Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Привет, детка.
Тишина.
Видимо, детка что-то крякнула в ответ. И видимо, в телефон.
Потому что иначе это был бы очень странный мужской туалет.
— Ненадолго. А что, ты уже соскучилась?
Блин, кажется, я вляпалась. По самые уши.
На часах почти три часа дня. Собрание уже практически на носу или на пятках, кому как повезёт.
А я тут, в «мадамском» туалете, застряла в кабинке в присутствии мужика.
А то, что это был мужик — однозначно.
Ну, во-первых, голос такой, что им можно гири поднимать.
А во-вторых, туалет мужской. И никакой он не мадамский.
Мадамским в этом туалете была только я. Одна. В кабинке. Со своим пустым мочевым пузырем и растущей паникой.
Мама дорОХая.
Всем приятного чтения😊
❗Ранее книга была опубликована под псевдонимом Мила Нескучная
Тишина.
Видимо, детка что-то крякнула в ответ. И видимо, в телефон.
Потому что иначе это был бы очень странный мужской туалет.
— Ненадолго. А что, ты уже соскучилась?
Блин, кажется, я вляпалась. По самые уши.
На часах почти три часа дня. Собрание уже практически на носу или на пятках, кому как повезёт.
А я тут, в «мадамском» туалете, застряла в кабинке в присутствии мужика.
А то, что это был мужик — однозначно.
Ну, во-первых, голос такой, что им можно гири поднимать.
А во-вторых, туалет мужской. И никакой он не мадамский.
Мадамским в этом туалете была только я. Одна. В кабинке. Со своим пустым мочевым пузырем и растущей паникой.
Мама дорОХая.
Всем приятного чтения😊
❗Ранее книга была опубликована под псевдонимом Мила Нескучная
❗️НИЗКАЯ ЦЕНА ДЛЯ САМЫХ ВЕРНЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ
❗️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
Мой муж попал в аварию. Я еле смогла вернуть его к жизни. Но... оказалось, у него есть любовница, которая утверждает, что именно она его жена.
Кто же тогда я?
— Милый, я так волновалась, — ее рыдания перерастают за две секунды в истерику. — Еще эта… — убийственный взгляд в мою сторону. — Я так боялась, что она что-то сделает, когда узнает о нас.
— О вас? — переспрашиваю я. — Никита, кто эта девушка и почему она представляется твоей женой?
— Это Виолетта, — отвечает муж так, будто репетировал эту речь. Слишком ровно и спокойно. Он, кажется, считает, что его слова в норме вещей: — И мы любим друг друга.
❗️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
Мой муж попал в аварию. Я еле смогла вернуть его к жизни. Но... оказалось, у него есть любовница, которая утверждает, что именно она его жена.
Кто же тогда я?
— Милый, я так волновалась, — ее рыдания перерастают за две секунды в истерику. — Еще эта… — убийственный взгляд в мою сторону. — Я так боялась, что она что-то сделает, когда узнает о нас.
— О вас? — переспрашиваю я. — Никита, кто эта девушка и почему она представляется твоей женой?
— Это Виолетта, — отвечает муж так, будто репетировал эту речь. Слишком ровно и спокойно. Он, кажется, считает, что его слова в норме вещей: — И мы любим друг друга.
Мужик резко тормозит и с изумлением в голосе выдает:
– Не может быть! Мать твою!
Можно подумать, что это не он, а я дефилирую в общественном месте в чем мать родила.
– Ты кто? Откуда здесь взялась? – забрасывает меня вопросами, будто забыв о преследовании, обладатель обнаженного торса с четко обрисованными кубиками пресса.
Такого тела, конечно, не стесняются, но не настолько же!
_______
Обвиненный в преступлении, которого не совершал, альфа стаи оборотней Артем Рокотов вынужден бежать.
Спасаясь от погони, он случайно сталкивается с девушкой, в которой тут же узнает свою истинную пару. Объяснять, кто он и что их связывает, некогда, и Артем берет Еву в заложники.
Теперь перед ним стоит три задачи: не попасться полиции, доказать свою невиновность и, не оттолкнув истинную, признаться ей, что он оборотень.
Задача осложняется тем, что Артем не знает, кто его подставил, а Ева не доверяет ему, чувствуя, что он скрывает от нее что-то важное.
– Не может быть! Мать твою!
Можно подумать, что это не он, а я дефилирую в общественном месте в чем мать родила.
– Ты кто? Откуда здесь взялась? – забрасывает меня вопросами, будто забыв о преследовании, обладатель обнаженного торса с четко обрисованными кубиками пресса.
Такого тела, конечно, не стесняются, но не настолько же!
_______
Обвиненный в преступлении, которого не совершал, альфа стаи оборотней Артем Рокотов вынужден бежать.
Спасаясь от погони, он случайно сталкивается с девушкой, в которой тут же узнает свою истинную пару. Объяснять, кто он и что их связывает, некогда, и Артем берет Еву в заложники.
Теперь перед ним стоит три задачи: не попасться полиции, доказать свою невиновность и, не оттолкнув истинную, признаться ей, что он оборотень.
Задача осложняется тем, что Артем не знает, кто его подставил, а Ева не доверяет ему, чувствуя, что он скрывает от нее что-то важное.
Пятнадцать лет фиктивного брака, и вот этот день настал – они наконец разводятся. Есть только одна проблема – тест на беременность показывает две полоски.
Каким будет их решение – счастливое будущее раздельно или все-таки брак со второй попытки?
***
— Я пришёл предложить тебе не разводиться пока. Пусть наш второй ребенок тоже родится в браке. А там посмотрим.
На секунду я замираю, не находя слов.
— Хорошо, — хмыкаю, — но на этот раз не будет так, как в прошлом. Тебе придется пережить со мной следующие девять месяцев, быть рядом по-настоящему. Не надейся, что схалтуришь, как прежде.
Уголки губ моего почти бывшего мужа едва дергаются, словно их взял паралич или внезапный спазм.
— Согласен. Это будет мой шанс сдать экзамен, который я провалил пятнадцать лет назад.
Каким будет их решение – счастливое будущее раздельно или все-таки брак со второй попытки?
***
— Я пришёл предложить тебе не разводиться пока. Пусть наш второй ребенок тоже родится в браке. А там посмотрим.
На секунду я замираю, не находя слов.
— Хорошо, — хмыкаю, — но на этот раз не будет так, как в прошлом. Тебе придется пережить со мной следующие девять месяцев, быть рядом по-настоящему. Не надейся, что схалтуришь, как прежде.
Уголки губ моего почти бывшего мужа едва дергаются, словно их взял паралич или внезапный спазм.
— Согласен. Это будет мой шанс сдать экзамен, который я провалил пятнадцать лет назад.
Её запах — мёд и корица. Он въелся в ноздри вожака стаи глубже, чем любая рана.
Мира не верит в оборотней. Она верит в диссертацию, камеры наблюдения и полевые заметки. Но лес, в который она приехала, верит в другое.
Арслан — альфа. Он ставит границы и не отступает ни перед кем. Но третью ночь подряд он стоит на скале и смотрит, как женщина в тёмной куртке возится с металлическим ящиком. Он должен прогнать её.
Стая чует её запах. Стая требует избавиться от чужака. А он не может — потому что впервые за много лет встретил того, кто не боится его зверя.
Любовь, от которой нельзя отказаться. Опасность, от которой нельзя убежать. Лес, который никогда не отпустит.
Мира не верит в оборотней. Она верит в диссертацию, камеры наблюдения и полевые заметки. Но лес, в который она приехала, верит в другое.
Арслан — альфа. Он ставит границы и не отступает ни перед кем. Но третью ночь подряд он стоит на скале и смотрит, как женщина в тёмной куртке возится с металлическим ящиком. Он должен прогнать её.
Стая чует её запах. Стая требует избавиться от чужака. А он не может — потому что впервые за много лет встретил того, кто не боится его зверя.
Любовь, от которой нельзя отказаться. Опасность, от которой нельзя убежать. Лес, который никогда не отпустит.
Мир рушится если не ценишь то что у тебя есть, и иногда это понимаешь но может есть последний шанс ...
«Я на тебе никогда не женюсь! Даже не думай!»
Он сказал это после недели огня под звёздами. А потом уехал.
Зелимхан - двухметровый кавказский красавец, миллионер, строительная империя в Грозном. Для него та неделя в Алтайском крае была просто командировкой и одиночеством.
Для меня - началом всего.
Два года я молчала. Растила двух голубоглазых близняшек, похожих на его мать как две капли воды. А теперь приехала в его отель, чтобы сказать главное.
Он встретил меня в дверях с желваками на челюстях: «Сегодня ты уезжаешь».
А потом я топнула ногой… и разбудила его дочерей.
Его мир рухнул. И начался новый — с двойней, свадьбой и обещанием: «Это не последние наши дети».
Остросюжетный любовный рассказ. Содержит нежность, близнецов и мужчину, который умеет держать слово.
Он сказал это после недели огня под звёздами. А потом уехал.
Зелимхан - двухметровый кавказский красавец, миллионер, строительная империя в Грозном. Для него та неделя в Алтайском крае была просто командировкой и одиночеством.
Для меня - началом всего.
Два года я молчала. Растила двух голубоглазых близняшек, похожих на его мать как две капли воды. А теперь приехала в его отель, чтобы сказать главное.
Он встретил меня в дверях с желваками на челюстях: «Сегодня ты уезжаешь».
А потом я топнула ногой… и разбудила его дочерей.
Его мир рухнул. И начался новый — с двойней, свадьбой и обещанием: «Это не последние наши дети».
Остросюжетный любовный рассказ. Содержит нежность, близнецов и мужчину, который умеет держать слово.
— Я не вижу смысла тянуть. Я беру вторую жену.
Он говорил о свадьбе. Спокойно. Как будто обсуждал работу, а не то, что только что разрушило меня изнутри.
— Так будет лучше для всех, — добавил он.
Для всех.
Я смотрела на него и не могла понять, как в одном человеке может уместиться это равнодушие. Как можно стоять рядом и не видеть, что со мной происходит.
Потом пришло понимание, от которого стало ещё хуже: он давно от меня отказался. У него уже есть та, с кем он собирается строить новую жизнь. И он не сомневается ни секунды. Вот только он не учёл одного. Я не собираюсь с этим мириться. И теперь всё пойдёт не так, как он решил.
Он говорил о свадьбе. Спокойно. Как будто обсуждал работу, а не то, что только что разрушило меня изнутри.
— Так будет лучше для всех, — добавил он.
Для всех.
Я смотрела на него и не могла понять, как в одном человеке может уместиться это равнодушие. Как можно стоять рядом и не видеть, что со мной происходит.
Потом пришло понимание, от которого стало ещё хуже: он давно от меня отказался. У него уже есть та, с кем он собирается строить новую жизнь. И он не сомневается ни секунды. Вот только он не учёл одного. Я не собираюсь с этим мириться. И теперь всё пойдёт не так, как он решил.
— Давид? Что ты здесь делаешь? — голос её слегка дрогнул.
— Обещал — приехал. Вырвалась свободная минутка, и я понял, что если не увижу тебя прямо сейчас, то просто сойду с ума от этой тишины, — он положил букет на её кровать. — Пошли ужинать?
Алина непроизвольно взглянула на пустую пачку сигарет, которую Макс оставил на подоконнике. Ей хотелось удержать то хрупкое, болезненное послевкусие их последней встречи.
Ей хотелось остаться в этой комнате, где стены еще помнили его голос.
— Может... может, приготовим что-то вместе здесь? — робко предложила она, пытаясь воссоздать ту интимность, которую она чувствовала с Максом, когда они делили простую еду в полумраке.
Давид заливисто рассмеялся.
Этот смех был искренним.
— Нет, малыш. Ты серьезно? Ты хочешь, чтобы мои брендовые вещи провоняли этой... общажной стряпней? Ну уж нет. У меня есть деньги, Алина, и я хочу, чтобы самая красивая девушка в этом мире сидела сегодня в самом лучшем ресторане города.
— Обещал — приехал. Вырвалась свободная минутка, и я понял, что если не увижу тебя прямо сейчас, то просто сойду с ума от этой тишины, — он положил букет на её кровать. — Пошли ужинать?
Алина непроизвольно взглянула на пустую пачку сигарет, которую Макс оставил на подоконнике. Ей хотелось удержать то хрупкое, болезненное послевкусие их последней встречи.
Ей хотелось остаться в этой комнате, где стены еще помнили его голос.
— Может... может, приготовим что-то вместе здесь? — робко предложила она, пытаясь воссоздать ту интимность, которую она чувствовала с Максом, когда они делили простую еду в полумраке.
Давид заливисто рассмеялся.
Этот смех был искренним.
— Нет, малыш. Ты серьезно? Ты хочешь, чтобы мои брендовые вещи провоняли этой... общажной стряпней? Ну уж нет. У меня есть деньги, Алина, и я хочу, чтобы самая красивая девушка в этом мире сидела сегодня в самом лучшем ресторане города.
Марина знала: операция — ее последний шанс. Московские врачи развели руками, и только один хирург согласился взяться за сложный случай. Властный, резкий, с горячими руками и тяжелым взглядом. Рядом с ним — ассистент. Холодный, опасный, с ледяными пальцами, от которых по коже бегут мурашки.
В ночь перед операцией они придут в ее палату вдвоем. И то, что случится дальше, навсегда сотрет границы между врачом и пациентом, правильным и запретным.
Одна ночь. Двое мужчин. Выбор, который изменит всё.
В ночь перед операцией они придут в ее палату вдвоем. И то, что случится дальше, навсегда сотрет границы между врачом и пациентом, правильным и запретным.
Одна ночь. Двое мужчин. Выбор, который изменит всё.
Выберите полку для книги