Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

В ту ночь я бежала от того, что сломало меня. И упала к ногам незнакомца на мотоцикле. Я не видела его лица — только силуэт, шлем, кожаные перчатки.
Но бояться уже не было сил.
Мы мчались сквозь ветер, и каждый толчок отдавался во мне чем-то тягучим, опасным, почти запретным. Моё тело вдруг проснулось там, где давно спало. Я вцепилась в него, чувствуя, как стираются границы между страхом и доверием, между «нельзя» и «хочу».

Двенадцать лет я строила бизнес мужа. А в награду получила его измену на нашем же диване и тридцать пять миллионов чужих долгов. Банк забирает квартиру, коллекторы угрожают, а бывший цинично заявляет, что я была лишь удобным обслуживающим персоналом.
Единственный выход — исчезнуть. Сбежать в глухой карельский лес, устроившись экономкой на строящуюся базу отдыха. Теперь моя реальность — непролазная грязь, ледяной ветер и суровый босс с тяжелым взглядом, который с ходу обещает, что я сломаюсь на вторые сутки.
Но я не сломаюсь. Я выживу, наведу здесь свои порядки и заставлю этого невыносимого мужчину смотреть на меня иначе. И когда мне покажется, что я наконец-то нашла свое безопасное убежище, прошлое нанесет новый удар.
Бывший муж выяснил, где я прячусь. Он мчится сюда, уверенный, что легко раздавит одинокую, бесправную беженку. Он просто еще не знает, чью территорию собирается нарушить... И какой хищник теперь стоит за моей спиной.

Всё началось с того, что одна коза из отдела кадров внесла мои данные в отпускной лист на Инварь, вместо заслуженного июня. А вторая, естественно «по ошибке», предоставила в налоговую такие зарплатные данные, что сотрудник таможни завистливо закатил глаза и влепил в моём паспорте штамп о невыезде.

И причиной всему, конечно, не ревность и подкаты обеих к нашему общему Боссу,( для которого я являюсь правой рукой и неизменной таблеткой от геморроя). Нет, что вы?! Девушки просто устали, забылись!
А моя путевка на море и недельный отпуск за свой счёт скатились в тартарары. Звучно накрылись медным тазом, прихлопнув сверху лямом штрафа по неуплате за подоходный!

Думаете, я сделала выводы и рванула на рабочее место в желании поотшибать парнокопытным рога?
Конечно же, нет! Варвару Красавскую просто так не возьмёшь.
Да и месть, перед подачей, надо бы хорошенечко подготовить и выверить!
А где это сделать, как не в полной глуши, у бабули на даче...?

Сергей выходит в коридор. Совершенно расслабленный, он вытирает мокрые волосы полотенцем и делает шаг в сторону комнаты и тут его взгляд натыкается на меня.
Он замирает. Я вижу, как за долю секунды из его лица исчезает вся кровь, делая его серым, как пепел. В глазах вспыхивает животный, неподдельный ужас.
Тишина становится оглушительной, поглощая даже музыку. Я сижу в кресле, нога на ногу, прямо и неподвижно, глядя в его расширенные глаза.
— Серёжа, тяжёлая смена была, и ты решил помыться? — мой голос звучит в этой тишине идеально ровно.

Я всегда была хорошей девочкой, понимающей и доброй. Когда отец привел в дом мачеху со сводной сестрой. Когда их желания стали важнее моих. Когда выяснилось, что ради спасения семейного бизнеса именно мне придется выйти замуж за высокомерного столичного мажора. Но я справлялась.

Пока однажды не столкнулась с ним.

Его сложно назвать хорошим парнем. Нахал в татуировках, который гоняет на байке и неизвестно чем зарабатывает на жизнь.
Мне о нем даже думать нельзя! Нельзя, но очень хочется…

Она набрала номер с листовки. Пальцы не слушались, попадая не по тем кнопкам.

— Центр «Возрождение», слушаю вас, — голос был удивительно спокойным, живым, лишенным той фальшивой бодрости, которую Анна ненавидела.

— Мне… мне негде жить, — выдавила она. Слова застревали в горле, как острые осколки стекла.

— Как вас зовут? — мягко спросили на том конце.

— Анна. Мой муж… он просто выставил меня на улицу.

— Вы в безопасности, Анна? Вы сейчас на улице?

— Да. Я стою в подъезде. Я не знаю, что делать дальше. Моя жизнь закончилась, мне разбили сердце, и я больше не понимаю, зачем я вообще…

— Анна, послушайте меня, — перебила женщина, и в ее тоне прозвучала сталь, обернутая в бархат. — Вы сейчас проходите через катастрофу, это правда. Но жизнь не закончилась. Она просто изменилась. Вы можете приехать к нам прямо сейчас? Мы работаем круглосуточно.

— Я не верю в это, — всхлипнула Анна. — Никто не помогает бесплатно.

— Мы помогаем. Вы — не первая и не последняя женщина, к

— Он спас меня в горах, не зная, кто я. Три дня страсти в маленькой хижине, пока буря держала нас взаперти.На четвёртый день он понял: я — дочь его врага. И взял меня в заложницы.

Меня зовут Зарина Хантова. Мой отец — глава рода, который двадцать лет воюет с Аслановыми. Я сбежала от ненавистного жениха и заблудилась в горах во время снежной бури.
Он спас мне жизнь. Он согрел меня. Он полюбил меня, не зная имени.
Его зовут Тимур Асланов. Он — враг моего отца. Он убил моего родственника. Он поклялся уничтожить мой род.
Утром после бури он узнал, кто я. И увёз в свой дом.
Я — заложница. Но он не требует выкупа. Он требует меня.

— Ты не такая, как другие, — сказал он в нашу первую встречу.
— Потому что я русская? — усмехнулась я.
— Потому что ты не врёшь.
Меня продали за долги отчима. Руслан Даудов — старший сын в семье, где слово старшего — закон — привёз меня в свой дом невестой для младшего брата.
«Ты нужна моему брату. Он тебя не тронет. Это фиктивный брак, чтобы спасти его от другой женщины».
Я согласилась, потому что выхода не было.
Но когда брат Руслана в первую же ночь попытался войти в мою комнату, именно Руслан выбил дверь.
— Она под моей защитой, — сказал он тихо. — Ты понял меня?
Он не должен был так смотреть на меня. Он не должен был заступаться. Он — не мой муж.
Но его взгляд на мне останавливается слишком часто.
А его мать уже шепчется с сёстрами: «Руслан никогда не смотрел так ни на одну женщину. Это плохо кончится».
Она оказалась права. Плохо кончилось для неё.

Кира — талантливая шахматистка, привыкшая просчитывать ходы. Но что делать, когда сознание начинает подбрасывать фрагменты чужой — или всё-таки своей? — жизни? Когда в незнакомце ты узнаёшь того, кто когда‑то причинил тебе боль, но сердце всё равно тянется к нему?

Эта история — о памяти, которая не отпускает, о чувствах, которые сильнее смерти, и о выборе, который приходится делать снова и снова. О том, как сложно прощать, ещё сложнее — отпускать, а самое трудное — оставаться собой, когда мир рушится.

Десять лет назад я была перспективным дизайнером, а стала домашней молью. Так меня назвал муж в нашу оловянную свадьбу. В тот момент он лежал на наших шелковых простынях с двадцатидвухлетней девицей, а потом сказал: «Ты нищая, ты никто. Кому ты нужна в свои тридцать два, с прицепом?»
Я ушла под ноябрьский ливень только с одним чемоданом, документами и остатками достоинства, которое он почти растоптал.
От отчаяния я плохо понимала, куда иду, и когда переходила дорогу, меня чуть не сбил внедорожник.
Из него вышел Данил Северцев — строительный магнат, холодный, властный хищник, который привык приказывать, а не просить. Он возвращался с переговоров и был зол на весь мир, но почему-то не бросил меня на обочине, а довёз до своего пентхауса.
Я ничего ему не должна, но он спас мне жизнь, и теперь между нами что-то происходит. Что-то, чего я боюсь, потому что Северцев опаснее моего бывшего мужа. У него свои демоны и свои счёты с женщинам