнал, что я ношу его ребенка.
Он не стал торговаться. Он просто забрал меня.
«Ты моя, Рита. Невеста? Нет. Собственность. И ты не сделаешь ни шагу без моего ведома».
Я должна сломаться, чтобы выжить. Но чем больше он меня ломает, тем сильнее я хочу ему принадлежать...
ЕСЛИ ВЫ ЛЮБИТЕ:
❗Властного, одержимого героя.
❗Отношения на грани безумия.
❗Конфликт "от ненависти до любви".
❗Истории, где ставки — жизнь и любовь.
Тогда вы пришли по адресу🔥
Меня бросили. Меня предали. Меня продали, как вещь.
Место, подобное аду, где я безвольная кукла, без права на своё мнение и на слово "Нет". Я почти сломалась, сдалась...
Но меня выкупил человек, которого я боюсь до безумия... и теперь моя жизнь принадлежит ему.
Как же я ошибалась... оказывается, ад только начинается...
Место, подобное аду, где я безвольная кукла, без права на своё мнение и на слово "Нет". Я почти сломалась, сдалась...
Но меня выкупил человек, которого я боюсь до безумия... и теперь моя жизнь принадлежит ему.
Как же я ошибалась... оказывается, ад только начинается...
— Костя? — голос предательски дрогнул. — Что ты здесь делаешь?
Я окинула взглядом полураздетого мужа, который стоял в квартире моей родной сестры так, будто всё происходящее было чем-то обыденным.
Сестра застыла на месте, лишь часто моргая. Она нервно запахнула халат, пытаясь прикрыть кружевной пеньюар.
— Ты не так всё поняла, Эля! — скомканно выдавил Костя, делая шаг вперёд, будто хотел оправдаться.
— Да как вы могли?! — голос сорвался, ноги вдруг стали ватными, комната поплыла перед глазами.
— Эль… Костя прав, всё не так, как ты думаешь… — Диана наконец заговорила.
— А, ну да, конечно, — я горько усмехнулась, — Мой муж стоит у тебя дома по пояс раздетый, а я, значит, просто что-то неправильно поняла. Просто превосходно.
И вдруг из меня вырвался смех — резкий, истеричный, слишком громкий.
Только это был не смех радости, это была боль. И момент, когда рушится всё — доверие, любовь и вера в самых близких людей.
Я окинула взглядом полураздетого мужа, который стоял в квартире моей родной сестры так, будто всё происходящее было чем-то обыденным.
Сестра застыла на месте, лишь часто моргая. Она нервно запахнула халат, пытаясь прикрыть кружевной пеньюар.
— Ты не так всё поняла, Эля! — скомканно выдавил Костя, делая шаг вперёд, будто хотел оправдаться.
— Да как вы могли?! — голос сорвался, ноги вдруг стали ватными, комната поплыла перед глазами.
— Эль… Костя прав, всё не так, как ты думаешь… — Диана наконец заговорила.
— А, ну да, конечно, — я горько усмехнулась, — Мой муж стоит у тебя дома по пояс раздетый, а я, значит, просто что-то неправильно поняла. Просто превосходно.
И вдруг из меня вырвался смех — резкий, истеричный, слишком громкий.
Только это был не смех радости, это была боль. И момент, когда рушится всё — доверие, любовь и вера в самых близких людей.
Десять лет. Ровно десять лет Максим Виноградов охотился за ним — за Алексеем
Романовым. За человеком, который разрушил десятки жизней, заказав убийства,
отмывая деньги, скупая судей и полицейских.
Десять лет собирания доказательств в тени. Десять лет риска. Десять лет ненависти.
Но справедливость близка. Суд уже назначен. И тут появляется она.
Варвара Волкова.
Её отец был первой жертвой Романова. Журналист, который знал слишком много.
Он был убит, а история смерти захоронена под горами лжи.
Но Варвара знает правду. И она собирала свои доказательства, параллельно
с Максимом.
Когда они встречаются, между ними возникает электрический разряд — смесь
боли, скорби и неожиданного притяжения.
Она нужна ему как свидетельница.
Он нужен ей как защита.
Романовым. За человеком, который разрушил десятки жизней, заказав убийства,
отмывая деньги, скупая судей и полицейских.
Десять лет собирания доказательств в тени. Десять лет риска. Десять лет ненависти.
Но справедливость близка. Суд уже назначен. И тут появляется она.
Варвара Волкова.
Её отец был первой жертвой Романова. Журналист, который знал слишком много.
Он был убит, а история смерти захоронена под горами лжи.
Но Варвара знает правду. И она собирала свои доказательства, параллельно
с Максимом.
Когда они встречаются, между ними возникает электрический разряд — смесь
боли, скорби и неожиданного притяжения.
Она нужна ему как свидетельница.
Он нужен ей как защита.
Молодая студентка Юлия, отчаянно нуждающаяся в деньгах на лечение матери, соглашается на странную и пугающую работу — стать «круглосуточной горничной» в особняке загадочного и властного олигарха Алексея Новикова. Её мир — это тишина библиотеки, унизительные приказы и статус невидимой прислуги в золотой клетке бездушной роскоши.
Всё меняется в одну ночь, когда Юлия вынуждена заменить отсутствующую спутницу Алексея на деловом ужине. Надев чужое платье и сыграв роль живой безделушки в мире циничных сделок, она оказывается втянута в опасную игру, где её «натуральность» становится разменной монетой. Но неожиданная вспышка искренности и поступок хозяина, защитившего её как свою собственность, рушат все прежние правила.
Всё меняется в одну ночь, когда Юлия вынуждена заменить отсутствующую спутницу Алексея на деловом ужине. Надев чужое платье и сыграв роль живой безделушки в мире циничных сделок, она оказывается втянута в опасную игру, где её «натуральность» становится разменной монетой. Но неожиданная вспышка искренности и поступок хозяина, защитившего её как свою собственность, рушат все прежние правила.
— Шесть лет, Лана. Шесть лет я пытался забыть ее. Шесть лет убеждал себя, что люблю тебя.
— Убеждал?
— А ты правда думала, что я случайно оказался в том госпитале? Случайно начал разговаривать с психологом, который занимался реабилитацией? Случайно влюбился?
Я молчала. Не могла говорить - горло сжалось так, что не проходил воздух.
— Вера бросила меня за месяц до командировки. Сказала, что устала ждать, пока я вернусь из очередной командировки. Нашла себе бизнесмена, который всегда дома. Я ушел на ту операцию с мыслью, что мне все равно - вернусь или нет.
Я знала про ту операцию. Он получил ранение, провел месяц в госпитале. Там мы и познакомились - я работала военным психологом, помогала с посттравматическим синдромом.
— Ты была... удобной, - продолжал он. - Понимающей. Не задавала лишних вопросов. Не требовала того, что я не мог дать. Ты была рядом, когда мне было плохо. И я подумал - может, это и есть любовь? Может, так и должно быть?
— Так ты меня никогда не любил?
— Убеждал?
— А ты правда думала, что я случайно оказался в том госпитале? Случайно начал разговаривать с психологом, который занимался реабилитацией? Случайно влюбился?
Я молчала. Не могла говорить - горло сжалось так, что не проходил воздух.
— Вера бросила меня за месяц до командировки. Сказала, что устала ждать, пока я вернусь из очередной командировки. Нашла себе бизнесмена, который всегда дома. Я ушел на ту операцию с мыслью, что мне все равно - вернусь или нет.
Я знала про ту операцию. Он получил ранение, провел месяц в госпитале. Там мы и познакомились - я работала военным психологом, помогала с посттравматическим синдромом.
— Ты была... удобной, - продолжал он. - Понимающей. Не задавала лишних вопросов. Не требовала того, что я не мог дать. Ты была рядом, когда мне было плохо. И я подумал - может, это и есть любовь? Может, так и должно быть?
— Так ты меня никогда не любил?
— Твой муж утверждает, что ты сумасшедшая истеричка, — Громов смотрит на меня холодно, сканируя взглядом. — Что ты ничего не умеешь.
— Мой муж — вор, который украл мои проекты, — я кладу на стол черную папку. — Здесь доказательства. Я могу построить для вас здание, которое уничтожит его бизнес.
— А что ты хочешь взамен? Денег?
— Я хочу его голову на блюде.
Он усмехается, и в его глазах вспыхивает опасный огонь.
— Мне нравится твой аппетит, девочка. Я возьму тебя на работу. И я уничтожу его. Но у меня есть условие.
— Какое?
— Ты станешь моей. Официально. Публично. И по-настоящему.
Муж предал меня, присвоил мои заслуги и выставил за дверь. Чтобы отомстить, я устроилась к его главному конкуренту. Северьян Громов опасен, властен и не знает слова «нет». Наш союз должен был стать просто бизнес-сделкой. Но я совершила ошибку — влюбилась в своего босса. И еще большую ошибку — узнала, что беременна от бывшего...
— Мой муж — вор, который украл мои проекты, — я кладу на стол черную папку. — Здесь доказательства. Я могу построить для вас здание, которое уничтожит его бизнес.
— А что ты хочешь взамен? Денег?
— Я хочу его голову на блюде.
Он усмехается, и в его глазах вспыхивает опасный огонь.
— Мне нравится твой аппетит, девочка. Я возьму тебя на работу. И я уничтожу его. Но у меня есть условие.
— Какое?
— Ты станешь моей. Официально. Публично. И по-настоящему.
Муж предал меня, присвоил мои заслуги и выставил за дверь. Чтобы отомстить, я устроилась к его главному конкуренту. Северьян Громов опасен, властен и не знает слова «нет». Наш союз должен был стать просто бизнес-сделкой. Но я совершила ошибку — влюбилась в своего босса. И еще большую ошибку — узнала, что беременна от бывшего...
Выберите полку для книги